Глав: 26 | Статей: 43
Оглавление
В монографии собраны и систематизированы опубликованные в открытой печати работы специалистов, связанных с проектированием, постройкой и эксплуатацией отечественных лодок после завершения Второй мировой войны и вплоть до распада Советского Союза. В ней описаны все проекты, в том числе и нереализованные, рассказано об истории их создания, технических особенностях и всех модернизациях, а также о зарубежных аналогах. Кроме того, дана краткая оценка тактических свойств. Представлены схемы внешнего вида, продольные разрезы проектов и каждой их модификации. В монографии также содержатся сведения обо всех построенных в этот период отечественных лодках. Приведены данные об их названиях, заводских номерах, датах постройки, вывода из боевого состава и исключения из списков флота, а также о важнейших этапах эксплуатации. Описаны наиболее характерные аварии и катастрофы.

Классификация ПЛ и определение их тактических свойств

Классификация ПЛ и определение их тактических свойств

Перед тем как приступить к освещению данного вопроса, необходимо дать определения классификации подводных лодок, задачам, стоящим перед ними и, наконец, тому, что же это такое, их тактические свойства. Данные определения не только позволят говорить с читателем, что называется на «одном языке», но и избежать в процессе изложения лишних пояснений.

Перед Второй мировой войной основным классификационным признаком подводных лодок являлись размеры, и они делились на малые, средние и большие. Бесспорно, подобная градация крайне условна и не отражает всего разнообразия кораблей этого класса. Так, например, большие лодки ВМС США классифицировались как эскадренные, а ВМС Японии – как крейсерские. Вместе с тем, строились и узко специализированные корабли, среди которых наиболее широкое распространение получили минные заградители. Наряду с ними во многих странах имелись лодки с усиленным артиллерийским вооружением и носители самолетов. Но и они, за редким исключением, официально классифицировались как большие лодки. В годы Второй мировой войны корабли этого класса стали использовать для транспортировки грузов, запасных торпед и диверсионных групп, а также в качестве танкеров для дозаправки в море других лодок. В Японии даже появились подводные ретрансляторы и авианосцы, а в США – подводные цели, предназначавшиеся для подготовки сил ПЛО.

Традиционно все подводные лодки (за исключением транспортных) того периода имели на вооружении торпеды и артиллерию, которые, в силу целого ряда обстоятельств, сохранили свое значение в ходе боевых действий, поэтому классификация лодок, в общем и целом, по-прежнему определялась их размерами. Узкоспециализированные боевые корабли, в том числе и минные заградители, постепенно утратили свое значение. Зато получили распространение транспортные, экспериментальные и научно-исследовательские лодки, а также сверхмалые подводные лодки, предназначавшиеся для разведывательно-диверсионных действий. Данное положение вещей вполне объяснимо. К концу Второй мировой войны флоты воющих сторон в широких масштабах использовали новые технические средства, и в первую очередь радиотехнические. Они столкнулись с острой необходимостью усовершенствовать средства гидроакустики и обеспечить подводным лодкам высокие дальность и скорость плавания в подводном положении. В Германии, например, это стремление, привело к появлению «электрических» лодок XXI серии и лодок, оснащенных парогазовыми двигателями, работающими по замкнутому циклу.

В послевоенный период работы над поиском нетрадиционных энергетических установок получили дальнейшее развитие. Одновременно на лодки стали внедрять принципиально новые системы вооружения – баллистические и крылатые ракеты. В результате, к концу 50-х годов прошлого столетия вполне сформировались четыре подкласса подводных лодок:

– ракетные, вооруженные баллистическими ракетами, предназначенные для нанесения ядерных ударов по стратегическим объектам, расположенным в глубине территории противника;

– ракетные, вооруженные крылатыми ракетами, изначально предназначавшиеся для нанесения ядерных ударов по стратегическим объектам, расположенным вблизи побережья территории противника, а затем – по его корабельным группировкам и торговому судоходству;

– торпедные, вооруженные торпедами различного назначения и конструкции, предназначенные для уничтожения надводных кораблей и торговых судов противника, а также борьбы с его подводными лодками. Кроме того, из штатных торпедных аппаратов также могли выставляться мины и выстреливаться ракеты-торпеды, что позволяло классифицировать эти корабли как многоцелевые;

– специального назначения, к которым относились лодки радиолокационного дозора, десантно-транспортные, лодки-цели (или мишени), экспериментальные, учебные, научно-исследовательские, а также сверхмалые лодки, предназначенные для выполнения разведывательно-диверсионных операций.

Конечно, все эти корабли по-прежнему различались между собой размерами, которые, что называется, уже не имели значения – основным классификационным признаком стало предназначение подводной лодки, определяемое составом ее основного вооружения. При этом надо обратить внимание на то, что в каждой стране существовала своя собственная классификация. В США эволюция эскадренных подводных лодок сначала привела к появлению так называемых лодок атаки, а затем лодок противолодочной войны. В конце концов, те и другие были сведены в один подкласс – многоцелевых подводных лодок, который сохраняется и в настоящее время. Причем диапазон их вооружения мог быть чрезвычайно велик: от традиционных прямоидущих торпед и до крылатых ракет стратегического назначения.

Пожалуй, только в нашей стране в послевоенный период существовала градация лодок по их размерам. В послевоенный период в Советском Союзе строились большие, средние и малые ДЭПЛ со сходным составом вооружения и единым предназначением. На этой особенности мы еще остановимся в третьем томе данной монографии.

Внедрение в подводное кораблестроение атомной энергетики существенного влияния на вышеупомянутую классификацию не оказало, но здесь требуется сделать ряд замечаний. Во-первых, за рубежом ДЭПЛ, вооруженные баллистическими или крылатыми ракетами развития не получили, а те корабли что строились, являлись экспериментальными (или опытными) и классифицировались как лодки специального назначения. Поэтому вопрос о том, какую энергетическую установку имел тот или иной носитель баллистических ракет ВМС Великобритании, США и Франции, а также флота КНР, просто не имеет смысла. Во-вторых, все зарубежные ДЭПЛ, создававшиеся в послевоенный период, по своей сути являлись многоцелевыми. Они могли быть использованы как для борьбы с корабельными группировками, торговым судоходством, подводными лодками противника, так и для нанесения ударов по береговым объектам (с появлением стратегических ракет). Правда, районы их боевого применения были ограничены, но для классификации это не имело никакого значения.

В Великобритании, США и Франции, где одновременно шло развитие как атомных, так и дизельных лодок, имелась классификация по типу их главной энергетической установки, но она отражала, прежде всего, значение тех или иных кораблей, нежели их размеры или конструктивные особенности. В качестве примера можно остановиться на французских лодках, которые предназначались для борьбы с корабельными группировками и судоходством противника. АПЛ базировались в метрополии и могли оперировать на всей акватории Мирового океана, а их дизельные аналоги были вынуждены действовать лишь в районах, прилегающих к пунктами базирования. К таким районам относились закрытые моря или прибрежные воды, куда АПЛ зайти не могла из-за своих конструктивных особенностей или по политическим причинам.

Теперь остановимся на тактических свойствах современных[38*] подводных лодок.

К ним относились: скрытность действий; способность длительное время оперировать практически в любых районах Мирового океана и быстро развертываться в них, а также малая зависимость от гидрометеорологических условий.

Скрытность считалась основным тактическим свойством подводных лодок, принципиально отличающим их от других боевых кораблей, позволявшим незаметно для противника проникать в контролируемые им районы, длительно там находиться и успешно решать поставленные задачи. Она обеспечивалась возможностью погружаться, оперировать и использовать оружие в большом диапазоне глубин, незначительным уровнем физических полей, применением необходимых тактических приемов уклонения от обнаружения, проведением различных организационных и технологических мероприятий.

Способность длительное время оперировать практически в любых районах Мирового океана обеспечивалась для АПЛ большой автономностью по запасам провизии и практически неограниченной дальностью плавания, в том числе и в подводном положении, а быстрое развертывание в назначенные районы (или переразвертывание в другие) – высокими малошумными скоростями подводного хода. У ДЭПЛ способность длительное время оперировать в отдаленных районах мирового океана ограничена запасами топлива, а также малыми скоростями и временем пребывания в подводном положении.

Малая зависимость от гидрометеорологических условий обеспечивалась способностью погружаться под воду и возможностью применить основное вооружение практически при любых погодных условиях, а на ряде отечественных АПЛ первого поколения (тех, основу вооружения которых составляли ракеты) и практически на всех ДЭПЛ – еще и высокими мореходными качествами.

Способность наносить ракетно-ядерные удары по стратегически важным объектам на территории противника обеспечивалась большими дальностями полета баллистических ракет (БР) и мощностью их зарядов, а также высокой точностью поражения цели и сложностью оказать эффективное противодействие практически на всей траектории полета. Данное обстоятельство обуславливалось тем, что полет БР, за исключением небольшого активного участка, совершается в любом направлении по траектории свободно брошенного тела. Причем головные части ракет могли быть моноблочными или многоблочными (разделяющимися), свободно падающими или управляемыми (маневрирующими), что еще больше снижало эффективность противоракетной обороны (ПРО). В соответствии с принятыми нормами, в нашей стране БР с дальностью полета свыше 5500 км (за рубежом с дальностью полета свыше 6500 км) считались межконтинентальными. На начальном этапе развития АПЛ предпринимались попытки использовать для нанесения ударов по береговым объектам крылатые ракеты (КР), но от этого отказались из-за их сравнительно небольшой дальности полета, уязвимости от средств ПВО и низкой точности поражения целей.

Способность вести боевые действия против надводных кораблей, судоходства и подводных лодок противника обеспечивалась наличием различных образцов торпед, крылатых противокорабельных ракет (ПКР), противолодочных ракетных комплексов (ПЛРК), а также мин. Как уже говорилось, в Советском Союзе классификация ПКР отличалась от той, что была принята за рубежом. В нашей стране они делились на ракеты: тактического (с дальностью полета до 120-150 км) и оперативно-тактического назначения (с дальностью полета 150-750 км). За рубежом ПКР являлись исключительно тактическим оружием. Причем они могли быть ракетами малой (до 120 км) и средней (до 500 км) дальности полета. Такое расхождение обусловлено, прежде всего, различными взглядами на вопросы военного искусства, а не тактико-техническими характеристиками ПКР. Интересно то, что сначала в США, а затем и в нашей стране, были созданы КР стратегического назначения (с дальностью полета порядка 3000 км). В отличие от отечественных аналогов, стоявших на вооружении АПЛ первого поколения, они выполнялись на новой элементной базе и имели более совершенную систему наведения (на ней мы еще остановимся), обеспечивавшую точное поражение цели. Американская ПКР средней дальности являлась противокорабельным вариантом этой стратегической ракеты.

Как видно, тактические свойства подводной лодки определялись ее основными тактико-техническими элементами. Так как в данной монографии они приведены по каждому из кораблей, то и нет смысла в их перечислении. Тем не менее, надо остановиться на двух из них, которые не были отражены – на уровне физических полей и живучести. Сведения об этих элементах лодок являлись секретными. Даже те из них, что попадали в открытую печать, были крайне противоречивы и бессистемны. Поэтому ограничимся лишь общими замечаниями.

Уровень физических полей являлся основным демаскирующим признаком подводной лодки, оказывающим, если не решающее, то весьма существенное влияние на ее скрытность. Физическими полями принято называть области пространства вокруг лодки, близкие к сфере или полусфере (в зависимости от глубины погружения), в которых проявляются и могут быть зарегистрированы специальными приборами их соответствующие характеристики, проявляющиеся на фоне естественных полей. Эти регистрационные приборы могли быть использованы для поиска и обнаружения подводных лодок, наведения на них оружия, срабатывания неконтактных взрывателей средств поражения.

Основными физическими полями подводной лодки являлись: гидроакустическое, магнитное, электромагнитное, электрическое, тепловое, гидродинамическое, гравитационное, радиационное и оптическое. Причем гидроакустическое и электромагнитное поля могли быть как первичными так и вторичными. Все они в той или иной степени демаскировали лодку и соответствующим образом использовались противником для ее поиска, а затем уничтожения. С этой точки зрения в наибольшей степени эксплуатировалось акустическое поле, в наименьшей степени – тепловое и практически не использовались гравитационное, радиационное, а также электрическое поля (поэтому мы их не будем рассматривать). Кроме полей подводную лодку могли демаскировать ее признаки. К ним относились: ее кильватерный след; выхлопные газы дизелей при движении в режиме РДП; следы на поверхности моря, образовывавшиеся в результате нарушения герметичности топливных цистерн или гидравлических приводов, а также в процессе применения оружия (особенно ракетного); выбрасываемые за борт отходы и т.п.

Первичное гидроакустическое поле образовывалось в результате вращения гребных винтов, работы главных и вспомогательных механизмов, оборудования и систем, а также обтекания корпуса лодки забортной водой во время ее движения. Источниками первичного гидроакустического поля также являлись гидроакустические станции (или комплексы), работавшие в активном режиме и эхолоты. Вторичное гидроакустическое поле образовывалось в результате отражения от корпуса лодки гидроакустических сигналов, излучаемых другими источниками (гидролокаторами, радиогидроакустическими буями, взрывными источниками и т.п.).

Основными и самыми мощными источниками шума на подводной лодке были гребные винты (в большей степени), парогенераторы, ГТЗА, циркуляционные насосы и холодильные машины (в меньшей степени). Шум от винтов возрастал по мере увеличения скорости (частоты вращения) и при достижении определенного значения, становился максимальным. Это значение скорости называлось критическим. При такой скорости возникала кавитация (или вскипание) гребных винтов – образование на быстровращающихся в водной среде лопастях разряженных полостей (пузырьков), которые являлись источником шума в широкой полосе частот. Чем больше глубина погружения, тем выше была критическая скорость, и наоборот – чем она меньше, тем меньше значение критической скорости. В результате механических повреждений лопастей винта возникало так называемое «пение», вызываемое их вибрацией под воздействием набегающего потока.

Кавитационный шум снижался путем подбора количества, форм и размеров лопастей, а также изменением частоты вращения винта. Борьба же с шумностью работающих механизмов и систем велся по трем направлениям. Во-первых, путем создания малошумных образцов механизмов и подбором наиболее приемлемой конструкции систем. Во-вторых, путем ослабления излучаемой звуковой энергии за счет использования средств вибро- и звукоизоляции, а также вибро- и звукопоглощения (различные покрытия, амортизирующие и демпфирующие устройства). В-третьих, путем поддержания механизмов, амортизирующих устройств и покрытий в исправном состоянии, а также контроля уровня их шумности. Для снижения вторичного гидроакустического поля наружные поверхности корпуса и ограждения облицовывали специальными покрытиями.

Основными источниками магнитного поля подводной лодки являлись ферромагнитные материалы, корпуса, механизмов, оборудования и вооружения, а также корабельные энергетические системы постоянного тока. Для снижения магнитного поля как демаскирующего фактора, а также снижения вероятности подрыва на магнитных минах, на лодках устанавливалось специальное размагничивающее устройство. С этой же целью, на отечественных АПЛ первого и части второго поколения при изготовлении легких корпусов использовали маломагнитную сталь.

Первичное электромагнитное поле создавалось работающими радиотехническими средствами лодки, в первую очередь радиолокационными станциями (РЛС) и средствами радиосвязи, работавшими в активном режиме. Вторичное электромагнитное поле образовывалось в результате отражения электромагнитных волн от корпуса и выдвижных устройств при облучении их РЛС противника. Для снижения уровня первичного электромагнитного поля радиолокационные средства лодок использовались в активном режиме ограничено (только в случае острой необходимости, например, при телеуправлении ПКР) или через специальные приставки. Также ограничивалось количество передаваемых радиограмм. При этом применялась аппаратура сверхбыстродействия и засекречивания связи. Для снижения вероятности обнаружения по отраженному электромагнитному полю по возможности снижалось время пребывания лодки в надводном положении и на перископной глубине, а поверхности выдвижных устройств покрывались специальными покрытиями, снижающими их за- метность. Для осуществления связи без всплытия на перископную глубину применялись специальные антенны и длинноволновые приемники, позволявшие вести радиоприем на глубинах погружения до 30 м и более.

Тепловое поле подводной лодки создавалось ее электромагнитным излучением в инфракрасном диапазоне волн. Его источником являлись работавшие механизмы и системы, продукты жизнедеятельности экипажа, передававшие тепло на корпус корабля, а также выдвижные устройства, особенно устройство РДП, при нахождении его на перископной глубине. Тепловое поле создавало определенную контрастность на естественном тепловом фоне водной среды, что можно бьшо использовать в средствах обнаружения.

Гидродинамическое поле (или гидродинамический шум) возникало вследствие обтекания корпуса подводной лодки забортной водой. Оно становилось определяющим на докавитационных скоростях. Для его снижения совершенствовали гидродинамические и пропульсивные качества корпусов лодок, применяли одновальные энергетические установки, придавали обводам легкого корпуса форму тела вращения оптимальной полноты с небольшим отношением длины к диаметру, уменьшали площади вырезов в наружной обшивке и закрывали их щитами, сокращали количество забортных конструкций, а также использовали специальные покрытия корпуса.

Оптическое поле проявлялось в зрительной заметности подводной лодки в надводном положении, на перископной и большей глубине. Зрительная заметность находилась в зависимости от погодных условий, прозрачности морской воды. Для ее снижения корпуса лодок окрашивались в черный цвет, выдвижные устройства поднимались на минимально возможную высоту и при этом использовались малые скорости хода (для предотвращения образования буруна).

Среди демаскирующих признаков наиболее опасным для лодки являлся кильватерный след, образовывавшийся в результате возмущения водных масс вращающимися гребными винтами, а также движущимся корпусом. На его «долговечность» также оказывали влияние тепловое и радиационное поля. По некоторым данным кильватерный след современной АПЛ мог сохраняться в течение нескольких суток и своей интенсивностью показывать направление ее движения.

Следы, оставлявшиеся на поверхности моря в процессе боевого использования оружия, были сравнительно недолговечны и представляли, прежде всего, опасность для лодок, вооруженных ПКР. Сам по себе выход из-под воды таких ракет сопровождался выделением большого количества пара и дыма, а также «тянул» за собой столб воды, легко обнаруживаемый радиолокационными средствами. Если противолодочные силы не успевали прибывать на место до момента завершения стрельбы, они могли быстро обнаружить лодку по остаткам ракетного топлива, бурлению воды и вихревым потокам. Для кораблей, являвшихся носителями БР, этот фактор был не столь существенен – они оперировали на столь больших пространствах, что обнаружить место старта ракет было весьма проблематично.

Живучесть обеспечивалась конструкцией корпуса, защищенностью устройств и общекорабельных систем, их резервированием и рациональным размещением, разделением прочного корпуса на отсеки водонепроницаемыми переборками, а также уровнем боевой подготовки экипажа и его способностью грамотно эксплуатировать материальную часть в повседневных условиях и вести борьбу за живучесть при аварийных или боевых повреждениях лодки. Живучесть также обеспечивалась наличием большого запаса воздуха высокого давления, необходимого для продувания цистерн главного балласта (ЦГБ) в случае нарушения герметичности прочного корпуса и потери положительной плавучести. Кроме того, наличием мощных водоотливных средств, приборов контроля состояния воздуха в отсеках и систем поддержания его в безопасных для экипажа пределах, средств пожаротушения и аварийно-спасательных устройств.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.205. Запросов К БД/Cache: 3 / 1