Глав: 15 | Статей: 38
Оглавление
Один из парадоксов истории заключается в том, что мы невольно оцениваем события далекого и не очень прошлого по меркам сегодняшнего дня. Так, к далекому 1941 году подходят с мерками СССР времен его расцвета. Книга Д. Шеина и А. Уланова позволяет нам увидеть настоящий сорок первый и танковые войска Красной армии такими, какими они 70 лет назад встретили агрессора на границе. Эта книга стала плодом многолетних архивных исследований независимых экспертов. Она позволит по-новому взглянуть на привычные и казавшиеся незыблемыми факты и пересмотреть устоявшиеся оценки известных событий (Алексей Исаев).

Документы

Документы

Доклад о действиях 114-го танкового полка 57-й танковой дивизии

Организация полка по штату:

Один батальон тяжелых танков (тридцать один танк), два батальона средних танков (сто танков), один батальон огнеметный (двадцать семь танков огнеметных и девять пушечных), разведывательная рота (семнадцать бронемашин).

Фактически полк был вооружен танками «Т-26» по штатной численности.

Использование танков полка:

Полк в составе 1-го, 2-го и огнеметного батальонов был придан 109-й мотострелковой дивизии и 3-й батальон полка – 213-й мотострелковой дивизии.

Транспортный батальон полка и ремонтная рота были при 57-й танковой дивизии, которая действовала по другим направлениям, что исключало возможность нормального питания и восстановления парка.

В течение всего действия танки действовали без взаимодействия с артиллерией и пехотой 109-й мотострелковой дивизии, так как организация взаимодействия в дивизии отсутствовала.

Артиллерийской подготовки до атаки танков не производилось. Артиллерийской поддержки танков при атаке не практиковалось, отсюда танки встречались всегда со всей огневой мощью противника.

Полк во время действий танков распылялся, вследствие чего в атаку ходило максимум по пятьдесят танков (из трех батальонов) и меньше; остальные танки рассылались в разведку в разные направления повзводно, поротно, на второстепенные направления, а часть танков не выходили в атаку из-за отсутствия ремонтных средств и запчастей.

Были отдельные случаи, когда в атаку посылалось по пять танков и, как правило, на сборный пункт не возвращалось.

При всех этих недочетах в использовании наших танков, все же всякое появление наших танков и их огонь деморализовали противника, с уничтожением огневых точек противника вплоть до артиллерийской батареи, что вполне давало возможность нашей пехоте овладевать определенными рубежами, занятыми противником.

Танки, как правило, действовали атакой и контратакой против противника, но, кроме того, организовывалась и танковая неподвижная оборона, которая давала хорошие результаты, так, например, 1.07.41 года под действием ружейно-пулеметного и артиллерийского огня противника пехота и артиллерия 109-й мотострелковой дивизии откатились назад, мною была организована наспех танковая оборона исключительно из пушечных танков.

Эта оборона не только отразила атаку пехоты и танков противника, но противник не решался наступать даже до 2.07.41 года на этом направлении. Во время этой танковой обороны полк потерял до двадцати танков.

2.07.41 года в 20.30 тринадцать наших пушечных танков и одна артиллерийская батарея 76-мм пушек отразили атаку 42 танков противника, поддерживаемых артиллерией и пехотой, при этом потерь наших танков не было. В процессе боя было установлено, что наша 45-мм пушка легко пробивает броню бронемашин, легких танков и танкеток противника.

Вывод: 1) Массированное использование танков «Т-26» (пушечных) при организации хорошего взаимодействия с пехотой и артиллерией даже при сильном насыщении огневыми средствами противника вполне применимо.

2) Действия огнеметных танков дают большой эффект, в особенности в населенных пунктах, а при хорошей поддержке артиллерией, используя их при благоприятных условиях, огнеметные танки могут действовать даже в первом эшелоне.

3) При тщательной разведке противника танки «Т-26» (пушечные) дают хороший результат в засаде.

4) Двухбашенные танки «Т-26», вооруженные только пулеметами, имеющиеся в полку, почти не применялись.

Со своей стороны считаю:

1) Танки «Т-26» необходимо использовать только массированным путем.

2) Отсутствие организованного взаимодействия пехоты, танков и артиллерии ведет к значительным потерям танков.

3) Тщательная разведка противника – неотъемлемый вид боевого обеспечения любого боя. При отсутствии разведки или при неправильной организации ее трудно принять решение командиру. С 27.06.41 года по 5.07.41 года в приказах 1-й пункт[314] оперировал терминами «Сила противника не установлена» или «Дополнительных сведений о противнике нет».

4) Используя успех танков, пехота должна укреплять и удерживать занятый район до получения последующей задачи. В частях 109-й мотострелковой дивизии это мероприятие отсутствовало. Стоило только танкам вернуться на сборный пункт, как пехота моментально в беспорядке откатывалась назад вслед за танками, покидая занятый рубеж. 30.06.41 г., несмотря на троекратное введение пехоты 109-й мотострелковой дивизии танками в г. Оструг, при возвращении танков на сборный пункт пехота отошла вслед за танками, не закрепив занятого рубежа.

Действия мехчастей противника

а) В направлении действия полка со стороны противника применялось до одного батальона легких танков, до роты средних танков. Кроме того, противник применял танкетки и бронемашины.

Ни при одной нашей танковой атаке танки противника в бой с нашими танками не вступали, они действовали или на флангах своих частей, или выходили на фланги наших частей, но в случае отхода наших танков танки противника наседают на хвост и преследуют.

Больше всего танки противника использовались небольшими группами для захода во фланг и тыл наших частей, а также при преследовании. Любой атаки танки противника избегали.

Кроме того, легкие танки и танкетки противника в частых случаях применялись в разведке для переброски пехоты (танковые десанты).

Был случай лобовой атаки средними танками противника, но стоило вывести из строя два танка противника, как весь боевой порядок возвращался обратно и через некоторое время появлялся с другого направления.

б) Вооружение: бронемашины – в большинстве случаев пулеметы автоматический и крупнокалиберный (но есть вооруженные и пушками, примерно 37 мм).

Танкетки – пушка и пулемет крупнокалиберный.

Танки – пушками и пулеметами.

37-мм пушка противника легко пробивает броню танка «Т-26» в любом месте, а на близком расстоянии – и навылет.

Крупнокалиберный пулемет с бронебойной пулей также легко пробивает броню «Т-26».

Огонь из танков, а также бронемашин и танкеток ведется с короткой остановки или из засады. Но данные для стрельбы и наблюдения определяются на ходу, это видно из того, что сама остановка для производства выстрела выражается 4–5 сек., остальное время танк маневрирует вплоть до того, что движется вперед или назад.

в) Огонь, производимый из танков, а также из «ПТО», довольно точный; как правило, если останавливался наш танк, то он поражался с первого или со второго выстрела.

Танки противника обладают хорошим маневрированием.

Противотанковая оборона противника насыщена достаточно, применение их «ПТО» зависит от обстановки, но в большинстве своем кочующим или кинжальным способом.

Характерно отметить, что где бы ни появлялись даже отдельные мелкие подразделения противника, с ними обязательно имеется «ПТО», огонь как пулями, так и снарядами в большинстве ведется трассирующими.

На направлении действий танкового полка были отмечены и огнеметные танки противника, но применения их не обнаружили.

Вывод: 1) танки противника, как правило, являются средством прорыва и деморализации тылов и флангов, отсюда наши части нигде не должны забывать об организации противотанковой обороны.

Во всех случаях наши танки, вооруженные пушками, могут использоваться в качестве «ПТО» (танки «Т-26»).

2) Личный состав танковых частей противника достаточно подготовлен в огневом отношении, это значит, что наши танки должны обладать большой маневренностью и избегать излишних остановок даже при ведении огня.

3) Стремление танковых частей противника действовать на флангах заставляет нас организовывать противотанковую оборону не только в противотанковых районах, но и на флангах, и особенно на стыках наших частей и подразделений.

4) Необходимо организовывать танковые группы для борьбы с танками противника до их выхода в атаку или на подходе их к объекту атаки.

[Отчет о] действиях 3-го батальона полка при 213-й мотострелковой дивизии прилагается.

Командир 114-го танкового полка майор Бичук

Военком 114-го танкового полка батальонный комиссар Соловьев

Действия 3-го батальона 114-го танкового полка и войск противника на направлении гор. Изяслав, Певнева гора, Оструг

213-я мотострелковая дивизия в целом к ведению боя в лесу не подготовлена. Разведку противника ни разведывательный батальон, ни линейное подразделение вести не могут и фактически ее не вели. Сведения о противнике имели мало и смутные. Взаимодействие даже среди однородных подразделений организовано не было, неодновременный подход к переднему краю и атака. Были случаи, когда артиллерия и минометные батареи стреляли по своим вследствие того, что не имели ни одного передового или бокового «НП», а основные «НП» были далеко от переднего края, связь с пехотой была плохая.

Командир стрелковой дивизии решил танки использовать на главном направлении массированно, хотя местность этого не позволяла сделать. Фактически же использовались танки в одиночку (два-три танка), для подавления огневых точек и сопровождения пехоты без поддержки артиллерией.

Попытки танкистов наладить взаимодействие натыкались на «отсутствие времени» и угрозы: «Скорее, пехоту расстреливают!»

Благодаря отсутствию взаимодействия и неумению вести бой в лесу пехота и танки несли большие потери, не сделав ничего существенного.

Пехота показала себя плохо подготовленной и неустойчивой.

Противник, по сведениям местных властей и нашей разведки, имел 28.06.41 г. и 29.06.41 г. до полка пехоты, пять-шесть батарей, в том числе две тяжелые, десять-двенадцать ПТО, до роты танков и много автоматического оружия. «ПТО» – 37-мм полуавтоматы с хорошими бронебойно-зажигательными снарядами – располагаются группами по два-три, тщательно маскируются, часто меняют огневые позиции. К полю боя подходили на механической тяге. Стреляют часто и метко. Броня «Т-26», как правило, пробивается.

Танки противника (легкие) в бой не ввязывались, вели разведку, появлялись редко. При атаке нашей пехоты с танками и без танков они не появлялись, а 30.06.41 г. они, как видно, совсем были взяты с этого участка.

От огня артиллерии и «ПТО» главным образом мы потеряли за 28 и 29 июня девять танков, из них шесть сгорело. От наших 45-мм бронебойных снарядов танки противника почти не загораются. Противник потерял всего один танк (нами захвачен).

Противник широко пользуется стрельбой из засады на ближнюю дистанцию.

Действия в районе Кривен 1–3.07.41 года:

Группа противника в составе 13 танков, 3 бронированных транспортеров, 3 самоходных 75-мм орудий и 180 человек пехоты в 13.00 повела наступление на высоту 254,4. Одна наша батарея безрезультатно ее обстреливала. В первый период вся пехота противника сидела на танках и транспортерах по 10–15 человек. Танки в предбоевом порядке шли по полю со скоростью 12–15 км/ч. Дистанция наступления – около 3,5 км, за время движения пехота противника трижды садилась и слазила с машин, причем посадка и высадка происходили на тихом ходу без остановки. Противник наступал вдоль фронта обороны в удалении 1500 м. Это было не что иное, как провокация на огонь – разведка боем. Так группа двигалась до тех пор, пока не попала в засаду, где была уничтожена. Другая группа, более сильная (около 30 танков) и батальона пехоты к концу боя с первой группой начала наступать вдоль шоссе на село Кривин. Эту группу поддержала артиллерия (около 3 батарей).

Наши танки открыли слишком рано огонь (дистанции 1200 м). Пехота залегла в высокой ржи, танки, обгоняя один другой, бежали в лес, оставив на поле боя пехоту и один подбитый танк.

Через 2–3 минуты по рубежу, где стояли наши танки, противник открыл сильный сосредоточенный артогонь. Мы вынуждены были отойти. Противник также незаметно отошел.

Вывод: пехота противника умело взаимодействует с танками и артиллерией, там, где не хватает транспортеров, она умело использует танки как средство передвижения. Самоходные пушки и пушки бронетранспортеров активно помогают пехоте и танкам подавлять огневые точки, «ПТО» и танки противника, стреляют с коротких остановок и с хода, часто и метко.

3.07.41 г. ночью противник готовился к атаке на рассвете. Внезапный наш отход с района обороны в тыл в 6.00 противником, видимо, был обнаружен, но наше возвращение в окопы в 6.30 [противник], видимо, не заметил.

В 7.30, после 30-минутной арт– и авиаподготовки, противник начал наступление тремя колоннами. Правая колонна танков, двигаясь вдоль шоссе, раньше других приблизилась к обороне и на дистанции 900-1000 м была встречена сильным огнем наших танков. Колонна остановилась, танки поползли в разные стороны (растерянность длилась около одной минуты), затем колонна развернулась налево и быстро пошла в укрытие за село. Две другие колонны танков, встреченные огнем с дальней дистанции (1200–1500 м), оставив на поле боя два танка, ушли направо в лес. Пехота залегла. Обходя наши фланги селом и лесом, танки противника угрожали окружением. Артиллерия противника усилила огонь, пехота начала продвижение, но, встреченная пулеметным огнем танков, залегла в рожь. Мы вынуждены были отойти, оставив на поле боя шесть танков (из них от снарядов загорелись три). Противник потерял четырнадцать танков, два самоходных орудия и около двухсот человек пехоты.

Вывод: 1) Противник разведку в течение ночи не вел и не знал точно наше расположение, хотя накануне вел с нами бой.

2) Пехота противника, как и прежде, использовала танки как средство передвижения.

3) Взаимодействие пехоты с артиллерией, танками и авиацией (три бомбардировщика) и на этот раз было налажено.

4) Зная о нашем численном превосходстве, несмотря на огромные потери в танках (четырнадцать штук), противник действовал смело до дерзости (преследовал нас до 5 км).

Командир 3-го танкового батальона 114-го танкового полка капитан Митрясов.

Донесение о боевых действиях 114-го танкового полка 57-й танковой дивизии в направлении Шепетовки, Слаута, Оструг

1. Наличие боевых и транспортных машин по маркам на 22.06.41 года и на 1.08.41 года.

Тип и марка машин – Состояло на 22.06.41 г. – Состоит на 1.08.41 г.

Танк «Т26» с рацией «7ТК» – 71 -

Танк «Т26» линейный – 55 -

Танк огнеметный – 21 -

Танк «Т26» двухбашенный – 24 -

Тягач «Т26» – 6 -

«БА10» с рацией «7ТК» – 7 -

«БА10» линейный – 3 – 3

«БАИ» линейный – 2 -

«БА6» линейный – 2 -

«БА20» («ФАИ») линейный – 11 – 3

Легковая «М1» и «ГАЗА» – 1 – 1

«ГАЗА» с рацией «5АК» – 1 – 1

«ГАЗ3А» с рацией «5АК» – 5 – 3

«ГАЗАА» грузовых – 13 – 40

«ГАЗ3А» штабных – 4 – 3

«ГАЗАА» санитарных – 5 – 1

«ГАЗАА» дезкамера – 2 – 2

«ГАЗ3А» летучка типа «А» – 9 – 10

«ГАЗ3А ПЗС» – 2 – 2

«ГАЗ3А» душ. установка – 1 – 1

«ЗИС5» грузовых – 72 – 43

«ЗИС5-6» бензоцистерны – 9 – 7

«ЗИС5 АРС6» – 6 – 6

«ЗИС5» клубная – 1 – 1

«ЗИС6 ВМЗ» – 5 – 1

«ЗИС6» летучка типа «Б» – 1 – 1

Авиакомпрессор «АКС2» – 1 – 1

Трактор «ЧТЗ60» – 1 – 1

Трактор «Коммунар» – 2 -

Мотоцикл с коляской «АМ600» – 1 -

Мотоцикл без коляски «АМ600» – 5 – 1

Прицеп тракторный «РП2-4» – 2 -

2. Какие ставились полку задачи, как они выполнялись?

а) Задачи на атаку противника (общие выражения на атаку выражены потому, что в течение всего действия полка рекогносцировки не проводилось, командирской разведки также не было, огневой системы противника никто не знал, а в приказе по 109-й мотострелковой дивизии сила противника, его огневая система и точное расположение противника не указывались, указывался только район – да и таких приказов от дивизии был получен только один).

б) Задачи на разведку, как на боевую, так и на второстепенных направлениях, как правило, ставились устно.

в) Задачи на прикрытие отхода стрелковых и артиллерийских частей.

г) Задачи на оборону.

Задача на атаку ставилась общая по направлению. Времени на разведку направления атаки не давалось. Артиллерийской поддержки во время атаки и артподготовки до начала атаки танков не велось.

Отсюда сам противник, его огневая система устанавливались только самой атакой в процессе боя.

Результат такого действия был невысок, как правило, огневые точки уничтожались, те, которые находились (обнаруживались) в процессе атаки, причем «ПТО», которые были хорошо замаскированы, наносили большое поражение нашим танкам. Танки противника против наших танков не выступали, а действовали из засады.

Атака танками производилась почти всегда двумя эшелонами, что давало возможность обеспечивать продвижение первого эшелона и выявлять огневые точки, ведущие огонь по танкам первого эшелона.

Благодаря отсутствию времени на изучение впередилежащей местности танки попадали в труднопроходимые места (болота), как, например, при атаке на Вельбовно восемь танков 1-го батальона засели в болоте и один из них вышел только на второй день. То же произошло с шестью танками 2-го батальона при атаке на Хорув 1.07.41 года.

Задачи на разведку выполнялись успешно, но в этом отношении происходило злоупотребление вплоть до того, что для связи с другими частями высылалось по 5 и 10 танков, тогда как этого абсолютно не требовалось по обстановке, для связи можно было использовать обыкновенную колесную машину или в крайнем случае бронемашину. Это производилось в самые критические моменты боя, например 1.7.41 года.

Данными разведки командование 109-й мотострелковой дивизии пренебрегало и никаких выводов не делало. Из танков организовывалось наблюдение за противником в таких местах, в которых эту задачу мог бы выполнить любой пеший боец.

Танки в разведке действовали обычным порядком – высылкой вперед дозорной машины, установлением подвижного наблюдательного поста, связь применялась флажковая с дополнительными условными сигналами, связь по радио в течение всего боя отсутствовала, так как «ПЗС»[315] ушла с ремонтной ротой в 57-ю танковую дивизию, аккумуляторы скоро разрядились, связь устанавливалась бронемашинами, мотоциклами и танками.

В боевую разведку высылалось не меньше роты танков и методом установления наблюдения за действующими танками устанавливалось расположение огневых точек противника, такой метод разведки дает неплохие результаты.

Широкое использование танков применялось для прикрытия отходящей пехоты и артиллерии и для охраны штаба 109-й мотострелковой дивизии.

Метод организации прикрытия производился или движением танков в хвосте колонны отходящих частей, или путем организации обороны на отдельных участках. Тот и другой методы применялись наспех, не планомерно, а вынужденно, так как до принятия решений командир 109-й мотострелковой дивизии на отвод частей, как правило, их (частей) уже не было, они уходили с поля боя до принятия решения командиром 109-й мотострелковой дивизии, и в его руках оставались только танки. Такая организация прикрытия, а не контрудары танков на отдельных рубежах, как правило, давала плохие результаты, танки попадали в окружение и несли излишние потери.

Применяемая танковая оборона за период действия полка (два раза) дает неплохие результаты и в первом, и во втором случаях, в особенности если эта оборона поддерживается артиллерией (так, например, 2.07.41 года тринадцать пушечных танков и одна батарея 76-мм пушек отразили ночную атаку 42 танков противника, поддерживаемых артиллерией и пехотой, не потеряв при этом ни одного своего танка).

Неплохой результат дают танковые засады (так, например, 2.07.41 года тринадцать танков в засаде вывели из строя четырнадцать танков противника и заставили противника отказаться от атаки в данном направлении). Но засады необходимо организовывать с обеспечением артиллерийской поддержки.

3. Ход боевых действий по дням

С 22.06.41 года по 24.06.41 года полк из гор. Баин-Тумен передислоцировался в гор. Проскуров[316] (сосредоточивался подразделениями) и боевых действий не вел, за исключением высылки разведки прилежащей местности к гор. Проскуров, которая противника не обнаружила. В это время над районом Проскуров производилось активное действие авиации противника.

25.06.41 года полку было приказано сосредоточиться в районе Шепетовки. Полк с походными мерами охранения выступил двумя эшелонами по одному маршруту и к 24.00 сосредоточился в лес 4,5 км северо-западнее Старо-Константинова.

27.06.41 года было получено приказание: полку приготовиться к погрузке в эшелоны совместно с 57-й танковой дивизией для движения к новому месту дислокации. Но из-за сложившейся обстановки 114-й танковый полк, один из дивизии, был оставлен на месте. 57-я танковая дивизия, погрузившись в эшелоны, ушла на другое направление. Полк вел разведку разведывательной ротой и одним танковым батальоном (2-я рота 1-го батальона), остальные танковые батальоны были приготовлены для отражения танковой атаки противника. Разведкой было установлено наличие противника в районе Соловье, Вельбовно (севернее гор. Оструг).

28.06.41 года была организована разведка подступов к гор. Оструг с юго-западного направления силами 3-го танкового батальона. К 14.00 личным приказом генерал-лейтенанта Лукина полку было приказано к 20.00 сосредоточиться в район Слаута и поступить в распоряжение командира 109-й мотострелковой дивизии. 3-й танковый батальон было приказано придать 213-й мотострелковой дивизии. К 21.00 полк без 3-го батальона сосредоточился в район Слаута.

29.06.41 года командир 109-й мотострелковой дивизии полковник Сидоренко никакой задачи полку не ставил, ограничился распоряжением: полку двигаться за стрелковыми частями. Моим распоряжением организована разведка в трех направлениях подступов к гор. Оструг.

В 6.00 полк выступил на гор. Оструг. С этого же марша полк ощущал большой недостаток бензина и масла (ввиду отсутствия транспорта для подвоза ГСМ). При неоднократной попытке связаться с командиром 109-й мотострелковой дивизии с целью получения конкретной задачи эта попытка не удалась, и, пользуясь данными своей разведки, оценив обстановку (по собственным наблюдениям), в 14.30 полк из дер. Бадувка двумя эшелонами произвел атаку противника на Вельбовно. Противник был оттеснен за р. Горынь. Пехота 109-й мотострелковой дивизии атакой танкового полка и разведывательных подразделений полка трижды вводилась в Вельбовно и каждый раз откатывалась обратно при возвращении танков на сборный пункт, то есть пехота не использовала успеха танков и не закрепляла занятых позиций, находящихся ранее у противника.

По окончании боя полк сосредоточился на сборном пункте южнее Бадувка.

30.06.41 года устным приказанием командира 109-й мотострелковой дивизии полку было приказано форсировать реку Горынь через железнодорожный мост и сосредоточиться на противоположном берегу реки. Моим распоряжением в районе Вельбовно была оставлена одна танковая рота для демонстрации действий танков на этом направлении. В 11.30 был получен приказ командира 109-й мотострелковой дивизии, в котором указывалось: начало атаки в 10.00, начало артподготовки в 7.30. Ни то ни другое вовремя не началось. Артподготовки совсем не было, за исключением отдельных беспорядочных залпов некоторых батарей. Танки выступили в атаку противника в направлении гор. Оструг в 12.00, которая повторилась три раза, все три раза танки вводили пехоту 109-й мотострелковой дивизии в гор. Оструг, и каждый раз при возвращении танков на сборный пункт пехота возвращалась вслед за танками.

1.07.41 года по приказанию командира 109-й мотострелковой дивизии была выслана разведка на двух второстепенных направлениях; кроме того, лично мною была организована боевая танковая разведка в направлении Хорув. В 18.00 прибыл командир 109-й мотострелковой дивизии на мой КП и приказал: полком атаковать противника в направлении Хорув. При этом артподготовки не велось, артподдержка танков не организовывалась. В 18.30 полк без 3-го батальона двумя эшелонами выступил в атаку противника в направлении Хорув. Из-за отсутствия артподготовки, артподдержки и недостаточных разведывательных данных в данной атаке полк понес большие потери (противник занимал выгодное положение, непотревоженная огневая система противника расстреливала наши танки в упор). Танки действовали почти колоннами (на узком фронте), так как подступ к противнику не давал возможности маневрировать танкам. Был вынужден организовать танковую оборону полка.

Примечание: вся пехота и артиллерия 109-й мотострелковой дивизии, не известив об этом танковый полк, ушла с поля боя (обратно за железнодорожный мост), не организовав никакого прикрытия.

Танковая оборона отразила полностью контрнаступление противника, нанеся ему большие потери. Противник до следующего дня атаки не производил. Полк отошел на ст. Кривин, организовав охрану железнодорожного моста своей саперной ротой.

2.07.41 года по приказанию командира 109-й мотострелковой дивизии было организовано наблюдение, использовав для этой цели до десяти танков. Остальными танками 1-го, 2-го, 4-го и прибывшего 3-го батальонов была организована оборона. Танки 3-го батальона были поставлены в засаду.

Противник не замедлил организовать сильную танковую разведку, поддерживаемую мотопехотой и артиллерией, в направлении организованной танковой засады полка, которая огнем из засады с места вывела из строя четырнадцать танков противника, убито до двухсот человек противника, взято в плен два человека, остальные отошли назад.

В 20.30 противник сорока двумя танками при поддержке пехоты и артиллерии атаковал полк с другого направления. Организованной обороной из тринадцати пушечных танков и одной батареей 76-мм пушек полк успешно отразил и эту атаку, не потеряв при этом ни одного танка.

3.07.41 года с утра по приказанию командира 109-й мотострелковой дивизии полк отошел в район Перемышль, где должен был поступить в распоряжение начальника Слаутского УРа, с которым полк по прибытии в Перемышль при неоднократных попытках не связался, а продолжал получать задачи от командира 109-й мотострелковой дивизии. В 18.00 было получено приказание поступить в распоряжение командира 147-й стрелковой дивизии, находящегося в Шепетовке. Так как к этому моменту частей 109-й мотострелковой дивизии в данном районе не оказалось (о чем полку известно не было), при выступлении полк был окружен противником, прикрываясь ночной темнотой, вышел из окружения и к утру 4.07.41 года сосредоточился в районе Шепетовка, потеряв при этом значительное количество танков и автобус 1-й части штаба (который был сожжен).

4.07.41 года, при неоднократных попытках связаться с командиром 147-й стрелковой дивизии в районе Шепетовка, связь не была установлена. Оставшиеся тринадцать танков полка были поставлены в оборону Шепетовка, из которых пять танков было выведено из строя (противником), а с остальными танками полк совместно с другими частями начал отход в направлении Бердичев.

5.07.41 года противник с утра танками, мотоциклами и авиацией преследовал отходящие колонны наших частей. В районе 8 км южнее Мирополь была организована оборона для прикрытия отхода, где были использованы оставшиеся танки полка. При дальнейшем отходе в полку осталось два танка. К исходу дня личный состав и колесные машины полка были сосредоточены в гор. Житомир.

6.07.41 года полк сосредоточился в гор. Киев.

7.07.41 года приказом по Юго-Западному фронту полк был выведен из боя с задачей: 8.07.41 года погрузиться в эшелоны и отправиться в гор. Смоленск в распоряжение командира 57-й танковой дивизии.

11.07.41 года полк погрузился в эшелоны для следования в гор. Смоленск. В гор. Брянск эшелон не пропущен на гор. Смоленск, а направлен на гор. Вязьма.

19.07.41 года полк разгрузился на ст. Вязьма и по указанию штаба Западного фронта сосредоточился в окрестности гор. Вязьма.

4. Средний расход моторесурсов на боевую машину и пройденный километраж по дням.

Число и месяц – Расход моточасов – Расход километража

25.06.41 г. – 14 – 115

26.06.41 г. – 4 – 35

27.06.41 г. – 2 – 15

28.06.41 г. – 8 – 28

29.06.41 г. – 16 – 54

30.06.41 г. – 18 – 118

1.07.41 г. – 16 – 45

2.07.41 г. – 3 – 18

3.07.41 г. – 12 – 102

4.07.41 г. – 10 – 80

Итого – 103 – 610

5. По сведениям разведорганов и захваченных пленных видно, что против полка действовала 25-я мотодивизия противника…

6. Характер и количество потерь по маркам машин.



Потери личного состава: 83 чел. убито, 62 чел. ранено…

Командир 114-го танкового полка майор Бичук

Военный комиссар 114-го танкового полка батальонный комиссар Соловьев

Начальник штаба 114-го танкового полка майор Рязанцев[317]

Оглавление книги


Генерация: 0.293. Запросов К БД/Cache: 0 / 0