Под кодовым именем АЛЕК

Среди документов, которые Гузенко вынес из советского посольства, были в том числе досье ГРУ на своих разведчиков, телеграммы между Оттавой и Москвой, список контактов, а также множество заметок, сделанных Заботиным и его помощником. Некоторые были написаны от руки по-русски, другие представляли собой краткие конспекты, и их было очень сложно расшифровать. В документах содержались факты, доказывавшие существование двух шпионских организаций: одной из них руководил Заботин (ГРУ), другой — Павлов (НКВД). В документах упоминались функционеры канадской коммунистической партии, члены канадского правительства и министерства иностранных дел, ученые и инженеры. Список шпионов, предоставленный Гузенко, не ограничивался агентами, действовавшими в Канаде. В бумагах также упоминались служащие Государственного департамента США, оттавского отдела Верховного комиссариата Великобритании, а также британских разведывательных организаций. Документы даже содержали информацию о советской шпионской сети, действовавшей в Великобритании.

Одним из самых важных разведчиков, выданных Гузенко, был Алан Нанн Мэй, проходивший в телеграммах, отправлявшихся из Оттавы в Москву и обратно под кодовым именем АЛЕК. МИ-5 и британское правительство были в замешательстве. Мэй никогда не скрывал своих симпатий к коммунистам, когда работал в Кембридже, а теперь выяснилось, что он ни разу не проверялся на благонадежность, до того как попал в «Трубные сплавы». Мэю предстояло вернуться в Великобританию 15 сентября и начать читать курс лекций в лондонском Кингс-Колледже. В последние несколько дней его пребывания в Монреале за ним установили слежку, а на время полета в Лондон приставили к нему офицера канадской конной полиции. После прибытия Мэя в Британию слежку поручили двум офицерам Особого отдела Скотланд-Ярда, специального подразделения полиции, занимавшегося контртеррористическими операциями и диверсиями.

В конце июля Заботин послал в Москву телеграмму, в которой предлагал восстановить контакт с Мэем по следующей схеме:

Мы разработали условия встречи с АЛЕКОМ в Лондоне. АЛЕК будет работать в Кингс-Колледже, Стрэнд. Мы сможем найти его там по телефонному справочнику. Встречи:

7, 17 и 27 октября на улице перед входом в Британский музей. Время — 11 часов вечера. Опознавательный знак: газета под мышкой слева. Пароль: «Привет Микелю».

По неизвестной причине встреча, назначенная на 7 октября, и запасные варианты 17-го или 27-го числа, если 7-го встретиться не удастся, не состоялись. 22 августа Заботин получил ответ с рекомендацией изменить время встречи на 20:00 и использовать более сложный набор опознавательных знаков, паролей и отзывов. Предоставленные Гузенко улики были недостаточно существенны, чтобы арестовать англичанина, и МИ-5 планировала задержать Мэя в момент встречи с советским связным.

Встреча так и не состоялась — ни 7 октября, ни в резервные даты. Через некоторое время Мэй заявил, что не пришел на встречу, поскольку «такая тайная процедура была уже не приемлема из-за официального распространения информации и возможности удовлетворительного международного контроля над атомной энергией».

Эта ситуация может объясняться и другими причинами. И МИ-5, и британская СРС были уведомлены о дезертирстве Гузенко после 7 сентября. Стюарт Мензис, руководитель СРС, получил информацию об этом от Уильяма Стивенсона, уроженца Канады, представителя британской разведки в Новом Свете[173]. Мензис и его руководитель из отдела контрразведки Ким Филби очень внимательно следили за развитием событий. Кроме того, Филби был секретным агентом НКВД глубокого внедрения («кротом»). Он послал в Москву информацию о предательстве Гузенко через пару недель. Филби имел доступ к уликам против Мэя и, хотя он считал эти улики неубедительными, возможно, предупредил Мэя о слежке.

Теперь канадская, британская и американская администрация и их разведывательные службы оказались втянуты в напряженные дебаты: что делать дальше? Предлагались разные варианты. Кинг считал, что вопрос нужно решить спокойно, дипломатическими методами, предоставив СССР доказательства совершения противоправных действий и вежливо потребовав прекратить такую деятельность. Трумэн полагал, что дело Гузенко временно следует сохранить в тайне, опасаясь, что крупный дипломатический скандал может навредить тем мероприятиям, которые предпринимались для установления международного контроля над атомной энергией. Трумэн и заместитель госсекретаря Дин Ачесон рекомендовали британцам не арестовывать Мэя без абсолютной на то необходимости.

Тем временем Роджер Холлис, служивший в МИ-5 руководителем контрразведки против диверсионных действий со стороны коммунистов, которого Филби указал как основное контактное лицо из рядов британской разведки по делу Гузенко, доказывал, что любое действие, кроме ареста, «будет воспринято как слабость и в результате только ухудшит, а не улучшит отношения». Холлис опасался, что вскоре Мэй неминуемо сбежит в Советский Союз.

В довершение всего Трумэну пришлось столкнуться с нарастающим шпионским скандалом в собственной стране. 6 ноября выпускница колледжа Vassar Элизабет Бентли созналась в том, что шпионила в пользу СССР, и предложила перейти на сторону США. Она выполняла обязанности связного между агентом НКВД Яковом Голосом (с которым состояла в интимных отношениях) и некоторыми американскими государственными служащими. Глава ФБР Дж. Эдгар Гувер приказал не предпринимать никаких действий по делу Гузенко, пока ФБР не сможет проанализировать предоставленную им информацию и проверить ее достоверность.

Тем временем Мэй вел себя безукоризненно. Он читал лекции, переехал в апартаменты по Стаффорд-Террас в Кенсингтоне и жил довольно спокойно.

Похожие книги из библиотеки

Линейные корабли типов “Кайзер” и “Кениг”. 1909-1918 гг.

В книге рассказывается о германских линейных кораблях типов “Кайзер” и “Кениг”, составлявших основу флота Открытого моря. Эти корабли участвовали в знаменитом Ютландском сражении и приняли на себя основной артиллерийский удар Гранд-Флита, а в 1919 г. во избежание захвата их Англией были затоплены своими экипажами в Скапа-Флоу.

Детально описываются морские операции первой мировой войны, в которых участвовали эти корабли, организация и система управления флота Открытого моря.

Для широкого круга читателей, интересующихся военной историей.

Бомбардировочная эскадра «Эдельвейс». История немецкого военно-воздушного соединения

Эскадра «Эдельвейс» в последний год войны стала первым подразделением, оснащенным революционно новыми реактивными истребителями «Мессершмит-262». Автор рассказывает об их преимуществах и проблемах ввода в бой недостаточно испытанного самолета. Дает всестороннее представление о составе и работе экипажей, конструкции и вооружении самолетов, осуществлении связи немецких бомбардировочных соединений.

В своей книге командир экипажа обер-лейтенант Вольфган Дирих рассказывает о немецкой бомбардировочной 51-й эскадре «Эдельвейс». Из всех соединений немецкой авиации 51-я эскадра имела наиболее интересную историю.

Искусство снайпера

В настоящем пособии обобщен опыт реальной работы снайперов в различных условиях, а также подробно представлены разделы по материальной части отечественного снайперского оружия и устройству оптических прицелов, технике практической стрельбы, пристрелке снайперских винтовок, винтовочной баллистике и маскировке на местности. Разделы по снайперской тактике в боевых условиях составлены с учетом опыта снайперов Великой Отечественной войны, афганской кампании, а также действий снайперов в современных горячих точках на территории СНГ и Европы. Разделы по теории стрелкового снайперского оружия, боеприпасов и ремонту оружия позволяют расширить технический кругозор практического снайпера и объясняют причины промахов, связанных с работой оружия и неправильным уходом за ним.

Книга предназначена для подготовки снайперов непосредственно в частях и подразделениях, в контртеррористических подразделениях, органах правопорядка и для охотников-промысловиков.

Тяжелые крейсера США . Часть 2

Продолжение выпуска № 17. Роль, которую тяжелые крейсера ВМС США сыграли во Второй мировой войне, огромна. Особенно возросло значение тяжелых крейсеров на Тихом океане, после того как японская палубная авиация нейтрализовала 7 декабря фактически все американские линкоры Тихоокеанского флота. В том историческом налете не пострадал ни один тяжелый крейсер. Все тяжелые крейсера приняли участие в боях с самурайско-японскими и немецко-фашистскими агрессорами.