1. Извилистыми тропами

После прекращения работ по калибру 6,5 мм дальнейшее развитие отечественных конструкторских работ в области создания легкого портативного индивидуального оружия пошло по линии разработки автоматических систем под нагановский патрон калибра 7,62 мм и пистолетный патрон типа Маузера, сначала калибра 7,63 мм, затем — согласно распоряжению АК ГАУ от 10 августа 1928 г. — калибра 7,62 мм. В конечном счете эта работа закончилась созданием отечественного образца пистолета-пулемета в нескольких конструкторских вариантах под маломощный пистолетный патрон, предназначенного для ведения ближнего боя.

История создания этого вида оружия начинается с поиска путей совершенствования автоматических пистолетов самозарядного типа в зарубежных странах в начале XX века в целях повышения их скорострельности (системы Брыксиа образца 1904 года, Маузера образца 1908 года, Борхардта — Люгера образца 1904 года и др.).

Попытки добиться повышения эффективности огня автоматических пистолетов за счет изменения спусковых механизмов, использования приставных прикладов для обеспечения возможности стрельбы как из карабина, удлинения ствола и применения более мощного патрона положительных результатов не принесли. В последнем случае на образце Маузера получено увеличение дальности эффективной стрельбы, но непрерывного пулеметного огня не было.

Опыты с иностранными пистолетами Борхардта — Люгера и Маузера проводились и в России в 1908 году на Ружейном полигоне Офицерской стрелковой школы, но они также не дали положительных результатов. Большой темп стрельбы, сильное дрожание оружия при автоматической стрельбе и плохая меткость огня, малоемкий магазин.

В результате проведенных исследований выявилась необходимость увеличения веса оружия для повышения его устойчивости при автоматической стрельбе, повышения емкости магазина и снижения темпа стрельбы автоматических пистолетов.

Выполнение этих требований привело к созданию нового типа автоматического оружия, оформленного в виде карабина, способного вести продолжительную непрерывную стрельбу пистолетными патронами, которое получило наименование пистолета-пулемета.

Как индивидуальный тип оружия пистолет-пулемет появился в иностранных армиях в годы первой мировой войны 1914–1918 годов (итальянские Ревелли образца 1915 года, Ревелли-Беретта образца 1918 года, германский Бергман образца 1918 года). Его применение было связано с преимущественно позиционным характером ведения этой войны и максимальным сближением противоборствующих сторон (расстояние между окопами противников доходило до 200 м и менее).

В первую мировую войну пистолеты-пулеметы не получили большого распространения. Они не имели даже определенного места в системе вооружения воюющих армий. Узкое использование пистолетов-пулеметов, обусловленное малым его распространением и позиционным характером войны, не позволило выявить потенциальные боевые возможности этого вида оружия в маневренной войне при ведении наступательных боевых действий. Не были они выявлены сразу и в полной мере также и в послевоенное время.

Некоторое представление о боевых возможностях пистолета-пулемета дал опыт локальных войн, например, война между Боливией и Парагваем в 1932–1935 годах, в ходе которой это оружие успешно применялось в уличных боях.

В межвоенное время пистолеты-пулеметы имели ограниченное применение, им отводилась скромная роль вспомогательного огневого средства и жандармско-полицейского оружия.

Перспективы боевого использования этого вида оружия в будущих войнах недостаточно полно прогнозировались и в конце 30-х годов, в канун новой мировой войны. Этот факт отмечал и В.Г. Федоров в своей книге «Эволюция стрелкового оружия». «Пистолеты-пулеметы, — писал в 1939 г. Федоров, — являются оружием сравнительно молодым, выдвинутым опытом минувшей мировой войны, причем еще и до настоящего времени не везде усвоена мысль о той громадной будущности, какую со временем будет иметь это чрезвычайно мощное, сравнительно легкое и в то же время простое по своей конструкции оружие при условии некоторых его усовершенствований».

Работа же по совершенствованию этого оружия в межвоенный период с разной степенью интенсивности проводилась во всех странах, ранее участвовавших в его разработке.

Вскоре после окончания первой мировой войны американский генерал Томпсон создал первую модель пистолета-пулемета калибра 11,43 мм, которому дано имя автора. Эта система была снабжена магазинами емкостью на 25, 50 и даже 100 патронов, что являлось предельным конструкторским достижением по увеличению емкости питающих устройств магазинного типа и в дальнейших опытных разработках автоматического оружия.

В 1923–1928 годах конструкция данной системы была усовершенствована автором. Характерной особенностью последних ее вариантов (1925–1928 годы) являлось полусвободное запирание с замедленным открыванием затвора при выстреле. Средний вес образцов находился в пределах 3–4,5 кг, длина 800–950 мм, темп стрельбы 600–900 выстр./мин. Образцы 1925 года отличались большим весом (5 кг) и увеличенной длиной ствола (362 мм).

Пистолеты-пулеметы системы Томпсона имели широкое распространение за пределами США. Внутри этой страны ими вооружались не только полицейские, но и кавалерия.

В конце 20-х годов работы по пистолетам-пулеметам активизировались и на европейском Западе. Большие успехи достигнуты в Австрии. Созданные здесь образцы Штеера и МП-34 принимаются на вооружение в Австрии, Португалии, Германии, а затем экспортируются в Китай и Японию, где собственные разработки были начаты только в 30-х годах.

Германия и Италия большой опыт извлекли при участии в войне с республиканской Испанией в середине 30-х годов.

В сухопутную армию Германии в 1938 году начал поступать пистолет-пулемет Хуго Шмайсера образца 1938 года (МП-38), сконструированный по типу системы Бергмана образца 1918 года.

В Италии разработан и принят на вооружение 9-мм пистолет-пулемет системы Беретта.

К началу второй мировой войны немцы были вооружены пистолетами-пулеметами образца 1940 и 1941 годов. Свои первые успехи на западном фронте в начале этой войны они объясняли не только действиями многочисленной авиации и танков, но и активностью подразделений автоматчиков.

Военные специалисты английской и американской армий придерживались того мнения, что большее значение имеет меткий огонь из пистолетов-пулеметов, а не беспорядочный шквальный, оказывающий, главным образом, моральное воздействие на противника.

К новым иностранным системам государств антигитлеровской коалиции, появившимся во время второй мировой войны, относятся американские системы Рейзинга калибра 11,43 мм и М-3 образца 1943 года (выдвижной приклад, длинный коробчатый магазин, крепящийся снизу).

Положительный опыт по разработке пистолетов-пулеметов в ряде государств и их практического использования показал, что наступает период широкого распространения этого нового типа автоматического оружия и его боевого применения. При простоте конструкции и несложном производстве они явились эффективным средством усиления боевой мощи пехоты, в особенности на наиболее коротких дистанциях ведения боя, когда огонь из пистолетов-пулеметов может решать исход сражения.

Разработка пистолетов-пулеметов в России, за редким исключением, производилась с использованием в применении к маломощному патрону наиболее рационального принципа запирания — инерционного сопротивления большой массы свободного затвора.

Первым опытным образцом отечественного пистолета-пулемета была система конструкции Ф.В. Токарева, разработанная в инициативном порядке под обжатый 7,62-мм патрон револьвера Нагана, и ему первоначально было дано наименование легкого карабина. Это была система с неподвижным стволом и свободным (не сцепленным в момент выстрела) затвором. Вместо переводчика огня два спусковых крючка — раздельно для одиночного и автоматического огня, что является редкой конструктивной особенностью боевого оружия.

Запасный магазин в гнезде приклада. Конструктивное оформление ложи с прикладом в сочетании со сравнительно длинным стволом придают системе Токарева внешний вид больше карабина, чем пистолета-пулемета уже существующих типов.

При испытаниях на оружейном полигоне (НИОПе) в 1927 году параллельно с немецкой системой Фольмера образец Токарева был признан лучшей конструкцией. Несмотря на более длинный — почти в 2,5 раза — ствол, он не уступал системе Фольмера по общему весу, но выгодно отличался по своим баллистическим характеристикам. Более удачной у образца Токарева была признана система питания патронами из коробчатого магазина емкостью на 21 патрон.

Журналом АК ГАУ от 31 декабря 1927 года утверждено решение изготовить 10 пистолетов-пулеметов Токарева под револьверный патрон для дополнительной проверки, но затем Артиллерийский комитет предложил 5 образцов из этого количества изготовить под 7,62-мм пистолетный патрон типа Маузера, по мощности превосходящий нагановский. Ожидалось за счет применения более сильного пистолетного патрона добиться более полного удовлетворения пистолетом-пулеметом предъявляемых требований по боевым характеристикам, а также снижения его веса. Немаловажную роль играло и стремление добиться унификации патрона к автоматическому пистолету и пистолету-пулемету.

Дальнейшая разработка новых конструкций пистолетов-пулеметов, но уже в конкурсном порядке, производилась под пистолетный патрон типа Маузера. На этом патроне первыми остановили свой выбор конструкторы С.А. Коровин и В.А. Дегтярев.

С.А. Коровин создает образец с автоматикой, работающей на принципе отдачи свободного затвора при неподвижном стволе. Питание патронами производится из отъемного магазина коробчатого типа емкостью на 30 патронов, который одновременно служит и рукояткой для удержания оружия при стрельбе. Это был первый отечественный образец пистолета-пулемета, разработанный под сильный пистолетный патрон типа Маузера.

В.А. Дегтярев в своей первой конструкции использует принципы недавно принятого на вооружение ручного пулемета ДП: запирание ствола затвором путем разведения боевых упоров в стороны, но без использования отводимых из ствола газов при отпирании (затворная рама без штока с поршнем); сходство с ДП по ствольной коробке, прикладу, схеме питания из расположенного сверху дискового магазина емкостью на 22 патрона. Не добившись положительных результатов на автоматике с полусвободным затвором, автор этой системы в дальнейшем переходит на свободный затвор большой массы, широко применяемый уже другими конструкторами.

Ф.В. Токарев также разрабатывает образец под маузеровский патрон на базе своей первой модели пистолета-пулемета, внеся в нее некоторые конструктивные изменения. Обе свои системы Токарев представляет на конкурсные испытания совместно с образцами Коровина и Дегтярева, которые проводились на НИОПе в 1929–1930 годах.

Эти испытания оказались неудачными для всех представленных систем. Все образцы сняты с испытаний из-за неудовлетворительных результатов, полученных в самом начале. Несколько лучше выглядел образец Токарева под нагановский патрон. Из иностранных образцов лучшим признан пистолет-пулемет системы Драйзе, который опередил американский образец Томпсона.

Причину неудовлетворительных результатов испытаний отечественных образцов комиссия В.Ф. Грушецкого видела в большой мощности пистолетного патрона в сочетании с малым весом образцов (по заданным требованиям не более 2,5 кг) и высоким темпом стрельбы (до 1000 выстр./мин.). Этим объяснена и плохая кучность боя.

«Оружие при автоматической стрельбе сильно „подбрасывает“» — отметила в своем акте комиссия. Комиссия выставила новые требования к пистолету-пулемету:

калибр 9 мм под патрон Борхардта-Люгера;

вес при неподвижном стволе не более 2,5 кг;

прицельная дальность стрельбы 500 м;

магазин не дисковый, слева или снизу, на 25–30 патронов;

темп стрельбы не более 500 выстр./мин (инв. № 12025 ПР).

В августе 1930 года журналом АК ГАУ решение комиссии Грушецкого было одобрено за исключением увеличения калибра и ограничения веса 2,5 кг. Увеличение веса признано возможным допустить до 3–3,2 кг.

Разработанные по новым требованиям пистолеты-пулеметы поступили на конкурсные испытания в мае 1932 года. Это были образцы Дегтярева, Токарева, Коровина, Прилуцкого и Колесникова под 7,62-мм пистолетный патрон.

В.А. Дегтярев при создании своего образца окончательно утвердился на принципе отдачи свободного затвора. Ф.В. Токарев использует положительный опыт, полученный при разработке автоматического пистолета с отдачей ствола при коротком ходе.

«Ни один из них принят быть не может», — отмечает полигон в своем заключении по результатам испытаний этих образцов. Но в лучшую сторону среди всех испытанных образцов по основным боевым и эксплуатационным качествам выделялся пистолет-пулемет Дегтярева (ППД). Он был рекомендован для серийного изготовления и принятия на вооружение РККА с условием предварительной доработки в направлении повышения надежности работы.

После ряда доработок по замечаниям полигона, изготовления нескольких опытных партий с проверкой качества доработки полигонными испытаниями, пистолет-пулемет Дегтярева с магазином емкостью на 25 патронов к 1937 году вышел на серийное производство и стал поступать на снабжения войск.

Приказ Народного Комиссара Обороны о принятии его на вооружение под наименованием «7,62-мм пистолет-пулемет системы Дегтярева образца 1934 года (ППД-34)» был издан 9 июля 1935 года. Этот образец по тому времени отличала сравнительная простота устройства и эксплуатации.

Основные конструктивные особенности системы Дегтярева:

— спусковой механизм, обеспечивающий ведение одиночного и автоматического огня, представляет собой отдельную узловую сборку;

— отсутствует боевая пружина как отдельная деталь, ее функции выполняет затворная пружина;

— неавтоматическим предохранителем служит затворная задержка, помещенная в рукоятке затвора и запирающая затвор в крайнем переднем и заднем положениях;

— вес системы без магазина 3,6 кг, затвора — 600 г;

— длина образца 778 мм.

Технические документы того времени отмечали и технологическое достоинство данной системы. Основные детали (ствол, ствольная коробка, затвор, затыльник и др.) имели цилиндрическую форму, приемлемую для изготовления на несложном станочном оборудовании преимущественно токарной обработкой.

Образцы серийного производства в 1937 году полигонных испытаний не выдержали. Но все же как положительный фактор, а это было весьма редко при освоении новых образцов серийным выпуском, полигон отмечал улучшенное качество ППД-34, изготовленных в массовом производстве. Меньше стало задержек в стрельбе, меньше поломок деталей. Но количество задержек по более поздним меркам оценки надежности автоматического оружия, когда его конструирование и производство стало более совершенным, особенно в послевоенное время, было все же большим — 0,29-0,46 %.

В 1938 году завершена дополнительная доработка ППД-34 в целях улучшения боевых и эксплуатационных свойств с учетом войсковых испытаний 1935–1936 годов, и после этой модернизации он получает наименование ППД образца 1934/38 годов.

В 1939 году производство этого оружия по решению военного ведомства прекращалось со снятием его с вооружения и сдачей на хранение в войсковые склады, но в конце этого же года оно было вновь возобновлено.

Боевые испытания ППД образца 1934/38 годов прошел в финской кампании 1939–1940 годов в единоборстве с финским образцом Суоми. В этой войне высокая применяемость пистолетов-пулеметов выявилась при ведении боевых действий в специфических условиях — в лесистой местности, в лыжных рейдах, схватках противников накоротке.

Отечественный пистолет-пулемет нашел удачное применение и в обычных подразделениях пехоты, которая высоко оценила это оружие.

В 1939 году, в канун больших исторических сражений, которые потрясли весь мир, еще до начала финского конфликта, предсказывая большую будущность этому весьма портативному и мобильному типу оружия ближнего боя, В. Г. Федоров писал: «В пистолетах-пулеметах блестяще решена задача дать пулеметный огонь при боевых столкновениях на близких расстояниях, когда в сильных боевых патронах нет никакой необходимости».

Образец Дегтярева в начале 1940 года был подвергнут срочной очередной модернизации. Она сводилась в основном к созданию барабанного магазина большой емкости в целях повышения боевой скорострельности системы. Внесены и другие изменения, упрощающие конструкцию, в том числе и технологию по изготовлению кожуха, прицельной колодки и других деталей. Последняя модернизация ППД образца 1934/38 годов, одобренная Комитетом Обороны в феврале 1940 года, включавшая барабанный магазин емкостью на 71 патрон, дала этому образцу окончательное наименование: 7,62-мм пистолет-пулемет системы Дегтярева образца 1940 года (ППД-40).

К концу года их было изготовлено более 80 000 штук. С этим образцом Красная Армия вступила в Великую Отечественную войну с немецко-фашистскими захватчиками. Но с окончательным принятием образца Дегтярева на вооружение отечественная конструкторская мысль не остановилась на достигнутом. Шел непрерывный поиск новых конструкторских решений в целях создания более совершенного образца. К концу 1940 года он закончился созданием такой системы конструктором Г.С. Шпагиным. В сентябре был изготовлен первый образец, а в ноябре начался его соревновательный поединок с системой Дегтярева и другими опытными конструкциями на НИОПе.

Пистолет-пулемет Шпагина (ППШ) выдерживает полигонные испытания. В своем заключении полигон отметил, что ППШ «имеет преимущества перед ППД в отношении надежности работы автоматики в различных условиях эксплуатации, в простоте конструкции и в незначительном улучшении кучности стрельбы» (инв. № 12025 ПР). Кроме того, этот образец отличался от других систем, в том числе и конструкции Дегтярева, лучшей технологичностью, более простым способом изготовления многих деталей с широким применением штамповки и сварки, минимальным применением резьбовых и заклепочных соединений, что давало этой системе существенные преимущества по общей трудоемкости изготовления в массовом производстве.

Как и в системе Дегтярева, работа конструкции Шпагина основана на использовании принципа отдачи свободного затвора. Приклад деревянный, с ложей. Магазин дисковый, барабанного типа емкостью на 71 патрон. Конструктивно простая и эксплуатационно удобная откидывающаяся вверх крышка ствольной коробки, облегчающая разборку и доступ к подвижной системе при устранении неисправностей, возникающих в процессе стрельбы, в отличие от образцов Дегтярева, где требуется свинчивать затыльник.

Положительными конструктивными особенностями являются также компактная конструкция спускового механизма и оригинально выполненная схема дульного тормоза-компенсатора в виде скошенной торцевой поверхности передней части кожуха.

В образце присутствует встречавшийся уже ранее в системе Коровина фибровый амортизатор, смягчающий удары затвора в тыльной части ствольной коробки. Впоследствии он стал изготовляться из менее дефицитного материала — пергаментной кожи.

21 декабря 1940 года СНК СССР принял Постановление о принятии системы пистолета-пулемета конструкции Шпагина на вооружение Красной Армии. Ему дано было наименование «пистолет-пулемет системы Шпагина образца 1941 года (ППШ-41)».

Таким образом, в преддверии Великой Отечественной войны Красная Армия располагала двумя образцами пистолетов-пулеметов, во многом отличающимися друг от друга по своей конструкции. Один из них состоял в массовом производстве, по второму шла подготовка к серийному выпуску.

Проведенные в июне 1941 года полигонные испытания показали, что большое количество изменений, введенных в ППШ в целях упрощения технологии изготовления, не ухудшило его боевых и эксплуатационных качеств, а испытаниями в июле выявлено, что изменения приклада по предложению Артака-демии улучшили кучность боя этого образца.

В период отработки опытных образцов пистолетов-пулеметов Дегтярева и Шпагина полигонные испытания проходили и другие конструкции, в том числе и с отходом от принципа свободного затвора. Так, например, в августе 1938 года испытания на НИОПе проходил новый образец Коровина под пистолетный патрон с отводом газов через 4 боковых отверстия в стволе и с запиранием перекосом затвора вниз. Магазин емкостью на 25 патронов коробчатого типа с двухрядным расположением патронов. Вес системы 3,67 кг. Темп стрельбы 800 выстр./мин., начальная скорость пули 477 м/с. Конструкция Коровина сложнее ППД и тяжелее на 400 г. Не показал этот образец преимуществ и по результатам испытаний стрельбой, имел недостатки (чувствительность к густой смазке и загрязнению, не безопасен при стрельбе и устранении задержек и др.), устранение которых требовало коренной конструктивной перестройки системы. К доработке не рекомендован.

Борис Гаврилович Шпитальный (1902–1972), обладавший склонностью к конструированию мощного скорострельного оружия, в ноябре 1940 года представил на полигонные испытания пистолет-пулемет, которому дал наименование «пехотный пулемет». НИОП в своем отчете не изменил авторского наименования образца, данного ему в конструкторской документации.

«Пехотный пулемет» Шпитального был укомплектован дисковыми магазинами емкостью на 71, 97 и 100 патронов. По максимальной емкости магазина автор этой системы «настиг» американского конструктора Томпсона, создавшего сразу после первой мировой войны первую опытную модель своего пистолета-пулемета калибра 11,43 мм, который наряду с малоемкими магазинами имел магазин на 100 патронов. Дальше опытных разработок такие магазины не продвигались.

По мере увеличения емкости усложнялась конструкция магазина и ухудшались его эксплуатационные свойства, создавались трудности по обеспечению надежной работы и эксплуатационной долговечности. Кроме того, увеличивался удельный вес магазина, приходящийся на один патрон, именуемый так называемым мертвым весом, что приводило к увеличению веса носимого автоматчиком боезапаса патронов, снаряженных в магазины.

Дальнейшее развитие ручного оружия автоматно-пулеметного типа показало, что более надежным способом повышения его скорострельности за счет уменьшения потерь времени на перезаряжание явилось применение ленточного питания патронами с размещением снаряженной ленты в прицепной коробке, позволяющей более простым способом увеличивать его емкость по сравнению с магазинами.

Но прицепные патронные коробки нашли применение только в пулеметах. Ленточное питание усложняло конструкцию оружия и увеличивало его вес в связи с необходимостью введения механизма для подачи ленты, но механизм подачи патронов, размещенный внутри оружия, оказывался более защищенным от различных эксплуатационных внешних воздействий по сравнению с низкопрочным магазином большой емкости, особенно барабанного типа.

В образце Шпитального было осуществлено сочетание двух принципов автоматики: отдача затвора и отвод газов через отверстие в стволе, которое признано полигоном как заслуживающим внимания. Передняя часть затвора снабжена кольцевым поршнем, охватывающим казенную часть ствола. Газовая камора образуется кольцевым зазором между наружной поверхностью ствола и внутренней поверхностью передней части ствольной коробки.

Заключительные полигонные испытания системы Шпитального в конце ноября 1940 года были проведены сравнительно с образцами Дегтярева и Шпагина.

Более длинный (на 80 мм) ствол обеспечил образцу Шпитального преимущество по начальной скорости пули, что в сочетании с большим весом системы дало и улучшение кучности стрельбы. Превышение веса составляло в среднем примерно 750 г с валовым коробчатым магазином и 1590 г с дисковым магазином максимальной емкости. По надежности работы и эксплуатационным качествам образец Шпитального преимуществ перед другими системами не показал, перед системой Шпагина в особенности. Система Шпитального полигоном рекомендована на доработку в направлении упрочнения деталей и снижения веса.

При окончательном решении вопроса по выбору лучшего образца пистолета-пулемета для принятия на вооружение в декабре 1940 года специальной комиссией произведена технологическая оценка образцов, подвергавшихся сравнительным испытаниям на полигоне.

По результатам этой проверки пистолет-пулемет Шпагина превзошел образцы Дегтярева и Шпитального по всем характеристикам технологичности: количество заводских деталей — 87 вместо 95 у образцов Дегтярева и Шпитального; деталей механической обработки — 56 вместо 72 у Дегтярева и 81 у Шпитального; деталей холодной штамповки — 24 вместо 16 у Дегтярева и 6 у Шпитального; автоматно-револьверных деталей — 18 вместо 21 у Дегтярева и 36 у Шпитального; резьбовых мест — 2 вместо 7 у Дегтярева и 11 у Шпитального.

Количество деталей со сложной механической обработкой (не менее 30 операций) — 2, у Дегтярева — 3, Шпитального — 7.

Массовое производство ППШ началось осенью 1941 года. Благодаря простоте конструкции, отсутствию необходимости применения сложного оборудования и специального дорогостоящего инструмента, отказу от применения высоколегированных сталей и других дефицитных материалов массовое производство этого образца удалось наладить в крайне сжатые сроки.

Полигонные испытания отечественных пистолетов-пулеметов параллельно с лучшими иностранными образцами, проведенные в декабре 1941 года, показали, что они не уступают зарубежным аналогам.

«Пистолеты-пулеметы, состоящие на вооружении Красной Армии, по своим свойствам не уступают современным иностранным образцам, а по простоте устройства превосходят последние», — отмечалось в отчете полигона. И это было тогда, когда реальные конструкторские возможности по дальнейшему совершенствованию данного типа оружия не были исчерпаны в полной мере.

Похожие книги из библиотеки

КВ. «Клим Ворошилов» — танк прорыва

Тяжелый танк КВ («Клим Ворошилов») к началу Великой Отечественной войны был, безусловно, самым передовым по конструкции и самым мощным танком в мире. Он создавался специально для прорыва укрепленных линий обороны, имел очень сильное для своего времени вооружение, а его броню не могла пробить ни одна из противотанковых пушек Вермахта. Немецкие танки в поединке с КВ вообще не имели никаких шансов выйти победителем, что и заставило конструкторов рейха срочно приступить к проектированию «Тигра» и «Пантеры».

В Красной Армии танки семейства КВ (КВ-1, КВ-1С, КВ-2, КВ-8 и КВ-85) сражались на всех фронтах с первых дней войны и до 1944 года, когда им на смену пришли знаменитые ИС-2. Последние, кстати, представляли собой глубокую модернизацию все того же КВ. Впрочем, все тяжелые танки, появившиеся в разных странах в годы Второй мировой войны, так или иначе создавались с оглядкой на «Клима Ворошилова» — одного из самых удачных проектов в истории отечественного танкостроения.

Танки III Рейха. Том III [Самая полная энциклопедия]

НОВАЯ КНИГА ведущего историка бронетехники, подводящая итог многолетней работы по изучению танков III Рейха и боевого применения Панцерваффе. Уникальная энциклопедия, не имеющая равных в отечественной литературе и опровергающая многие ложные представления и расхожие мифы. Например, до сих пор приходится слышать, что одной из главных причин поражения гитлеровской Германии стало недостаточное количество бронетехники. Действительно, немецкая промышленность произвела в десять раз меньше танков, чем СССР с Союзниками, однако, в отличие от Красной армии, Вермахт всегда воевал «по-суворовски» — не числом, а умением: непревзойденное качество немецких «панцеров», высочайший уровень подготовки танковых экипажей, великолепная организация взаимодействия родов войск позволяли обходиться гораздо меньшим количеством танков и наносить противнику колоссальные потери — не только на Восточном, но и на Западном фронте. Союзникам приходилось разменивать пять своих танков на один немецкий.

Дав полный обзор и подробный анализ как достоинств, так и недостатков всех типов «панцеров» — от легких Pz.I, Pz.II, Pz.35(t), Pz.38(t) и средних Pz.III Pz.IV до тяжелых Pz.V Panther, Pz.VI Tiger, Pz.VIB («Королевский Тигр») и сверхтяжелого Maus, — это исследование раскрывает секрет побед Панцерваффе, которые по праву считались лучшими танковыми войсками Второй Мировой и уступили первенство советским танкистам лишь в самом конце войны. Подарочное издание богато иллюстрировано эксклюзивными чертежами и фотографиями.

«Соколы», умытые кровью. Почему советские ВВС воевали хуже Люфтваффе?

«Всё было не так» – эта пометка А.И. Покрышкина на полях официозного издания «Советские Военно-воздушные силы в Великой Отечественной войне» стала приговором коммунистической пропаганде, которая почти полвека твердила о «превосходстве» краснозвездной авиации, «сбросившей гитлеровских стервятников с неба» и завоевавшей полное господство в воздухе.

Эта сенсационная книга, основанная не на агитках, а на достоверных источниках – боевой документации, подлинных материалах учета потерь, неподцензурных воспоминаниях фронтовиков, – не оставляет от сталинских мифов камня на камне. Проанализировав боевую работу советской и немецкой авиации (истребителей, пикировщиков, штурмовиков, бомбардировщиков), сравнив оперативное искусство и тактику, уровень квалификации командования и личного состава, а также ТТХ боевых самолетов СССР и Третьего Рейха, автор приходит к неутешительным, шокирующим выводам и отвечает на самые острые и горькие вопросы: почему наша авиация действовала гораздо менее эффективно, чем немецкая? По чьей вине «сталинские соколы» зачастую выглядели чуть ли не «мальчиками для битья»? Почему, имея подавляющее численное превосходство над Люфтваффе, советские ВВС добились куда мeньших успехов и понесли несравненно бoльшие потери?

Наставление по стрелковому делу 7,62-мм ручной пулемет Дегтярева (РПД)

7,62-мм ручной пулемет Дегтярева (рис. 1), является наиболее мощным автоматическим оружием стрелкового отделения. Он предназначен для уничтожения живой силы и поражения огневых средств противника.