Глав: 19 | Статей: 19
Оглавление
«Национальный характер» имеют не только народы и армии, но и боевая техника, которая всегда несет на себе отпечаток национального склада ума и воинских традиций, всегда «заточена» под определенный способ ведения войны, присущий именно этому народу. Только немцы могли создать «Тигр», «Штуку» и «Мессер», только русские были способны полностью реализовать потенциал «тридцатьчетверок», «илов» и «яков», сделав их символами Победы. «Сталинские соколы» против «гитлеровских ястребов»! Советские асы против -экспертов- Люфтваффе. «Воздушные рабочие войны» против «небесных охотников». Краснозвездные «ястребки» против меченных свастикой «ягеров». Кто выиграл эту гонку авиавооружений? Удалось ли нашим ВВС ликвидировать техническое отставание от авиации Третьего Рейха? Чей способ ведения воздушной войны оказался, в конечном счете, более эффективным? Почему до самой Победы потери советских летчиков были гораздо выше немецких? Кто одержал верх в заочной дуэли величайших авиаконструкторов – В. Мессершмитт или А.С. Яковлев? Сравнивая самые массовые истребители Великой Отечественной, немецкий Bf.109 всех модификаций и советские Як-1/ Як-7/Як-9/Як-3, новая книга ведущего историка авиации отвечает на все эти непростые вопросы.

Освобождение

Освобождение

Успехи Красной армии во второй половине 1943 г., выход на линию Днепра и форсирование этой великой реки к началу 1944 г. создали благоприятные условия для освобождения Правобережной Украины. К тому времени ВВС Красной армии имели на советско-германском фронте более чем четырехкратное превосходство над противником: по состоянию на 1 января 1944 г. они располагали 13 400 боевыми самолетами, в то время как Люфтваффе и их союзники – примерно 3100. Большинство частей «ягдваффе» германскому командованию пришлось сосредоточить за пределами Восточного фронта – прежде всего в системе ПВО Третьего рейха, а также в Италии и Франции. Тем не менее и на Востоке присутствие «мессершмиттов» оставалось заметным.

Крупная группировка немецких войск в январе 1944 г. в результате ударов 1-го и 2-го Украинских фронтов была охвачена с севера и юга в мироновско-звенигородском выступе. Создались благоприятные условия окружения и ликвидации немецких войск под Корсунь-Шевченковским. Корсунь-Шевченковская операция интересна тем, что в ней истребителям Яковлева пришлось сойтись в бою с довольно крупной группировкой «мессершмиттов», сосредоточение которых на Восточном фронте становилось все более редким явлением.

В боях под Корсунь-Шевченковским в феврале 1944 г. участвовали 2-я и 5-я воздушные армии, каждая из которых располагала двумя истребительными авиакорпусами (в каждом по две дивизии трехполкового состава). Кроме того, 1-й штурмовой авиакорпус 5-й ВА имел в своем составе 203-ю ИАД (три полка Як-1б), а в 291-й ШАД 2-й воздушной армии имелся 737-й ИАП. летавший на смеси из Як-1б, Як-7 и Як-9. В общей сложности насчитывалось 28 истребительных авиаполков, из них шесть эксплуатировали «Аэрокобры» (в 7-м ИАК 5-й ВА), 11 летало на Ла-5Ф/ФН и 11 – на «яках». Характерно, что из полков «яков» шесть эксплуатировало одновременно машины трех типов (Як-1/7/9}, один летал на Як-7 и Як-9, и только четыре были укомплектованы однотипными машинами (три – Як-1б и один Як-7). В общей сложности две воздушные армии располагали к концу января примерно 1060 исправными самолетами. С немецкой стороны им противостояли 1-й и 8-й авиакорпуса 4-го воздушного флота (около 450 боевых самолетов). В их составе было четыре истребительные группы, в т.ч. одна на FW 190А (II/JG 54) и три на «мессершмиттах» – IV/JG 51, а также I и III/ JG 52. Три последние группы, насчитывавшие к 1 февраля 104 самолета, были укомплектованы самолетами Bf 109G-6, и лишь III/JG 52 сохраняла еще несколько более старых Bf 109G-4. Совместно с ними действовал венгерский 102-й дивизион, на вооружении которого было примерно 10-12 Bf 109G. То есть состав частей «ягдваффе», участвовавших в битве, был однороден, в то время как в полках «яков» однообразия не было, материальная часть была довольно потрепанной, а новых Як-9 явно не хватало.

Участие истребительной авиации в Корсунь-Шевченковской битве с обеих сторон поначалу свелось главным образом к обеспечению действий собственных ударных машин и попыткам сорвать аналогичные действия противника. «Первую скрипку» играли «Аэрокобры» и «Лавочкины», но и пилотам «яков» неоднократно предоставлялась возможность отличиться. Так, утром 1 февраля две группы (в общей сложности 10 «яков») из 183-го ИАП перехватили около 60 Ju 87, разрушив их боевой порядок и сбив (по сообщениям советских пилотов) 9 вражеских машин.



Истребитель Bf 109G-10 с мотором DB 6050 (увеличенный воздухозаборник нагнетателя, характерный капот над мотором, широкие лопасти винта) и коком винта со спиралью

После окружения группировки вермахта характер боевых действий изменился – теперь главной задачей «ягдваффе» стало прикрытие транспортных самолетов, осуществлявших снабжение войск в «котле», советские же истребители пытались всячески этому препятствовать. Помимо фронтовой авиации, для решения этой задачи привлекли часть сил 9-го авиакорпуса ПВО. Хотя погодные условия были сложными, советские истребители добились определенных успехов. Например, 9 февраля около 16.30 четверка Як-7б и Як-9 из 148-го гвардейского ИАП атаковала заходящую на посадку группу Ju 52, которую прикрывала дюжина «мессершмиттов». Советским пилотам удалось сбить 6 «юнкерсов» и три истребителя, а еще одного транспортника и пару Bf 109 записала на свой счет подоспевшая четверка Як-1 из 586-го ИАП. Итогом операции стала полная ликвидация окруженной группировки.

Отметим, что одновременно с боями под Корсунь-Шевченковским 1-й Украинский фронт проводил наступательную операцию, в результате которой были освобождены Ровно и Луцк. Из состава 2-й ВА там действовали очень скромные силы – лишь 525-й ШАП и 728-й ИАП, которым противостояли разрозненные подразделения 4-го и 6-го воздушных флотов Люфтваффе. Ввиду неблагоприятных погодных условий фактически к боевым действиям привлекалась лишь десятка наиболее опытных пилотов 728-го ИАП, летавших на Як-9Д. В целом же в Корсунь- Шевченковской операции советской авиации, несмотря на численное превосходство над противником, не удалось полностью выполнить возлагавшиеся на нее задачи. Непосредственной причиной стали плохие метеоусловия, но следует учитывать и низкий уровень подготовки большинства советских пилотов, не имевших опыта, в отличие от летчиков Люфтваффе, полетов в сложных погодных условиях. За период боев под Корсунь-Шевченковским советская авиация выполнила более 12 тысяч боевых вылетов (9513 – 2-я ВА и 2819 – 5-я). Активность Люфтваффе оказалась существенно меньшей: советская сторона зафиксировала всего 5906 самолето-пролетов вражеских самолетов. Наиболее интенсивно работала ударная авиация. Так, наблюдатели 5-й ВА зафиксировали 203 пролета Bf 109, на которые приходились 570 пролетов Ju 87 и 687 – двухмоторных бомбардировщиков. Немецкие летчики заявили более 100 воздушных побед, примерно 2/3 сбитых самолетов были советскими истребителями.

Результатом Корсунь-Шевченковской операции стало успешное советское наступление на южном фланге фронта, в ходе которого Красная армия вышла к Государственной границе СССР и перенесла боевые действия на территорию Румынии. В попытке переломить ситуацию германское командование в мае 1944 г. решило организовать крупную воздушную операцию с целью завоевать превосходство в воздухе – операцию, оказавшуюся последним наступлением Люфтваффе на Восточном фронте. Для участия в операции были сосредоточены крупные силы как ударной, так и истребительной авиации, объединенные в 1-м авиакорпусе.



Bf 109G-14, Восточный фронт, зима 1944/45 гг.

В частности, на аэродромах Бессарабии собралась в полном составе (три группы) эскадра JG 52, насчитывавшая к 30 мая 1944 г. 76 самолетов Bf 109G-6. По возможности в предстоящих боях предполагалось задействовать группы II/JG 51, I/JG 53, Ili/JG 77, II/JG 301, но их главной задачей оставалась ПВО нефтепромыслов и нефтеперерабатывающих заводов в районе Плоешти, подвергавшихся систематическим налетам американской авиации. С советской стороны им противостояла 5-я воздушная армия, основу истребительной авиации которой составляли 4-й истребительный авиакорпус, имевший 118 Ла-5 и 91 Як-1, Як-7 и Як-9, а также 7-й ИАК, полностью укомплектованный «Аэрокобрами» (289 машин). Кроме того, 86 Як-1 числилось в 12-й гвардейской ИАД 1-го гвардейского штурмового авиакорпуса. 5-я ВА имела подавляющее преимущество в истребительной авиации, располагая 584 «Аэрокобрами», «яками» и «лавочкиными». Правда, это несколько компенсировалось наличием в 1-м авиакорпусе Люфтваффе почти полутора сотен штурмовиков FW 190F/G, способных успешно действовать и в качестве истребителей против Ил-2.

Советская разведка обнаружила сосредоточение крупных сил авиации противника в Северной Румынии, и ранним утром 29 мая штурмовики 5-й ВА под прикрытием истребителей 4-го ИАК нанесли упреждающий удар по вражеским аэродромам Хуши и Роман. Самолеты 7-го ИАК блокировали места базирования «мессершмиттов», дабы создать максимально благоприятные условия работы ударной авиации. Согласно советским сводкам, было выведено из строя 60 самолетов (примерно 30% от числа базировавшихся на двух аэродромах), 35 из них сожжено полностью. Действительность оказалась гораздо прозаичнее – 1-й авиакорпус лишился только пяти машин.

События следующего дня показали, что подавить силы Люфтваффе на аэродромах не удалось. Когда наземная группировка германо-румынских войск перешла в наступление на узком участке фронта севернее г. Яссы, то в воздухе появились крупные группы штурмовиков FW 190F и Ju 87D, прикрываемые Bf 109G эскадры JG 52. Действуя с максимально приближенных к линии фронта передовых аэродромов, немецкие летчики выполнили 30 мая в полосе 2-го Украинского фронта 2082 самолето-пролета (зафиксированных советскими постами ВНОС), на что ВВС Красной армии смогли ответить всего 703 боевыми вылетами. По советским данным, Люфтваффе потеряли 106 самолетов, но в действительности потери оказались гораздо меньше – например, среди истребителей больше всех пострадала группа II/JG 52, лишившаяся четырех «Густавов». Интенсивная боевая работа 1-го авиакорпуса продолжалась и 31 мая – в тот день было зафиксировано 1547 самолето-пролетов. И снова противодействие 5-й ВА было вялым – она выполнила лишь 888 самолето-вылетов. Люфтваффе в который раз смогли компенсировать численное превосходство советской авиации интенсивностью боевой работы: 30 и 31 мая молодые летчики выполняли не менее трех вылетов ежедневно, а опытные пилоты – не менее семи. Так, в летной книжке командира отряда 7./JG 52 обер-лейтенанта В. Шталера (W. Stahler) записано 10 стартов с аэродрома Хуши 30 мая и еще восемь – на следующий день. Гауптман В. Батц (W. Batz), командир группы III/JG 52, вспоминал, что в те дни он с восхода солнца до 19 часов практически не покидал кабину истребителя.

Тактика Люфтваффе строилась на тесном взаимодействии различных родов авиации. Группы в составе 12-20 FW 190 с бомбами подходили к району поля боя и, пользуясь плохим оповещением советских войск, с высоты 2000-2500 м безнаказанно сбрасывали свой смертоносный груз. После этого «фокке-вульфы» снижались и штурмовали наземные войска, а затем прикрывали подходящие к переднему краю пикировщики Ju 87. Как правило, в воздушном бою FW 190 были довольно пассивными, считая своей основной задачей защиту пикировщиков. Этого нельзя было сказать о группах Bf 109G, которые эшелонировались на трех-четырех высотах и, по словам командира 7-го ИАК генерала А.В. Утина, «создавали угрозу отовсюду». При этом наиболее опытные «эксперты» – майор Г. Баркхорн (G. Barkhorn), обер-лейтенанты Ф. Облесер (F. Obleser) и X. Липферт (Н. Lipfert), лейтенанты Э. Хартманн (Е. Hartmann) и В. Вольфрум (W. Wolfrum) – действовали на «верхнем ярусе». Умело используя преимущество своих «Густавов» в вертикальном маневре, они, пикируя, сбивали отдельные советские машины, связывали боем остальных, а затем на большой скорости уходили наверх для последующих заходов.

Реагируя на такую тактику пилотов JG 52, советские пилоты вынуждены были поднять высоту патрулирования. Но это привело к тому, что идущие к фронту Ил-2 попадали под комбинированные атаки: сверху били «мессершмитты», а снизу – «фокке-вульфы». И если верхнюю полусферу могли еще защитить истребители сопровождения и воздушные стрелки самих штурмовиков, то удары снизу- сзади были по-настоящему губительны. Из 30 групп советских штурмовиков, вылетавших в течение двух дней в район боев, 28 вели неравные бои еще на подходе к линии фронта. Даже опытнейшим пилотам покрышкинской 9-й гвардейской ИАД приходилось нелегко в схватках с пилотами JG 52. 31 мая благодаря умелой тактике пилотов «мессершмиттов» удалось нарушить взаимодействие между ударной группой (ведущий – капитан Г.А. Речкалов) и группой прикрытия (ведущий – А.Ф. Клубов). Итогом стали пять сбитых «Аэрокобр» и снятие Речкалова с должности командира 16-го гвардейского ИАП с формулировкой «за потерю управления, нерешительность, отсутствие инициативы». А капитан Свинаренко из 100-го гвардейского ИАП за два дня трижды терял своих ведомых…

В течение мая 1944 г. 5-я ВА лишилась 156 самолетов (в т.ч. 33 Як-1б, Як-7 и Як-9Д), из которых 121 составили боевую убыль. Но львиная доля потерь пришлась на два последних дня мая: 30-го числа было потеряно 36 самолетов, а 31-го – 34. То есть в каждый из тех двух дней 5-я ВА лишалась целого авиаполка! Потери Люфтваффе были втрое ниже: 1-й авиакорпус за 30-31 мая лишился 23 самолетов. И среди них также были асы – так, 31 мая был сбит майор Г. Баркхорн, командир группы II/JG 52. В том бою он получил персональное задание прикрывать командира группы пикировщиков III/SG 2 майора Г.У. Руделя (H.U. Rudel) – самого именитого из пилотов, летавших на Ju 87. Уже на обратном пути Баркхорн позволил себе на какое-то мгновение расслабиться – и в тот же миг был сбит советским истребителем. Пилот, имевший на своем счету 273 воздушные победы и уже мечтавший об отметке в 300 сбитых самолетов, сам едва сумел уцелеть и на четыре месяца выбыл из строя.

В майских боях под Яссами ярко проявилось одно характерное отличие в тактике истребителей Люфтваффе и ВВС Красной армии: советские летчики, увлекавшиеся преследованием врага, неоднократно подвергались взысканиям командования «за нарушение боевого порядка». С другой стороны, пилоты «мессершмиттов» настойчиво вели преследование, особенно поврежденных и отставших от общей группы самолетов, не забывая при этом о собственной безопасности. В результате пилоты «ягдваффе» могли записать на свой счет гораздо больше воздушных побед.



Совершивший вынужденную посадку Bf 109К-4 принадлежал эскадре JG 52 «Рихтгофен»

Надо признать, советское командование довольно оперативно учло уроки боев 30-31 мая и перестроило тактику истребителей. Количество самолетов в патруле увеличили до 12-16 машин с построением боевого порядка в три-четыре яруса – как у немцев. При этом ударная группа (как правило, две четверки) находилась на высоте 2500-3000 м, причем одна четверка находилась выше другой примерно на 200-300 м. Задачей ударной группы было поражение штурмовиков и пикировщиков. Выше находилась четверка прикрытия, которая должна была отсекать «мессеры» от ударной группы и прикрывать ее с верхней полусферы. Наконец, еще выше шла четверка группы поддержки, призванная не позволить пилотам Bf 109 применить их излюбленный прием – атаку с пикирования. Иногда еще выше, на 5000-6000 м, располагалась еще одна пара истребителей – «охотников». Новая тактика сразу же сказалась на результатах воздушных боев. Уже 1 июня советским истребителям удалось добиться ощутимых успехов. Доставалось и опытным «экспертам»: так, командир III/JG 52 В. Батц (W. Batz), уходя от «охотника» – лейтенанта А. Семенова из 438-го ИАП, – вынужден был в пикировании разогнать своего «Густава» до приборной скорости в 740 км/ч. При резком выводе «мессершмитт» не развалился, но деформации сделали его непригодным для дальнейших полетов. Так что Семенов, хотя и не сбил противника, записал на свой счет вполне заслуженную победу.

При сопровождении собственных штурмовиков теперь ставилась задача истребителям появиться над полем боя на 3-5 минут раньше «илов», чтобы сковать боем «фокке-вульфы». При сопровождении штурмовиков особенно удачно действовала 294-я ИАД, укомплектованная самолетами Як-9Д. Ее истребители одной группой сопровождали «илы» за линию фронта и обратно, в то время как другая барражировала над полем боя для усиления — вот когда пригодилась увеличенная емкость баков этой модификации «девятки». Когда подходила новая группа штурмовиков и начинались атаки немецких истребителей, советское прикрытие, как правило, оказывалось многочисленнее нападавших. Результат не замедлил сказаться: 1 июня счет потерь сравнялся – обе стороны лишились по восемь самолетов.



Як-9 с двигателем М-105ПФ выруливает на взлет

Характерно, что с советской стороны был потерян лишь один Ил-2, остальные сбитые самолеты были истребителями (пять «Аэрокобр» и два Як-1). То есть истребители смогли вполне надежно защитить штурмовиков. Немецкие потери составили четыре «Густава», два «фокке-вульфа» и по одному Ju 87 и Hs 129. А вот интенсивность боевой работы 5-й ВА по-прежнему отставала – 1 июня на почти 1000 самолето-пролетов Люфтваффе она смогла ответить лишь 467 боевыми вылетами. Причина крылась в больших потерях, понесенных в первые два дня, причем не только сбитыми самолетами, но и поврежденными. Вследствие этого в некоторых полках оставалась всего половина, а то и треть боеспособных машин. Но решающим фактором стало все-таки наличие у ВВС Красной армии крупных резервов – несоизмеримо больших, чем у Люфтваффе. 2 июня еще было зафиксировано 1347 пролетов германских и румынских самолетов, но дальше активность вражеской авиации неумолимо пошла на спад. В 1-м авиакорпусе значительно сократилось количество исправных самолетов, прежде всего истребителей, а это неминуемо сказалось на эффективности боевого применения штурмовиков и пикировщиков. 5 июня 5-я ВА впервые выполнила больше боевых вылетов, чем противник, – 927 против 777. И хотя баланс потерь оказался не в пользу советской стороны – 23 против 8, инициатива в воздухе перешла на сторону ВВС Красной армии. На следующий день стало ясно, что ресурсы Люфтваффе практически исчерпаны. Требования командиров групп и эскадр пополнить части и соединения оставались без ответа. Свежих сил, особенно истребителей, взять было неоткуда. Одновременно с высадкой союзников во Франции американская авиация активизировала удары по румынским нефтепромыслам. Это вынудило снять с фронта и направить для ПВО района Плоешти группу III/JG 52. Немецкие и румынские войска еще пытались продолжать атаки, но к 8 июня наземные части Красной армии, поддержанные авиацией, смогли восстановить исходное положение в районе Ясс. На южном фланге советско-германского фронта установилось затишье. Завершившиеся бои стали последней и достаточно решительной попыткой Люфтваффе завоевать господство в воздухе над районом наступления советских войск. Если годом ранее, в начале операции на Курской дуге, немцы смогли удерживать преимущество примерно в течение недели, то теперь не более двух дней. Так же как и под Курском, под Яссами командованию Люфтваффе удалось четко организовать боевую работу, а летный состав продемонстрировал способность действовать с большой нагрузкой. Немцы широко маневрировали авиацией, максимально приблизив в решающий момент аэродромы к линии фронта. В среднем на каждый немецкий самолет в первые три дня приходилось почти три вылета в день, в то время как на советский – всего 0,6 вылета. Это позволило немцам добиться количественного превосходства и вести воздушные бои при выгодном соотношении сил. При необходимости командование 1-го авиакорпуса быстро усиливало свои части в воздухе. Начальник штаба 5-й ВА генерал Н.П. Селезнев отмечал: «Надо отдать должное хорошей организации взаимодействия видов авиации противника и наращиванию усилий над полем боя, что отмечалось и в 1943 г. У немцев вызов авиации по радио отработан в совершенстве и доведен до автоматизма».



Як-9Тс пушкой НС-37

Нанеся упреждающий удар по аэродромам противника (впрочем, не принесший ожидаемых результатов), командование ВВС Красной армии затем не смогло навязать противнику свою волю. Пассивная тактика непрерывного патрулирования ставила советских истребителей в невыгодное положение, поскольку инициатива уступалась противнику: немцы могли выбирать время и способ, как лучше прорваться к намеченному району. Советские авиаторы с иронией называли такой способ действий «борьбой за господство в воздухе по графику». Наряду с этим отмечалось довольно успешное применение советскими истребителями тактики «свободной охоты». Выполнив в течение битвы под Яссами всего около 40 вылетов на «свободную охоту», советские пилоты сбили несколько самолетов, в том числе и в глубоком тылу немецких войск. Но в основном советские пилоты увеличивали свой боевой счет в ходе крупных групповых боев.

Излюбленной тактикой немецких истребителей оставались внезапные атаки, раскалывание строя, уничтожение поврежденных и отставших самолетов противника. Но в отличие от прежних сражений «ягдваффе» стремилась вести бои над собственными позициями, концентрируя свои силы на узкой полосе («мессершмитты» не оказывали никакого противодействия советским разведчикам и не сбили ни одного бомбардировщика в глубине более 50 км от линии фронта).

Серия крупномасштабных наступательных операций Красной армии, проводившихся летом 1944 г., осуществлялась в крайне сложных для Германии условиях – начавшаяся высадка союзников во Франции и открытие, по сути, уже третьего фронта (вторым с полным правом могла считаться Италия) вынудили в очередной раз ослабить силы Люфтваффе на Востоке. Основным соединением на Bf 109G, действовавшем на советско-германском фронте, оставалась эскадра JG 52, воевавшая над Правобережной Украиной, а затем Румынией и Южной Польшей. Ее буквально разрывали на части. В июне группу III/ JG 52 перебросили на центральный участок фронта, где разворачивалась операция «Багратион», имевшая целью освобождение Белоруссии. Здесь группа попала в оперативное подчинение штаба эскадры JG 51, успевшей полетать на «фокке-вульфах», но к тому времени обратно перевооруженной Bf 109G последних модификаций. В ожесточенных воздушных схватках с численно превосходящим противником части «ягдваффе» несли ощутимые потери, причем не только среди молодежи, но и среди «экспертов». Так, 17 июня погиб лучший по результативности пилот JG 51, командир отряда 8./JG 51 обер-лейтенант Антон Хафнер (Anton Hafner). Ас, имевший на своем счету 204 воздушные победы, умудрился ввязаться в бой на виражах на малой высоте с Як-9. В таких условиях «Густав» не имел никаких шансов уцелеть…

Вторая половина 1944 г. ознаменовалась вводом в бой на советско-германском фронте новых модификаций истребителей. С советской стороны речь шла прежде всего о Як-3, на который командованием возлагались большие надежды. Для проведения войсковых испытаний был выбран 91-й ИАП, входящий в 256-ю ИАД (5-й истребительный авиакорпус 2-й воздушной армии). Полк имел большой опыт эксплуатации яковлевских самолетов – ранее он летал на Як-1б, Як-7 и Як-9. При этом почти половину его пилотов (точнее 41%) составляла молодежь, впервые шедшая в бой. До начала боевых операций летный состав полка имел налет на Як-3 20-25 часов, что считалось довольно высоким уровнем. Полку выделили 41 самолет (точно по количеству летчиков) первых серий выпуска – с одним синхронным пулеметом, а не двумя, как на более поздних машинах. В бой на новых самолетах 91-й ИАП пошел в ходе Львовско-Сандомирской наступательной операции, начавшейся 13 июля 1944 г. В ходе войсковых испытаний на Як-3 был выполнен 431 боевой вылет (83 групповых вылета по 6-8 самолетов), то есть в среднем каждый летчик совершал в день не более одного вылета. И это в то время, когда велась крупная наступательная операция, а погодные условия были благоприятными. Снова наблюдаем типичную для советских ВВС ситуацию, когда подавляющее количественное превосходство над Люфтваффе было необходимым для компенсации относительно невысокой интенсивности боевого применения. 2-й ВА в том районе противостояли прежде всего FW 190А-8 из группы IV/JG 54, а также «Густавы» из эскадры JG 52. В частности, подо Львов в начале июля перебросили группу III/JG 52. В те месяцы части «ягдваффе» часто меняли дислокацию, «курсируя» вдоль откатывающегося к границам рейха Восточного фронта, – так, группы JG 52 порой оказывались рассеянными от Прибалтики до Румынии. Правда, уже в августе Румыния была потеряна – вследствие Ясско-Кишиневской наступательной операции советских войск эта страна оказалась на грани военного поражения и перешла на сторону антигитлеровской коалиции. Немногочисленные части Люфтваффе, несмотря на напряженную боевую работу, не смогли предотвратить такого развития событий и вынуждены были эвакуироваться с территории Румынии. Так, группа II/JG 52 31 августа перелетела в Будак на территории Венгрии.

Но вернемся к результатам войсковых испытаний Як-3. В количественных параметрах они выглядят так: пилоты Як-3 провели пять воздушных боев, заявив 23 победы (14 Bf 109G, 6 FW 190 и три Ju 87). Собственные потери составили три машины. При этом все воздушные бои происходили только тогда, когда Як-3 действовали по вызову с наземного командного пункта. Когда же Як-3 вылетали на прикрытие наземных войск или на «свободную охоту», встреч с противником не происходило. В отчете о войсковых испытаниях это объяснялось двумя моментами: сильным ударом по авиации противника 14-15 июля, вследствие которого активность Люфтваффе резко снизилась, и малым запасом топлива у Як-3. Из-за этого при барражировании Як-3 могли находиться над объектом прикрытия не более 15-17 минут, а при «свободной охоте» – вести очень кратковременное выслеживание, что существенно сокращало вероятность встречи с противником. Из статистики воздушных боев и побед в них можно сделать еще один вывод: Люфтваффе продолжали действовать крупными группами, пытаясь создавать локальный численный перевес. Однако Як-3 продемонстрировал свою способность противостоять численно превосходящему противнику. Ярким примером стал бой 16 июля, в котором десять «яков» сошлись с восемью Bf 109 и четверкой FW 190. Силы с обеих сторон быстро наращивались, и под конец 18 Як-3 противостояли 24 самолетам противника. Итогом боя стали 18 заявленных побед советских истребителей при одном сбитом и одном поврежденном Як-3.



Як-9Д ВВС Черноморского флота в небе Крыма

По результатам войсковых испытаний летчики отмечали, что на высотах до 5000 м Як-3 превосходил Bf 109 и FW 190 как в горизонтальном маневре (заходил в хвост вражескому истребителю уже на втором вираже), так и в вертикальном. Догоняли «мессершмиттов» даже на пикировании, что было невозможно на любом другом истребителе Яковлева. Так, в упомянутом бою 16 июля старший лейтенант Чижиков догнал Bf 109G на «горке» с высоты 1300 м, но выпущенная очередь из бортового оружия прошла мимо. Противник с переворота перешел в пикирование, надеясь оторваться от преследователя. Пикируя за неприятелем, Чижиков с дистанции 50 м сбил его.

В итоге Як-3 признали годным для действий по вызову с наземной станции наведения для перехвата самолетов противника и наращивания сил в воздушном бою. А вот выполнение других задач – например, прикрытие наземных войск путем барражирования – было затрудненным ввиду малого запаса топлива. Совершенно не годился Як-3 и для сопровождения бомбардировщиков, поскольку средняя продолжительность полета его (с учетом 20% резерва топлива) составляла всего 40-45 минут. Таким образом, он представлял собой узкоцелевой истребитель, призванный дополнить Як-9 (и другие типы советских истребителей).

Сам конструктор Яковлев, искренне считавший Як-3 своим лучшим истребителем, ревностно следил за тем, чтобы этот самолет направляли в первую очередь в самые заслуженные полки. Одним из первых получил новую технику 31-й гвардейский ИАП. Также в числе первых оказался отличившийся при прорыве блокады Ленинграда 1-й Краснознаменный гвардейский ИАП, пересевший на Як-3 с Як-7б. Прежде всего новыми Як-3 старались вооружать полки, ранее летавшие на «яках» ранних моделей. Это упрощало освоение самолетов как летным, так и техническим составом. Но случались и исключения. Так, в августе 1944 г. на Як-3 пересел 18-й гвардейский ИАП, ранее летавший на Ла-5Ф. С октября он воевал на 1-м Прибалтийском фронте, проведя свой первый бой на новой технике 10-го числа. Восьмерка Як-3 вылетела на прикрытие наземных войск. Обнаружив 16 FW 190 с бомбами, шедших под прикрытием четырех «Густавов», «яки» пошли вверх, пытаясь оттянуть на себя противника и не допустить сброса бомб на советские позиции. Уловка удалась, FW 190 освободились от бомб и кинулись за «яками». Но, набрав высоту, Як-3 перешли в пике и сбили в завязавшемся бою три «фокке-вульфа» без потерь со своей стороны. С «лавочкиных» пересели на Як-3 112-й гвардейский и 431-й истребительные авиаполки. В Прибалтике на Як-3 воевали также 66-й гвардейский и 4-й Краснознаменный ИАП. На южном фланге на этих машинах действовали 32-й ИАП, отличившийся при освобождении Львова, и 427-й ИАП, закончивший войну в Румынии. Из-за малой дальности полета Як-3 мало интересовал морских летчиков, однако небольшое количество таких самолетов эксплуатировалось и авиацией ВМФ. В частности, наряду с Як-9У машины этого типа получил 6-й гвардейский ИАП ВВС Черноморского флота.

Далеко не всегда перевооружение проходило гладко. В сентябре 1944 г. освоение Як-3 начала 2-я эскадрилья 812-го ИАП, ранее летавшего на Як-1б и Як-9Т. В одном из учебных боев у Як-3, пилотируемого лейтенантом Дергачевым, в ходе резкого маневрирования оторвалась консоль крыла. Летчик сумел выбраться из кабины, но парашют раскрыться уже не успел… В итоге все полученные Як-3 было отправлены в мастерскую для усиления консолей, а полк получил Як-9У. Такие же машины вместо запланированных «троек» получил и второй полк 265-й ИАД – 291-й ИАП. Полностью на Як-3 перешел входящий в ту же дивизию 402-й ИАП, а позже, после выполнения доработок, «тройки» все-таки получила одна эскадрилья 812-го полка.

Эпизод, имевший место в 812-м ИАП, вовсе не был исключением. Подтверждением тому – грустная статистика: всего за 1944 г. было потеряно 90 Як-3, из них 56 не вернулись из боевых вылетов, три были списаны по износу, а 31 разбился в авариях и катастрофах. То есть небоевая убыль Як-3 составила 34,4%, существенно превосходя аналогичный показатель для других яковлевских машин. В частности, для Як-1 он составлял 18,1%, для Як-9 с ВК- 105ПФ – 25,9%, а для Як-9У с ВК-107А – лишь 11,1%. Справедливости ради отметим, что импортная «Аэрокобра» также имела достаточно высокий процент небоевых потерь – 27,4%. И уж вовсе зашкаливал этот показатель у сложных в пилотировании истребителей Лавочкина – 35,6% для Ла-5ФН и 38,7% для Ла-7. С противоположной стороны фронта ситуация была не лучше – уровень небоевых потерь «Густавов» и «Курфюрстов» достигал 1/3. Но если для истребителей Яковлева главными причинами аварий и катастроф были технологические (недостаточная прочность деревянных узлов, проблемы с моторами), то для Bf 109G/K основной проблемой была неудачная конструкция шасси, унаследованная от самых ранних модификаций «сто девятого». Именно на взлет и посадку приходилась основная доля аварий с «мессершмиттом». В среднем каждая десятая посадка молодого летчика на Bf 109G на мокром аэродроме заканчивалась касанием законцовкой крыла грунта и мелким (а иногда и не очень) ремонтом из-за узкой колеи шасси и слабых стоек. При этом Bf 109G-10/14 выгодно отличался от Як-3 нормальным противокапотажным углом и эффективными колесными тормозами. Поэтому, хотя посадочная скорость «Густава» была выше, чем Як-3 (150 км/ч против 137 км/ч), длина пробега по сухой ВПП у него была всего 380 м против 455 м у Як-3. А этот показатель к концу войны становился все более важным для Люфтваффе – ведь аэродромы подвергались систематическим ударам авиации союзников, и истребителям часто приходилось действовать с поврежденных ВПП.

Як-3 не имел себе равных по такой важной характеристике самолета, как удобство и простота в управлении. Пилотажные качества Bf 109 постоянно ухудшались, требования к уровню подготовки летчиков становились все жестче, а фактическое качество обучения в школах Люфтваффе падало. Як-3, наоборот, был максимально пригоден к быстрому освоению не только летчиками средней квалификации, но и вчерашними выпускниками летных школ.



Группа Як-9ДД на аэродроме Бари (Италия)

Правильно подобранные рули, элероны и их сервокомпенсаторы, а также удачная конструкция системы управления обеспечили оптимальную реакцию самолета на движения ручки и педалей. Несмотря на уменьшение площади крыла по сравнению с исходным Як-1, нагрузка на крыло у Як-3 была ниже, чем у любого истребителя противника, – 167 кг/м2 . У Bf 109G-10 этот показатель составлял 191 кг/м2 , и даже у облегченного Bf 109К-4 – 179 кг/м2 . Соответственно, Як-3 наголову превосходил «мессершмитт» по характеристикам виража. Особенно велико было преимущество в вираже неустановившемся. Более того, Як-3 стал первым среди истребителей Яковлева, сумевшим превзойти Bf 109G в скорости – в том диапазоне высот, на которых велись воздушные бои на Восточном фронте. Bf 109G-10, являвшийся лучшим немецким истребителем конца войны по комплексу боевых характеристик с учетом надежности, уступал серийному Як-3 на 4000 м примерно 30 км/ч, а у земли – 20 км/ч. Однако скоростные характеристики отнюдь не всегда были определяющими для истребителя. Показательным является пример А. Покрышкина – ему, как и некоторым другим выдающимся летчикам, предоставили возможность выбрать для вооружения своего полка произвольный тип истребителя. Опробовав Як-3, а также Ла-7, он забраковал обе машины. Свои впечатления от полетов на Як-3 он подытожил так: «Хороший самолет для борьбы с истребителями. Но против бомбардировщиков требуется более мощное вооружение, как минимум две-три пушки. То вооружение, что установлено на самолете, не позволяет сбить Не 111 или Ju 88 с первого захода, а тем более Hs 129. Я видел, что Яковлев неохотно слушает мои замечания, и мы остались каждый при своем мнении». В итоге «покрышкинская» 9-я гвардейская ИАД до конца войны воевала на «Аэрокобрах». То есть Покрышкин отдавал предпочтение не столько скоростным и маневренным качествам истребителя, сколько мощному вооружению. Этого Як-3 как раз и не хватало. А на «Аэрокобре» стояли 37-мм пушка и четыре крупнокалиберных пулемета.

Наряду с Як-3 в 1944-1945 гг. прошли боевое крещение и новые модификации самого массового яковлевского истребителя – Як-9. В два тура проводились войсковые испытания вооруженного 45-мм пушкой самолета Як-9К: в августе – сентябре 1944 г. в 274-м ИАП (3-й Белорусский фронт) и в январе – феврале 1945 г. в 812-м ИАП (1-й Белорусский фронт). Предполагалось, что истребитель со столь мощным вооружением будет эффективен для действий против вражеских бомбардировщиков. Но к тому времени на советско-германском фронте двухмоторные Ju 88 или Не 111 встречались чрезвычайно редко, а главными воздушными противниками были FW 190 (как истребители, так и штурмовики) и Bf 109G. Для маневренной схватки с «Густавом» Як-9К был тяжеловат, поэтому такие самолеты действовали совместно с более легкими Як-1б или Як-3. За время войсковых испытаний состоялся 51 воздушный бой, в котором сбито 8 FW 190А и 4 Bf 109G. Встреч с бомбардировщиками не было отмечено ни одной. Собственные потери составили всего один Як-9К, а средний расход боеприпасов на один сбитый самолет – 10 снарядов. Как уже отмечалось, пушка НС-45 показала невысокую надежность, что и стало основной причиной отказа от массового производства Як-9К.



Як-3 на фронтовом аэродроме

В декабре 1944 г. – феврале 1945 г. в 130-й ИАД (3-й Белорусский фронт) проходили войсковые испытания истребителя-бомбардировщика Як-9Б. В ходе их самолеты выполнили почти 2500 боевых вылетов, сбросив 356,5 т бомб и проведя 53 воздушных боя. Как видно из этой статистики, средняя боевая загрузка самолета составляла чуть более 140 кг – то есть не дотягивала не только до паспортной цифры в 400 кг, но и до утвержденного по результатам госиспытаний параметра в 200 кг. Официальные результаты ударов по наземным целям были впечатляющими – только уничтоженных автомашин на счет дивизии записали более 1000. Неплохо показал себя Як- 9Б как истребитель – в 53 воздушных боях было сбито 25 самолетов противника (из них 20 «фокке-вульфов» и два «Густава») при потере четырех Як-9Б (еще четыре самолета были подбиты). Однако фронтовые летчики дали Як-9Б невысокую оценку. Они сетовали на отсутствие специального прицела (который и установить-то в кабине одноместного истребителя было негде). Из-за этого приходилось применять простейшие и далеко не самые эффективные способы прицеливания, которые к тому же для разных способов бомбометания существенно различались. Например, при бомбометании с горизонтального полета летчик должен был визировать цель по капоту мотора, наметить впереди цели ориентир и выдерживать по нему курс, а бомбы сбросить спустя три секунды после «подхода цели к носу самолета». Неудивительно, что точность попадания оказывалась низкой. Но не стоит списывать все на недостатки оборудования – ведь и в ВВС других воюющих стран на абсолютном большинстве истребителей-бомбардировщиков и штурмовиков применялись похожие способы прицеливания при бомбометании. Скорее всего, для успеха Як-9Б требовалась специальная подготовка летчиков-истребителей, а обеспечить ее во фронтовых условиях оказалось затруднительно. Кроме того, крайне неудачной была признана подвеска бомб в трубах внутри фюзеляжа – при пикировании с углом 30-50° отмечались случаи невыхода бомб из отсека.

Более успешным оказался опыт боевого применения еще одной специализированной модификации «девятки» – дальнего истребителя Як-9ДД. Применялся он на различных участках фронта, но наиболее успешный эпизод связан с действиями группы из 12 Як-9ДД, выделенных из состава 326-й ИАД для действий с территории Италии. В августе 1944 г., преодолев маршрут в 1300 км, который почти полностью прошел над территорией, занятой врагом, самолеты приземлились на аэродроме Бари. Главной задачей группы стало сопровождение транспортных самолетов С-47, снабжавших югославских партизан. Помимо этого, Як-9ДД привлекались для сопровождения участвовавших в челночных полетах бомбардировщиков В-17 и В-24, взлетавших из Полтавы.



Як-3 полка «Нормандия-Неман» – экспонат Музея авиации и космонавтики в Ле Бурже, Франция (фото И. Петровского)

В последние месяцы на фронт успели попасть и новейшие Як-9У с моторами ВК-107А. В октябре – декабре 1944 г. 32 таких самолета проходили войсковые испытания в Прибалтике в составе 163-го ИАП 3-й воздушной армии. Выполнив 398 самолето-вылетов, Як-9У провели всего 26 воздушных боев. 18 из них были результативными – в них пилоты 163-го ИАП сбили 27 FW 190 и один Bf 109G, потеряв две своих машины. Даже если учесть неминуемое завышение свои успехов, результаты испытаний были признаны отличными. Преимущества Як-9У в глазах летчиков полностью компенсировали его недостатки, главными из которых были малый ресурс и повышенная пожароопасность двигателя. К тому же лишь в 1945 г. самолет наконец получил новые радиаторы, позволяющие эксплуатировать двигатель и на форсаже. Встречи с «мессершмиттами», как видно из статистики воздушных побед Як-9У, были довольно редкими. Основным противником был FW 190, в воздушных боях с которым Як-9У имел превосходство благодаря солидному преимуществу по скорости, скороподъемности и маневренности. Это и понятно – ведь более тяжелый «фокке- вульф» являлся многоцелевым истребителем, а Як-9У был оптимизирован для воздушного боя. Поэтому более корректно сравнивать его с аналогичной германской машиной – Bf 109. Вот мнение немецкого летчика Вальтера Вопьфрума (Walter Wolfrum), летавшего почти на всех основных модификациях «сто девятого», начиная с Bf 109В и заканчивая Bf 109К-4: «Наилучшими истребителями, с которыми я встречался в бою, были Норт Америкен «Мустанг» Р-51 и русские Як-9У. Оба истребителя имели явное преимущество в характеристиках над Bf 109 независимо от модификации, включая Bf 109К-4». Однако до окончания войны Як-9У успели получить лишь немногие части (в частности, 42-й гвардейский и 149-й Краснознаменный ИАП). Успел «понюхать пороху» и трехпушечный Як-9УТ, на котором был, наконец, устранен один из главных недостатков массовых модификаций «девятки» – относительно слабое вооружение. Такие машины весной 1945 г. прошли войсковые испытания, сбив в 19 воздушных боях 28 самолетов противника при потере двух своих.



Групповой вылет Як-3

Сойтись в бою с новейшей модификацией Bf 109 – «Курфюрстом» – «якам» удавалось очень редко. Серийные Bf 109К-4 поставлялись в первую очередь в части 3-го воздушного флота, действовавшие на Западном фронте. В частности, в октябре 1944 г. такими самолетами вооружили эскадру JG 27, в ноябре – группы III/JG 4 и III/JG 77. Несмотря на получаемые пополнения, эти части понесли серьезные потери. Тем не менее германское командование предприняло попытку крупной воздушной операции, призванной если не переломить ход войны на Западе (всерьез рассчитывать на это уже нельзя было), то хотя бы нанести ВВС союзников максимальный урон. Операция под кодовым названием «Боденплатте» предусматривала нанесение массированных авиаударов по аэродромам противника. Она стала последней наступательной акцией Люфтваффе во Второй мировой войне. Для участия в «Боденплатте» Люфтваффе собрали все имеющиеся силы, в том числе 16 групп, вооруженных Bf 109G/K (четыре группы эскадры JG 27, по три – JG 4, JG 53, JG 77, две из JG 3 и одна из JG 11). Начавшаяся 1 января 1945 г. операция не принесла ожидаемых результатов. Налетам подверглись 27 вражеских аэродромов, на которых было уничтожено 228 самолетов и еще 146 повреждено – но эти потери были легко компенсированы американской и британской промышленностью. Потери Люфтваффе оказались гораздо выше – только в первый день операции они лишились около 300 самолетов, погибло или пропало без вести 214 летчиков (главным образом пилотировавших FW 190). И если германская промышленность, несмотря на труднейшие условия, в которых ей приходилось работать, смогла компенсировать потери в материальной части, то возместить гибель пилотов Люфтваффе уже не могли.

По состоянию на 10 января 1945 г. Люфтваффе располагали примерно 1000 Bf 109G/K, из них 700 были исправны. Основная группировка была сосредоточена в действовавшем на Западе 3-м воздушном флоте. На Востоке крупнейшими силами «Густавов» располагал 6-й воздушный флот, действовавший на фронте от Восточной Пруссии до Карпат: 184 самолета в JG 51 (I, III и IV группы) и JG 52 (I и III группы), 94 в ночных истребительных эскадрах NJG 5 и NJG 10, а также 155 в пяти группах ближней разведки. 4-й воздушный флот, воевавший в Венгрии и Югославии, имел в своем составе группы II/JG 51, II/JG 52 и I/JG 53, насчитывавшие 89 «мессершмиттов», а еще 44 «Густава» было в двух разведывательных группах. Наконец, остатки 1-го воздушного флота, оборонявшиеся в Курляндии, имели примерно полтора десятка «сто девятых» в штабном звене эскадры JG 51 и одной разведывательной группе. При этом новейших «Курфюрстов» в частях, воющих на Востоке, пока не было – основу их вооружения составляли Bf 109G-10 и G-14. Лишь в середине февраля по три Bf 109К-4 поступило в штабные звенья эскадр JG 51 и JG 52. В этих частях «Курфюрсты» использовались главным образом для полетов на «свободную охоту» – благо целей для них хватало. Изредка вылетали они и на прикрытие штурмовиков. В третьей декаде февраля Bf 109К-4 перевооружили группу IV/JG 51, базировавшуюся в Пиллау. На 28 февраля в ней числилось 34 «Курфюрста» и 46 летчиков, из них 42 полностью готовых к боевым полетам. Увы, оказать сколь-нибудь существенное влияние на ход войны даже новейшие «мессершмитты» не могли. Единственное, что оставалось, – пытаться прикрыть отступающие наземные части вермахта и хоть немного задержать продвижение Красной армии. Несмотря на подавляющее превосходство противника, Люфтваффе продолжали сражаться, неся тяжелые потери. В последние месяцы войны целый ряд истребительных групп пришлось расформировать, а взамен их перебросить на советско-германский фронт части с Запада. К моменту капитуляции Германии в 4-м воздушном флоте на Bf 109 летали группы II/ JG 52 и III/JG 53, а также венгерский 102-й истребительный авиаполк – все они эксплуатировали Bf 109G-10 и G-14. Семь истребительных групп с «мессершмиттами» были в составе 6-го ВФ: II/JG 3 с Bf 109G-10, III/JG 3 (Bf 109К-4), III/JG 6 (Bf 109G-14), II/JG 11, летавшая на Bf 109G-10 и G-14, l/JG 52 (Bf 109G-14/K-4), III/JG 52 (Bf 109G-14) и, наконец, l/JG 77, полностью вооруженная Bf 109K-4. В воздушном командовании «Восточная Пруссия» действовали группы III и IV/JG 51, вооруженные Bf 109G-14 (последняя имела и несколько «Курфюрстов»), Боевые вылеты продолжались до самых последних дней войны, но никакого значения это уже не имело – крах Третьего рейха был неминуем…

Оглавление книги


Генерация: 0.091. Запросов К БД/Cache: 3 / 1