Глав: 10 | Статей: 195
Оглавление
Ядерное оружие начало вызывать у людей страх уже с того самого момента, когда теоретически была доказана возможность его создания. И уже более полувека мир живет в этом страхе, меняется лишь его величина: от паранойи 50-60-х до перманентной тревоги сейчас. Но как вообще стала возможной подобная ситуация? Как в человеческий разум могла прийти сама идея создания такого жуткого оружия? Мы ведь знаем, что ядерная бомба фактически была создана руками величайших ученых-физиков тех времен, многие из них были на тот момент нобелевскими лауреатами или стали ими впоследствии.

Автор попытался дать понятный и доступный ответ на эти и многие другие вопросы, рассказав о гонке за обладание ядерным оружием. Главное внимание при этом уделяется судьбам отдельных ученых-физиков, непосредственно причастных к рассматриваемым событиям.

Отдел «С»

Отдел «С»

Павла Судоплатова назначили руководителем нового самостоятельного отдела разведки — он назывался отдел «С». Его задачей был шпионаж в сфере атомных технологий с применением общих усилий ГРУ и НКВД. Советским разведывательным резидентурам за рубежом было приказано удвоить усилия по получению документации, касающейся атомной бомбы. В конце августа полковник Николай Заботин, служивший в Оттаве, получил из Москвы следующее срочное сообщение от ГРУ: «Примите меры для организации получения документальных материалов по атомной бомбе. Технические процессы, чертежи, расчеты». Заботин уже некоторое время пытался установить контакт с учеными, занятыми в канадском атомном исследовательском проекте в Монреале, и в результате в начале 1945 года узнал, что в этом проекте уже более двух лет работает завербованный ГРУ шпион-британец.

По приказу Заботина в мае 1945 года агент ГРУ Павел Ангелов встретился с Аланом Нанном Мэем дома у последнего на Суэйл-авеню в Монреале. Мэй беспокоился, что за ним следит Канадская королевская конная полиция, и сначала отказался восстанавливать контакт с советской разведкой. Ангелов настаивал, и в конце концов, пусть нехотя, Мэй согласился возобновить сотрудничество. В конце весны — начале лета 1945 года Мэй предоставил СССР отчеты о работе монреальского проекта. Он четырежды ездил в Чикаго для консультаций с физиками «Метлаба», пока Гровс не стал беспокоиться, не слишком ли много информации получает британский физик. У Гровса не было причин подозревать Мэя, но из-за навязчивого стремления генерала к изоляции исследований запрос о новом визите весной 1945 года он отклонил.

В июле 1944 года в Монреаль были посланы отработанные топливные стержни, содержавшие плутоний и следы еще одного радиоактивного изотопа урана, U233, который синтезировался в результате бомбардировки нейтронами изотопа тория, Th232. Уран-233 активно исследовали как потенциальное альтернативное горючее для бомбы. В августе 1945 года Мэй предоставил небольшое количество урана-233 и обогащенного урана, которые сразу же были переправлены в Москву. Курьер, доставивший эти радиоактивные вещества, не знал, насколько они опасны. Остаток жизни он все время болел, постоянно нуждаясь в переливаниях крови.

Но в Москве эти материалы никого не удивили. Разведданные Мэя не привели ни к каким принципиально новым выводам. Теперь Заботину еще более категорически приказали активизировать сбор информации о бомбе, а его основной агент вот-вот должен был вернуться в Британию: в сентябре Мэй собирался прочитать курс лекций по физике в Кингс — Колледже в Лондоне. 22 августа Заботин получил подробные инструкции, которые следовало передать Мэю. В них указывалось время и место встречи со связным в Лондоне, в том числе сообщалась кодовая фраза: «Привет от Микеля». Мэю предстояло встретиться с новым связным 7 октября перед Британским музеем.

Оглавление книги


Генерация: 0.048. Запросов К БД/Cache: 2 / 0