1.8. Лебединая песня Т-26

Дань традиции

Уже отмечалось, что если рождение Т-26 сразу поставило его в особые условия – наиболее сильного среди танков малой массы, то уже в 1935-1936 гг. положение радикально переменилось. В разных странах появились модели сходной боевой массы (около 10 т), имевшие сравнительную подвижность при сходной или лучшей броневой защите при несколько более слабом вооружении. Наиболее интересными, с точки зрения советских специалистов, как уже отмечалось, стали чехословацкие танки "Прага" (Lt. vz. 34), "Шкода" (S-IIa), японский "Ха-Го", французские "Рено" (R 35), "Гочкис" (H 35), "Форж и Шантье" (FCM 36).

Общий вид танка "Шкода" (Skoda-IIa) выпуска 1936 г.

1.8. Лебединая песня Т-26

В программе модернизации танка Т-26 на 1937-1938 гг. остались пункты, продиктованные опытом войсковой эксплуатации, а также боев в Испании:

– поднять мощность двигателя до 105-107 л.с;

– усилить подвеску танка;

– довести боекомплект танка до 204 снарядов и 58 пулеметных дисков;

– улучшить броневую защиту корпуса и башни установкой цементованных броневых листов толщиной 20-22 мм, преимущественно под наклоном;

– улучшить возможности эвакуации из танка под обстрелом.

Мы уже касались неприятностей с форсированием двигателя Т-26. К сказанному можно добавить только то, что указанный кризис был преодолен фактически только в 1938 г., для чего танк получил не только форсированный двигатель. С целью усиления подвески в нем были применены более толстые листы рессор. Пошли резиновые бандажи из неопрена – отечественного синтетического каучука, начато изготовление траков из стали Гартфильда горячей штамповкой, введены закаленные ТВЧ пальцы. Но все эти изменения в танк были введены не одномоментно.

Корпус танка с наклонными бронелистами изготовить в срок не удалось. Однако коническая башня улучшенной защиты была подана вовремя, и танк с прежним корпусом, усиленной подвеской (за счет установки более толстых листов рессор), форсированным двигателем и новой башней поступил на испытания на НИБТполигон.

Танк Т-26, с улучшенной башней и усиленной подвеской, на испытаниях. Весна, 1938 г.

Тот же танк, что и на предыдущем фото, преодолевает препятствие.

Тот же танк, что и на предыдущем фото, преодолевает препятствие.

1.8. Лебединая песня Т-26

В ходе испытаний, проведенных весной 1938 г., отмечалось, что танк уже является перегруженным и потому его проходимость недостаточна. И в заключение испытатели изложили свое мнение: "Все недостатки Т-26 в том, что его модернизация проводилась исключительно по пути наименьшего сопротивления – увеличения брони, мощности мотора и вооружения. Необходимо же кардинально переработать подвеску, которая теперь значительно перегружена и не обеспечивает гарантированного пробега, даваемого заводом-изготовителем. Кроме того, недостатками Т-26 следует считать – угловатость форм и отсутствие обтекаемости, малая удельная мощность и технические скорости. Большое удельное давление ввиду узких гусениц. Ненадежная конструкция длинного карданного вала. Вооружение для данного типа танка пока в общем соответствует своему назначению и несколько превосходит таковое у лучших зарубежных образцов… Конструкция траков гусениц не дает гарантии их выскакивания из опорных катков. Пальцы гусениц разрушаются от больших нагрузок при движении танка по пересеченной местности.

Т-26 является танком устарелой конструкции. Необходимо срочно разработать достойную замену этой машине".

Однако должны были еще состояться бои у оз. Хасан и на р. Халхин-Гол, чтобы танк сопровождения претерпел очередные изменения. Только к середине 1939 г. танк обрел тот самый внешний вид, который ему помешали получить события 1937-1938 гг. В документах Наркомата АБТУ и военной приемки новая машина была названа Т-26-1, но в отечественной и зарубежной литературе она более известна как "Т-26 образца 1939года".

Общий вид танка Т-26-1 выпуска 1939 г.

1.8. Лебединая песня Т-26

Устройство танка Т-26-1 (выпуска 1939 г.)

По своему устройству и основным характеристикам танк Т-26-1 был в основном подобен своему предшественнику выпуска 1935-1937 гг. и внешне отличался от него установкой конической башни, подбашенной коробкой с наклонными броневыми листами, а также усиленными рессорами с пятью коренными листами (вместо трех), наличием аварийного люка в днище корпуса и разборной конструкцией опорных катков, собираемых на болтах.

Компоновка башни танка Т-26-1 выпуска 1939-1940 гг.

1.8. Лебединая песня Т-26

С 1939 г. на части танков начали устанавливать бакелитовые топливные баки, которые меньше страдали от пробития пулей. По опыту войны в Испании с 1 февраля 1939 г. были введены надмоторные жалюзи с решетками типа "елочка", которые "предохранялирадиатор от прострела пулей и прокола штыком". Параллельно с этим шли работы по испытанию жалюзи, "предохраняющих от заливания горючей жидкостью сверху". Данная конструкция, представлявшая собой специальную двугорбую крышку (некоторые ветераны-танкисты называли ее "задница"), стала устанавливаться на Т-26 с лета 1939 г.

Также на некоторых танках Т-26 были установлены компасы слепого вождения, которые вскоре были сняты из-за несовершенства конструкции. Весной-летом 1939 г. решением по АБТУ была упразднена установка фар боевого света, а поручневая антенна по опыту боев у оз. Хасан была заменена на штыревую.

Новый виток

В марте 1938 г. при обсуждении новой системы танкового вооружения РККА на имя председателя СНК СССР В. Молотова от наркома обороны К. Ворошилова поступила докладная записка с предложением о пересмотре постановления НКО № 94 "О типах танков…". В докладной записке, в частности, говорилось: "… танк, предназначенный для действий совместно с пехотой (конницей) и в составе самостоятельных танковых соединений, должен быть один. Для этой цели необходимо разработать два типа танков: один чисто гусеничный и другой – колесно-гусеничный. Всесторонне испытать их в течение 1939 г. и после этого принять на вооружение взамен БТ и Т-26 тот, который будет отвечать всем требованиям". Но никакого решения по данному вопросу принято не было, и в отношении танков сопровождения пехоты продолжалась работы по совершенствованию Т-26, который по соотношению цена/качество вполне удовлетворял АБТУ.

Ахиллесовой пятой Т-26 в это время являлась его ходовая часть, главным образом подвеска, слабость которой не позволяла установить на танк новый, более мощный, двигатель, усилить броню, вооружение, поднять запас топлива. Поэтому главной задачей на 1938-1939 гг. по Т-26 была разработка усиленной подвески.

В конце 1938 г. в КБ завода № 185 под руководством вернувшегося С. Гинзбурга была начата разработка проекта танка Т-26М с усиленной подвеской по типу чехословацкого танка "Шкода" (Skoda II а), который в 1938 г. проходил испытания в СССР, и советское правительство рассматривало вопрос о его покупке с документацией. Однако высокие договаривающиеся стороны никак не могли прийти к соглашению, так как одни желали купить "на грош пятаков", а другие – побольше выручить с продажи своего подопечного. Переговоры зашли в тупик. Требовалось срочно изыскать нестандартное решение.

И вот однажды с санкции наркома обороны СССР в течение одной ночи часовой был "снят", а запертый в ангаре танк был нелегально обмерен целой делегацией конструкторов КБ заводов № 185 и № 37, после чего было принято решение о нецелесообразности заимствования всего танка в целом, но лишь отдельных его удачных узлов – КПП и механизмов поворотов, приборов наблюдения и прицелов, переговорного устройства, подвески…

В конструкции новой подвески, разработанной "по типу Шкода-2" под руководством С. Гинзбурга, использовались опорные катки танка Т-28 и уширенная до 350 мм гусеница с увеличенной высотой гребней траков (назывались в переписке "перо трака"). За время испытаний танк прошел 655 км со средней скоростью 26,74 км/ч. Выводы комиссии, проводившей испытания, были следующими:

"Ходовая часть Т-26М прочна, надежна и дает значительно лучшую плавность хода, что позволяет применить на танке также более мощный двигатель. Гусеницы обеспечены от спадения, в том числе и при поворотах с креном до 40 градусов, что невозможно на других типах танков…

Сцепные качества гусеницы Т-26М выше, чем гусеницы серийного танка. Уширенные гусеницы, хоть и требуют затраты несколько больших усилий на поворотах, но улучшают проходимость на слабых грунтах и сцепление траков при преодолении препятствий".

Танк Т-26М на испытаниях, 1939 г.

Тележка танка Т-26М, 1939 г.

Тележка танка Т-26М, 1939 г.

1.8. Лебединая песня Т-26

Еще в ходе работ над Т-26М по заказу АБТУ КБ завода № 174 им. К. Ворошилова приступило к разработке нового танка капитальной модернизации Т-26-1, в котором планировалось соединить подвеску "Шкоды", более мощный двигатель (либо 6-цилиндровый мотор воздушного охлаждения № 745 мощностью 130-150 л.с, либо 4-цилиндровый дизель-мотор № 744 мощностью 180-200 л.с.), большую толщину брони (20-25 мм) и гусеничные цепи шириной 350 мм с повышенным пером. Танк скрывался под заводским индексом "126", тогда как имел войсковой индекс Т-26-5. Но его расцвет и закат произошли несколько позднее…

Т-25 – последний из могикан

Лавры танкостроителей, что пожинали перед войной ленинградцы и харьковчане, не давали покоя конструкторам Сталинградского тракторного завода, которые вместо того, чтобы способствовать освоению производства танков Т-26 и Т-46, постоянно с 1937 г. рождали "революционные" проекты различных образцов бронетанковой техники, каждый из которых был, что называется, "с претензией". Здесь были линейные танки, артиллерийские тягачи, самоходно-артиллерийские установки, ремонтные машины и т.д. Заводской индекс "СТЗ" все чаще появлялся на документах, описывающих эти проекты, которые ложились на стол техотдела АБТУ. Большая часть этих проектов так и не была реализована. Причин тому много, но в документах, оставшихся после обсуждения этих "проектов века", как правило, фигурируют нетехнологичность конструкции, большая цена и даже "невозможность постройки". Тем не менее, некоторые все-таки были реализованы "в металле". Проект, о котором идет речь, явился попыткой его создателей "радикально улучшить характеристики танка сопровождения", каковым в то время был Т-26. При этом, подчиняясь недавней моде, новый танк должен был стать колесно-гусеничным, вобрав в себя все достоинства двойного движителя.

Проект, поданный в 1937 г., уже на этапе его рассмотрения был подвергнут справедливой критике. В самом деле, разве можно было, сохранив двигатель и КПП танка Т-26, значительно усилить его бронирование и увеличить скорость, оснастив к тому же еще и двойным движителем? Но немного позднее – в 1938 г. – к проекту вернулись. Причиной этого было, скорее всего, заключение об отсутствии резервов для модернизации танка Т-26, сделанное в начале года. Освоение нового танка "танк СП обр. 1936 г.", спроектированного С. Гинзбургом, требовало перестройки танкового производства, сталинградцы же брались дать армии новый танк из имеющегося, и потому АБТУ давало заводу шанс.

Танк имел заводской индекс СТЗ-24 и был спроектирован довольно быстро. Он унаследовал от Т-26 выпуска 1938 г. двигатель, КПП, коническую башню с вооружением, кормовую часть корпуса и ряд элементов трансмиссии. Но передняя часть танка была радикально изменена. В лобовой части он получил верхний наклонный лист толщиной 16 мм, а нижний – 24 мм. Правда, это не соответствовало обещаниям КБ (30 мм по эскизному проекту). Но борта и корма танка были защищены в соответствии с эскизом – 20 мм.

Вид спереди танка Т-25 (СТЗ-24) выпуска 1939 г.

Вид сбоку танка Т-25 (СТЗ-24), 1939 г.

Вид сбоку танка Т-25 (СТЗ-24), 1939 г.

1.8. Лебединая песня Т-26

Однако не броня была главным козырем сталинградцев. Объектом их самого пристального внимания стала ходовая часть, новшеством которой стала подвеска – свечная балансирная, расположенная снаружи бронекорпуса. Опорные катки большого диаметра с резиновыми бандажами предназначались для движения как на гусеницах, так и без оных. Трансмиссия же, ввиду двойного движителя, была решена столь необычно, что заслуживает отдельного рассмотрения.

При движении на гусеницах ведущее колесо, как и в Т-26, располагалось впереди и привод на него осуществлялся через главный фрикцион, редуктор, карданный вал, демультипликатор, КПП, главную передачу, бортовые фрикционы и бортовые передачи.

При движении же на колесах привод на них осуществлялся открытой звездочкой на кулачки опорных катков попарно, что позволяло осуществить некую их синхронизацию. В трансмиссию при этом после бортовых передач включались дополнительные шестерни, которые через коническую пару и карданные валы соединялись с добавочными бортовыми коробками привода колесного хода. Особенностью данной конструкции было то, что ведущими при движении на колесах могли быть либо две передние пары опорных катков, либо две задние, а при необходимости значительного повышения проходимости привод рекомендовалось осуществлять на все катки сразу. Однако изменение направления движения танка при движении на колесах осуществлялось "по-гусеничному" – подтормаживанием катков одного борта, что, несомненно, ухудшало маневренные качества танка, так как при этом часто слетала гусеница.

Направляющие колеса (ленивцы) были штампованными, а ведущие состояли из литого основания, к которому болтами крепился зубчатый венец. Гусеничная цепь танка была немного уширена и облегчена по сравнению с Т-26. Приборы управления и контрольные приборы также заимствовались от танка Т-26.

Для испытаний на НИБТ полигон танк, получивший войсковой индекс Т-25, поступил в сентябре 1939 г. Поскольку при большей, чем у его прародителя, массе новый танк нес тот же двигатель, его динамические характеристики заведомо были ниже таковых же танка Т-26, и потому основной целью испытаний было "проверить правильность и надежность работы отдельных узлов танка".

Максимальная скорость, достигнутая на испытаниях, составила 27,5-27,9 км/ч при технической до 13 км/ч, а оперативной – не более 8-10 км/ч. За время испытаний, проводившихся на маршруте ст. Кубинка – Репище – Наро-Крутица – Наро-Осаново – Дорохово и обратно, танк, двигавшийся по щебенчатому шоссе, бесчисленное число раз ломался. Самыми слабыми его узлами были: траки гусениц, пальцы гусениц, герметичность коробки передач и бортовых передач, крепление бензопровода к карбюратору, диски колес, балансиры (танк был оборудован литыми траками и неупрочненными гусеничными пальцами производства СТЗ). Кроме того, в зубья звездочки привода на колеса часто попадали посторонние предметы (камни, обрезки проволоки и т.д.), что приводило к поломке кулачков на дисках колес или заклиниванию привода. При попытке движения на колесах привод заклинило уже после 4 км пробега. А при сходе с шоссе танк застрял практически мгновенно (грязью забило раздаточную шестерню). Усугубляла впечатление о танке и довольно большая качка корпуса, не позволявшая вести из него огонь на ходу.

Испытания танка Т-25 (СТЗ-24) на проходимость, осень 1939 г.

1.8. Лебединая песня Т-26

Выводы по результатам испытаний были категоричными: "Танк Т-25 требованиям РККА не соответствует и в существующем виде абсолютно непригоден для принятия его на вооружение". Сенсации не состоялось. Попытка КБ СТЗ исправить недостатки Т-25 в машине СТЗ-35 успехом не увенчалась, даже несмотря на отказ от колесного хода.

Похожие книги из библиотеки

Великие танковые сражения. Стратегия и тактика. 1939-1945

Книга посвящена главной ударной мощи сухопутных сил – танковым войскам. Автор реконструировал основные танковые сражения Второй мировой войны, подробно рассказал о предыстории создания и послевоенном развитии бронетанковой техники, дал характеристику различных видов и типов танков, уделяя большое внимание броневой защите и параметрам танковых орудий, их маневренности в конкретных ландшафтах. Издание снабжено картами, схемами и фотографиями.

Тяжелое штурмовое орудие «Фердинанд»

Созданный как штурмовое орудие, этот самоходный истребитель танков оказался наиболее известным и результативным среди всех танков и САУ времен Второй Мировой войны. Имя «Фердинанд» стало нарицательным. Так именовали практически все немецкие самоходно-артиллерийские установки и даже в некоторых официальных документах Советской Армии 1943-1949 гг. вы нередко встретите «75-мм «Фердинанд»; 105-мм «Фердинанд»; и даже ... «150-мм «Фердинанд». Fro боялись и уважали. Ому противопоставляли проекты новых танков и САУ (часто остававшихся, впрочем, незавершенными). Его подвеска и силовой агрегат изучались всеми заинтересованными сторонами.

Нс случайно вокруг истории создания этой уникальной САУ, се устройства и боевого применения «навернуто» сегодня столько легенд и домыслов, мирно кочующих из издания в издание, что рассказ о нем, основанный на отечественных и трофейных документах, вряд ли покажется лишним.

Артиллерийское вооружение советских танков 1940-1945

Как показывает практика, сегодняшние «танковые мэтры», уделяя большое внимание матчасти танков, как правило, не вникают в особенности танкового вооружения. Они могут часами смаковать подробности ТТХ боевых машин: толщину брони, скорость движения, запас хода и т.д. Познания же об артиллерийском вооружении танков у них определяются, в основном, калибром артсистемы и какими-то цифрами, определяющими ее броне пробиваемость (большей частью теоретическую). Тем не менее, танковые артсистемы заслуживают куда более пристального внимания, особенно, если это артсистемы отечественного производства.

Настоящее издание составлено человеком, который по одноименному анекдоту о «тридцати восьми попугаях» считает, что тезис «главное в танке — пушка» не лишен своей логики. И предлагая вашему вниманию краткое обозрение отечественных танковых пушек времен войны, он надеется, что в кругу любителей артиллерии поклонников прибавится, ну а если этого не случится, автор будет доволен, что постарался сказать свое слово в истории отечественной танковой артиллерии.

Бронетанковая техника Германии 1939 - 1945 (часть II)

Легкобронированные боевые машины — бронеавтомобили и бронетранспортеры — в течение всей второй мировой войны являлись весьма важной составляющей вооружения танковых и моторизованных частей и соединений вермахта и войск СС, Они, как нельзя лучше, соответствовали доктрине развертывания высокомобильной механизированной армии, которая начала осуществляться сразу после прихода к власти нацистов.

К постройке же броневых машин в Германии приступили еще задолго до первой мировой войны. В 1906 году был изготовлен и успешно прошел испытания бронеавтомобиль Ehrhardt ВАК, вооруженный 50-мм противоаэростатной пушкой. За ним последовало еще несколько образцов броневиков различного типа. Наиболее удачным из них стал тяжелый полноприводной Ehrhardt E-V/4, выпущенный серией из 32 единиц в 1917 — 1916 годах.