Главная / Библиотека / Сухопутные линкоры Сталина /
/ Серийное производство Т-35

Глав: 21 | Статей: 21
Оглавление
Их величали «сухопутными линкорами Сталина». В 1930-х годах они были главными символами советской танковой мощи, «визитной карточкой» Красной Армии, украшением всех военных парадов, патриотических плакатов и газетных передовиц. Именно пятибашенный Т-35 изображен на самой почетной советской медали – «За отвагу».

И никто, кроме военных профессионалов, не осознавал, что к началу Второй мировой не только неповоротливые монстры Т-35, но и гораздо более совершенные Т-28 уже безнадежно устарели и абсолютно не соответствовали требованиям современной войны, будучи практически непригодны для модернизации. Почти все много-башенные танки были потеряны в первые месяцы Великой Отечественной, не оказав сколько-нибудь заметного влияния на ход боевых действий. К лету 1944 года чудом уцелели несколько Т-28 и всего один Т-35…

Эта фундаментальная работа – лучшее на сегодняшний день, самое полное, подробное и достоверное исследование истории создания и боевого применения советских многобашенных танков, грозных на вид, но обреченных на быстрое «вымирание» и не оправдавших надежд, которые возлагало на них советское командование.
Максим Коломиецi / Олег Власовi / Литагент «Эксмо»i

Серийное производство Т-35

Серийное производство Т-35

Проект танка Т-35А значительно отличался от обоих прототипов Т-35-1 и Т-35-2. Он имел удлиненную на одну тележку ходовую часть, малые пулеметные башни новой конструкции, средние башни увеличенного размера с 45-мм орудиями, измененную форму корпуса и т. д. По существу, это была новая машина, что вызвало ряд трудностей при ее изготовлении.

К производству Т-35 подключили несколько заводов, в том числе Ижорский (бронекорпуса), «Красный Октябрь» (коробки передач), Рыбинский (двигатели). По плану предприятия-смежники должны были уже в июне 1933 года начать отгрузку своей продукции на ХПЗ, но реально они смогли это сделать лишь два месяца спустя. Т-35 изготавливался по узловому принципу – было создано девять участков, каждый из которых вел работы по одному узлу или агрегату танка. Окончательная сборка Т-35 велась на специальных козлах. Изготовление на них первой машины началось 18 октября 1933 года и закончилось к 1 ноября, но окончательно военная приемка приняла танк в 1933 году. После предварительной обкатки первый серийный танк Т-35 7 ноября в окружении танкеток Т-27 принял участие в праздничном параде в Харькове (в то время столица Украины). В этот же день – 7 ноября 1933 года – оба прототипа – Т-35-1 и Т-35-2 – были показаны и на параде в Москве.

8 ноября 1933 года газета «Ленинское знамя» писала: «Сегодня столица Украины приветствовала новый советский тяжелый танк… Эта мощная пятибашенная машина, вооруженная пулеметами и пушками, станет грозой всем недругам, что мечтают о нападении на нашу миролюбивую Советскую Родину».

Испытания первого серийного танка на местности были не столь радужными. Новая машина оказалась недостаточно подвижна, а о надежности работы вообще говорить не приходилось – Т-35 чаще ремонтировался, чем двигался.

В соответствии с Постановлением Правительства СССР от 25 октября 1933 года ХПЗ должен был к 1 января 1934 года изготовить пять танков Т-35А и один Т-35Б (с двигателем М-34). К указанному сроку полностью готовым оказался только один танк, а еще три, хотя и были на ходу, но не имели вооружения и внутреннего оборудования. Что касается Т-35Б, то его так и не построили, хотя вопрос о производстве этой машины поднимался в течение полутора лет.


Первый серийный Т-35А в окружении танкеток Т-27 на параде в Харькове.

1 ноября 1933 года. 76-мм орудие еще не имеет маски и смонтировано во временной установке.


Один из первых серийных Т-35А проходит по Красной площади.

Москва, 1 мая 1934 года.

Одновременно с передачей Т-35 в серийное производство встал вопрос и о его модернизации. Согласно утвержденной Правительством СССР 13 августа 1933 года новой системе танкового вооружения «Т-35 должен быть заменен более мощным танком специального назначения». Причем этим же постановлением предусматривалось в течение всей пятилетки производство Т-35, если к этому времени не будет окончательно решен вопрос о конструкции нового тяжелого танка.

Еще до выхода в свет этого документа Опытный завод Спецмаштреста (бывший ОКМО завода имени К.Е.Ворошилова) в мае – июне 1933 года разработал шесть вариантов нового тяжелого танка Т-39. На их основе предполагалось построить машину массой 85–90 т, вооруженную 45, 76 и 107-мм пушками (в зависимости от варианта) и с броней толщиной 50–90 мм.

10 июня 1933 года на специальном заседании Научно-технического комитета УММ РККА эти варианты были рассмотрены вместе с проектами 100-тонного танка ТТ-6 (разработан Гроте во время его пребывания в СССР) и 70-тонным танком итальянской фирмы «Ансальдо». По результатам обсуждения КБ Опытного завода под руководством Н.В. Барыкова и С.А.Гинзбурга разработало седьмой и восьмой варианты Т-39, которые, в свою очередь, рассматривались на заседании 7 августа.


Деревянная модель танка Т-39 в 1/10 натуральной величины.

Это вариант № 7 – с двумя 45-мм, двумя 107-мм и одним 152-мм орудиями.


Деревянная модель 8-го варианта Т-39 – одно 152-мм орудие и три 45-мм пушки.

Первый из них представлял собой 90-тонный танк с 50—75-мм броней, вооруженный двумя 107-мм, двумя 45-мм орудиями и пятью пулеметами. Второй отличался только вооружением – одна 152-мм, три 45-мм орудия и четыре пулемета. Оба варианта признали удачными и решили построить их деревянные макеты в 1/10 натуральной величины. Фотографии макетов и эскизные чертежи были посланы наркому обороны СССР К. Ворошилову, который в декабре 1933 года докладывал по этому вопросу председателю Комитета Обороны СССР В. Молотову: «Представляя особо удачные варианты большого танка, прошу рассмотреть их на Комиссии Обороны и окончательно решить – нужна ли нам вообще такая боевая машина взамен достаточно мощного, на мой взгляд, танка особого назначения Т-35, который в состоянии выполнить большинство боевых задач. Производство опытного образца Т-39 потребует около 3 млн. рублей и не менее одного года». Аргументы Ворошилова были убедительными, и в начале 1934 года Комитета Обороны постановила: работы по Т-39 прекратить, продолжать производство Т-35. Для сравнения следует заметить, что последний обходился «казне» в 525 тыс. рублей (за эти же деньги можно было построить девять легких танков БТ-5).

По плану на 1934 год ХПЗ планировал выпустить 10 машин Т-35А. Причем, учитывая сложность танка, УММ РККА заключило с ХПЗ договор на эти машины как на первую опытную партию. В процессе освоения производства завод по своей инициативе внес ряд изменений, как для улучшения конструкции танка, так и для облегчения его изготовления. Но, несмотря на это, освоение Т-35 вызывало большие трудности: например, очень часто ломались траки, которые отливались из стали Гатфильда. До этого ни один завод в СССР в массовых количествах эту сталь не производил, ХПЗ был первым. Кроме того, никак не удавалось устранить перегрев двигателя М-17, а картер коробки передач оказался недостаточно прочным.

Для освоения литья траков, которые требовались не только для Т-35, но и Т-28 и Т-26, двух молодых специалистов – Васина и Никонова – еще в 1932 году откомандировали в Великобританию для изучения литейного дела. После возвращения Васина направили на ХПЗ, где в конце 1934 года под его руководством запустили новый литейный участок, который в 1935-м начал давать первые кондиционные ажурные отливки траков из стали Гартфильда отечественной плавки.


Танки Т-35А проходят по Красной площади. 1 мая 1935 года.


На этом снимке, сделанном с собора Василия Блаженного, виден общий люк в крыше главной башни и глушитель, установленный поперек корпуса – детали, характерные для Т-35А выпуска до 1937 года.

Но помимо технических и технологических, существовали и трудности другого рода. Так, начальник 2-го отдела Научно-технического управления УММ РККА Свиридов, посетивший Харьков в апреле 1934 года, докладывал: «Директор ХПЗ т. Бондаренко не только не мобилизует вокруг Т-35 работников завода, но и при всех возможных случаях дискредитирует машину. На ХПЗ никто серьезно не хочет ею заниматься за исключением КБ завода, которое действительно работает над тем, чтобы выпустить хорошую боевую машину».

Репрессии инженерно-технических работников тоже не способствовали быстрому освоению производства Т-35. Например, в марте 1934 года на ХПЗ пришло указание «о необходимости тщательной проверки конструкторских расчетов, особенно по коробке скоростей, поскольку в ее проектировании принимал участие конструктор Андрыхевич, ныне арестованный».


Танки Т-35 выпуска 1937–1938 годов проходят по Красной площади. 1 мая 1941 года.

На обоих танках установлены фары для ночной стрельбы из орудий.

Танк не поддавался. Первую машину Т-35 с полностью устраненными недостатками предполагалось сдать приемщику к 20 августа 1934 года, однако этот срок был сорван. Директор ХПЗ Бондаренко оправдывался перед УММ РККА большой загрузкой завода, отсутствием подготовленных кадров и высокой сложностью машины. По согласованию с С. Орджоникидзе и И. Халепским в конструкцию танка внесли свыше 40 упрощений в узлах и деталях, призванных облегчить процесс их изготовления и сборки воедино. Но, несмотря на это, Т-35 оставался чрезвычайно сложным в производстве и завод сильно отставал от графика. По этому поводу в конце августа 1934 года начальник УММ РККА И. Халепский писал директору ХПЗ И. Бондаренко:

«Сейчас приходится уже говорить не об одной машине. Перед Вами и мной стоит ответственная задача: дать к 7 ноября на парад не менее 6 машин, причем они должны быть вполне закончены для работы в армии. Теперь не может быть никаких оправданий. Мы с Вами отвечаем за это дело как члены партии. Нужно очень крепко взяться сейчас за выполнение этой задачи…»

И действительно, «взялись крепко» – на параде 7 ноября в Москве по Красной площади прошли шесть новеньких Т-35, а к концу 1934 года были сданы армии и остальные четыре машины. Правда, надежность их работы оказалась невысокой, и большую часть времени эти танки ремонтировались.

Из неисправностей, которые сопровождали танк в первое время, основные нарекания вызывали постоянный перегрев двигателя, частые поломки коробки перемены передач (несмотря на то, что в течение 1934 года ее дважды усиливали, вводя более толстые стенки картера) и разрушение траков Т-35 на мягком грунте.

Кроме того, на ХПЗ сформировали бригаду из 12 человек во главе с двумя молодыми инженерами из конструкторского бюро завода, которая неделями дневала и ночевала в 5-м тяжелом танковом полку РГК, куда передавались первые Т-35, помогая там вводить танки в строй и обучая личный состав полка правилам эксплуатации новых боевых машин.


Танки Т-35 проходят по Красной площади. 1 мая 1937 года. Хорошо видна тактическая маркировка, антенна крепится на восьми стойках.

Новый 1935-й год принес заводу новые хлопоты с Т-35. В марте были разработаны и одобрены улучшенные бортовые передачи, к июню отработана усиленная коробка передач и изменены радиаторы. Однако двигатель М-17 капризничал и отказывался нормально работать на новой тяжелой машине. Неоднократно в течение года поднимался вопрос об изготовлении сначала одного, затем двух Т-35Б с двигателем М-34, но дальше проекта это дело не пошло. Начиная с июля месяца более предпочтительной уже считается установка на Т-35 специального дизеля мощностью не менее 600 л.с. Осенью 1935 года на одном Т-35 в опытном порядке установили дизель БД-1 мощностью 400 л.с., который показал на испытаниях неплохие результаты. Но недостаточная мощность не позволила принять его на вооружение. На основе полученных результатов КБ ХПЗ приступило к разработке дизельного двигателя мощностью 800 л.с. для Т-28 и Т-35. Правда, изготовленный в следующем году, он так и не был доведен до нормального рабочего состояния.


Модернизированный образец танка Т-35 с бортовыми экранами измененной конфигурации по пути на Красную площадь. 1 мая 1940 года. На экране хорошо видны петли люков для доступа к подвеске.


Танк Т-35 с коническими башнями и наклонной подбашенной коробкой, Москва,

1 мая 1940 года. На фото хорошо видно отсутствие пулеметной установки в нише главной башни, укладка ЗИП и конструкция люков для доступа к трансмиссии.

К началу 1936 года из войск пришло множество рекламаций, свидетельствовавших о недоработке конструкции отдельных агрегатов танка. Чтобы устранить эти недостатки, одну серийную машину (№ 0183-5) подвергли широкомасштабным испытаниям. Их начали 25 апреля 1936 года в окрестностях Харькова на основании задания АБТУ РККА с целью проверки «боевых и технических свойств танка при работе в различных условиях». Испытания продолжались до 1 августа 1937 года. На этот период пришелся и один большой перерыв (с 12 января по 2 июля 1937 года) вызванный тем, что при переходе 12 января реки Донец танк не смог выйти на обледеневший берег и завяз в реке. С помощью тракторов и специальных приспособлений тяжелую боевую машину смогли вытащить только к 29 января, и лишь 21 февраля танк прибыл на завод. Здесь произвели переборку всех его механизмов, некоторые из них заменили модернизированными, сконструированными на основании результатов испытаний. Всего же Т-35 прошел 2000 км, из них 1650 км по грунтовым проселочным дорогам и пересеченной местности. За это время на нем сменили три двигателя, причем первый проработал только 46 часов.


Танк Т-35 с коническими башнями и наклонной подбашенной коробкой, Москва, 1 мая 1940 года. Сквозь открытые жалюзи просматривается вентилятор. Это и предыдущее «шпионские» фото сделаны из окон американского посольства.

В результате испытаний Т-35 была выявлена ненадежная работа системы охлаждения двигателя, главного и бортовых фрикционов, коробки скоростей и другие недостатки. Поэтому в течение 1936–1937 годов ХПЗ ввел в конструкцию танка ряд изменений.

Были модернизированы коробка передач, бортовые фрикционы, масляный бак, электрооборудование, спроектированы и изготовлены специальные уплотнения корпуса для предохранения от попадания воды внутрь машины. Кроме того, глушитель, расположенный поперек кормовой части корпуса и прикрытый с боков броневыми щитками, убрали внутрь корпуса, а наружу вывели лишь выхлопные трубы, защищенные броневым кожухом.

Кроме того, в сентябре – октябре 1936 года двигательному отделу ХПЗ удалось форсировать мощность двигателя М-17Ф до 580 л.с., и к середине 1937 года эта модификация мотора была более или менее отработана и стала устанавливаться на танки Т-35.

Благодаря этой модернизации на машинах выпуска 1937 года значительно повысилась надежность работы как отдельных агрегатов, так и всего танка в целом. Например, пробег до капремонта модернизированных образцов Т-35 составлял 2000 км, а у машин ранних выпусков – 1000–1500 км. Однако все эти изменения, а также то, что Мариупольский металлургический завод поставлял некондиционные бронелисты (из-за нарушения техпроцесса прокатки) толщиной 23 мм вместо 20, привели к увеличению массы машины до 51,5—52 т.

Считая танк перетяжеленным, в середине 1936 года АБ-ТУ РККА санкционировало проведение ряда мероприятий по облегчению Т-35, для чего по согласованию с Наркоматом тяжелой промышленности толщину брони крыш башен уменьшили на 1–2 мм, тогда же прошли испытания облегченные опорные катки, топливный бак из фибры, зауженные траки. Указанными мерами предполагалось облегчить Т-35 на 3,5–4 тонны, но по ряду причин выполнено это не было.


Т-35 по пути на Красную площадь 7 ноября 1940 года. Хорошо виден люк механика-водителя толщиной 70 мм, а также специальные брызговики на кромках надгусеничных полок. Кроме этого парада, такие брызговики больше на фотографиях не встречаются.


Танки Т-35 перед прохождением по Красной площади.

1 мая 1940 года. В строю машины разных выпусков – с коническими и цилиндрическими башнями. Слева стоит модернизированный танк выпуска 1938 года с цилиндрическими башнями, но обрезанным бортовым экраном и измененной конструкцией люков для доступа к трансмиссии.

Начавшееся тогда же обобщение опыта гражданской войны в Испании показывало, что бронирование тяжелого танка при его габаритных размерах не обеспечит ему надежной защиты от бронебойных снарядов современной скорострельной противотанковой артиллерии калибра 37– 47-мм. Постановлением Правительства от 25 июля 1937 года ХПЗ предлагалось спроектировать улучшенный Т-35 с противоснарядным бронированием. В частности, в письме директору от 13 сентября говорилось: «Итоги последних боев показывают, что танки, имеющие бронирование менее 30 мм, не обеспечивают защиту от бронебойного снаряда калибра 37-мм на дальности 800 м и ближе. Предлагаем вам рассмотреть возможность усиления брони тяжелого танка Т-35 до 60 мм в лобовой части и до 30 мм на бортах, корме и артиллерийских башнях».

7 октября 1937 года И. Бондаренко докладывал начальнику АБТУ РККА, что «тактико-технические требования на указанную машину не получены, разработка проекта ведется исходя из применения гомогенной брони следующих толщин: лобовые листы – 75 мм, верхний и нижний наклонные листы носа – 30 мм, борт – 30 мм, листы шестиграна (то есть подбашенной коробки. – Прим. автора) — 30 мм, дно и крыша – 15–20 мм, фальшборт – 15 мм, борта башен – 30 мм». Одновременно завод получил задание спроектировать танк Т-35 с башнями конической формы. Но работы велись чрезвычайно медленно – без того слабое КБ ХПЗ было сильно обескровлено репрессиями, коснувшимися главным образом инженеров и конструкторов. На специальном совещании по танкам Комиссии обороны при Совете народных комиссаров (СНК) СССР, состоявшемся 27 марта 1938 года, констатировалось, что «к проектированию Т-35 (с коническими башнями) завод приступил с большим опозданием, только в конце февраля, несмотря на то что задание от НКОП (Наркомата оборонной промышленности. – Прим. автора) было получено еще в конце сентября 1937 года. В ноябре 1937 года завод получил от АБТУ и техусловия на увеличение толщины брони: борт – 40–45 вместо 30 мм, башни – 40–55 вместо 30 мм, масса машины вместо 55–60 т. Это внесло дополнительный тормоз в работу.


Танк Т-35 с коническими башнями на Красной площади. 1 мая 1941 года.

Постановлением Правительства требовалось в текущем году выпускать серийные Т-35 с коническими башнями, договор же с АБТУ на 1938 год, вопреки Постановлению Правительства, предусматривает танки с цилиндрическими башнями».

Уже в ходе проектирования стало очевидным, что при указанной толщине броневых листов уложиться в заданный вес – 60 т – невозможно. Поэтому КБ ХПЗ начало искать решение другой компоновочной схемы. Было предложено семь вариантов, которые при сохранении базы Т-35 различались количеством башен и их размещением.

Для ускорения проектирования нового тяжелого танка в апреле 1938 года к этой работе подключили Ленинградский Кировский завод с его мощной производственной базой и опытом серийного производства танка Т-28 и завод № 185 имени С.М.Кирова (бывший Опытный завод Спецмаштреста), кадры которого, в свою очередь, имели богатый опыт по созданию новых образцов боевых машин. Первый разрабатывал танк СМК-1 («Сергей Миронович Киров»), второй – изделие «100» (или Т-100). Первоначальным заданием предполагалось в СМК-1 и Т-100 использовать отработанную ходовую часть Т-35, однако в дальнейшем от этой идеи отказались. В это же время КБ ХПЗ рассматривало вопрос о перевооружении Т-35 новой 76-мм пушкой Л-10 вместо КТ, но военные от этого отказались, считая, что «для решения задач сопровождения пехоты хватит мощности КТ, а для борьбы с бронеобъектами вполне достаточно двух 45-мм орудий».


С конца 1938 года ХПЗ перешел на выпуск Т-35 с башнями конической формы, несколько утолщенной броней, усиленной подвеской и увеличенной емкостью топливных баков. По разным данным, изготовили от 6 до 10 танков Т-35 с коническими башнями. У части машин в нише главной башни устанавливался пулемет. Эти танки имели увеличенную до 70 мм толщину брони переднего наклонного и лобового листов и до 25 мм – броню башен и подбашенной коробки. Масса машин возросла до 54 т. К этому времени уже вышли на испытания новые тяжелые танки СМК и Т-100, показавшие значительные преимущества перед Т-35. Поэтому Постановлением Главного военного совета СССР от 8 июня 1939 года танк Т-35 сняли с производства. Всего же за 1933–1939 годы было изготовлено два прототипа (Т-35-1 и Т-35-2) и 59 серийных машин.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.099. Запросов К БД/Cache: 0 / 0