Глав: 14 | Статей: 72
Оглавление
Построенная по принципу самостоятельной работы, но фактически являющаяся второй частью исследования авторов о крейсерах типа «Баян» - самой многочисленной серии броненосных крейсеров Российского Императорского флота - книга повествует об истории создания, конструкции и боевом использовании кораблей, построенных после Русско-японской войны.

«Паллада» - первый из двух крейсеров

«Паллада» - первый из двух крейсеров

Первые листы корпусного набора «Паллады» установили на открытом стапеле 4 мая 1905 г., а спустя три месяца, 2 августа в эллинге Нового Адмиралтейства приступили к постройке «Баяна». С самого начала темпы работ значительно отставали от расчётных, что объяснялось, главным образом, общей нестабильностью внутриполитической обстановки в стране, охваченной забастовками и вооружёнными выступлениями.

Корпус «Паллады» удалось полностью подготовить к спуску на воду лишь через полтора года после начала строительства. 27 октября 1906 г. комиссия Санкт- Петербургского порта освидетельствовала спусковое устройство, а на следующий день крейсер благополучно сошёл со стапеля, имея осадку 2,032 м носом и 3,965 м кормой. Несмотря на относительно небольшое отставание от графика на начальном этапе, кораблю ещё около трёх лет пришлось простоять у заводской стенки - настолько неспешно шла его достройка. Наряду с отставанием в изготовлении главных машин, к установке которых на «Палладу» приступили лишь летом 1908 г., другой важной причиной срыва сроков сдачи крейсера стало отсутствие брони. Контрагент - Ижорский завод Морского министерства - смог начать её поставки лишь с семимесячным опозданием в ноябре 1907 г., но и спустя два года последние плиты ещё продолжали поступать на корабль.

С 1 января 1908 г. оба строившихся крейсера формально сменили строителя - Новое Адмиралтейство вместе с Галерным островом было преобразовано в Адмиралтейский судостроительный завод (АСЗ). Вопрос о слиянии обоих казённых предприятий левого берега Невы в единое производство с одновременным переводом его деятельности на новые основания муссировался в течение всего 1907 г. В итоге кораблестроительная часть Санкт-Петербургского порта со стапелями, судостроительными и заготовительными цехами и всей инфраструктурой была преобразована в самостоятельный завод, который в своей деятельности переводился на систему хозрасчёта, как и ранее - располагавшийся на противоположном берегу Балтийский завод. Начальником нового предприятия был назначен корабельный инженер генерал-майор П.Е. Черниговский.[16 Генерал-майор корпуса корабельных инженеров, старший помощник главного инспектора кораблестроения Черниговский был назначен начальником АСЗ высочайшим приказом за №810 от 31 декабря 1907 г.] Принятые Адмиралтейским заводом от прежнего Нового судостроения Санкт-Петербургского порта для достройки крейсера «Паллада» и «Баян» имели общую готовность соответственно 66,93 и 63,08%.[17 Всеподданнейший отчёт Морского Министерства за 1906-1909. с. 72.]

В октябре 1908 г. на «Палладе» состоялись первые успешные пробы главных механизмов на швартовах, однако намеченный переход в Кронштадт для дальнейших испытаний пришлось отложить из-за неготовности артиллерии. 5 сентября 1908 г. начальник АСЗ докладывал в ГУКиС, что 6" орудия «готовы наполовину», но их установка на крейсер затруднена отсутствием на заводе артиллерийской мастерской. Также невозможно было установить 75 мм  пушки, к которым отсутствовали станки и фундаменты, а также приборы управления стрельбой.[18 РГАВМФ, ф. 421, оп. 1, д. 1800, л. 29.]

Установки главного калибра также доставили немало проблем. Ещё 12 апреля 1905 г. председатель МТК вице-адмирал Ф.В. Дубасов в своём докладе тогдашнему руководителю Морского министерства Ф.К. Авелану отмечал, что «башенные установки [первого] крейсера «Баян» не имели механических приспособлений для заряжания и потому к ним нельзя применить современные требования скорой стрельбы».[19 РГАВМФ, ф. 427, оп. 2, д. 1426, л. 2.] В связи с этим фирме «Форж э Шантье» было предложено переработать проект 8 "/4 5 установок для «Адмирала Макарова», добиваясь скорострельности не менее 3 выстрелов в минуту и применив их затем на остальных кораблях серии.

Возникало, однако, обоснованное сомнение в том, что французский партнёр выдержит сроки. Поэтому почти сразу вслед за этим, пользуясь наличием в Петербурге мощного производителя орудийных установок - Металлического завода, имеющего в своём распоряжении прекрасные инженерные кадры и незадолго перед этим с успехом спроектировавшего 8" двухорудийные установки для линкоров «Андрей Первозванный» и «Император Павел I», Морское министерство приняло решение поручить разработку башен «Баяна» и «Паллады» ПМЗ. В апреле 1905 г. ГУКиС официально передал Металлическому заводу проектирование и изготовление одноорудийных 8" башен для обоих крейсеров (кроме того, станки с кронштейнами для строящегося в Ла-Сен «Адмирала Макарова» также заказали ПМЗ). Главная проблема состояла в необходимости сохранения прежнего веса установки, ранее сконструированной во Франции для первого «Баяна», которая перешла также и в проект «Адмирала Макарова». Состав нагрузки принимался по исходному французскому проекту (12384 кг для 8" орудия и 11172 кг для его станка с кронштейнами). Согласно техническим условиям артиллерийского отдела МТК, в 8" башнях адмиралтейских крейсеров, как и в уже разработанных ПМЗ для обоих «андреев» двухорудийных 8750 установках, открывание-закрывание затвора должно было производиться посредством электропривода, но оговаривалось, что, если «завод при проектировании [одноорудийных] башенных установок выйдет из указанных выше весов башен, то придётся помириться с тем, чтобы открывание и закрывание затвора производились только вручную, а равно и подъёмный механизм иметь только действующий вручную».[20 А.Г. Дукельский. Исторический очерк развития проектирования и изготовления башенных установок в России, 1886-1917 гг. - М.: АУ РККА, 1931. с. 275.]

В мае 1905 г. завод представил в МТК подробный проект 8" башенных установок для крейсеров. Размеры вертикальной брони и подачных труб были приняты те же, что и для установок «Адмирала Макарова». В общем, «в видах крайнего ограничения веса» придерживались французского проекта, но Металлический завод внёс в свой проект ряд деталей, реализованных в конструкции 8"/50 установок «Андрея Первозванного» и «Императора Павла I» - станки с прицельным приспособлением, схемы электрической части, устройство вращения башни и пр.

31 мая проект ПМЗ был одобрен на заседании артиллерийского отдела МТК, а 30 сентября ГУКиС выдал наряд на изготовление четырёх башенных установок. Контрактные сроки их сдачи (без монтажа на кораблях) определялись 11 февраля 1907 г. для «Паллады» и 17 августа 1907 г. для «Баяна». Одновременно назначались и сроки поставки 8745 орудий, первые два из которых Обуховский завод представлял к приёмке соответственно 1 ноября и 1 декабря 1907 г., остальные - не позднее 1 марта 1908 г.[21 РГАВМФ, ф. 427, оп. 2, д. 1426, лл. 149, 162.]

Первая установка «Паллады» была закончена сборкой и осмотрена на заводе представителями МТК в сентябре 1907 г. По результатам осмотра приняли решение об оснащении этой и трёх остальных установок обоих крейсеров рядом мелких технических усовершенствований. Все четыре установки для обоих крейсеров были сданы на заводе в ноябре 1908 г.[22 А.Г. Дукельский. Ук. соч. с. 276.]

К монтажу двух первых из них на «Палладе» (её готовность к тому времени значительно опережала «Баян») приступили в июле 1908 г. В августе в Новое Адмиралтейство прибыли броневые плиты вертикальной защиты, изготовленные Ижорским заводом, но их установка в сочетании с медленной сборкой самих башен затянулась более чем на год и лишь в декабре 1909 г. вертикальную и горизонтальную защиту удалось окончательно поставить на место.

Несмотря на удачные и рациональные решения, внесенные в конструкцию башен Металлическим заводом, отступление при проектировании от исходных французских чертежей сыграло и отрицательную роль. При сборке носовой 8" установки «Паллады» выяснилось, что при развороте для стрельбы по траверзу тыльная часть башни задевает за фальшборт, препятствующий её дальнейшему движению. Для устранения этого неприятного обстоятельства на обоих крейсерах к концу марта 1910 г. срезали часть фальшборта, а образовавшиеся в нём вырезы в походном положении прикрыли специальными съёмными ставнями с задрайками.

Осенью 1909 г. на «Палладе» ещё вовсю продолжались многочисленные достроечные работы, когда последовало указание Морского министерства о переводе крейсера в Кронштадт для постановки в док. Помимо намечавшейся прорезки в подводной части отверстий под отливные трубы и торпедные аппараты, на корабле предстояло переделать баллер руля «на случай его быстрого сбрасывания при заклинивании в бою». Докование завершилось 24 ноября 1909 г., после чего корабль ошвартовали «на постоянном зимнем месте» у стенки Военной гавани для дальнейших «доделочных работ», список которых оставался ещё весьма обширным. Так оставалось незаконченным устройство люков, сходных тамбуров, командных умывальников, систем погрузки угля, вентиляции и ручной подачи боезапаса. Отсутствовали броневая палуба в броневой рубке, носовой и кормовой дальномерные посты, система аэрорефрижерации, боевого освещения, колоколов громкого боя и электрической сигнализации. 

Часть этих работ, осложнявшихся продолжительной распутицей, чередующейся с сильными морозами, удалось выполнить в течение первых двух зимних месяцев, однако в целом темпы достройки оставались по-прежнему низкими, что с горечью отмечал в рапорте от 1 февраля 1910 г. командир крейсера капитан 1-го ранга А.Г. Бутаков: «...По ходу работ трудно не только гарантировать, но даже загадать время действительной готовности крейсера, хотя строителями последняя исчисляется в 99%. Работы затягиваются без видимой причины, отчётливости в определении сроков нет никакой и настоящая энергия прилагалась Адмиралтейским заводом лишь в редких случаях...».[23 РГАВМФ, ф. 417, оп. 1 ,д. 4013, л. 2.]

19 января на «Палладе» успешно прошли испытания двух водоопреснительных установок фирмы «Круг» производительностью 10 т пресной воды в сутки, а в период с 28 февраля по 15 марта - водоотливных турбин. По окончании проб произведённая разборка механизмов показала их вполне удовлетворительное состояние, годное к приёму в казну. 17 марта 1910 г. крейсер ввели в док для установки баллера руля, переделанного Ижорским заводом, и замены «для более безопасного продувания котлов» четырёх котельных кингстонов. Там же намечалось «путём проталкивания мин» опробовать подводные торпедные аппараты.

После двухмесячного пребывания в доке «Паллада» 17 мая вступила в кампанию для производства ходовых испытаний. 1 июня в присутствии приёмной комиссии под председательством капитана 1-го ранга С.Ф. Васильковского состоялись официальные пробы главных механизмов и котлов на полный ход. В течение восьми часов непрерывного движения корабль развил среднюю скорость 21 уз при частоте вращения гребных валов 125 об/мин, в то время как наибольшая скорость составила 22,3 уз.[24 РГАВМФ, ф. 417, оп. 1, д. 4013, л. 63.] В тот же день по окончании проб произвели полную разборку главных механизмов и котлов, выявившую следующие повреждения материальной части:

1) Помятость в холодильнике правой машины (отнесенную, впрочем, на «небрежность при погрузке на крейсер»).

2) Трещины ребер цилиндра низкого давления правой машины.

3) Повреждение штока воздушного насоса левой машины.

Испытания на полный ход, давшие столь обнадёживающие результаты, тем не менее не являлись заключительными - на «Палладе» оставались незавершёнными ещё многие работы, в том числе по артиллерии, включавшие установку оптических прицелов, мамеринцев к 8" башням и исправлению 6" станков, не вращавшихся при крене в 8°. Помимо этого на корабле ещё отсутствовали электрический привод руля, штурвал в рулевом отделении и ночная электрическая сигнализация. На время устранения недоделок «Палладе» предписывалось перейти в вооружённый резерв, начиная кампанию понедельно лишь на время выходов в море.

При монтаже установок на кораблях произошла задержка по причине своевременной неготовности вращающейся брони (плит стен и крыши). В конце июля 1910 г. сборка установок «Паллады» была закончена и 19 августа они испытаны стрельбой. При этом были выявлены недокаты у одного из станков, что явилось следствием раздутия облицовки у штока компрессора, вследствие упущений при запайке этих облицовок, с одной стороны, и ненадлежащего качества бронзы - с другой. Срочно облицовки у штоков были заменены и установки вновь были подвергнуты испытанию 27 августа 1910 г. Результаты испытания получились хорошие и во избежание недоразумений переделаны были облицовки у всех решительно изготовлявшихся ПМЗ 8" станков, причём, как правило, был установлен обязательный обмер установок как до стрельбы, так и после неё.[25 А.Г. Дукельский. Исторический очерк развития проектирования и изготовления башенных установок в России, 1886-1917 гг. - М.: АУ РККА, 1931. с. 276.]



Крейсер «Баян», 1911 г.

«Паллада» и «Баян», вступившие в строй соответственно осенью 1910 и весной 1911 г., внешне отличались друг от друга очень незначительно - вся разница сводилась к типу походного оборудования крейсеров. У первого оно заключалось в устройстве на носовом мостике разборной щитовой рубки «с откидными стёклами», в то время как на втором было принято обходиться установкой простых брезентовых обвесов.

Служившие на «баянах» офицеры особенно отмечали их прекрасную маневренность, впоследствии сослужившую крейсерам неоценимую службу в годы войны. Вот как повествовал об этом командир «Баяна» С.Н. Тимирёв, вступивший в командование кораблём в середине 1916 г.: «Управляться крейсером было легко, как на миноносце: две сильных машины, с хорошим разносом винтов, позволяли разворачиваться в самых тесных местах. Только в редких случаях, при неблагоприятном ветре, являлись некоторые затруднения: для того, чтобы заставить с места нос покатиться к ветру, приходилось сначала давать ход вперёд. Я мог особенно оценить эту лёгкость управления большим, в сущности, кораблём, т.к. в течение трёх лет поистине намучился на «Верном» с одной слабенькой машиной».

Обширная программа испытаний не позволила завершить её в течение летних месяцев, в связи с чем начальник ГМШ вице-адмирал Яковлев распорядился о переходе на зимовку в Либаву, где в условиях незамерзающего порта можно было подготовить крейсер к сдаче, не теряя драгоценного времени. 4 октября 1910 г. были успешно испытаны стрельбой минные аппараты, а 23 октября «Паллада» начала своё первое недельное плавание «для практики личного состава и проверки корабля по всем частям». Зайдя последовательно в Ревель и Гельсингфорс, крейсер уже готовился к переходу в Порт Императора Александра III, но, будучи 29 октября зачисленным в распоряжение начальника Действующего флота Балтийского моря вице-адмирала И.О. Эссена, вновь вернулся в Ревель, а затем и в Кронштадт. На всех переходах скорость «Паллады» не превышала 14 уз при 75 об/мин, причём машинной команде вследствие её некомплекта пришлось стоять вахты «на две смены».[26 Нераспорядительность офицеров отдела комплектования ГМШ так была прокомментирована капитаном 1-го ранга А.Г. Бутаковым в рапорте начальнику ГМШ от 1 апреля 1910 г.: «...плачевным и опасным для корабля стоимостью свыше 6 млн. рублей остается полный некомплект машинной команды, хотя ещё осенью 1909 г. ...обязаны были дать обществу, изготавливающему механизмы, всю прислугу кочегарок, чтобы познакомить их с работой котлов Бельвиля...» // РГАВМФ, ф.417, оп. 1, д. 4013, л. 31.] Несмотря на отсутствие во время плавания «свежих погод», крейсер, по отзыву его командира, показал хорошие мореходные качества, выявив одновременно «многочисленные мелкие недочёты», устранить которые предполагалось как во время дальнейшего осеннего плавания, так и в ходе зимней стоянки.

Пополнив необходимые запасы, 29 ноября «Паллада» под флагом Н.О. Эссена совершила переход в Гельсингфорс, а 2 декабря прибыла в Либаву. 4 декабря крейсер вновь вышел в море, совершив двухсуточное плавание вокруг острова Борнхольм, и после возвращения окончил кампанию, перейдя 9 декабря в вооружённый резерв для завершения работ.

Первые пробные выходы в море «Паллады» показали неудобство управления кораблём с открытого мостика, где по донесению капитана 1-го ранга А.Г. Бутакова от 17 ноября 1910 г. «в свежую погоду нет физической возможности избегнуть... окачивания водой с ног до головы». Ссылаясь на опыт двухдневного плавания из Ревеля в Либаву, командир крейсера предлагал установить на верхнем мостике лёгкую ходовую рубку с «опускными стеклами по образцу «Адмирала Макарова», причём её стенки и крыша должны были быть разборными «на время боя или стрельбы», чтобы обеспечить достаточный обзор из дальномерной рубки.

Данное предложение получило одобрение МТК и 10 июня 1911 г. мастеровые Адмиралтейского завода приступили к сооружению ходовой рубки на «Палладе». Аналогичные работы должны были начаться и на «Баяне», однако в итоге, по причине недостатка кредитов (по 2500 - 3000 руб. на каждый корабль), этот крейсер получил лишь широкий обвес из толстой парусины со стеклянными окнами, крепившийся на ограждение мостика и защищавший находящихся на нем людей от ветра и брызг.[27 Любопытно отметить, что данная конструкция оказалась гораздо удачнее разборной ходовой рубки, которая уже в ходе первой летней кампании «Паллады» доказала свою непрактичность из-за тесноты и зазоров между щитами, сквозь которые проникала вода. Зимой 1911/1912 гг. силами Кронштадтского порта рубку предполагалось заменить парусиновым обвесом в счёт общих ремонтных средств, что в силу различных причин так и не было исполнено // РГАВМФ, ф. 401, оп 1, д. 12, лл. 2, 15.]

Зимой 1910/1911 г. в акватории Кронштадского порта состоялись пробы моторного катера «Паллады» с двигателем в 36 л.с, который по своей мореходности был признан «годным только для пользования в закрытой гавани или в штиль», поскольку «в неблагоприятных для него условиях» сильно заливался волнами. С учётом этого обстоятельства корабельная комиссия предложила «исключить моторный катер из снабжения», заменив его паровым, однако уже впоследствии, по указанию Морского министра от 31 мая 1911 г., штат корабельных шлюпок решено было оставить на обоих крейсерах без изменений.



На «Палладе» и «Баяне», получивших принятые в отечественном флоте якоря Холла со штоком, последние хранились на подушках наружного борта, притянутые к нему системой цепных найтовов. Работа с ними с внешних скоб-трапов требовала сноровки и значительной физической силы, а при постановке и снятия с якоря в холодную или ненастную погоду отличалась крайним неудобством и была сопряжена с известной долей опасности.


Продольный разрез (вверху) и вид сверху (внизу) крейсеров I ранга «Баян» и «Паллада»

Сдаточные работы продолжались на «Палладе» весь январь 1911 г. и лишь 5 февраля в Петербург была отправлена телеграмма с извещением о завершении приёмных испытаний. В начале марте корабль встал в док для осмотра и ремонта подводной части, где в течение трёх недель заменили повреждённую медную обшивку левого гребного вала, исправили его гуттаперчевую облицовку и установили новый стальной кожух. 22 марта «Паллада» покинула док и 26 марта совершила пробное плавание для практики учеников-кочегаров, незадолго перед тем прибывших на крейсер. Через месяц, как только позволила ледовая обстановка в устье Финского залива, корабль перешёл в Ревель, а 3 мая совместно с «Авророй» совершил переход в Кронштадт для приёма необходимых в предстоящей кампании запасов.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.139. Запросов К БД/Cache: 3 / 1