Главная / Библиотека / Боевое применение Р-39 Airacobra /
/ Истребители P-39d на Кавказе

Глав: 11 | Статей: 11
Оглавление
Генерал Чарлз «Чак» Игер, первым в мире преодолевший звуковой барьер, в своей автобиографии писал: «Я налетал на Р-39 примерно 500 часов и считаю его лучшим из всех самолетов, на которых я летал». Это утверждение отражает всего лишь мнение самого Игера, его нельзя считать историческим фактом, однако боевые успехи множества летчиков- истребителей, летавших во вторую мировую войну на Р-39, к субъективным оценкам отнести сложно. Истребитель фирмы Белл не имел ярко выраженных преимуществ перед «одноклассниками», особенно на высотах свыше 12 000 футов.

Прим.: Полный комплект иллюстраций, расположенных как в печатном издании, подписи к иллюстрациям текстом.
С. Ивановi

Истребители P-39d на Кавказе

Истребители P-39d на Кавказе

«Спитфайры» добыли славу в Битве за Британию. Истребитель «Уилдкэт» для американцев навсегда связан со сражением при Мидуэе, ну а кульминацией боевой карьеры «Аэрокобры» несомненно стала Кубань — знаменитое воздушное сражение, разгоревшееся над югом России весной 1943 г. Битва за «Голубую линию» стала преддверием сражения на Курской дуге, после которого вермахт безостановочно покатился на Запад под ударами Красной Армии.

Одно из лучших истребительных соединений ВВС РККА, 216-я ИАД, получила истребители Р-39 незадолго до начала битвы за Голубую линию. Дивизия вскоре станет 9-й гвардейской истребительной, одной из самых звездных в ВВС. В составе 9-й ИАД воевала масса асов.

Истребители P-39D-2, поступившие на вооружение дивизии, прибыли в Советский Союз южным маршрутом через Иран. Из Ирана истребители перегоняли на Северный Кавказ. Маршрут через Иран был длиннее северного, но более безопасным. Полярные конвои на пути в Мурманск если тяжелые потери от немецких субмарин и авиации.

Первые «ленд-лизовские» «Харрикейны», «Киттихоки» и «Бостоны» прибыли в Иран в июне 1942 г., а вскоре здесь появились и «Аэрокобры». Самолеты собирались и облетывались в Абадане, после чего их перегоняли в Азербайджан, в 25-й запасной авиационный полк.

Первыми летчиками, переученными в 25-м ЗАПе на «Аэрокобры» стали пилоты из 9-й гвардейской дивизии. К концу войны летчики 9-й ГИАД одержали в воздушных боях 1147 победу, 31 пилот стал Героем Советского Союза, трое удостоены этого звания дважды, а Александр Покрышкин стал трижды Героем. Первым получил «Аэрокобры» 298-й ПАП, следом и два других полка дивизии — 45-й и 16-й.

298-й полк сражался на Южном фронте с первых дней войны, сначала на вооружении полка состояли истребители И-153 и И-16, затем — Як-1. В январе 1943 г. полк был отведен в тыл на переформирование и пополнение людьми и техникой, тогда же его перевели с двухэскадрильного на трехэскадрильный состав. На вооружение полка поступили 21 истребитель Р-39D-2 (эти модификации «Аэрокобры» были вооружены 20-м пушками) и 11 самолетов Р-39К-1 с 37-мм пушками. «Кобры» с тяжелым вооружением предназначались командиру полка, штурману полка, начальнику воздушно-стрелковой службы, трем командирам эскадрилий, замполитам полка и эскадрилий. Командиры звеньев и простые летчики летали на P-39D-2.

Командовал полком подполковник Иван Тараненко, 298-й ИАП перебазировался на аэродром Кореневское 17 марта 1943 г. Перед полком была поставлена задача прикрывать в боевых вылетах пикирующие бомбардировщики Пе-2 из 219-й бомбардировочной авиадивизии. Первый боевой вылет из Кореневского летчики полка выполнили сразу же после перебазирования. Первую потерю полк понес 19 марта, когда был сбит самолет P-39D-1 серийный номер «41-38444», летчик сержант Беляков погиб.

С 17 марта по 20 августа 1943 г. полк принимал участия в вероятно самых жестоких воздушных схватках Великой Отечественной войны. Противниками летчиков полка выступали пилоты 8-го воздушного корпуса люфтваффе. За пять месяцев личный состав полка совершил 1625 боевых вылета, провел 111 воздушных боев, в которых было сбито 167 и повреждено 29 самолетов противника. Собственные потери составили 30 самолетов и 11 летчиков, фактически полк был весь выбит.

25 августа 1943 г. за успехи в боях 298-й ИАП был преобразован в 104-й ГИАП. Полк снова вошел в состав 9-й ГИАД, которая стала элитной. Ядром дивизии являлся 16-й ГИАП. Командир полка подполковник Иван Тараненко за этот период сбил четыре самолета лично и четыре в группе. В середине июля Тараненко стал полковником, его назначили командиром летавшего на Яках 294-го ИАП. Указом Верховного Совета Союза ССР от 2 сентября 1943 г. Иван Тараненко был удостоен звания Герой Советского Союза. До конца войны капитан Тараненко довел свой личный счет до 16 личных побед, в группе он сбил четыре самолета.



Джерри Джонсон в кабине истребителя P-39D-1 с серийным номером 41-38295, конец 1942 г., Алеутские острова. Официальные победы на счету Джонсона появились только после того, как летчик сменил «Кобру» на «Лайтнинг».


Уильям «Кенни» Гирукс из 32-й эскадрильи часто летал на патрулирование прилегающих к побережью Панамы акваторий. На снимке — летчик позирует на фоне своего самолета P-39N-5, ни дверце самолета видна эмблема эскадрильи. В конце 1943 г. Гирукса перевили служить на острова южной части Тихого океана, где шла настоящая война.


Заправка топливом истребителя P-39N-5 из 32-й эскадрильи, аэродром в зоне Панамского канала. Работа в режиме мирного времени. На Тихом океане или Средиземноморье техники постоянно опасались налетов авиации противника, маскируя топливозаправщики. Самолеты рассредоточивались по аэродрому.

Преемником Тараненко на посту командира полка стал майор Владимир Семенишин, первый боевой вылет совершивший зимой 1939–1940 г.г. С июня 1941 г. по 11 мая 1942 г. Семенишин летал на И-16. 11 мая Семенишин был тяжело ранен, выполняя очередной боевой вылет над Кубанью. Раненый летчик с трудом привел поврежденный самолет на свой аэродром. Несколько месяцев Семенишин провел в госпиталях. После излечения его направили в 25-й ЗАП, затем он получил должность штурмана 298-го ИАП, одновременно ему присвоили воинское звание майор.

К маю 1943 г. Семенишин выполнил 136 боевых вылетов и провел 29 воздушных боев; на его счету числилось восемь личных и семь групповых побед. 24 мая майор Семенишин был удостоен звания Героя Советского Союза. Высшую награду ас достойно отметил днем позже, сбив четыре немецких самолета в двух боевых вылетах. 18 июля его назначили командиром полка вместо подполковника И.А. Тараненко, через несколько дней Семенишин получил подполковника. Ас пользовался большой популярностью у подчиненных, Семенишин был хорошим тактиком и обладал неплохим педагогическим даром.

Владимир Семенишин командовал 104-м ГИАП (бывшим 298-м ИАП) до 29 сентября 1943 г. В тот сентябрьский день он возглавил в боевом вылете девятку истребителей Р-39. Из-за плохой погоды видимость была ограниченной. Советские летчики не заметили самолетов противника. Первая атака девяти Bf. 109 оказалась внезапной. Одна «Кобра» была сбита сходу. А дальше закрутилась карусель «собачьей схватки». Пилоты «Аэрокобр» сбили трех мессершмиттов, но последнее слово осталось за немцами, оборвавшими жизнь командира 104-го гвардейского истребительного авиаполка. Владимир Семенишин совершил более 300 боевых вылетов, сбив 23 самолета противника лично и 13 в группе.

Еще одним выдающимся летчиком, из числа служивших в 298- ИАП, являлся Михаил Комельков, сражавшийся с врагом с первого дня войны. А октябре 1941 г. Комельков был ранен. После госпиталей его направили в 25-й ЗВАП, оттуда — на фронт. В качестве инструктора Комельков подготовил 171 летчика-истребителя, сначала на иГ-3 и ЛаГГ-3, затем — на Р-39.

Комельков с трудом добился, чтобы его отпустили из запасного полка на фронт. В марте 1943 г. он прибыл в 298-м ИАП. 16 апреля опытный инструктор сбил три самолета противника в трех боевых вылетах. Всего над Кубанью Михаил Комельков одержал 15 побед в воздушных боях. Достаточно быстро летчик получил звание капитана и пост командира эскадрильи. Войну ас завершил майором в должности заместителя командира полка. Он выполнил 321 боевой вылет, провел 75 воздушных боев, одержав 32 победы лично и семь в группе. 27 июня 1945 г. Михаил Комельков стал Героем Советского Союза.



Камуфлированный истребитель Р-39N- 5 из 32-й эскадрильи, механики готовят самолет к очередному полету. За копошащимся в кабине техником наблюдает летчик лейтенант Ричард Сэудон, служивший в Панаме в 1942–1943 г.г.


Две «Аэрокобры» модификации «N-5» из 32-й эскадрильи в ожидании команды на взлет; под фюзеляжами обоих истребителей подвешены топливные баки. Снимок сделан на аэродроме зоны Панамского канала. Самолеты имеют белые законцовки килей — отличительный знак истребителей 32-й эскадрильи. Летчики отмечали превосходный обзор из кабины «Аэрокобры», значительно упрощавший рулежку по грунтовым аэродромам. Самолет с носовой опорой не имел тенденции к капотированию.


Истребители P-39N-5 из 32-й эскадрильи на аэродроме, начало 1943 г.

В июне 1942 г. из 4-го ИАП в 298-й ИАП был переведен Василий Дрыгин. Дрыгину повезло уцелеть в тяжелейших боях осени 1942 г., в числе немногих ветеранов 298-го ИАП он прошел курс переучивания на «Аэрокобру». Вновь на фронт он вернулся в 1943 г. Над Голубой линией он сбил десять самолетов противника лично и пять в группе.

Две победы Василий Дрыгин одержал 2 мая. Ведомая майором Семенишиным группа «Аэрокобр» перехватила пикирующие бомбардировщики Ju-87 и мессершмитты сопровождения. Дрыгин с ведомым атаковали бомбардировщики, два «лаптежника» они сбили достоверно, один — вероятно. Развалив строй бомбардировщиков, пара «Аэрокобр» присоединилась к майору Семенишину, дравшемуся с мессерами. В бою с истребителями удача отвернулась от Дрыгина — его «Кобру» подожгли. К счастью, отвернулась не полностью: летчику удалось покинуть самолет, избежав контакта со стабилизатором. Василий Дрыгин провел очередной воздушный бой уже на следующий день, а менее чем через сутки Дрыгин, Семенишин и еще один летчик вынудили сесть на своем аэродроме совершенно исправный истребитель Bf.109.

24 мая 1943 г. Василий Дрыгин был удостоен звания Герой Советского Союза. К этой дате он совершил 261 боевой вылет и провел 40 воздушных боев, сбив 12 самолетов противника лично и пять в группе, но этот счет был не окончательным. В один день, 7 июня, Дрыгин нанес люфтваффе ущерб в размере трех уничтоженных истребителей Bf.109. К концу войны личный боевой счет аса вырос до 20 побед.

Ветеран полка Константин Вишневецкий начал свою службу в нем еще в 1939 г. Вишневецкий принимал участие в освободительном походе в Западную Украину. Польская авиация сопротивления не оказала, поэтому побед в воздушных боях летчики не одержали. Июнь 1941 г. старший лейтенант Вишневецкий встретил в должности командира эскадрильи. Ему повезло — он прошел горнило боев 1941–1942 г.г. и остался в живых. К сентябрю 1943 г. Константин Вишневецкий выполнил 123 боевых вылета, сбил десять самолетов противника лично и 13 в группе.

В боях над Голубой линией Вишневецкий был тяжело ранен. Несмотря на большую потерю крови, летчик сумел дотянуть до аэродрома. 24 августа он стал Героем Советского Союза, через несколько дней ему присвоили звание майора. В сентябре Константин Вишневецкий в бою над Молочной сбил два самолета, но и сам получил тяжелейшее ранение правой руки. Он снова сумел дотянуть «Аэрокобру» до аэродрома. Ранение оказалось настолько серьезным, что летать асу запретили. Вишневецкий совершил 200 боевых вылетов, сбив 20 самолетов лично и 15 в группе. Вишневецкий трагически погиб в автокатастрофе 30 июля 1944 г.



Лейтенант Хаг Доу позирует у кабины истребителя P-39L-1 из 346-й эскадрильи, весна 1943 г.


Хаг Доу сбил два истребителя Bf 109 в период своей длительной службы на Средиземноморье. Первой жертвой американца стал унтер-офицер Карл Рейнбахер из III/JG-77.

Вторым в дивизии получил истребители P-39D 45-й ИАП. Летчики полка сражались с противником над Крымом и Северным Кавказом. С начала 1942 г. полком командовал подполковник Ибрагим Магометович Дзусов — один из лучших советских авиационных командиров периода Великой Отечественной войны. Осетин по национальности, он родился в 1905 г., в 15 лет пошел добровольцем в Красную Армию. Простым солдатом Ибрагим Дзусов сражался с бандами басмачей в Средней Азии.

В 1929 г. Дзусов закончил летное училище — началась его служба в ВВС. В январе 1942 г., когда Дзусова назначили командиром 45-го ИАП, ему исполнилось 37 лет — умудренный опытом старик по меркам войны. Подчиненные выглядели по сравнению с ним пацанами. Дзусов не стал асом с большим количеством побед, однако его командирские качества перевешивали личные боевые счета многих асов. 16 июня 1943 г. Дзусов покинул 45-й полк, чтобы принять командование 9-й гвардейской истребительной авиадивизией. Дивизией Дзусов командовал до мая 1944 г., когда получил назначение на должность командира 6-го истребительного авиационного корпуса. Несмотря на почтенный возраст и высокие посты грозный осетин летал на боевые задания — в его послужном списке 89 боевых вылетов и шесть сбитых в 11 воздушных боях самолетов противника. Неизвестно сколько боевых вылетов Ибрагим Дзусов совершил на «Аэрокобре».

Личный состав 45-го ИАП прибыл для переучивания на американские истребители в 25-й ЗАП на два с половиной месяца раньше личного состава 298-го ИАП, но на фронт полк Дзусова вернулся на несколько дней позже «соседей». 45-й полк сначала готовили на истребители Р-40, кроме того в полк пришло много «зеленых» выпускников летных училищ, имевших совершенно неадекватную подготовку.

Полк уже готовился отбыть на фронт, когда в 25-й ЗАПе появились первые «Кобры». В это время было принято решение перевести 45-й ИАП на трехэскадрильный штат (31 летчик), две эскадрильи должны были иметь на вооружении истребители Р-39, третья — Р-40. Организационный процесс занял довольно много времени: лишь в начале марта 1943 г. 45-й И АД в составе 216-й смешанной авиадивизии был готов к боевым действиям. На вооружении 1-й эскадрилью имелось 10 истребителей P-39D, на вооружении 3-й — 11 самолетов Р-39К, 2-я эскадрилья получила 10 Р-40Е.

22 марта восьмерка «Аэрокобр» из 45-го ИАП провела трудный бой с группой из 30 Bf.109. Летчики Дзусова сбили 13 мессершмиттов, но и три «Кобры» на аэродром не вернулись.

Два летчика, сержант Н. Кудряшов и старший лейтенант Иван Шматко, погибли выполняя таран на горящих «Аэрокобрах». Шматко летом 1942 г. на Яках сбил восемь немецких самолетов. 23 марта воздушный стрелок Ju-87 ранил известного аса Бориса Глинку. Рана, правда, оказалась не опасной — Глинка в тот же день еще раз слетал на боевое задание.

Борис Борисович Глинка и его родной брат Дмитрий Борисович Глинка воевали в составе 45 ИАП, позже преобразованного в 100-й ГИАП. Братья стали ведущими асами ВВС РККА. Старший брат, Борис, закончил авиационное училище в 1940 г. Молодым лейтенантом он пришел в 45-й ИАП еще до начала войны. Несмотря на многочисленные боевые вылеты, Борис долго не мог открыть свой личный боевой счет. Положение изменилось, после того как Борис Глинка «оседлал» американскую «Кобру». 24 мая 1943 г. летчик был удостоен звания Героя Советского Союза за десять одержанных в марте-апреле побед в воздушных боях. Всего же ас сбил 30 самолетов противника. Летом 1944 г. Борис Глинка был назначен командиром легендарного 16-го гвардейского истребительного авиаполка.

Дмитрий был младше Бориса на три года, однако авиационное училище он закончил раньше своего брата. Старший лейтенант Дмитрий Глинка занимал в 45-м ИАП должность заместителя командира полка по воздушно-стрелковой подготовке. Весной 1942 г. Дмитрий на Як-1 одержал шесть побед в воздушных боях, но и его самого сбили, два месяца летчик провел в госпиталях, залечивая полученное ранение.

К середине апреля 1943 г. Дмитрий Глинка выполнил 146 боевых вылетов и сбил 15 самолетов противника. 15 апреля стало настоящим черным днем для 45-го ИАП — в этот с боевых заданий не вернулось четыре «Кобры». В том числе самолет Дмитрия Глинки. Дмитрий сбил два бомбардировщика Ju-88, но был ранен и сам. Асу пришлось прыгать, а потом отдыхать неделю в госпитале, пока не зажила рука. Утешением для Дмитрия Глинки стало присвоение ему именно в этот день звания Героя Советского Союза. Через несколько часов после Глинки были сбиты самолеты старшего лейтенанта Петрова и сержанта Безбабнова, один из них стал седьмой жертвой Эриха Хартмана.



«Аэрокобры» действовал/ на Средиземноморье с конца 1942 г. по середину 1944 г., однако сохранилось очень небольшое количество фотографий «средиземноморских» истребителей Р-39. На снимке — P-39N-0. Желтая обводки опознавательных знаков ВВС США просуществовала очень короткое время и встречалась только на Средиземноморье.


Лейтенант Александр Янкаскас из 93-й эскадрильи 81-й истребительной авиагруппы позирует на крыле «А эрокобры», осень 1943 г. Снимок сделан уже после завершения боев в Северной Африке. На фюзеляже истребителя видны две свастики — отметки о победах в воздушных боях, но Янкаскас официально сбил лишь один Ме-210 24 июня 1943 г.


Два истребителя P-39N в полете, начало 1943 г., Средиземноморский театр боевых действий, подразделение не установлено.

30 апреля Дмитрий сбил три пикирующих бомбардировщика Ju-87 в одном вылете. 4 мая при штурмовке немецкого аэродрома в Сарабузе он уничтожил на земле Bf.109, а затем перехватил и сбил прямо над аэродромом транспортник Ju-52/3 м. В начале лета асу было присвоено воинское звание капитан. 24 августа капитан Дмитрий Глинка стал дважды Героем Советского Союза, к этому времени он совершил 186 боевых вылетов и одержал 29 побед в воздушных боях.

В сентябре Глинка получил очередное ранение, на сей раз крайне нелепое. Он решил опробовать немецкую ручную гранату. Граната взорвалась едва ли не у него в руке. Результат — покалеченные ноги. К счастью раны оказались не самыми тяжелыми, и через несколько дней ас уже летал на «Кобре». До декабря Глинка записал на свой счет еще восемь побед. В начале декабря 9-ю ГИАД вывели с фронта на отдых. Дмитрий вернулся на фронт в мае 1944 г. и принял участие в Ясско-Кишеневской операции. За первую неделю сражения он сбил шесть самолетов противника, в том числе три Ju-87 в одном боевом вылете. И опять Дмитрий чудом избежал смерти.

Глинка летел пассажиром на транспортном Ли-2. Самолет в условиях плохой видимости столкнулся с горой. Тяжело раненый летчик провел на месте падения двое суток, прежде чем был обнаружен. На сей раз Дмитрий Глинка вышел из строя на два месяца. По возвращении в полк он получил воинское звание майор. Свежеиспеченный майор принял участие в Львовско-Сандомирской наступательной операции Красной Армии. Его скромный вклад в общее дело — девять сбитых самолетов люфтваффе. В ходе Берлинской операции Глинка сбил три самолета в течение дня. Его последней жертвой стал сбитый 18 апреля 1945 г. истребитель Fw-190. Дмитрий Глинка совершил 300 боевых вылетов и в 90 воздушных боях сбил 50 самолетов противника.

В боях над Кубанью отличился бывший школьный учитель химии и математики Иван Бабак. Бабака призвали в Красную Арию в 1940 г., на момент начала войны он еще не закончил авиационное училище. В апреле 1942 г. Иван Бабак получил назначение в вооруженный истребителями Як-1 45-й ИАП. Сначала бывший учитель не произвел особого впечатления на командира полка подполковника Дзусова, который хотел отправить Бабака назад в тыл. За молодого летчика вступился ас Дмитрий Калараш, пообещав сделать из парня настоящего воздушного бойца. Полная реабилитация Бабака как летчика-истребителя наступила после того, как Дмитрий Глинка взял его к себе в ведомые.

Свою первую победу в воздушно бою Иван Бабак одержал над Моздоком в сентябре 1942 г. После возвращения 45-го ИАП в марте 1943 г. из тыла на фронт, Бабак продолжил наращивать свой боевой счет, сбив Bf.109 и Ju-87. В апреле 1943 г. на его счету числилось уже 14 сбитых над Кубанью самолетов противника. Бабак прочно вошел в когорту асов, летавших на «Аэрокобрах», встав в один ряд с такими летчиками как Покрышкин, Фадеев и Дмитрий Глинка. Глинку Бабак считал своим учителем. На пике успеха Бабака скосила малярия — он провалялся по госпиталям до сентября 1943 г.

По возвращении в 100-й ГИАП Бабак получил новенький истребитель P-39N, на котором в первом же вылете сбил Bf. 109. 1 ноября 1943 г. его удостоили звания Героя Советского Союза. Повторный приступ малярии вновь привел аса на больничную койку. Бабак вернулся в полк накануне Ясско-Кишеневской операции.



Один из первых доставленных в Советский Союз в январе 1942 г. истребителей «Аэрокобра I». Самолет был передан в 19-й ГИАП. Истребитель сохранил серийный номер АN619. На этой «Кобре» до своей гибели в 1942 г. летал младший лейтенант В. В. Габринец.


Неизвестный советский летчик садится в кабину истребителя Р-39. Кабина «Кобры» вызывала противоречивые чувства у летчиков. С одной стороны — дверца автомобильного типа затрудняла покидание самолета в воздухе. С другой — самолет имел превосходное прозрачное остекление фонаря. Остекление советских истребителей со временем желтело, ухудшая обзор из кабин. Кроме того, в первой половине войны не были отработаны сдвижные сегменты фонарей. Летчики часто летали на отечественных истреббителях со сдвинутыми сегментами или вообще демонтировали их, в результате ухудшалась аэродинамика самолетов и падал комфорт в кабине.

Свое мастерство ас блестяще продемонстрировал 16 июля 1944 г., сбив в одном вылете четыре Fw-190. В марте 1945 г. Иван Бабак стал командиром 16-го ГИАП, свою «Аэрокобру» он передал другому асу — Григорию Дольникову.

Еще одни ветераном 45-го ИАП являлся Николай Лавицкий, начавший службу в полку в 1941 г. Первую победу (Bf.109) Лавицкий одержал на биплане И-153. К моменту перевооружения 45-го ИАП истребителями Р-39, летчик совершил 186 боевых вылетов, сбил 11 самолетов противника лично и один в группе. Летом 1943 г. Лавицкий одержал четыре победы на «Аэрокобре» и 24 августа стал Героем Советского Союза. Чуть позже ему присвоили воинское звание капитан и назначили командиром 3-й эскадрильи.

Лавицкий добился успеха и признания как летчик-истребитель, но его личная жизнь не складывалась. Пока ас воевал на фронте, в тылу от него ушла жена. Лавицкий сильно переживал, он казалось сам искал смерти в бою, зачастую подвергая неоправданному риску не только свою жизнь, но и жизни своих боевых товарищей. Храбрость уступила место безрассудству. Командир дивизии Дзусов принял решение под благовидным предлогом отстранить Лавицкого от боевых вылетов, переведя его на должность заместителя командира дивизии по воздушно-стрелковой подготовке. Смерть все же нашла аса — Лавицкий разбился в тренировочном полете 10 марта 1944 г. Всего он совершил более 250 боевых вылетов, сбил 24 самолета противника лично и два в группе.

Весной 1943 г. изменилась практика пополнения фронтовых полков ВВС РККА, Теперь полки уже не отзывались с фронта в тыл — пополнение приходило из ЗАПов прямо на фронт. Два таких новичка появились и в 100-м ГИАПе — Петр Гучек и Григорий Дольников. Гучек прибыл в полк в августе 1943 г., вскоре он стал ведомым Ивана Бабака. Гучек оставался на фронте вплоть до своей гибели от огня зениток 18 апреля 1945 г. Он совершил 209 боевых вылетов, сбил 18 самолетов лично и 3 в группе.

Григорий Дольников стал ведомым Дмитрия Глинки. В первом же бою Дольников сбил два пикирующих бомбардировщика Ju-87, но был сбит и сам. Молодой летчик после прыжка с парашютом попал в плен. 2 декабря он бежал, с помощью партизан перешел линию фронта, но лишь затем, чтобы попасть из одного лагеря в другой — в лапы СМЕРШ. Дольникову светил в лучшем случае штрафбат, однако будущему асу исключительно сильно повезло. Многочисленные рапорты возымели действие — Дольников мае 1944 г. вернулся в 100-й ГИАП. До конца войны он выполнил 160 боевых вылетов, сбил 15 самолетов противника лично и один в группе.

Третьим полком в дивизии был 16-й ГИАП — самая известная в мире авиационная часть, вооруженная самолетами «Аэрокобра» и возможно самый известный авиаполк советских ВВС. С точки зрения известности с 16-м гвардейским полком может соперничать разве что 176-й гвардейский Проскуровский орденов Кутузова и Александра Невского истребительный авиационный полк, полк Ивана Кожедуба. По числу побед 16-й ГИАП был в ВВС РККА вторым (697 официально подтвержденных побед), но по количеству Героев Советского Союза — первым. В полку служило 15 Героев, двое из них были удостоены высокого звания дважды, один — трижды. Стоит напомнить, что по три Золотых Звезды носили только Покрышкин, Кожедуб и Жуков (Жуков в 1956 г. был удостоен звания Героя Советского Союза в четвертый раз). Маршал Советского Союза дорогой Леонид Ильич Брежнев также был многократным кавалером Золотой Звезды, однако сей случай ближе к медицине, нежели к военной истории.

Война застала 55-й истребительный авиаполк на расположенном у границы с Румынией аэродроме в молдавском городе Бельцы. Полком командовал майор В.П. Иванов. Личный состав как раз переучивался с истребителей И-153 и И-16 на новейшие МиГ-3. Одним из рядовых летчиков полка являлся командир звена старший лейтенант Александр Покрышкин. Первый боевой вылет Покрышкина связан с конфузом — будущий трижды Герой точной очередью отправил на землю ближний бомбардировщик Су-2. К счастью экипаж самолета спасся, самолет пилотировал не кто-нибудь, а будущий маршал авиации Иван Пстыго. Из-за необоснованной секретности летчиков не знакомили с силуэтами новейших советских самолетов. Покрышкин просто не подозревал о существовании Су-2. Увидел незнакомый самолет и атаковал. Существует авиационный анекдот на тему как отличить со спины пилота истребителя от пилота бомбардировщика. Надо просто похлопать летчика по плечу. Бомбер степенно повернется и спросит: «Чего?» Истребитель повернется быстро, даст в морду, а потом спросит: «Чего?» Покрышкин был настоящим истребителем. Свою первую официальную победу Покрышкин одержал на следующий день после атаки Су-2. Летчики 55-го ИАП часто летали на разведку. В одном из таких полетов МиГ Покрышкина сбили зенитки. Летчик посадил самолет на территории, занятой противником, но сумел избежать плена.



Обычно указывается, что на том снимке запечатлен Иван Бочков из 19-го ГИАП. Однако, на «Аэрокобре I» с номером «16» на вертикальном оперении летал другой пилот из 19-го гвардейского полка — Ефим Кривошеев. Скорее всего фотограф запечатлел Ефима, а не Ивана. Оба аса рано погибли, других фотографий летчиков пока не обнаружили, поэтому вопрос о том, кто запечатлен на этом снимке остается открытым.

7 марта 1942 г. 55-й ИАП был преобразован в 16-й гвардейский истребительный авиаполк. До конца 1942 г. Покрышкин выполнил 316 боевых вылетов и сбил порядка двух десятков немецких самолетов, точную цифру одержанных асом в этот период побед установить уже не удастся никогда. Можно лишь с уверенностью констатировать, что официальные данные (редкий случай) явно занижены. Зима 1942–1943 г.г. — не самая лучшая часть жизни прославленного летчика. «Темная» сторона жизни никак не была связана с фронтом, наоборот полк в это время находился в тылу, переучиваясь на «Кобры». Покрышкин много времени уделял анализу успехов и неудач как собственных, так и своих боевых друзей. Он закладывал основы будущих побед. Хитроумные тактические построения обрели чеканную формулировку победы истребителя в воздушно бою: «Высота — скорость — маневр — огонь».

Подобно многим опытным советским летчикам Покрышкин пришел к выводу, что ВВС РККА уступают противнику как в тактическом плане, так и в отношении техники. Критика летчиком отечественных самолетов привела его к открытому конфликту со штурманом полка.


19.  P-39L-1 серийный номер 42-4687 «Little Tony», на истребителе летали различ­ные летчики из 362-й истребительной эскадрильи 357-й истребительной группы, Хэйфорд, Калифорния, сентябрь 1943 г.

В числе других на изображенном здесь самолете по многу часов налетали будущие асы воздушной войны в Европе Чак Игер и Бад Андерсон. Обе летчика достаточно высоко оценили «Аэрокобру» - они не единожды выигрывали на Р-39 учебные воз­душные бои с истребителями других типов.

20.  P-39N-5 серийный номер 42-18802 лейтенанта Роя Оуэна, 41-я  истребительная эскадрилья 35-й истребительной группы, Надзаб, Новая Гвинея, октябрь 1943 г.

Летчики 41-й эскадрильи в годы второй мировой войны сбили 92 самолета против­ника. Оуэн имел лишь одну неподтвержденную победу.

21.  P-39Q-10 серийный номер 42-20746 «OLD CROW» лейтенанта Бада Андерсона, 363-я истребительная эскадрилья 357-й истребительной группы, Оровилл, Ка­лифорния, октябрь 1943 г.

Здесь изображен самый первый истребитель будущего аса Бада Андерсона. Андерсон окрести.!! свою машину «старой вороной», надпись «OLD CROW» украшала все истребители, на которых летал летчик, от «Мустанга» до «Тандерчифа». Андерсон, так же как и его друг и командир Чак Игер, довольно высоко оценил «Аэрокобру», но предпочитал драться в воздушных боях все-таки на «Мустанге». В ноябре 1943 г. эскадрилью направили на Европейский театр военных действий, в Великоб­ритании летчики получили истребители Р-51В.

22.  P-39N-1 серийный номер 42-18409 лейтенанта Гарольда Наса, 41-я истребитель­ная эскадрилья 35-й истребительной группы, Надзаб, Новая Гвинея, ноябрь 1943 г.

Изображенный на рисунке самолет являлся последней «Аээрокоброй» 41-й эскадри­льи, в январе 1944 г. подразделение перевооружили истребителями Р-47 «Тандерболт». Единственная одержанная в воздушном бою на «Аэрокобрах» победа запи­сана на счет 41-й эскадрильи 15 августа 1943 г. - лейтенант Нас сбил в районе Тсили-Тсили бомбардировщик Ki-48 «Лили».

23.  P-39Q-1 серийный номер 42-19510 «SAD SACK» капитана Джеймса Ван Надо, 72-я истребительная эскадрилья 72-й истребительной группы, Гуадалканал, декабрь 1943 г.

Ван Нада считался одним из самых опытных пилотов 17-й воздушной ар­мии, 27 декабря 1943 г. он сбил бомбар­дировщик G4M «Бетти». Чуть позже его назначили командиром 72-й эскадри­льи, на этом посту Ван Над оставался до окончания войны.

24.   «Аэрокобра I» серийный номер АН636, бортовой номер «33» белого цве­та капитана Ивана Дмитриевича Гайденко, 19-й ГИАП, осень 1942 г.

Все полученные Советским Союзом из Великобритании «Аэрокобры» имели камуфляжную окраску из пятен темно-зеленого и морского серого цветов, ниж­ние поверхности самолетов были окра­шены в средний морской серый цвет. Красные звездочки на истребителе Гайденко обозначают индивидуальные побе­ды, контурные белые - групповые. В 19-м ГИАПе бортовые номера наносили на кили и рули направления самолетов. Са­молет с серийным номером АН636 - вто­рая «Аэрокобра», на которой летал Гайденко. Он был сбит на истребителе с серийным номером АН660.

Весной 1942 г. 16-й ГИАП сдал последние уцелевшие истребители И-153 и И-16, получив в замен новые Як-1. В то же время в полку оставались и МиГ-3. На Яке Покрышкин основательно пополнил свой боевой счет. Согласно официальным данным на конец 1942 г. ас сбил 12 самолетов противника, включая восемь Bf.109.

В начале января 1943 г. личный состав 16-го ГИАП прибыл в 25-й ЗАП для переучивания на истребители Р-39 и пополнение в людях. Полк перевели на трехэскадрильный штат. 16-й ГИАП получил 14 самолетов P-39L-1, семь Р-39К-1 и 11 P-39D-2. На фронт, в Краснодар полк вернулся 8 апреля, где вошел в состав 216-й смешанной авиадивизии. Первые боевой вылет на «Аэрокобрах» летчики 16-го. полка выполнили уже 9 апреля.

В апреле летчики 16-го ГИАП совершили 289 боевых вылетов на истребителях Р-39 и 13 вылетов на Р-40Е, сбили 79 немецких самолетов — 14 Bf.l09E, 12 Bf.l09F, 45 Bf.l09G, 2 Fw-190,4 Ju-88A, 1 Do- 217 и 1 Ju-87D. Тип сбитых самолетов был точно определен по обломкам на местах падения.

С другой стороны 16-й ГИАП потерял 19 «Аэрокобр» в боях и два Р-39 в летных происшествиях. Погибло 11 летчиков. Для восполнения потерь полк получил 19 Р-39 и четыре Р-40Е. К 1 июня количество самолетов опять упало до 19 «Аэрокобр». В общей сложности полк потерял в ожесточенных воздушных боях 36 истребителей.

В апреле Александр Покрышкин сбил десять Bf. 109, его друг и вечный соперник Григорий Речкалов — семь Bf.109 и один Ju-88A, их перещеголял Вадим Фадеев, сбивший за месяц 12 самолетов противника.

В первом боевом вылете на «Кобре» Покрышкин на пару с Речкаловым завалил Bf. 109. Через три дня Покрышкин сделал дубль, а Речкалов доложил о семи сбитых, но «достоверными» ему засчитали всего две победы. По одной победе Григорий Речкалов одержал 15, 16 и 20 апреля, 29 апреля ас в одном вылете сбил четыре Bf.109. 24 апреля Покрышкин был удостоен звания Герой Советского Союза, а вскоре сменил свою «Кобру» P-39D-2 с бортовым номером «13» на новый истребитель Р-39N. На борту самолета техники по просьбе летчика написали «круглый» номер «100». В июле ас стал майором, фактически с начала 1943 г. Покрышкин командовал 16-м полком.

Карьеру замечательного летчика и командира едва не прервал его давний недоброжелатель — ставший «официальным» командиром бывший штурман полка Заев. Отношения между двумя офицерами испортились в середине 1942 г., а в 1943 г. это уже была неприкрытая вражда. Не взирая на заслуги и уважение к Покрышкину подчиненных, в середине 1943 г. Заев передал дело на Покрышкина в военный трибунал. От очень крупных неприятностей будущего трижды Героя спас комиссар полка Погребной. По ходатайству Погребного было подано представление на награждение Покрышкина второй Золотой Звездой. Дважды Героем Покрышкин стал 24 августа 1943 г, на его счету в это время числилось 455 боевых вылетов и 30 самолетов противника сбитых лично.

Не придавая большого значение махинация вокруг своего имени, Покрышкин весной и летом 1943 г. продолжал изучать и анализировать тактику действий истребительной авиации своей и противника. Ас окончательно отказался от полетов в составе троек, перейдя к парам. Боевой порядок эшелонировался по дальности и высоте. Впереди внизу летело ударное звено, выше и сзади — прикрывающее. Звенья также эшелонировались по высоте и дальности. Так появилась знаменитая «Кубанская этажерка». Как правило, прикрывающее звено появлялось на сцене внезапно и в самый неподходящий для противника момент. Боям на виражах Покрышкин предпочитал вертикаль — нечто близкое тактике истребителей люфтваффе «ударь и беги», стремительной атаке на пикировании. За счет разгона на пикировании, при выходе из атаки пилот выполнял горку более энергично — его становилось сложнее «подловить» на выходе из атаки воздушным стрелкам бомбардировщиков или истребителям противника.



На крыле своего истребителя P-39D из 2-го ГИАП ВВС СФ позирует летчик Павел Климов. 2-й ГИАП носил имя своего первого командира Бориса Сафонова. Полк первым получил сначала истребители «Харрикейн», затем — Р-40. В августе 1943 г. Павел Климов был удостоен звания Герои Советского Союза, тогда на его счету имелось 11 личных и 16 групповых побед в 306 боевых вылетах. Несколько самолетов Климов сбил, летая на «Харрикейне».


Морские летчики на фоне истребителя Р-39 Павла Климова, принадлежность самолета легко установить по изображению орла с мессеришиттом в когтях.

Тактические приемы, разработанные Покрышкиным, были официально одобрены командованием ВВС РККА. Тактика Покрышкина оказалась столь удачной, что даже в 60-е годы ею успешно пользовались северовьетнамские летчики в воздушных боях с американскими пилотами. Покрышкин стал практиковать в 16-м ГИАП полеты на свободную охоту, в то время как истребители Красной Армии, за редким исключением, выполняли всего два вида боевых задач: прикрытие сухопутных войск в конкретном месте и сопровождение бомбардировщиков. Полеты на свободную охоту давали возможность летчикам проявлять инициативу, самим навязывать противнику место и время воздушного боя, а также в полной мере использовать преимущества новых тактических приемов. К концу 1943 г. тактика свободной охоты стала широко практиковаться в подразделениях 8-й воздушной армии, а конку войны появились элитные истребительные авиаполки, для которых свободная охота стала основным способом участия в боевых действиях.

У тактики Покрышкина, впрочем, был недостаток — при скоростных атаках на вертикалях над контролируемой противником территорией невозможно было получить подтверждение сбитых согласно требованиям ВВС РККА. Так, Покрышкин в полетах на свободную охоту сбил как минимум 13 самолетов, ни один из которых не был ему официально засчитан.

После освобождения Кубани дивизия, в которой служил Покрышкин, приняла участие в боях за южную Украину. В сентябре летчики дивизии отличились в битве за Донбасс и при освобождении Мариуполя. В конце 1943 г. 16-й ГИАП, как и два других полка 9-й ГИАД, был отведен с фронта в тыл на отдых и пополнение.

Извечным соперником летчика по имени «Саша Покрышкин» являлся летчик по имени «Гриша Речкалов». Речкалов вошел в историю как самый результативных летчик истребителя «Аэрокобра» и третий по результативности ас союзников. В свое время доктора категорически запретили Григорию летать. «К летной работе не годен», — гласил вердикт медицинской комиссии. Речкалов страдал дальтонизмом, плохо различал цвета. Как летчика его спасла война. В военное время требования к зрению у военных докторов понизились. В июне 1941 г. Речкалов вновь смог занять место в кабине истребителя. Он сражался с противником на истребителях И-16 и И-153 на южном фланге советско-германского фронта. Речкалов одержал две победы в воздушных боях, но затем был сбит сам. При вынужденной посадке летчик получил тяжелые ранения и на несколько месяцев выбыл из строя. Лечение закончилось запретом на полеты.

Нехватка опытных летчиков сильно облегчила Речкалову борьбу с медициной. Пилот вернулся на фронт летом 1942 г., получив назначение в 16-й ГИАП. Летая на истребителе Як-1, Речкалов сбил несколько немецких самолетов, однако по настоящему его воздушная война началась в апреле 1943 г. после перевооружения полка «Аэрокобрами». 9 апреля в первом боевом вылете на американском истребителе Речкалов вместе с Покрышкиным сбил Bf.109. До конца апреля Григорий сбил восемь самолетов противника и получил воинское звание старший лейтенант.

24 мая 1943 г. Григорий Речкалов был удостоен звания Герой Советского Союза, он совершил 194 боевых вылета, сбил 12 самолетов противника лично и два в группе. В июне его назначили командиром 1-й эскадрильи 16-й ГИАП. Осенью 1943 г. в дальних перехватах над Черным морем Речкалов сбил два транспортных самолета Ju-52/3 м и румынский гидросамолет Савойя Z.501.

В тени славы Речкалова и Покрышкина затерялось имя Вадима Фадеева. Между тем, весной 1943 г. он был известен на фронте не меньше своих боевых товарищей. За небритую растительность на лице Вадим получил прозвище «Борода». Войну летчик начал старшим сержантом, он дрался с врагом на И-16 в южном секторе фронта. Известность принесли летчику отчаянные штурмовки наступающих немецких и румынских войск. Фадеев атаковал врага с гораздо более низких высот, чем его коллеги.

В одной из таких атак в ноябре 1941 г. под Ростовом-на-Дону в самолет Фадеева попал снаряд, выпущенный немецкой зениткой. Заклинило двигатель, вдобавок еще сдетонировал боезапас к пулеметам. Вадим посадил поврежденную машину на ничейной полосе. Не обращая внимания на свистевшие вокруг пули, Вадим выскочил из кабины самолета и бегом помчался к ближайшим траншеям советской пехоты. Пехота как раз готовилась к атаке. Летчик выхватил пистолет и присоединился к бойцам.



Имя твое — неизвестно, подвиг — бессмертен. В объектив фотоаппарата попал не рядовой летчик, а ас с 16 победами. Силуэт самолета рядом со звездочками говорит о том, что пилот поучаствовал в принудительной посадке исправного самолета противника.

В декабре 1941 г. Фадеева перевели в 630-й ИАП, на вооружении которого состояли «Киттихоки». В январе 1942 г. Вадим одержал свою первую победу в воздушном бою, всего за 1942 г. он сбил пять самолетов противника. В конце года Фадеев оказался в 16-м ГИАП.

Вадим Фадеев очень быстро завоевал всеобщую любовь за свое летное мастерство, храбрость и прекрасный общительный характер. В конце апреля 1943 г. Фадеев стал капитаном, командиром 3-й эскадрильи 16-го ГИАП. К этому времени он выполнил 394 боевых вылета, провел 43 воздушных боя, сбил 17 самолетов лично и три в группе.

Вадим Фадеев погиб в воздушно бою шестерки «Кобр» с восьмью Bf. 109 5 мая 1943 г. На самолет Фадеева навалилось сразу четыре вражеских истребителя. Мессершмитты взяли «Кобру» в «коробочку». Очереди буквально исполосовали истребитель Фадеева. Тем не менее, раненый летчик, потерявший много крови, смог посадить тяжело поврежденную «Кобру» в степи. Вадим Фадеев скончался прямо в кабине, раньше чем к самолету подбежали советские солдаты. 24 мая ас был посмертно удостоен звания Герой Советского Союза.

Всего на несколько недель раньше Вадима Фадеева в 16-м ГИАПе появился Александр Клубов, который по своей результативности оставил далеко позади бородатого аса. Клубов закончил авиационное училище летчиков еще в 1940 г., но на фронт попал только в августе 1942 г., в полк вооруженный устаревшими бипланами И-153. 2 ноября 1942 г. под Моздоком самолет Клубова был сбит, к этому времени летчик уничтожил четыре вражеских самолета в воздушных боях и четыре на земле штурмовыми ударами. Клубов выпрыгнул с парашютом, но получил сильные ожоги. Врачи в госпиталях смогли поставить пилота на ноги, но следы ожогов на лице Клубова так и остались.



Еще два пилота «Аэрокобр», чьи имена установить не удалось, 1943 г. Возможно, ведущий и ведомый обсуждают предстоящий боевой вылет.

Выписавшись из госпиталя, капитан Клубов получил назначение заместителем командира эскадрильи в 16-й ГИАП. Новый летчик очень быстро произвел сильное впечатление и на подчиненных, и на командование. 15 августа 1943 г. Клубов во главе шестерки «Кобр» перехватил два разведчика Fw-189 («Рама» считалась у советских летчиков-истребителей самой трудной добычей), которых сопровождали четыре истребителя Bf.109. Клубов со своей командой умудрился сбить оба разведчика без потерь со своей стороны. К началу сентября Александр Клубов совершил 310 боевых вылетов, лично сбил 14 самолетов противника и 19 в группе. 13 апреля 1944 г. ас был удостоен звания Героя Советского Союза.

Весной 1944 г. Клубов стал командиром 3-й эскадрильи, в конце года — заместителем командира 16-го ГИАП по воздушно-стрелковой подготовке. Один из самых удачных своих боев он провел 29 мая 1944 г. во главе восьмерки «Аэрокобр» против группы бомбардировщиков Ju-88. В первой атаке советские летчики сбили два Юнкерса. Затем «Кобры» вступили в бой с мессершмиттами эскорта. Клубов сбил один Bf.109. На следующий день летчики 3-й эскадрильи атаковали девятку пикирующих бомбардировщиков Ju-87, шедших под прикрытием десяти Bf. 109. Клубов сбил ведущего бомбардировщиков, сорвав прицельное бомбометание группы «лаптежников». «Кобра» Клубова получила повреждения от огня мессершмитта, поэтому командиру пришлось «досрочно» вернуться на свой аэродром. В ходе Ясско-Кишеневской операции Клубов за неделю сбил 13 самолетов противника, в том числе — два Ju-87 в один день 16 июля.

Клубов разбился в авиакатастрофе на истребителе Ла-7 1 ноября 1944 г. Ас за свою боевую карьеру выполнил 457 боевых вылетов, сбил 31 самолет лично и 19 в группе. 27 июня 1945 г. Александр Клубов был посмертно удостоен второй Золотой Звезды.

Еще одним Героем Советского Союза в 16-м ГИАП стал Николай Искрин, служивший в 131-м ИАП с июня 1941 г. В феврале 1942 г. его перевели в 55-й ИАП. Искрину было присвоено звание старший лейтенант в конце мая 1943 г., тогда же он стал заместителем командира 2-й эскадрильи. 24 августа Николаю Искрину присвоили звание Героя Советского Союза, к этому времени он выполнил 218 боевых вылетов, провел 58 воздушных боев и сбил 10 самолетов противника лично и один в группе.

Через несколько дней после выхода Указа «Кобру» Искрина сбили. Николай выпрыгнул из кабины. Стабилизатор горящего истребителя перебил асу ноги. Повреждения ног оказались столь серьезными, что хирурги стали готовить ампутацию. Не взирая на протесты медиков, летчик вернулся в свой родной 16-й ГИАП на протезах. Искрин выполнил еще 79 боевых вылетов и сбил шесть самолетов противника лично.

Не все летчики из пополнения, пришедшего в 16-й ИАП, оказались летчиками-истребителями. К примеру Павел Еремин выполнил множество боевых вылетов на бомбардировщиках СБ и В-25 «Митчелл». Под умелым руководством Покрышкина Еремин в совершенстве освоил «Кобру» и стал настоящим асом: войну завершил в Берлине, сбив 22 немецких самолета.

Особое внимание Покрышкин уделял летчику Георгию Голубеву. В начале войны Голубев служил инструктором в авиационном училище, но ему долго не удавалось попасть на фронт: то самолетов не было, то его схватил приступ малярии. Лишь в средине 1942 т. Голубев попал в боевой полк, имевший на вооружении самолеты И-153. Самолет к этому времени уже безнадежно устарел, поэтому не удивительно, что Голубев побед в воздушных боях не одержал. Затем летчика перевели в 84-й ИАП (впоследствии 101-й ГИАП). Здесь летчик освоил «Аэрокобру», но в мае 1943 г. его в очередной раз перевели — на сей раз в 16-й ГИАП.

Начало службы в новом полку для человека суеверного не обещало ничего хорошего. Летчику представили механика его самолета:

— Голубев? — спросил механик.

— Голубев, Георгий, — ответил летчик.

- Раньше моим командиром тоже был Голубев, только лейтенант. Его сбили. Он был опытный летчик, но не вернулся…

К счастью для Голубева, Покрышкин в отличие от многих других командиров, никогда не спешил бросать в бой новичков. Ас заставлял молодых заниматься теорией, вести воздушные бои с опытными асами, нередко летал с новичками сам. Лишь убедившись в готовности пополнения, ставил боевые задачи. И все равно, первые боевые вылеты молодые пилоты делали только под присмотром асов. Покрышкин лично отобрал Голубева и еще одного новичка для полета на сопровождение штурмовиков Ил-2. Ас преподал наглядный урок: штурмовики вернулись домой без потерь, а группа «Кобр» сбила два мессершмитта. Успешный первый боевой вылет много значил в дальнейшей карьере летчика-истребителя.

За первым последовало множество других боевых вылетов. В одном из вылетов Голубев сбил штурмовик Hs-129 на глазах Покрышкина. После вылета командир подошел к летчику: Ты сибиряк и я сибиряк, давай летать в паре». Голубев просто обалдел от такого предложения со стороны лучшего летчика-истребителя ВВС РККА. Летчик конечно был рад высокой оценке своего мастерства, но вместе с тем понимал какая ответственность ляжет на его плечи в случае согласия. Покрышкин развеял все сомнения.

Вскоре Покрышкин весте с Голубевым перехватили «Раму». Покрышкин атаковал. «Рама» сманеврировала, но ас выбрал позицию так, чтобы ведомому было проще вести огонь по вражескому разведчику. Голубев не промахнулся. В шлемофоне ведомого раздался голос командира: «Прекрасно, Жора. Ты читаешь мои мысли!» Много раз Покрышкин специально выводил ведомого на ударную позицию, позволяя Голубеву наращивать свой боевой счет. В свою очередь Голубев не единожды спасал жизнь командира.

В августе 1943 г., в одном из боев, Голубеву не осталось ничего другого, кроме как подставить под очереди вражеского истребителя свою «Кобру». Самолет загорелся, Голубев уже собрался прыгать, когда «Кобра» свалилась в плоский штопор. Летчик прекрасно знал, что живым покинуть штопорящий американский истребитель мало кому удавалось. Георгий сначала вывел горящий самолет в нормальный полет и лишь потом воспользовался парашютом. Парашют раскрылся у самой земли, Голубев приземлился в расположении советских войск. До самой земли ведущего прикрывал командир — «Кобра» с бортовым номером «100» описывала широкие круги вокруг парашюта, не подпуская к нему мессершмиттов.

После назначения Покрышкина командиром 9-й ИАД, Голубев стал ведущим пары, однако когда Покрышкин летал на боевые задания, он всякий раз брал с собой в качестве ведомого Георгия Голубева. Голубев сбил 12 самолетов противника, последний, Do-217, - 9 мая 1945 г. над Прагой.



Истребитель P-39D одного из гвардейских истребительных полков ВВС РККА.

Оглавление книги


Генерация: 0.317. Запросов К БД/Cache: 0 / 0