Доклад Комитета М.О.Д.

15 июля 1941 года Комитет М.О.Д. закончил два отчета: первый — об использовании урана в качестве взрывчатого вещества в атомной бомбе, второй — об использовании урана как источника энергии. В первом отчете совершенно недвусмысленно сообщалось:

Мы пришли к выводу о возможности создания действующего образца атомной бомбы, в которой будет использовано всего 11 килограммов активного вещества. Взрыв такой бомбы по разрушительному эффекту эквивалентен взрыву примерно 1800 тонн тротила; кроме того, произойдет выделение большого количества радиоактивного материала, из-за чего территория, примыкающая к месту взрыва, в течение длительного периода будет представлять опасность для жизни человека.

Далее в отчете содержались следующие рекомендации:

1) Комитет считает, что проект урановой бомбы реален, и весьма вероятно, он окажет решающее влияние на исход военных действий;

2) следует продолжать работу над созданием бомбы, придав этому проекту высочайший приоритет и обеспечив его максимальный темп, поскольку действующие образцы данного вида оружия должны быть получены в наименьшие сроки;

3) сотрудничество с США по данному вопросу следует продолжать и, более того, расширить, особенно в сфере экспериментальных работ.

Физики Комитета М.О.Д. признали, что сначала относились к проекту «довольно скептично и не очень-то в него верили». Они также подчеркивали, сохраняя долю скромности, что «проблемы, над которыми мы сейчас работаем, не так уж сложно решить любому хоть сколько-нибудь способному физику».

В отчете давались довольно оптимистичные прогнозы: атомная бомба появится в арсенале военных уже в конце 1943 года. Из всех физиков Комитета М.О.Д. один Блэкетт считал такое скорое изготовление бомбы маловероятным. Он сильно сомневался в том, что при реализации настолько беспрецедентного проекта не возникнет непредвиденных осложнений, которые неизбежно повлекут за собой задержки и отсрочки.

Доклады Комитета М.О.Д. взбудоражили Уайтхолл. Линдеман внимательно наблюдал за дискуссиями ученых Комитета, посещал множественные собрания технического подкомитета. Линдемана весьма обнадежили заявления Томсона и Симона, а выступление Пайерлса и вовсе произвело на него неизгладимое впечатление. К тому моменту Линдеман стал главным научным советником правительства Великобритании. В июне он получил титул лорда Черуэлла.

В августе 1939 года Черуэлл сообщил Черчиллю, что атомного оружия придется ждать «еще несколько лет». Хотя Линдемана не опровергали, его скептицизм по поводу создания атомной бомбы сменился острым беспокойством. Прекрасно зная о том, что Черчилль любит короткие, в пол страницы сообщения, Черуэлл все же посчитал освещаемый им вопрос весьма важным и изложил его на двух с половиной страницах. Делая предположения, он все-таки подстраховался: «Против я бы не поставил больше, чем два к одному. Пожалуй, даже уравнял бы ставки, — писал он. — В то же время я уверен: мы должны продолжать. Позволить немцам обогнать нас в этой гонке будет непростительной ошибкой, ведь победив в ней, они вполне могут победить и в войне или же, повергнув нас, вынести нам смертный приговор».

По этому вопросу Черчилль решил выслушать мнение начальников штабов: «Хотя лично меня вполне устраивают те взрывчатые вещества, которыми мы располагаем в данный момент, — заявил он, — все же я думаю, что нам не нужно чинить помехи прогрессу, а значит, следует действовать согласно рекомендациям лорда Черуэлла. Ответственным членом правительства назначается Джон Андерсон. Буду также рад узнать мнение и начальников штабов». Джон Андерсон — лорд-председатель Тайного совета Великобритании — ранее занимал пост министра внутренних дел и к тому же был специалистом в физической химии. Свою докторскую диссертацию, посвященную химическим свойствам урана, он защищал в Лейципгском университете[59].

Отчеты Комитета М.О.Д. официально рассмотрела экспертная группа по оборонным мероприятиям, которая подчинялась Научно-консультативному комитету. Руководил им лорд Хэнки; в его состав входили физик Эдуард Эплтон, нобелевский лауреат и президент Королевского научного общества фармаколог Генри Дейл, а также Эдвард Мелланби, открывший витамин D. Встреча экспертной группы с физиками Комитета М.О.Д. состоялась 16 сентября. В центре обсуждения оказались механизм взрывателя, опытнопромышленная двадцатиступенчатая установка для газодиффузионного разделения изотопов, контракт ИХТ на поставку необходимого количества гексафторида урана, а также возможность использования в газодиффузионной установке особых мембран, производимых в Америке.

По итогам встречи был составлен подробнейший отчет, в заключительной части которого говорилось следующее:

На нас произвело глубокое впечатление единство ученых во мнениях, а также серьезность научной аргументации внесенных ими предложений. Нет никакой необходимости еще раз описывать разрушительную силу оружия, над которым ведется работа, как и доказывать исключительную важность данного направления научной деятельности. К тому же мы вынуждены считаться с тем, что немцы, скорее всего, также ведут исследования в данной области и могут в любое время получить очень важные результаты… Принимая во внимание все вышесказанное, мы твердо убеждены в том, что проекту по созданию урановой бомбы необходимо придать первостепенную важность. Кроме того, следует предпринять все возможные меры для того, чтобы ускорить проводимые в рамках проекта работы.

20 сентября начальники штабов выразили свое согласие с предложениями экспертной группы, рекомендовав не жалеть на исследования ни денег, ни материалов, ни рабочих рук, и главное — не терять ни минуты. Экспертная группа составила окончательную версию отчета, в котором также рассматривались организационные вопросы, и 25 сентября его передали Андерсону.

Ответственность за британский ядерный проект возложили теперь на Управление научных и промышленных исследований. Возглавить работы над атомной бомбой поручили представителю высшего руководства И XT Уоллесу Акерсу. Вместе с Андерсоном они решили дать проекту имя, которое вводило бы в заблуждение непосвященных, — «Трубные сплавы»[60]. Новая организация, возглавленная Акерсом, начала именоваться соответственно «Дирекция „Трубные сплавы“». Заместителем руководителя Дирекции стал еще один представитель ИХТ — Майкл Перрин. В октябре 1941 года в Лондоне открылся офис новой организации, расположенный по адресу Олд-Куин-стрит, 16 — по соседству со штаб-квартирой МИ-6 на Куин-Эннс-гейт.

Одним из первых посетителей офиса Дирекции стал Лейф Тронстад.

Похожие книги из библиотеки

Тяжелые крейсера США . Часть 2

Продолжение выпуска № 17. Роль, которую тяжелые крейсера ВМС США сыграли во Второй мировой войне, огромна. Особенно возросло значение тяжелых крейсеров на Тихом океане, после того как японская палубная авиация нейтрализовала 7 декабря фактически все американские линкоры Тихоокеанского флота. В том историческом налете не пострадал ни один тяжелый крейсер. Все тяжелые крейсера приняли участие в боях с самурайско-японскими и немецко-фашистскими агрессорами.

Великие танковые сражения. Стратегия и тактика. 1939-1945

Книга посвящена главной ударной мощи сухопутных сил – танковым войскам. Автор реконструировал основные танковые сражения Второй мировой войны, подробно рассказал о предыстории создания и послевоенном развитии бронетанковой техники, дал характеристику различных видов и типов танков, уделяя большое внимание броневой защите и параметрам танковых орудий, их маневренности в конкретных ландшафтах. Издание снабжено картами, схемами и фотографиями.

Gloster Meteor

Идея оснастить самолет реактивной силовой установкой начала витать в воздухе после Первой Мировой войны. В течение 1920-х годов предпринимались попытки разработать новые типы двигателей для авиации – ракетные или газотурбинные, но последние всё ещё требовали использования обычных пропеллеров.

В начале 1930-х годов молодой английский инженер Френк Уиттл, служивший тогда в Королевских ВВС Великобритании (RAF), в частном порядке приступил к работам над новым двигателем. Отношение к идеям Уиттла у военных было неоднозначным. Большую поддержку оказала RAF, а Министерство авиации отвергло предложения изобретателя, позволив ему взять патент на своё имя. Суть патента состояла в том, что газовая турбина вращала вместо обычного винта ряд импеллеров в закрытом канале. В марте 1936 года Уиттл основал фирму «Пауэр джетс» (Power Jets Ltd.), чтобы воплотить свой проект в металле. Параллельно с разработкой двигателя он пытался найти подходящий самолёт для его установки.

В 1939 году Уиттл познакомился с Джорджем Картером, главным конструктором фирмы Глостер Эйркрафт, и их последующие встречи показали, что появление реактивных боевых самолётов не за горами. К этому времени Министерство авиации резко изменило свои взгляды и проявило крайнюю заинтересованность в работах Уиттла.. В результате Глостер получила заказ на разработку новой машины, которая являлась летающим стендом для отработки реактивного двигателя и, кроме того, при незначительных доработках могла превратиться в полноценный боевой самолёт для RAF.

Шпионские штучки, или Секреты тайной радиосвязи

В предлагаемой книге рассматриваются особенности схемотехнических решений, применяемых при создании миниатюрных транзисторных радиопередающих устройств. В соответствующих главах приводится информация о принципах действия и особенностях функционирования отдельных узлов и каскадов, принципиальные схемы, а также другие сведения, необходимые при самостоятельном конструировании простых радиопередатчиков и радиомикрофонов. Отдельная глава посвящена рассмотрению практических конструкций транзисторных микропередатчиков для систем связи малого радиуса действия.

Книга предназначена для начинающих радиолюбителей, интересующихся особенностями схемотехнических решений узлов и каскадов миниатюрных транзисторных радиопередающих устройств.