Главная / Библиотека / Асы люфтваффе пилоты Fw 190 на Восточном фронте /
/ …а «Зеленые сердца» остаются при своих

Глав: 11 | Статей: 11
Оглавление
Первой частью, полностью оснащенной истребителями Fw 190, которая появилась на Восточном фронте, был I./JG 51 «Molders» — 1-й дивизион 51-го истребительного полка. Ничего не знавшие о закулисной борьбе вокруг нового истребителя пилоты отнеслись к своему отзыву с фронта для перевооружения как к счастливой возможности отдохнуть и побывать на родине. I./JG 51 сформировали 1 апреля 1937 года в Бад-Альбиге (Бавария) как I./JG 135. Непосредственно перед началом французской кампании дивизион вошел в состав 51-го истребительного полка. I./JG 51 участвовал в боях в Нидерландах, во Франции и в Битве за Англию. В конце мая 1941 года I./ JG 51 перебросили на восток в рамках подготовки плана «Барбаросса». Первые потери дивизион понес вскоре после начала боевых действий на Восточном фронте.
С. Ивановi

…а «Зеленые сердца» остаются при своих

…а «Зеленые сердца» остаются при своих

Серия мощных контр-ударов Красной Армии, которая последовала после сражения на Курской дуге, ограничилась центральным и южным секторами Восточного фронта. Тем временем на севере 1943 год прошел относительно спокойно. Фашистские войска продолжали блокаду Ленинграда, линия фронта была стабильной (к северу от Великих Лук находилось 12 советских армий, по сравнению с 49 армиями на юге) и север представлял собой разительный контраст с центром и югом.


46. Fw 190A-9, «желтая единица», капитан Гельмут Веттштайн (Wettstein), командир 5./JG 54, Липава/Гробин/Курляндия, февраль 1945 года

Прослужив на должности командира 1./JG 54 (рисунок 31), Веттштайн закончил войну в Курляндии как командир 6-й эскадрильи. Его побитый «Антон-б» с упрощенными опознавательными знаками типичен для конца войны. На счету Веттштайна значится восьмитысячная победа JG 54, которую он одержал 15 октября 1944 года в Курлянднии. Войну Веттштайн закончил с 43 победами.


47. Fw 190A-8, «желтая единица», лейтенант Герд Тюбен (Thyben), командир 7./ JG 54, Липава-Гробин/Курляндия, январь 1945 года

Еще один пример обычного камуфляжа, на этот раз дополненного спиралью на коке винта. Тюбен сначала служил в JG 3 на юге Восточного фронта, а в апреле 1944 года его перевели в I1./JG 54. В конце войны он возглавил 7-ю эскадрилью. На Восточном фронте одержал 152 победы (плюс пять побед на западе), последняя из них 8 мая 1945 года. Это была последняя победа JG 54 во Второй Мировой войне.


48. Fw 190A-4, «желтая двойка», обер-фельдфебель Генрих Штерр (Sterr), 6./JG 54, март 1943 года

Весной в II./JG 54 белый камуфляж снимали не целиком, а сегментами, открывая двухцветный зеленый камуфляж: Иногда добавляли черные пятна, которые в еще большей мере разрушали силуэт самолета. Штерр появился в H./JG 54 в 1942 году. В конце 1944 года его перевели в IV./JG 54 на территории Рейха. До того времени Штерр успел одержать 127 побед, из которых большинство, летая на «фокке-вульфе». 26 ноября 1944 года Штерр был сбит в бою с Р-51 в районе Вердена.

49. Fw 190А-8, «белая тройка», обер-лейтенант Карл Брилль (Brill), командир 10./ JG 54, Лемберг (Львов)/Западая Украина, лето 1944 года

Новый «Антон-8» предназначался для обороны Рейха в составе IV./JG 54. Но летом 1944 года машину перебросили на Восточный фронт. «Белая тройка» — типичный самолет того времени. На капот двигателя изображен герб группы, представляющий собой стилизованный герб Кенигсберга на фоне зеленого сердца Под кабиной голова индейца Навахо эмблема 10-й эскадрильи (позднее 13-эскадрильи). Брилль записал 35 побед однако не известно, сколько из них одержал на востоке.

50. Fw 190F-2, «черный шеврон и полоса», майор Альфред Друшель (Druschel), командир SG 1, Варваровка, лето 1943 года

Друшель (командир первого, оснащений го Fw 190 штурмового полка Schlachtgeschwader) летал на Fw 190F 2 с довоенным тактическим обозначением командира, а не обычным тройным шевроном командира SG. Друшель совершил около 800 боевых вылетах под Сталинградом, Курском и в Крыму. Точное число его побед неизвестно. После при черно года штабной работы. В декабре 1944 года он вернулся на фронт на должность командира SG 4, действующего на западе. 1 января 1945 года Друшель погиб над Арденнами, во время налета на союзнический аэродром в рамках операции «Боденплятте».

51. Fw 190E-2, «черный двойной шеврон», капитан Георг Дёрффелъ (Doerffel), командир I./SG 1, Харьков, февраль 1943 года

Пример окраски первых Fw 190, поступивших в SG. На машине Дёрффеля виден двойной шеврон командира группы и черный треугольник, обозначавший штурмовую авиацию. История этого знака восходит к концу 30-х годов, когда штурмовые группы летали на Hs 123. Первоначально треугольник также обозначал группу в составе полка: в I группе треугольник помещали перед крестом, а во II группе — позади креста. Дёрффелъ одержал на востоке 30 побед. Позднее он командовал SG 4 в Италии и погиб во время боевого вылета западнее Рима 26 мая 1944 года.

52. Fw 190F-2, «черный шеврон», обер-лейтенант Карл Кеннель (Kennel), командир 5./SG 1, Варваровка, июль 1943 года

Перед началом операции «Цитадель» в SG 1 отказались от использования черного треугольника в пользу удобной ситемы тактических обозначений, принятых в истребительной авиации: I группа не имеет никаких дополнительных обозначений, а II группа обозначалась горизонтальной линией. Машина командира эскадрильи обозначалась одиночным шевроном, а самолеты остальных летчиков — буквами (а не цифрами). Буквы наносились краской, обозначавшей эскадрилью (белая, черная и зеленая). Кеннель дожил до конца войны, шея на счету 34 победы, из которых 31 держал на востоке.

Однако для обоих дивизионов JG 54, оснащенных Fw 190, пришлось распрощаться со спокойной жизнью, которую они вели на аэродромах в Красногвардейске и Сиверской. Для I./JG 54 конец спокойным денечкам наступил раньше всего. Этому дивизиону пришлось перебраться южнее, где он вместе с JG 51 участвовал в операции «Цитадель». Это участие обернулось для дивизиона потерей трех командиров — Зайлера, Хомута и Гётца, погибших один за другим. В августе I./JG 54 возглавил обер-лейтенант Отто Вин-цент (Vincent). В это же время к I./JG 54 присоединились II./JG 54 и только что сформированный IV./JG 54, оснащенный Bf 109. Вместе эти дивизионы составили так называемую «бригаду огневой поддержки», которую перебрасывали между 6-м и 4-м Воздушными флотами, в зависимости от того, где Красная Армия наносила разящие удары: на центральном участке фронта или на Украине. И во время всей этой неразберихи один человек смог воспользоваться сложившейся ситуацией и стать одним из самых знаменитых «экспертов» Восточного фронта.

В августе обер-лейтенант Вальтер Новотны сбил 49 самолетов противника. (В это же время начала восходить звезда другого немецкого аса — Эриха Хартмана. Хартман воевал в рядах JG 52 и сбил сотый самолет противника 20 сентября, в то время как Новотны разменял вторую сотню 15 июня). 21 августа Новотны назначили на должность командира I./JG 54. Вот что писал новоиспеченный командир в письме домой:

«Вчера я сбил 161-й самолет, другими словами это моя 37-я победа за последние 10 дней. Также хочу сообщить, что меня назначили на должность командира дивизиона. Два замечательных события я отмечаю одновременно! Не каждый день случается, чтобы 22-летний обер-лейтенант становился командиром дивизиона истребителей. Эту должность обычно занимают майоры, и это значит, что скоро меня произведут в гауптманы или даже в майоры. Просто не верится. Однако к Дубовым листьям меня еще не представили».

Из письма видно, что у Новотны уже отчетливо просматривались симптомы «ангины», так летчики люфтваффе в шутку называли склонность некоторых своих коллег коллекционировать у себя на шее ордена. Хотя, следует заметить, что Дубовых листьев к Рыцарскому кресту немецкому асу пришлось ждать довольно долго. Если в первый год войны пилоты истребительной авиации получали Дубовые листья за 40 сбитых самолетов, то к 1942 году планку подняли до 100 самолетов. В 1943 году «Цветная капуста», как непочтительно называли эту высокую награду, оценивалась уже в 120 самолетов противника. Новотны достиг этой планки 24 июня. В тот день он сбил десять самолетов.

Несмотря на недостаток официального признания Новотны продолжал делать свое дело. Вместе с тремя друзьями: ведомым- «качмариком» Карлом «Кваксом» Шнёррером (Schnerrer), чей необычный псевдоним взят из популярного в те годы кинофильма о неудачливом пилоте, Антоном «Тони» Дебелем (Debele) и Рудольфом Радемахером (Rademacher), Новотны образовал звено, на счету которого было 524 воздушные победы!

1 сентября Новотны одержал еще десять побед; семь самолетов он сбил в течение 17 минут во время утреннего вылета, а три — за девять минут в послеобеденном вылете. Вот описание некоторых событий того дня:

«В 6:00 мы отправились сопровождать бомбардировщики. Идя на большой высоте мы заметили шесть советских истребителя, приближающихся к нам. Я сбил четыре из них. Вдруг я заметил, что под нами кружат еще пять русских истребителей. Я сбил два из них, и уже поймал в перекрестье прицела третий, как заклинило пушку. «Черт!» — подумал я про себя, — «ведь до линии фронта 180 км». (Видно, что Новотны не придерживался правила не удаляться за линию фронта дальше дистанции планирования). Но я твердо решил сбить седьмого. Поэтому я приблизился почти вплотную и открыл огонь из пулеметов. Когда я его все же сбил, то оказалось, что я лечу над городом и нахожусь в самой гуще заградительного огня, открытого русскими зенитками. Ничего страшного, просто мне пришлось снизиться и лететь между домов. На высоте пяти метров я прошел над дорогой, перепрыгнул позицию зенитчиков и оказался на краю города.



Лето 1944 года, Лигниц, Восточная Германия. Молодые, но уже опытные инструкторы из II./JG 54 отдыхают после изнурительных полетов. За ними видна палатка, в которой оборудована полевая мастерская. Учебая эскадрилья полка активно участвовала в отражении налетов союзников на территорию Рейха.


Июнь 1944 года, Лигниц. Лейтенант Норберт Ханниг уже в должности инструктора Ergaenzungsgruppe.


Июнь 1944 года, Румыния. Fw 190 из I. Gruppe Schlacht спокойно стоит на полевом аэродроме. В воздухе пролетает пятерка внушительных Bf 110. Обратите внимание на тропический фильтр, установленный на F-8. Во время взлета и посадки фильтр защищал двигатель BMW от висящей в воздухе пыли.

После полудня мы завязали бой с пятеркой советских истребителей. Мы задали им жару и уцелевшие самолеты начали играть в прятки с нами среди кучевых облаков. Я подождал немного, и по мере того, как русские самолеты высовывались на чистый участок неба, я одного за другим сбил три истребителя. Таким образом в тот день мне удалось сбить десятерых».

Вскоре Новотны сбил 190-й самолет. Примерно в это время брат Новотны написал Вальтеру письмо, в котором сетовал на то, что хотя Мёльдерс, Галланд и Марсель даже близко не стояли по результативности с Новотны, но уже давно получили Бриллианты к Рыцарскому кресту, и спрашивал брата, не может ли Вальтер что-либо сделать, чтобы устранить эту вопиющую несправедливость. Ответ аса был краток и уместился на почтовой открытке:

«Отвечаю на твое последнее письмо:

1) Ты мне ничем не поможешь.

2) Не забивай себе голову моими проблемами.

3) Если начальство не хочет наградить меня Дубовыми листьями, я сам себя награжу Бриллиантами.

Твой Вальтер».

И все произошло именно так!

4 сентября 1943 года обер-лейтенант Вальтер Новотны наконец стал 293-м кавалером Дубовых листьев. Оказалось, что в задержке не было ничего криминального, просто в очередной раз подняли планку, добавив еще 70 побед к уже требовавшимся 120. И Новотны стал первым пилотом, получившим Дубовые листья по новому критерию. Но кто-то из высших чинов обратил внимание на эту явную несправедливость. Поэтому когда через три недели Новотны прибыл в ставку Гитлера, чтобы получить Дубовые листья, его одновременно наградили другим высоким орденом фашистской Германии — Мечами. Новотны стоял в одной шеренге с другими пилотами дневной и ночной истребительной авиации и фюрер самолично наградил пилота. Когда Вальтер вернулся в свою часть, там царила не столь формальная обстановка. Во время дружеской попойки один из пилотов произнес такой тост: «Старик, ты получил к «Цветной капусте» «Нож и вилку»!»

Тем временем Новотны сбил еще 29 самолетов и стал первым по результативности пилотом. Военный корреспондент сообщал:

«В течение двух дней ничего не происходило. Имея на счету 203 победы, командир дивизиона находился среди первых по результативности пилотов. Сможет ли он чуть-чуть поднажать и вырваться вперед? Было прохладно и ясно, видимость — отличная, но на небе не было ни одного большевика. Вдруг, днем 14 сентября наши зенитки открыли огонь. Большая группа русских бомбардировщиков, сопровождаемая истребителями, приближалась к нашей базе.

Наши истребители взвились в воздух, но среди них не было командира дивизиона. Он в то время отсутствовал — конвоировал наши пикировщики. На обратном пути Новотны повел свое звено в свободную охоту. Вскоре в наушниках пилотов и в динамике, установленном в наземном оперативном пункте раздался голос ведущего: «Aufpassen!» («Осторожно!»). Обычно Новотны таким образом давал понять своему ведомому, чтобы тот обратил внимание на сбитый самолет. Это был 204-й самолет, сбитый командиром дивизиона. Вскоре последовал 205-й, 206-й, 207-й…

Обер-лейтенант Вальтер Новотны стал самым результативным истребителем люфтваффе. Но на земле не было времени для поздравлений. Большевики решили размягчить нашу оборону воздушным ударом, чтобы затем осуществить на этом участке прорыв. Командир пересел в другой самолет и снова поднялся в воздух».

Спустя несколько дней Новотны снова предстал перед фюрером, на этот раз для того, чтобы получить звание гауптмана. В тот день на счету аса числилась 235 воздушных побед. Обер-лейтенант Хюбнер (Hubner) — военный корреспондент — писал:.

«Вчера вечером внезапно вернулся командир дивизиона. Никто его не ожидал. После церемонии награждения ему полагался отпуск. Но Новотны сказал, что провел два неплохих денька в Вене и что с него этого довольно.

После многих ужасных облачных дней наступил погожий осенний денек, небо было безоблачным, воздух — свежим. Новотны запихал подальше в чемодан парадный мундир и достал свои «победные штаны». На них виднелось несколько огромных заплат, от постоянной носки они выцвели, вытерлись и стали серыми. Но командир не расстался бы с ними, даже если бы их предложил купить какой-нибудь музей».

Небо к югу от Великих Лук кишело советскими самолетами. После полудня Новотны сбил три из 14 «Аэрокобр», летевших на 1000 метров ниже встречным курсом. Первая «Аэрокобра» вошла в штопор, оставляя за собой дымный след, который висел в воздухе еще минуту после падения самолета. Второй советский истребитель взорвался в воздухе, тоже через минуту случилось с третьим. «Квакс» Шнёррер сбил четвертого.

На следующий день все повторилось. Шесть «Аэрокобр», может быть из числа уцелевших вчера, завидев Fw 190, развернулись и попытались спастись бегством. Уйти удалось только двум. Следующий день пропал даром — во время боя у Новотны заклинило пулеметы и пришлось возвращаться на базу.

Спустя сутки удача снова повернулась лицом к Вальтеру. За девять минут ему удалось сбить четыре самолета противника: «Кертис Р-40», «Аэрокобру», ЛаГГ-3 и еще один Р-40. Последний самолет стал 235-м.

Чтобы сбить следующие 15 самолетов противника Новотны потребовался почти целый месяц. 9 октября командир дивизиона сбил 6000-й самолет, записанный на счет JG 54. О событиях, случившихся 13 октября вспоминает обер-лейтенант Хюбнер:

«Как только наши Ju 87 ринулись в атаку, показались истребители противника. Новотны сбил один Р-40, усевшийся было на хвост «штуке». Русский истребитель рухнул на землю и его обломки исчезли среди разрывов бомб, сброшенных пикировщиком.

Новотны начал набирать высоту и не заметил, как сзади на него вышел другой советский истребитель. Только предупредительный крик его «качмарика» заставил «эксперта» обернуться. Преимущество было на стороне большевика, но Новотны сумел-таки разделаться с противником.

«Штуки» направились на базу, а Новотны заметил еще одну группу советских истребителей, идущих на низкой высоте через линию фронта. Один из этих самолетов стал его 246-м трофеем.

На следующий день несколько большевистских истребителей попытались перехватить несколько наших разведчиков, летящих на задание. Пока Новотны сбил троих, остальные успели скрыться. Разведчики смогли продолжить полет.

Наконец, уже находясь над линией фронта, Вальтер заметил одиночный советский истребитель Р-40. Это был достойный противник! Новотны пришлось провозиться с ним целых десять минут, прежде чем «Кертисс» врезался в землю. 250!

На базе царило бурное веселье. Командир зенитчиков устроил в честь командира дивизиона настоящий салют, в небо взвились разноцветные ракеты — знак приветствия первому пилоту, перевалившему за 250 побед».

У этой истории был постскриптум. После того как командующий Luftflotte 6, генерал Риттер фон Грайм (von Greim) поздравил Вальтера Новотны (это было первое официальное поздравление), командир дивизиона сказал Шнёрреру:

— Квакс, я обещал, что когда собью 250-й самолет, то устрою себе настоящий праздник. Возьму курьерский самолет, слетаю в Вильно и там хорошенько подзаправлюсь. Не хочешь слетать со мной?»

Шнёррер благоразумно отказался. Однако у этого разговора были свидетели, поэтому Шнёррер остался организовывать праздник в дивизионе, а Новотны на Bf 108 отправился в Вильно. Празднование состоялось дивизионой столовой и перешло в настоящий кутеж, все запасы спиртного были выпиты до капли.

И в самый разгар веселья вновь позвонил «папа» — генерал фон Грайм — и попросил к телефону командира дивизиона. Вспоминает «Квакс» Шнёррер:

«Все посмотрели на меня. Я попытался встать на ноги. Меня одновременно бросало и в жар и в холод. Я-то хорошо знал, где сейчас Новотны, но что же мне сказать генералу?

Я плюхнулся на стул возле телефона и попытался прочистить горло. Но все что я смог из себя выдавить было хриплое «Герр генерал?». Едва ворочая языком я попытался объясниться, но генерал меня резко прервал: «Ты что, свинья, нажрался?»

Отпираться было бессмысленно и я сказал в трубку «Яволь!».

«Папа» Грайм был старым пилотом, летавшим еще в 1-ю Мировую войну, и он хорошо понимал, что теперь творится в дивизионе. «Ради всего святого, Квакс», — заорал он, — «возьми себя в руки и скажи мне, где сейчас Новотны. Фюрер хочет поздравить его и наградить Бриллиантами».

Услышав это я мгновенно протрезвел. «Герр генерал, Новотны отправился в Вильно, в Риа-Бар, отметить свое достижение».



Одно из звеньев II-й группы. У этих машин сняты щитки главного шасси, чтобы под ними не забивалась весенняя грязь.


На этом снимке, сделанном в 1943 году, Отто Доммерацки из VI./SG 2 запечатлен в чине обер-фельдфебеля. Рыцарский крест Доммерацки получил 5 января 1943 года, а 13 октября 1943 года пилот погиб. 25 ноября посмертно его представили к Дубовым листьям. До своей гибели он заявил 40 побед.


Лучший пилот Ju 87 Stuka майор Ганс Ульрих Рудель. Его пикировщик часто сопровождали Fw 190 из II./SG 2.

«Ясно. Делайте что хотите, но чтоб к 8:00 Нови и ты были у фюрера на связи!»

Я бросил трубку и бегом вернулся в столовку. Не смотря на то, что я «исполнял обязанности командира дивизиона» мне стоило больших усилий навести в столовой относительную тишину. Однако стоило мне повторить собравшимся мой разговор в «папой» Граймом шум и ликование началось с новой силой. Только несколько относительно трезвых пилотов поняло что произошло. Соединить Гитлера с Риа-Баром было никакой возможности. Что же оставалось делать?

Однако наладить связь все же удалось. Позже Новотны рассказал мне, что когда его подозвали к телефону и адъютант сказал ему, что с ним сейчас будет говорить сам фюрер, он почувствовал как земля разверзается у него под ногами. Он сидел в баре и держал на коленях красотку, а Главнокомандующий Вооруженными силами Германии говорил с ним из своей штаб-квартиры в Восточной Пруссии и поздравлял с высшей воинской наградой Рейха!

«Если бы Адольф знал, где я нахожусь, полагаю, он вряд ли вручил бы мне Бриллианты», — закончил свой рассказ Нови.

На утро фон Грайм прислал за мной курьерский Не 111 и мы отправились в Вильно за Новотны. Мы быстро приняли душ, надели парадную униформу и полетели в Восточную Пруссию. На аэродроме мы пересели в гигантских размеров «Мерседес» и поехали в штаб-квартиру фюрера, преодолев по дороге три линии контроля. Нам предложили кофе и сэндвичи, но в головах у нас еще стоял сумбур после весело проведенной ночки. Я был бледен как полотно и чувствовал, что умру, когда окажусь перед Гитлером. Поэтому мы решили, что я подожду на свежем воздухе, а Нови один скрылся в святая святых.


53. Fw 190F-2, «белая А», лейтенант Фриц Зайффардта (Seyffardt), 6./SG 1, Украина, май 1943 года

На машине Зайффардта видны белые знаки, характерные для 6./SG 1, после того, как эскадрилья пересела на «фокке-вулъфы». Прежде цветом эскадрильи был зеленый. Позднее Зайффардт служил в 5./SG 2, а закончил войну на должности командира J2./SG 151. Одержал 30 побед.

54. Fw 190F-2, «черная Т», обер-фельдфебелъ Отто Доммерацки (Dommeratzky), 8./SG 1, южный участок Восточного фронта, сентябрь 1943 года

Домерацкий, служа в полусамостоятельной эскадрильи 8./SG 1 осенью 1943 года, летал на этом Fw 190F-2. Кроме «фокке-вульфов» эскадрилья также располагала Hs 126. Позднее его перевели в 6./SG 2. В конце войны он имел 38 побед. 13 октября 1944 года Домерацки был сбит американцами над Чехословакией.

55. Fw 190D-9, «черный шеврон и полоса, полковник Ганс-Ульрих Руделъ (Rudel), командир SG 2, Гроссенхайн, апрель 1945 года

Рудель был самым знаменитым летчиком люфтваффе. Он был единственным кавалером Золотых Дубовых Листьев к Рыцарскому кресту. Большую часть войны он пролетал на пикировщике Ju 87. Свою привязанность к «штуке» он хранил еще долго после того, как другие части перешли на штурмовую модификацию «фокке-вульфа». В последние недели войны ему все же пришлось пересесть на Fw 190. На его машину перенесены обозначения со старого Ju 87. На счету Руделя значатся потопленный линкор, крейсер, эсминец, 70 десантных барж, 500 танков, 800 автомашин, 150 орудий, четыре бронепоезда, множество мостов. На этом фоне девять воздушных побед не впечатляют.

56. Fw 190F-2, «черный двойной шеврон», майор Хайнц Франк (Frank), командир II./ SG 2, Каранкут/Крым, апрель 1944 года

Стандартный двойной шеврон командира группы перед крестом на борту этого F-2, принадлежавшего Хайнцу Франку, ветерану штурмовой авиации, который начал свою боевую карьеру в Польше и Франции, летая на Hs 123. Франк был случайно ранен пистолетной пулей в бедро и умер в госпитале 7 октября 1944 года. Восемь воздушных побед.

57. Fw 190F-9, «черный двойной шеврон и двойка», майор Карл Кеннель (Kennel), командир II./SG 2, Бергенд/Венгрия, декабрь 1944 года

F-9 Кеннеля, который с должности командира 5./SG 1 перешагнул на должность командира H./SG 2, несет характерный для зимы 1944/45 г.г. камуфляж. Угроза штурмовикам со стороны истребителей противника было велико как в воздухе, так и на земле. Поэтому нос самолета выкрашен в черный цвет, а элементы быстрой идентификации наложены только на нижние поверхности самолета.

58. Fw 190F-8, «черный шеврон», лейтенант Германн Бухнер (Buchner), командир 4./SG 2, Зилитея/Румыния, июнь 1944 года

Белая буква «L» на борту самолета закрашена. Под кабиной изображение головы индейца. На первый взгляд голова похожа на эмблему 10./JG 54 (рисунок 49), но в действительности это личная эмблема Бухнера, который он использовал еще будучи командиром 4./SG 2 (лето 1944 года). Еще раньше Бухнер летал в 6-й эскадрильи Блекманна, в задачу которой входило сопровождать пикирующие Ju 87 SG 2. Осенью 1944 года Бухнер пересел на Me 262, имея к тому времени 46 побед. Летая в составе III./JG 7, сбил 12 тяжелых американских бомбардировщиков.

59. Fw 190A-5, «черная G», обер-фельдфебель Август Ламберт (Lambert), 5./ SG 2, южный участок Восточного фронта, конец 1943 года

Немного потрепанный обычный самолет. В ходе боев в Крыму в 1944 году боевой счет Ламберта рос как на дрожжах: за три недели боев под Севастополем Ламберт заявил 70 побед, доведя счет до 90! Затем Ламберта перевели на должность инструктора, а в конце войны он снова летал, на этот раз в составе 8./SG 77. Его «черную девятку» истребители Р-51 сбили 17 апреля 1945 года в районе Дрездена. К тому времени Ламберт был автором 116 побед.



Март 1945 года, Пренцлау. Средняя машина из тройки Fw 190D-9 из IV./JG 3 несет следы прежнего хозяина. Желтая полоса быстрой идентификации на фюзеляже частично закрашена.

Спустя час он вышел ко мне, на его лице сияла улыбка от уха до уха, а на шее у него блестели Бриллианты. Вскоре из бункера показался фюрер. Он вышел и встал задумчиво, держа на поводке Блонди, его немецкую овчарку. Новотны не удержался от искушения и представил меня Гитлеру!»

Тем временем каждый день продолжался бой не на жизнь, а на смерть. Успехи, подобные успехам Новотны, одержали еще один-два пилота, например лейтенант Эмиль «Булли» Ланг (Lang) из II. дивизиона, установившего мировой рекорд результативности. В конце октября в районе Киева Ланг сбил за один день восемнадцать самолетов противника. Но достижения были щедро оплачены жизнями пилотов. Разрываясь между тремя Воздушными флотами от Ленинграда до Украины JG 54 потерял за последние месяцы 1943 года 30 пилотов. Хотя большинство из них были неопытными мальчишками, прослойка «стреляных зайцев» становилась все тоньше и тоньше.

11 октября знаменитый квартет Новотны превратился в трио. Лейтенант Антон Дёбеле погиб во время столкновения в воздухе с другим немецким истребителем в районе шоссе Смоленск-Витебск. Дёбелю не хватило до 100 всего нескольких побед. Гибель Дёбеле стала началом конца. На следующий день «Квакс» Шнёррер получил серьезное ранение. В тот день Шнёррер и Новотны вылетели в проливной дождь на подмогу пехоте, атакованной советскими штурмовиками в районе Невеля. Не смотря на нелетную погоду, каждый из немецких пилотов смог сбить по одному самолету. Внезапно Новотны закричал: «Квакс, ты горишь!»

Огонь быстро разгорался. «Прыгай, ты не сядешь, здесь кругом деревья!» Новотны видел, как его ведомый пытается выбраться из охваченной пламенем кабины. Уже выйдя из облаков, на высоте всего 50–70 метров Шнёррер сумел это сделать. Его вытяжной парашют только начал вытягивать основной купол, когда Квакс упал в грязь. Контуженного с переломами обеих ног Шнёррера подобрали пехотинцы, вскоре на «Storch'e» за ним прилетел Новотны. Квакс пролежал в госпитале почти до самого конца войны и вернулся в дивизион тогда, когда там уже вовсю летали на реактивных Me 262. За время своей службы в JG 54 лейтенант Карл Шнёррер, первый страж хвоста Новотны, сбил 35 самолетов.

15 ноября 1943 года Новотны сбил 255-й самолет и это была его последняя победа на Восточном фронте. В дальнейшем его назначили на должность командира экспериментального полка, оснащенного Me 262 и носящего его имя. Восстановить в точности события, имевшие место 8 ноября 1944 года в небе над городом Ахмером, в результате которых Новотны был сбит и погиб, очевидно никогда не удастся.

«Зеленые сердца» потеряли в бою «только одного своего командира. Этим неудачником стал оберст-лейтенант Губертус фон Бонин, сбитый 15 декабря под Витебском. Фон Бонин, принявший командование JG 54 из рук оберста (полковник) Траутлофта в июле, за всю свою карьеру сбил 77 самолетов, в том числе четыре победы он одержал в небе Испании. На место фон Бонина встал майор Мадер (Mader), который прежде возглавлял JG 11, сражавшийся на Западном фронте.

В середине января 1944 года на северном участке Восточного фронта, который столь долго находился в спячке, внезапно началось крупное наступление Красной Армии. 21 января советские части заняли Мгу, прорвав тем самым кольцо блокады вокруг второй столицы. I./JG 54 и II./JG 54 в спешном порядке были отозваны, соответственно, с центрального и южного участков фронта. Прибыв на свои прежние места дислокации, летчики вскоре поняли, что остановить наступление противника не удастся, как это не удавалось на Украине. Ведя бои JG 54 отступал через Прибалтику примерно с той же скоростью, с какой в 1941 году продвигался вперед.

К февралю I./JG 54, который возглавил гауптман Хорст Адемайт (Ademeit), базировался в эстонском городке Везенберг. В марте I. и II./JG 54 соединились в Дерпте (Тарту) и Печуре (Пецери), к западу от Чудского и Псковского озер. В это время потери в обоих дивизионах были минимальны, а успехи значительны. 23 марта лейтенант Альбин Вольф (Wolf) сбил свой 135-й самолет, который стал 7000-м самолетом противника, сбитым летчиками JG 54. Спустя десять дней Вольф, занимавший пост командира 6./JG 54, погиб от прямого попадания зенитного снаряда в его самолет в районе Пскова. За эти десять дней Вольфу удалось сбить еще девять самолетов противника, доведя таким образом свой боевой счет до 144 побед, а ведь это именно Вольф говаривал, что Fw 190 «приземляется как мокрый мешок»!

В июне 1944 года началось наступление Красной Армии в Белоруссии, в результате которого прибалтийская группировка немецких войск оказалась отрезанной от основных сил. В то же самое время Красная Армия перешла в наступление на Карельском фронте. I./JG 54 перебрался из Эстонии в Латвию, а 1./JG 54 отправился в Турку, для прикрытия с воздуха немецких кораблей, находящихся на Северной Балтике. II./JG 54 (командир — майор Эрих Рудорффер (Rudorffer)) в полном составе также отправился в Финляндию, где вошел в состав Gefechtsverband Kuhlmey (боевой группы), до этого состоявшей из пикировщиков Ju 87 и Fw 190 в варианте истребителя-бомбардировщика. В течение нескольких месяцев, проведенных в северной Карелии (Иммола) II./JG 54 сбил 66 советских самолетов.



Начало 1945 года. «Дора-9», на которой летал Осси Ромм, стоит перед ангаром в Пренцлау. Из-за крыла виден краешек двойного шеврона командира группы.


На запасном самолете Ромма был один шеврон адъютанта группы. В действительности, адъютант не был истребителем, поэтому никогда на этом самолете не летал.

Сюрпризом оказалось прибытие на Восточный фронт омоложенного и пополненного IV./JG 54. После того как этот летавший на Bf 109 дивизион отступил в Румынию, его отвели с фронта, оснастили Fw 190A-8 и включили в систему Обороны Рейха. В это время дивизион насчитывал четыре эскадрильи по 16 машин в каждой. Однако в верхах было решено, что присутствие IV./JG 54 более необходимо на Восточном фронте и дивизион прибыл 30 июня на советско-польскую границу, чтобы оказать прикрытие отступающих сухопутных частей вермахта. Возглавлял IV./JG 54 майор Вольфганг Шпетелатер (Spetelater), который сумел прославиться, возглавляя JG 400, оснащенную Me 163 «Komet». На востоке IV./JG 54 пробыл два месяца, понес тяжелые потери и в начале сентября был снова отведен в тыл.

Тем временем I./JG 54 и II./JG 54 оставались на территории Латвии, базируясь, соответственно, в Шрундене (Цирава) и Либау-Гробине. В этот период в дивизионах шла реорганизация. 8 августа майор Хорст Адемайт не вернулся на базу. Это был один из нечастых случаев, когда красноармейцам удалось огнем из стрелкового оружия сбить самолет. В последний раз машину Адемайта видели теряющей высоту над территорией, занятой противником. Адемайт воевал в рядах JG 54 со времени Битвы за Англию и за свою карьеру сбил 166 самолетов противника. Освободившееся место командира I./JG 54 занял майор Франц Айзенах (Eisenach), который прежде возглавлял 3./JG 54, а потом получил ранение в мае 1943 года.

В конце сентября оберст-лейтенант Мадер передал управление полком оберсту Дитриху Грабаку (Hrabak). Грабак был очень опытным летчиком, его карьера началась в феврале 1938 года, когда он попал в ряды JG 52. Грабак уже служил в JG 54 во время Битвы за Англию и возглавлял II./JG 54. Для полка было трудно найти лучшего командира, особенно если учесть те испытания, что ожидали полк впереди.

К маю 1944 года два дивизиона JG 54 стали единственными, если не считать штабной эскадрильи JG 51, истребительными частями на Восточном фронте, оснащенными Fw 190 и продолжали сражаться, находясь в окружении. Не смотря на затруднительное положение, дивизионы были реорганизованы — в состав каждого из них ввели четвертую эскадрилью. Теоретически, это должно было увеличить общую численность дивизионов до 130 машин, однако на практике в середине октября 1944 года дивизионы располагали в общей сложности всего 56 боеспособными самолетами. Возникла новая проблема — нехватка авиационного бензина. Поскольку в Курляндию все приходилось доставлять морем или по воздуху, ситуация с топливом вскоре обострилась до предела. Дело доходило до того, что самолеты выкатывали на взлетную полосу при помощи быков, чтобы сэкономить топливо на рулежке!

Кроме того стало не хватать самого главного — пилотов. В начале войны практиковалась система, согласно которой каждый новоиспеченный пилот направлялся сперва в Ergenzungsgruppe (запасной дивизион), имевшийся в каждом боевом полку. В 1942 году запасные дивизионы расформировали, а функцию дообучения летчиков взял на себя специальный запасной полк (Ergenzungsjagdgeschwader — EJG).

EJG состоял из двух дивизионов: «Ost» и «West». Дивизионы, в свою очередь состояли из эскадрилий, причем каждая эскадрилья готовила пилотов для какого-нибудь одного полка. Опытные боевые летчики периодически отзывались из своих полков и направлялись в EJG на инструкторскую работу.

Ergenzungstaffel, готовивший кадры для JG 54 первое время находился на юго-западе Франции в Бержераке, Биаррице и Тулузе, затем его перевели на восток Рейха в Лигниц, Рогау-Розенау и Заган. Во время обучения постоянно случались происшествия, иной раз носящие трагический характер. Например, один из курсантов, пытаясь выполнить первую в своем жизни петлю, свалился в штопор и с высоты 2000 рухнул на землю. Другой курсант, сделал еще большую глупость. Заходя на посадку на аэродром с бетонной ВПП на самолете, оборудованном подвесным топливным баком, он забыл выпустить шасси. Посадка была отличной, на три точки. Присутствующие зажмурились и зажали уши ладонями, ожидая взрыва… но ничего не случилось!

Другой раз классическую посадку с убранным шасси совершил один из инструкторов, возвращаясь из боевого вылета (дело в том, что инструкторов часто привлекали к воздушным операциям). Заходя на посадку пилот увидел, что правое шасси не вышло (о том, что шасси вышло свидетельствовал небольшой металлический стержень, который выступал над поверхностью крыла при выпущенном шасси). На приборной панели горели и зеленые и красные лампочки. «Береженного Бог бережет», — решил пилот и совершил прекрасную посадку на брюхо… с выпущенным шасси. Интересно, что кроме этого пилота, все в эскадрильи знали о том, что правый стержневой индикатор на крыле этого самолета вышел из строя уже несколько дней назад.

Хотя программу обучения постоянно сокращали (боевые части несли большие потери, а лимиты на горючее все время урезали), учебный полк продолжал свою деятельность. Но уровень подготовки молодых пилотов продолжал падать. В условиях превосходства противника в воздухе, многие из новоиспеченных летчиков, хотя и имели желание бороться, не возвращались из своего первого боевого вылета.

Несмотря на то, что пополнения поступали регулярно, многие пилоты просиживали без дела, так как им было не на чем летать. Нехватка машин постоянно ощущалась в частях, сражавшихся на Восточном фронте, поэтому только немногие ведущие пилоты имели собственные самолеты. Остальные летчики получали самолет только на время боевого задания, а механики быстро регулировали высоту кресла и педали под конкретного пилота.

16 октября 1944 года Красная Армия начала наступление в Курляндии. К марту 1945 года советские войска провели шесть операций, пытаясь ликвидировать котел, однако окруженная группировка удерживала занимаемые позиции. Гитлер запретил эвакуировать войска, попавшие в окружение. В воображении фюрера рисовалась грандиозная наступательная операция, в которой Курляндии отводилась роль трамплина, с которого будет нанесен удар по правому флангу противника. Однако этот план, как и многие другие планы наступательных операций, возникшие в 1944 году, так и остался на бумаге из-за острой нехватки живой силы и техники.

Окруженные войска не могли активно влиять на ход событий и просто медленно отступали, цепляясь за каждый сантиметр и ведя непрерывные бои. На протяжение шести оставшихся месяцев I./JG 54 и II./JG 54, располагавшие в сумме 50 самолетами, занимались исключительно тем, что прикрывали сухопутные войска и морские коммуникации. При этом следует учесть, что противник направил для ликвидации курляндского котла 3600 самолетов.



Август 1943 года. Майор Эрих Рудорффер, в течение двух лет бессменно занимавший должность командира I1./JG 54, еще не получил своих Дубовых листьев с Мечами. Рудорффер закончил войну, имея 222 победы, в том числе 136 одержанных в составе JG 54.


Рождество 1944 года, Лиепая, Курляндия. Механики 7./JG 54 встречают Деда Мороза (фельдфебеля Фрица Хагебраука, ведомомго Герда Тюбена).

Оглавление книги


Генерация: 0.654. Запросов К БД/Cache: 3 / 1