Январь — август 1943

К январю 1943 года сотрудничество английских и американских физиков-ядерщиков практически прекратилось. Американцы задерживали работу, а англичан мучили глубокие подозрения относительно причин такой задержки.

В начале ноября 1942 года в Вашингтоне Акерс встретился с Гровсом. Акерса уведомили о растущих опасениях, связанных с промедлением американских ученых. Гровса тревожило, что английские физики весьма тесно контактировали со своими американскими коллегами по самым разным аспектам программы. Почему, спрашивал Гровс, Пайерлс, якобы занятый изучением газовой диффузии в рамках «Трубных сплавов», самым непосредственным образом общался с американскими физиками, изучавшими цепные реакции на быстрых нейтронах?

Гровс радел за секретность. С этой целью он изолировал отдельные участки работы, разбивая программу на самодостаточные проекты: ученые, занятые в одном проекте, практически ничего не знали об остальных. Но британских физиков было слишком мало, чтобы изолировать их таким образом, следовательно, требования Гровса в данном случае были невыполнимы.

Акерс опасался, что американцы хотят свернуть сотрудничество не только из соображений безопасности, — и не беспочвенно. Гровс (убежденный англофоб), Конэнт и Буш были уверены в том, что полный обмен информацией с британцами означал выдачу «Трубным сплавам» детальных данных о производственных процессах и заводах, в работе которых британцы никак не участвовали. Эти производства развивались американскими учеными, а проекты финансировались американскими налогоплательщиками.

Следовательно, предоставление информации британцам вряд ли помогло бы американцам (и вообще Союзникам) в войне, зато после войны британцы непременно воспользовались бы этими данными.

Наконец, в январе 1943 года ситуация перешла в кризисную стадию; тогда Конэнт сформулировал правила и нормы, которые регулировали бы англо-американское сотрудничество. Британцев это предложение просто ужаснуло.

Доклад Конэнта «строился на базовом принципе, в соответствии с которым проекты, чертежи нового оружия и оборудования подлежали обмену лишь в той степени, которая помогла бы заполучить преимущество в текущей войне». Это означало, что американцы больше не собирались предоставлять англичанам никакой информации ни об электромагнитном разделении, ни о производстве тяжелой воды, ни о цепных реакциях на быстрых нейтронах, ни о синтезе изотопов урана из соответствующих компонентов (в частности, гексафторида урана). Передачу данных по газодиффузионному проекту контролировал лично Гровс.

Кроме обозначенного базового принципа Конэнт внес еще одно правило — об обмене информацией с группой из Монреаля. Оговаривалось, что физикам из лаборатории «Метлаб» в Чикаго можно предоставлять данные о цепных реакциях, но при этом нельзя передавать никаких дополнительных сведений о свойствах плутония или о его производстве.

Стоило Андерсону увидеть доклад, как он пришел в ярость. Он убеждал Черчилля обсудить этот вопрос с Рузвельтом. Но англичане еще не знали, что Рузвельт уже одобрил новую позицию американцев. Телеграмма Черчилля, направленная Гарри Хопкинсу, секретарю Рузвельта, осталась без ответа. Подсчитав затраты, которые понесет Британия, если начнет разрабатывать атомную бомбу самостоятельно, англичане только подтвердили выводы, сделанные ранее: без американцев создать бобму они не смогут. Не только в течение войны, но и много позже.

В мае 1943 года Андерсон обнаружил, что американцы спокойно закупали очищенный оксид урана из «уранового Эльдорадо» в районе Онтарио и имели гарантированные права на производство урана на много лет вперед. И это несмотря на курс канадского правительства, направленный на то, чтобы британцы совместно с американцами имели право на добычу урана. Кроме того, американцы успешно заключили контракт на поставку тяжелой воды с завода, который должна была построить Consolidated Mining and Smelting Company в городе Трэйл в Британской Колумбии[100]. Без доступа к урану и тяжелой воде монреальский проект не мог существовать, и в июне работы окончательно застопорились.

Черчилль обсудил эту проблему непосредственно с Рузвельтом сразу после завершения двухнедельной Третьей Вашингтонской конференции, состоявшейся в мае. Рузвельт лично гарантировал британскому премьеру, что обмен информацией с «Трубными сплавами» будет возобновлен. Но все надежды на это развеял Червелл, который 25 мая, еще до окончания конференции, провел в Вашингтоне совещание с Бушем и Стимсоном. На этом совещании он объяснил, почему англичане так стремились возобновить обмен данными. Червелл настаивал, что причина заключалась в намерении британцев продолжать после войны собственную атомную программу независимо от американцев и что Британия видела себя после войны империей и ядерной державой. Это совсем не дипломатичное замечание Червелла только подтвердило давние подозрения Буша. Буш проинформировал об этой беседе Рузвельта.

Но Рузвельт уже гарантировал Черчиллю возобновление сотрудничества, однако его очень беспокоило столь очевидное намерение Британии сохранить таким образом свои позиции на мировой арене. Рузвельт тайно вынашивал идею разделить Британскую империю и превратить бывшие британские колонии в суверенные национальные государства с конституциями в стиле американской. Наконец, он принял окончательное решение, и ситуация вернулась в тупик.

Похожие книги из библиотеки

Советские супертанки

Развитие конструкций танков на рубеже 20-х —30-х годов, при фактически полном отсутствии эффективных средств противотанковой обороны, привело к созданию супертанков — тяжелых многобашенных боевых машин. Действительно, при почти одинаковой толщине брони тяжелый танк логично должен был отличаться от легкого более мощным вооружением. Поэтому английский (а англичане тогда были законодателями моды в танкостроении) тяжелый танк «Индепендент», послуживший прототипом для советского тяжелого танка Т-35, в качестве основного вооружения нес 47-мм пушку, такую же, как и легкий «Виккерс 6-тонный», но вооружался еще четырьмя пулеметами во вращающихся башнях.

Советские конструкторы пошли дальше: в главной башне танка Т-35 устанавливалась 76-мм пушка, предназначенная для действий по полевым укреплениям в основном фугасными снарядами. Борьба с танками возлагалась на две средние башни с 45-мм пушками, по пехоте должны были «работать» пулеметы в двух малых башнях. В те годы супертанк виделся именно таким — ощетинившимся стволами пушек и пулеметов «сухопутным броненосцем». Однако, в отличие от корабля-броненосца, командир такой боевой машины просто физически не мог справиться с его управлением. Находясь в главной башне, имея ограниченный сектор обзора, командир должен был держать в уме сектора обстрела средних башен, которых он не видел, да еще и давать команды механику-водителю на остановку для выстрела, не зная, можно ли в данный момент вести огонь из нужной башни, и если можно, то куда.

Приложение к журналу «МОДЕЛИСТ-КОНСТРУКТОР»

Правда и мифы о спецназе

Известный телеведущий Игорь Прокопенко в своей новой книге приоткрывает завесу таинственности, которой окутаны подразделения специального назначения вооруженных сил разных стран мира — тот самый спецназ, о фантастических возможностях которого ходит столько легенд. В книге разрушаются мифы и стереотипы, связанные с засекреченными способами ведения войны, и рассматривается история спецназа начиная с древнейших времен — Античности — и до наших дней, включая спецоперации в Чечне, Беслане и Сирии.

Как вывести из строя пусковую установку стратегической ядерной ракеты? Как удалось в считаные минуты захватить резиденцию афганского лидера Хафизуллы Амина на неприступной горе Тадж-Бек? Может ли боевой дельфин, прошедший подготовку в центре спецназа, уничтожить атомную подводную лодку? Чему служат люди, способные предотвратить и развязать глобальную войну?

Многие истории, приведенные в этой книге, удивят вас и шокируют. Эта информация позволит понять, каким образом люди превращаются в существ, обладающих невероятными возможностями!

Я познаю мир. Оружие

Очередной том популярной детской энциклопедии «Я познаю мир» посвящен истории оружия.

В книге рассказывается о том как искусные мастера в течение времени все более совершенствовали тот или иной вид оружия. Из этой книги можно узнать о мастерах прошлого и настоящего, о стремлениях и мечтах современных конструкторов.

empty-line

2

Танки на Халхин-Голе

Боевым крещением советских бронетанковых войск стала «необъявленная война» 1939 года на Халхин-Голе, где наши танки и бронеавтомобили впервые применялись массово, вынеся главную тяжесть боев. Это их контрудар предотвратил катастрофу и спас войска Жукова от окружения, ликвидировав опаснейший японский прорыв в районе горы Баин-Цаган. Именно танковые и мотоброневые бригады сыграли решающую роль в генеральном наступлении Красной Армии и разгроме вражеской группировки. Не случайно среди Героев Советского Союза, удостоенных Золотой Звезды за Халхин-Гол, больше всего танкистов, а в качестве памятника той войне на пьедестале установлен танк БТ-5. Но за победу пришлось заплатить очень высокую цену — 253 сгоревших танка и 133 бронеавтомобиля. Впрочем, и японские потери были велики — всего за три дня «самураи» лишились 44 из 73 своих танков, после чего оба их танковых полка были выведены в тыл и в боевых действиях больше не участвовали…

В новой книге ведущего военного историка вы найдете исчерпывающую информацию о боевом применении бронетехники на Хасане и Халхин-Голе — о первой громкой победе советских танкистов, маршала Жукова и сталинской Красной Армии. Коллекционное издание на мелованной бумаге высшего качества иллюстрировано сотнями эксклюзивных фотографий.