Присяга на верность

В ноябре 1943 года Чедвик поинтересовался у Фриша, не хочет ли тот работать в Америке. «С большим удовольствием!» — ответил Фриш. «Но для этого вам придется стать британским подданным», — предупредил Чедвик. «На это я тем более готов», — признался физик. Спустя несколько дней он принес присягу верности Британской Короне.

Чедвик стремился набрать в делегацию, направлявшуюся в Америку, лучших британских ученых. Чтобы обеспечить миссии максимальные шансы на успех, он также пытался найти физиков, не входивших в состав «Трубных сплавов». Чедвик хорошо знал о проблемах, с которыми в Стокгольме столкнулась Лиза Мейтнер, и он поинтересовался, не желает ли она отправиться в Америку вместе с племянником. Мейтнер выразилась предельно конкретно: «Я категорически не хочу участвовать в работе над бомбой».

Комитет М.О.Д. по вопросам, связанным с разделением изотопов и физикой бомбы, время от времени консультировал Поль Дирак, британский лауреат Нобелевской премии. Страстно желая обогатить делегацию столь прославленным физиком, Андерсон позвонил Дираку в Кембридж и попросил зайти к нему, когда Дирак в следующий раз будет в Лондоне. Дирак согласился. Немного подумав, Андерсон поинтересовался, как часто Дирак наведывается в Лондон. «О, не реже раза в год!» — ответил физик. Таким образом, он также отказался от участия в британской делегации.

Гровс тщательно изучал все предложенные кандидатуры: он настаивал, чтобы в состав делегации входили только британские подданые, которым по прибытии предстояла полная проверка на благонадежность. Энтузиазм Фриша, принявшего британское гражданство, не разделял, в частности, Ротблат. Он был непреклонен и намеревался при любых условиях остаться гражданином Польши, чтобы после войны вернуться на родину для возрождения там физики как науки. Ротблат считал для себя это дело более важным, чем участие в англо-американской ядерной программе. С разрешения Ротблата Чедвик лично заверил Гровса в надежности ученого-поляка. К тому моменту Чедвику удалось достичь чего-то вроде взаимопонимания с пресловутым гровсовским упрямством и неприятием англичан. Гровс согласился, и Ротблат присоединился к делегации, оставшись при этом польским гражданином.

Чедвик, Фриш и Ротблат должны были отправиться в Лос-Аламос вместе с британскими физиками Уильямом Пенни и Джеймсом Таком. Олифанту необходимо было войти в состав группы Лоуренса в радиационной лаборатории Беркли. Пайерлс и Фукс направлялись в Нью-Йорк для участия в изучении газовой диффузии.

Фукс принес присягу и принял британское гражданство годом ранее. Британская разведка предоставила ему доступ к секретной информации всего лишь после элементарной проверки анкетных данных. Фукс сообщил своей советской связной Соне о том, что ему предстоит перевод. Всего несколько месяцев назад НКВД и ГРУ наладили связь с Первым главным управлением под эгидой ЭНОРМОЗ. Соня действовала быстро. При следующей встрече она сказала Фуксу, что его наблюдатель в Нью-Йорке будет иметь кодовое имя Раймонд, и сообщила пароли.

Всего через неделю после предложения Чедвика Фриш очутился в ливерпульском порту в составе группы примерно из 30 ученых, некоторых из которых сопровождали члены семей. Они поднялись на борт шикарного лайнера Andes, который временно использовался для переброски американских войск в Британию. Фриш забыл билет, но Акерс провел его на борт. Фриш обнаружил, что ему одному отведена восьмиместная каюта. Вспоминая после войны о той поездке в Америку, Отто писал: «У некоторых из нас началась морская болезнь, но в остальном путешествие было вполне обычным, и корабль прибыл в Америку без приключений, правда, пожалуй, с самой большой партией научных идей, которая когда-либо перевозилась через океан».

И в этой компании был советский шпион.

Нильс и Оге Боры отправились в Америку на корабле Aquitania ранним утром 29 ноября в сопровождении вооруженного сотрудника полиции. На американский континент они ступили под псевдонимами Николас и Джеймс Бейкеры.

Похожие книги из библиотеки

Все авиа-шедевры Мессершмитта. Взлет и падение Люфтваффе

Как бы ни были прославлены Юнкерс, Хейнкель и Курт Танк, немецким авиаконструктором № 1 стали не они, а Вилли МЕССЕРШМИТТ.

Эта книга – первая творческая биография гения авиации, на счету которого множество авиашедевров – легендарный Bf 109, по праву считающийся одним из лучших боевых самолетов в истории; знаменитый истребитель-бомбардировщик Bf 110; самый большой десантный планер своего времени Ме 321; шестимоторный военно-транспортный Ме 323; ракетный перехватчик Ме 163 и, конечно, эпохальный Ме 262, с которого фактически началась реактивная эра. Случались у Мессершмитта и провалы, самым громким из которых стал скандально известный Ме 210, но, несмотря на редкие неудачи, созданного им хватило бы на несколько жизней.

Сам будучи авиаконструктором и профессором МАИ, автор не только восстанавливает подлинную биографию Мессершмитта и историю его непростых взаимоотношений с руководством Третьего Рейха, но и профессионально анализирует все его проекты.

Броненосцы типов “Центурион”, “Ринаун” и “Трайомф”. 1890-1920 гг.

6 марта 1889 года в Адмиралтействе было собрано совещание, посвященное броненосцам второго класса, на котором присутствовал главный кораблестроитель английского флота У. Уайт. На совещании приняли решение о тактическом назначении кораблей, определили их размерения, предполагаемые кораблестроительные элементы и состав вооружения.

На совещании, решили что эти корабли строятся в первую очередь для службы на китайской и тихоокеанской станциях в качестве флагманских. При этом они должны быть более сильными, чем иностранные корабли, с которыми они могут столкнуться в бою. Обычно это были крейсера. Наиболее вероятными противниками считались русские броненосные крейсера с 8-дюймовой артиллерией.

Принимая во внимание, что новым броненосцам придется действовать и в китайских реках им необходима была и малая осадка. Повторения броненосного крейсера “Империуз”, который служил на китайской станции и имел осадку 27 ф 3 дм, постарались избежать любой ценой. Присутствовавший на совещании Весей Гамильтон высказал свое мнение, что самой лучшей осадкой является 26-футовая, которая позволяет нести службу в этих водах “комфортно и без проблем”.

Боевые ножи

Книга «Боевые ножи» – это богато иллюстрированная энциклопедия, в которой просто и доступно рассказывается об истории как российских, так и зарубежных боевых ножей. Здесь вы также найдете подробные обзоры тактических ножей, предназначенных для самообороны, – как находящихся в свободной продаже, так и редчайших коллекционных экземпляров. В книге приводятся рекомендации по выбору универсального ножа для охотника, рыбака, туриста, путешественника, который в то же время сможет спасти жизнь владельца в критической ситуации. Из этой книги вы узнаете, как стать владельцем оптимального ножа для работы и самообороны, при этом не нарушая существующего законодательства.

КВ. «Клим Ворошилов» — танк прорыва

Тяжелый танк КВ («Клим Ворошилов») к началу Великой Отечественной войны был, безусловно, самым передовым по конструкции и самым мощным танком в мире. Он создавался специально для прорыва укрепленных линий обороны, имел очень сильное для своего времени вооружение, а его броню не могла пробить ни одна из противотанковых пушек Вермахта. Немецкие танки в поединке с КВ вообще не имели никаких шансов выйти победителем, что и заставило конструкторов рейха срочно приступить к проектированию «Тигра» и «Пантеры».

В Красной Армии танки семейства КВ (КВ-1, КВ-1С, КВ-2, КВ-8 и КВ-85) сражались на всех фронтах с первых дней войны и до 1944 года, когда им на смену пришли знаменитые ИС-2. Последние, кстати, представляли собой глубокую модернизацию все того же КВ. Впрочем, все тяжелые танки, появившиеся в разных странах в годы Второй мировой войны, так или иначе создавались с оглядкой на «Клима Ворошилова» — одного из самых удачных проектов в истории отечественного танкостроения.