Гости Фарм-Холла

Основной целью операции «Эпсилон» было получение информации, которая помогла бы узнать об истинных масштабах германской ядерной программы. Предполагалось, что физики, входившие в состав «Уранового общества», в неформальных беседах друг с другом могут раскрыть такие нюансы программы, о которых, возможно, умолчали на допросах и которые отсутствовали в документации, захваченной миссией «Алсос».

Риттнер подготовил подробные отчеты под грифом «совершенно секретно», прилагаемые к расшифровкам разговоров физиков. Эти отчеты помогли лучше понять моральные принципы физиков, их личные качества, отношение к Союзникам, лояльность к нацистской партии, надежды и опасения относительно ближайшего будущего, восприятие причин, по которым они оказались в плену, восприятие предстоящих событий — и, конечно же, помогли услышать беседы, посвященные ядерной физике.

Физики все еще считались «гостями». Они не подпадали под статус военнопленных, так как никто из десятерых ученых не служил в немецких вооруженных силах. Никто из них ни подозревался, ни обвинялся в каких-либо преступлениях. Британские власти обосновали задержание физиков довольно гибким законодательством военного положения, согласно которому допускалось задержание любых людей на срок до шести месяцев согласно «воле Его Величества».

Физики письменно выразили согласие остаться в Фарм-Холле и признали, что если кто-нибудь из них предпримет попытку побега, их свободу значительно ограничат. Но жизнь в Фарм-Холле была довольно комфортной. Каждый из интернированных имел специального денщика. Кормили хорошо. На территории школы была небольшая библиотека и теннисный корт. В общей комнате стояло пианино, на котором играл Гейзенберг. Жизнь физиков снова вошла в будничный ритм.

Им все еще не разъяснили, почему они задержаны, и размышления на эту тему неизбежно пробуждали у ученых чувство собственной важности. Они ничего не знали о Манхэттенском проекте и даже не представляли, с какой энергией и в каком темпе их бывшие коллеги в Нью-Мексико готовили испытание «Троица». Они считали, что продвинулись в изучении «урановой проблемы» очень далеко, а значит, являются очень важными специалистами и их судьбы будут решаться на предстоящем саммите глав государств Союзников в Потсдаме.

«Возможно, они просто ни о чем не хотят говорить», — сказал Дибнер 6 июля.

«Тогда, разумеется, им придется дождаться решения большой тройки», — ответил Коршинг, имея в виду предстоящую встречу Трумэна, Черчилля и Сталина.

«Я думаю, что в таком случае англичанам стоило бы намекнуть нам, как будут развиваться события. Возможно, они не смогут сказать об этом прямо из-за товарища Сталина», — Дибнер больше всего боялся, что их отправят обратно в Германию, где могут принудить заниматься атомными разработками в пользу Советского Союза[155].

Гейзенберг разделял опасения Дибнера. «Возможно, большая тройка примет решение об этом в Потсдаме, — рассуждал он, — и Черчилль вернется и объявит: „Марш отсюда, вся группа возвращается в Берлин“, и вот тогда-то мы по-настоящему влипнем». Ведь Берлин находился в советской оккупационной зоне.

Молодые ученые Багге и Коршинг 21 июля (через пять дней после успешного завершения испытания «Троица») еще увереннее высказывались о том, что Германия опередила весь мир в области исследований по ядерной физике.

«Я убежден, что [англичане и американцы] потратили три последних месяца в основном на то, чтобы повторить наши эксперименты», — сказал Багге.

«Да и того не было, — возражал ему Коршинг. — За эти три месяца они просто обсудили со своими специалистами возможности, а еще изучали секретные документы. Вероятно, они провели несколько экспериментов с нашими образцами урановых блоков. Из этого они могли заключить, удалось ли уже построить действующий [реактор]. Должно быть, реактор работал; в урановых блоках должны были произойти химические изменения».

По логике Коршинга, группу ученых удерживали потому, что их знания представляли для Союзников угрозу. «В Англии много военных, — продолжал он, обменявшись мнениями с Багге, — которые явно думают: „Как только мы позволим этим свиньям уйти, они построят [урановый] реактор и в конце концов взорвут его“. Еще они могут думать: „Эти люди настолько умны, что, сконструировав реактор, они смогут взорвать нашу охрану, а сами при этом уцелеют“».

Вскоре этим иллюзиям предстояло лопнуть, как мыльному пузырю.

Похожие книги из библиотеки

Битва за звезды-2. Космическое противостояние (часть II)

Перед вами книга, рассказывающая об одном из главных достижений XX века — космонавтике, которую весь мир считает символом прошлого столетия. Однако космонавтика стала не только областью современнейших исследований науки и достижений техники, но и полем битвы за космос двух мировых сверхдержав — СССР и США. Гонка вооружений, «холодная война» подталкивали ученых противоборствующих систем создавать все новые фантастические проекты, опережающие реальность.

Данный том посвящен истории бурного развития космонавтики во второй половине XX века, альтернативным разработкам и соперничеству между Советским Союзом и США.

Книга будет интересна как специалистам, так и любителям истории.

Hawker Hurricane. Часть 1

В момент своего появления истребитель Хоукер «Харрикейн» был хорошей машиной, но имевшей довольно архаичную конструкцию. В конечном счете именно это обстоятельство привело к тому, что потенциал развития самолета быстро исчерпался и самолет устарел. С появлением более современных самолетов «Харрикейн» отошел на вторую линию и на второстепенные ТВД. Конец войны поставил точку на карьере «Харрикейна».

Прим.OCR: К сожалению не найден оригинал издания. В имеющемся первоисточнике все иллюстрации собраны после текста.

Тяжёлый танк «Тигр». Смертельное оружие Рейха

«Тигр» — самый грозный немецкий танк Второй мировой войны, своего рода символ гитлеровских «Панцерваффе». И если два других самых знаменитых танка тех лет — Т-34 и «Шерман» — во многом обязаны своей известностью гигантскими объёмами производства, то «Тигр» заслужил свою славу исключительно благодаря выдающимся боевым качествам. И можно только сожалеть, что эти качества использовались в борьбе за неправое дело…

Немецкие танки в бою

Если верить статистике, за всё время существования Третьего Рейха в Германии было произведено чуть более 50 000 танков и самоходных орудий – в два с половиной раза меньше, чем в СССР; а если считать ещё и англо-американскую бронетехнику, то численное превосходство союзников было почти шестикратным.

Но, несмотря на это, немецкие танковые войска, ставшие главной ударной силой блицкрига, завоевали для Гитлера пол-Европы, дошли до Москвы и Сталинграда и были остановлены лишь колоссальным напряжением сил советского народа. И даже когда война покатилась обратно на запад, до последнего её дня, панцерваффе оставались страшным противником, способным наносить жестокие удары и огромные потери – и на Западном фронте, и на Восточном.

Чем сильны были немецкие танкисты? Как удавалось им добиваться побед даже при заведомом неравенстве сил? Что позволяло панцерваффе наводить ужас на всю Европу? Боевая выучка экипажей? Талант военачальников? Великолепная организация боевых действий? Грозная бронетехника?

До этой книги в отечественной литературе не было ни одной работы, посвящённой истории боевого применения всех типов немецких танков – от Pz.I до «Королевского тигра" – как не было и столь подробного и обстоятельного анализа их особенностей и возможностей, достоинств и недостатков, побед и поражений.

Эта книга – первая.