Глав: 2 | Статей: 80
Оглавление
В этом издании даны исторические портреты наиболее известных военачальников Запада, сражавшихся против России в Отечественной войне 1812 г. и Великой Отечественной войне 1941—1945 гг. В общеисторических трудах упоминания обо всех этих деятелях имеются, но не более того. Поэтому и специалистам-историкам, и широкому кругу читателей, несомненно, будет интересно узнать подробнее о жизни и деятельности маршалов Наполеона, военачальников Третьего рейха. В завершающей части представлены полководцы Великой французской революции, сражавшиеся за новые идеалы и несущие народам освобождение от феодального гнета.

Прежде всего каждый персонаж показан как военачальник со всеми его достоинствами и недостатками, определены его роль и место в истории, а также раскрыты качества полководца как личности.

Жубер Бартелеми Катрин

Жубер Бартелеми Катрин

Французский военный деятель Жубер (Joubert) Бартелеми Катрин (14.04.1769, Пон-де-Во, департамент Эн, область Бургундия, — 15.08.1799, Нови, Италия), дивизионный генерал (1796). Сын адвоката.

Родители, желая, чтобы сын продолжил семейную традицию, предназначали его для адвокатской деятельности. По их настоянию, молодой Жубер после окончания школы поступил в Лионский университет, где стал изучать право. Но его больше привлекала военная карьера. Через год он оставил университет и завербовался рядовым солдатом в артиллерийский полк королевской армии. Однако отец, употребив все свои связи и влияние, вскоре добился расторжения его контракта и увольнения с военной службы. Затем он настоял на том, чтобы сын продолжал учебу.

Великая французская революция 1789 года застала Жубера студентом факультета права Дижонского университета. Революцию, как и большая часть молодежи, тем более студенческой, он воспринял восторженно. В конце 1791 года, когда все предвещало близкую войну, охваченная патриотическим порывом французская молодежь в массовом порядке начала вступать в армию, чтобы с оружием в руках защищать завоевания революции от вражеского нашествия.

Среди молодых патриотов был и Жубер: в декабре 1791 года он вступил рядовым солдатом в Дижонский батальон волонтеров (добровольцев), который вскоре вошел в состав Рейнской армии. В первых же боях с интервентами показал себя храбрым и умелым бойцом, был замечен командованием и уже через несколько месяцев произведен в офицеры (1792). Столь быстрое продвижение по службе в то время объяснялось прежде всего рядом обстоятельств. Во-первых, в результате массовой эмиграции за границу офицеров-дворян во французской армии образовался большой некомплект командного состава, который необходимо было быстро восполнить. Во-вторых, создание в короткий срок в революционной Франции вместо сравнительно небольшой наемной королевской армии массовой (народной) армии привело к острой нехватке командных кадров. В результате на офицерские должности в массовом порядке стали выдвигаться наиболее способные унтер-офицеры (сержанты) старой армии, в том числе и бывшие, а также отличившиеся в боях и проявившие командные способности солдаты. К числу последних принадлежал и Жубер. В 1793 году уже в чине капитана он сражается в рядах Альпийской армии. Особенно отличился геройской обороной редута в Тендском горном проходе. Возглавляемая им рота защищала этот редут до последней возможности, отразив все атаки противника, располагавшего многократным превосходством в силах. Австрийцам удалось овладеть редутом только после того, как у его защитников закончились боеприпасы, и окруженные противником они вынуждены были положить оружие. Попавший в плен Жубер через некоторое время был освобожден под честное слово не участвовать в течение года в боевых действиях против австрийцев и их союзников.

Летом 1794 года уже в чине подполковника он прибывает в Итальянскую армию и получает в командование батальон. Вступивший весной 1795 года в командование этой армией генерал Ф. Келлерман назначает Жубера командиром полубригады, и вскоре по его представлению Жубер получает чин полковника. Линейная полубригада французской армии того времени включала в свой состав 3 батальона, а ее численность обычно не превышала 2,5—3 тыс. человек (легкая полубригада имела тот же состав и численность не более 1 тыс. человек).

Штатная должность командира полубригады была полковник, но за боевые отличия им нередко присваивался и чин бригадного генерала. Так произошло и с Жубером. За отличие в сражении при Лоано (1795) он был произведен в бригадные генералы. Было ему в ту пору всего 26 лет. Таким образом, за 3 с небольшим года (причем целый год из них он в боевых действиях не участвовал) Жубер прошел путь от рядового солдата-волонтера до генерала. Карьера поистине феноменальная!

В марте 1796 года в командование Итальянской армией вступил генерал Наполеон Бонапарт. Под его командованием в 1796—1797 годах был осуществлен знаменитый Итальянский поход, завершившийся полным разгромом австрийской армии, завоеванием большей части Италии и заключением победоносного для Франции Кампорформийского мира (17 октября 1797 года). В этом походе Жубер принял самое активное участие. Боевые подвиги, свершенные им в Италии, принесли ему широкую известность и выдвинули его в число наиболее известных генералов французской армии. Уже в первые дни Итальянской кампании Жубер отличился в бою при Монтенотте (12 апреля 1796 года). На следующий день он участвовал в штурме полуразрушенного замка Коссерна, который закончился неудачей, а сам Жубер при этом был ранен, но остался в строю. 14 апреля гарнизон замка капитулировал. Затем последовал бой при Чеве (19 апреля 1796 года), сражение при Лоди (10 мая 1796 года) и взятие Милана (15 мая 1796 года). Во всех этих делах возглавляемая Жубером полубригада внесла весомый вклад в достижение успеха. Умелые и инициативные действия, выдающаяся личная храбрость и предприимчивость, неукротимая отвага молодого генерала заставили командующего армией Бонапарта обратить на него особое внимание. В дальнейшем, командуя авангардом дивизии генерала А. Массены, Жубер успешно действовал в районе крепости Мантуя, прикрывал отход главных сил дивизии к Лонато, а затем внезапной и дерзкой контратакой отбросил противника в исходное положение. Однако подорванное в непрерывных боях и походах здоровье и не залеченные до конца раны заставили Жубера временно оставить действующую армию и уехать на отдых и лечение в Брешию (город в Италии, 85 км восточнее Милана). Несколько поправив свое здоровье, он некоторое время затем командовал гарнизоном Леньяно (город в 25 км северо-западнее Милана).

Когда вновь созданная 50-тысячная австрийская армия фельдмаршала Й. Альвинци перешла в наступление с целью деблокировать осажденную французами крепость Мантую, Жубер был срочно вызван в действующую армию. Его искусные действия, одержанные им в целом ряде боев победы во многом способствовали срыву наступления противника.

Боевые заслуги Жубера, его военный талант получили высокую оценку со стороны командования армии, — осенью 1796 года он был назначен командиром дивизии и произведен в дивизионные генералы (высшее воинское звание во французской армии того времени).

Громкую боевую славу Жубер стяжал в сражении при Риволи (13—15 января 1797 года). Вместе с Массеной (в годы Империи в память об этой победе Массена получил от Наполеона титул герцога Риволийского) он был главным героем этого сражения. Во время своего второго наступления с целью деблокады Мантуи Альвинци главный удар нанес по дивизии Жубера (около 10 тыс. человек), находившейся в районе севернее Риволи и оказавшейся на пути наступления противника. Более суток Жубер геройски сдерживал мощный натиск втрое превосходящих сил врага. В решающий момент боя, когда, казалось, оборона его дивизии вот-вот будет смята, он, спрыгнув с убитого под ним коня и схватив в руки ружье, встал впереди своих гренадеров и повел их в штыковую атаку. Не выдержав яростного натиска французов, противник дрогнул, смешался, а затем был опрокинут и в беспорядке отступил. Положение на этом участке фронта было восстановлено. Упорное сопротивление дивизии Жубера дало возможность командующему французской армией выиграть время для сосредоточения в районе Риволи значительных сил, а затем перейти в контрнаступление и разгромить противника. Умелые действия Жубера в ходе сражения главных сил сторон также во многом содействовали достижению успеха.

Блестящая победа Наполеона Бонапарта при Риволи предопределила падение Мантуи. 2 февраля 1797 года после 8-месячной осады эта сильнейшая в Европе крепость капитулировала, исчерпав все возможности для дальнейшей обороны и потеряв всякую надежду на помощь извне.

После Риволи Наполеон Бонапарт окончательно уверовал в выдающиеся военные способности Жубера. На завершающем этапе Итальянской кампании, когда Бонапарт задумал нанести удар непосредственно по Австрии в общем направлении на Вену, он доверил Жуберу командование отдельным корпусом (3 дивизии, около 20 тыс. человек), который, составляя левое крыло армии, должен был наступать на Вену через Тироль. Задача эта отличалась чрезвычайной сложностью, так как наступательные действия предстояло вести в суровых горных условиях и при том зимой.

Тирольский поход Жубера начался в начале марта 1797 года. Преодолевая многочисленные ледники, занесенные снегом горные перевалы и упорное сопротивление противника, занимавшего, как правило, наиболее удобные для обороны места, предводимые Жубером французские войска упорно продвигались вперед, в глубь горного края. Положение усугублялось еще и тем, что в Тироле началось восстание местного населения против французов. Главные силы Итальянской армии, возглавляемые генералом Бонапартом, в это время наступали через Тальяменто на Клагенфурт (город в Южной Австрии). В конце марта 1797 года они вступили в пределы собственно Австрии и 29 марта овладели Клагенфуртом. Тем временем Жубер, продвинувшись по горам Тироля на глубину около 90 км, принял решение идти на соединение с главными силами, так как сопротивление противника, располагавшего значительным превосходством в силах, к этому времени резко возросло и, задача завоевания Тироля из-за недостатка сил стала попросту говоря невыполним.

Воспрепятствовав соединению действовавших в Тироле австрийских корпусов генералов И. Лаудона и Г. Керпена, а затем искусно оторвавшись от противника, Жубер совершил смелый и весьма рискованный фланговый марш-маневр. Пройдя по занесенным снегом горам и горным долинам 170 км, корпус Жубера в первых числах апреля присоединился в районе Филлах (40 км западнее Клегенфурта) к главным силам Итальянской армии. За время Тирольского похода он понес большие потери, составившие до 1/3 первоначального состава. К этому времени между генералом Бонапартом и австрийским командованием было заключено 5-дневное перемирие. Когда его срок истек, Бонапарт, чтобы принудить противника к подписанию мира, приказал своим передовым частям возобновить наступление.

Совершив стремительный бросок, они 7 апреля захватили город Леобен, а их авангарды овладели перевалом Земмеринг (около 90 км от Вены). Это произвело отрезвляющее воздействие на австрийцев, которые путем затягивания переговоров старались выиграть время для сосредоточения крупных сил на юге Австрии, чтобы преградить Бонапарту путь на Вену.

Действия Наполеона Бонапарта на венском направлении в апреле 1797 года носили скорее демонстративный характер, так как думать о наступлении на Вену всерьез со своей 50-тысячной армией он, конечно же, не мог. Его расчеты на содействие Рейнско-Мозельской и Самбро-Мааской армий (каждая из них насчитывала по 70 тыс. человек), которые должны были перейти в наступление на Рейне и отвлечь на себя основные силы противника, не оправдались. Их переход в наступление в силу ряда причин не состоялся. Поэтому Бонапарт прекрасно понимал, что, воспользовавшись этим, австрийское командование постарается в самые сжатые сроки создать против него подавляющее превосходство в силах и нанести ему решительное поражение на подступах к Вене или где-то за Дунаем, если даже ему временно придется пожертвовать своей столицей. Пойти на такой риск Бонапарт не мог. В создавшейся обстановке он попытался шантажировать противника своей мнимой активностью и решительностью намерений. И это ему в полной мере удалось. Нервы австрийских министров оказались слабее, чем у их генералов. Жертвовать своей столицей они не пожелали и предпочли заключить мир с Францией, признав свое поражение в многолетней войне.

18 апреля 1797 года было заключено Леобенское перемирие и подписаны предварительные условия будущего мирного договора. Боевые действия прекратились. Переговоры о заключении мира продолжались полгода и завершились 17 октября 1797 года подписанием Кампорформийского мирного договора. Попытка первой антифранцузской коалиции феодально-абсолютистских государств Западной Европы подавить революцию во Франции силой оружия закончилась провалом.

В Итальянской армии Наполеона Бонапарта был заведен такой обычай, когда с личным донесением командующего армией об одержанной им очередной победе в Париж отправлялся наиболее отличившийся в боях генерал или старший офицер. В его задачу входило кратко доложить правительству Республики о достигнутых успехах и вручить ему донесение своего командующего, а также бросить к ногам членов Директории и министров трофейные знамена (если они были). Прием такого вестника победы обычно проходил в Люксембургском дворце (резиденция Директории) и отличался особой торжественностью обстановки.

Как правило, избранный Наполеоном Бонапартом представитель победоносной армии, кроме оказанных ему в ходе приема высших почестей на правительственном уровне получал очередное повышение по службе и приобретал довольно широкую известность в обществе. Поэтому подобная командировка в Париж считалась в Итальянской армии самой почетной наградой. Летом 1797 года такой чести удостоился и Жубер. В официальном письме Директории, представляя своего посланца, Бонапарт писал: «…неустрашимый Жубер по храбрости настоящий гренадер, а по своему знанию дела и военным способностям — от личный генерал». И далее, отмечая достоинства Жубера, он особо подчеркивал: «…неустрашимый, осмотрительный, деятельный генерал, которого всегда можно было видеть во главе атакующих колонн». Этот весьма лестный отзыв командующего армией о своем боевом сподвижнике сыграл большую роль в дальнейшей судьбе Жубера, обеспечив ему быстрое продвижение по служебной лестнице. По возвращении из Парижа он был назначен военным губернатором Венеции.

20 фримера VII года Республики (10 декабря 1797 года) правительство Французской республики торжественно принимало в Люксембургском дворце своего прославленного полководца, победителя Австрии, принесшего Франции долгожданный мир в войне с самым сильным и упорным противником на европейском континенте — генерала Бонапарта. Несметные толпы народа запрудили все прилегающие к дворцу улицы. Казалось, все население столицы вышло приветствовать полководца, чье имя в последние два года не сходило с уст. Экипаж генерала, сопровождаемый почетным эскортом, с трудом продвигался вперед. Во дворе Люксембургского дворца Бонапарта ожидала вся официальная Франция во главе с 5 членами Директории и министрами правительства. Своего командующего сопровождали генералы Бертье и Жубер, несшие перед ним овеянные славой побед знамена Итальянской армии. Участие в этой блистательной церемонии явилось новым особым отличием, которого удостоил Бонапарт своего доблестного сподвижника, отдав ему предпочтение перед всеми другими генералами своей армии.

В начале 1798 года Жубер был назначен командующим французскими войсками в Голландии (Батавская армия). По этой причине он не смог принять участие в Египетской экспедиции Бонапарта, так как теперь уже сравнялся по должности со своим бывшим начальником. Через несколько месяцев последовало назначение Жубера командующим войсками, стоявшими под Майнцем (Самбро-Мааская армия), а в начале 1799 года он сменил генерала Г. Брюна на посту командующего Итальянской армией.

Вскоре после вступления в должность Жубер выполнил приказ Директории и оккупировал Пьемонт (основная материковая часть Сардинского королевства), правительство которого начало проводить враждебную Франции политику и вновь вступило в переговоры о союзе с Австрией, одержимой жаждой реванша за недавнее поражение в войне с Францией. Вслед за армией в Пьемонт устремились разного рода чиновники и комиссары Директории, занявшиеся первым делом откровенным грабежом местного населения. Жубер обратился к правительству с резким требованием прекратить творимый чиновниками беспредел. Но его протест ни к чему не привел. Все осталось по-прежнему. Произвол и насилия продолжались. Настойчивость же и резкий тон командующего Итальянской армией, с которыми он требовал от республиканских властей положить конец бесчинствам их представителей, наоборот, восстановили против него Директорию. Через несколько недель он был смещен со своего поста и отозван во Францию.

Прибыв в Париж, Жубер подал в отставку и, сразу же получил ее. Поселившись в столице, он вскоре женился. Вел скромный и уединенный образ жизни. Однако тихая частная жизнь отставного генерала продолжалась недолго. Хорошо зная его военные дарования и не опасаясь найти в нем опасного честолюбца, каковых в то время в столице было немало, Директория весной 1799 года вновь призвала Жубера на службу, вверив ему командование 17-й дивизией, составлявшей парижский гарнизон.

В 1799 году авторитет Директории в стране и прежде всего в столице упал до предельно низкого уровня. Политика слабого, бездарного и коррумпированного правительства вызывала недовольство всех слоев французского общества. Все настойчивее раздавались голоса об установлении в стране «твердого порядка». В общественно-политических кругах столицы витала идея государственного переворота. Наиболее твердым и последовательным ею выразителем являлся Э. Сийес, избранный в мае 1799 года членом Директории. Этот очень осторожный, хитроумный и циничный политик, все годы революции усиленно старавшийся держаться в тени, теперь решил, что настал подходящий момент, когда надо выходить на первый план. Сбросив маску, он взял инициативу в свои руки и развил бурную деятельность. Но для реализации своего замысла ему нужен был исполнитель, или, как говорили тогда, «шпага». Кандидатов на эту роль в то время в Париже было немало. Но большинство из них по тем или иным причинам Сийеса не устраивали. Наконец его выбор пал на Жубера. В отличие от других кандидатов на роль «шпаги», этот генерал, кроме известности, обладал еще и реальной военной силой (был начальником столичного гарнизона). Расчет Сийеса, не без оснований полагавшего, что у Жубера имелись все основания быть недовольным Директорией, оказался верным. Ее мелочная опека, постоянные вмешательства в его распоряжения до предела раздражали генерала, ранили его самолюбие. Не забыл он и того, как с ним обошлись в Италии. И Сийес начал постепенно и методично «обрабатывать» Жубера в нужном направлении, делая основной упор на особенности его характера. А они заключались в том, что генерал был молод, дерзок, самонадеян, ему было присуще здоровое честолюбие. Необычность судьбы, превратившей всего за несколько лет бедного студента в знаменитого генерала республиканской армии, кружила его голову. Его кипучая натура требовала активной боевой деятельности и новых подвигов, но по воле Директории он вынужден был находиться в тылу, охраняя власть и покой презираемых им правителей. Через некоторое время усилия Сийеса достигли своей цели, его задушевные нашептывания попали на благодатную почву. Жубер дал понять ему, что он не против изменения существующего в стране порядка. Жуберу приписывают якобы сказанные им Сийесу слова: «Мне, если только захотеть, достаточно двадцати гренадеров, чтобы со всем этим покончить».

Принципиальная договоренность Сийеса с Жубером была достигнута в начале лета 1799 года. Это был, по существу, замысел государственного переворота 18 брюмера, осуществленного несколькими месяцами позже, но уже другими исполнителями. Реализовать же достигнутую договоренность в реальный план действий летом 1799 года не удалось. Этому помешали непредвиденные обстоятельства.

К лету 1799 года положение на всех фронтах Республики резко ухудшилось. Особенно катастрофическая обстановка сложилась в Италии, где русско-австрийские войска под командованием А. В. Суворова нанесли французам сокрушительное поражение, взяли Милан, Турин и целый ряд других городов. Завоеванная 2 года назад Наполеоном Бонапартом Италия была для Франции потеряна. Возникла реальная угроза вторжения союзных войск на территорию Франции. Обстановка на Рейне и в Нидерландах также не внушала оптимизма. В Париже нарастало смятение.

6 июля 1799 года Жубер был назначен командующим Итальянской армией. Директория поставила перед ним задачу разгромить русско-австрийские войска и отвоевать обратно Италию. Молодой генерал, получив долгожданное назначение в действующую армию, рвался в бой. Он горел нетерпением сразиться с непобедимым Суворовым и восстановить боевую репутацию Итальянской армии, терпевшей до этого от Суворова беспрерывные поражения. Надо сказать, что у Жубера было предвзятое мнение о его будущем противнике. Он наивно полагал, что русская армия — это армия варваров, которая не сможет оказать серьезного сопротивления «цивилизованным» французам, когда командование ими возглавит он, Жубер. При этом ему было неведомо, что «отсталая» в военном отношении русская армия значительно опередила в развитии военного искусства «передовую» французскую, взяв на вооружение новую ударную тактику колонн в сочетании с рассыпным строем стрелков более чем на четверть века раньше западных европейцев, включая и французов. И не только взяла, но и успешно применяла ее на полях сражений в ходе многочисленных войн, которые приходилось вести России в последней трети XVIII века. И далеко не случайно один из основоположников новой, передовой для того времени, тактики в русской армии А. В. Суворов нанес в Италии сокрушительное поражение знаменитому французскому полководцу Ж. Моро, чей авторитет в «табели о рангах» республиканской армии был на порядок выше авторитета Жубера. Но молодой и самонадеянный французский военачальник, не знавший доселе неудач и воодушевленный возложенной на него миссией «спасителя отечества», не сомневался в успехе. И вскоре за свое легкомыслие был жестоко наказан. Прощаясь с молодой женой при отъезде в армию, Жубер, по примеру древних спартанцев, пообещал ей скоро вернуться живым или мертвым. И он… сдержал свое обещание — прошло всего 3 недели и Жубер действительно вернулся в Париж, но только, как говорили спартанцы, «не со щитом, а на щите» (т. е. не победителем, а мертвым).

4 августа с большим триумфом новый командующий прибыл в армию, сменив на этом посту генерала Ж. Моро. Через 4 дня он получил приказ Директории перейти в наступление, атаковать армию Суворова, разгромить ее и овладеть Пьемонтом. 9 августа Жубер двинул свои войска вперед. Им предстояло преодолеть Лигурийские горы и спуститься на равнину у городка Нови, где, по данным разведки, находилась союзная русско-австрийская армия.

15 августа 1799 года произошло решительное сражение при Нови, в котором французская армия потерпела очередное сокрушительное поражение от Суворова, потеряв более половины своего состава (свыше 20 тыс. человек из имевшихся 36 тыс.), и в беспорядке отступила к Генуе. Сам Жубер погиб в самом начале сражения. Он был сражен наповал шальной пулей, когда верхом на коне спешил на левый фланг своей армии, где завязалось сражение.

После его гибели в командование французской армией вновь вступил Моро, задержавшийся на несколько дней с отъездом по просьбе Жубера. Он сделал все возможное, чтобы выиграть сражение, но изменить ход битвы ему не удалось. Но тем не менее благодаря мужеству и умелым действиям Моро наголову разбитой при Нови французской Итальянской армии удалось избежать полного уничтожения.

Страшный разгром при Нови и гибель молодого полководца породили в Париже смятение, близкое к панике. Со дня на день ожидалось вторжение союзных войск во Францию. Но австрийское правительство на это не решилось, а Суворов вместе с русскими войсками был переброшен в Швейцарию, где как рассчитывали вероломные австрийцы, его ожидала неминуемая гибель. В Париже павшему на поле боя полководцу были устроены пышные похороны. Чтобы почтить его память, все члены правительства и законодательного корпуса носили траур в течение 5 дней. Не прошло и трех месяцев после гибели Жубера, как к власти во Франции пришел возвратившийся из Египта Наполеон Бонапарт.

Первый консул не забыл своего боевого соратника по Итальянскому походу. По его распоряжению с целью увековечить память о Жубере его останки были перевезены в Тулон и перезахоронены в форту Ламальго, переименованным в «форт генерала Жубера». Впоследствии Жуберу был воздвигнут памятник в городе Бурк-ан-Брес (главный город его родного департамента), а его статуя украсила парадную лестницу сената Франции.

* * *

Жубер был убежденным республиканцем, твердым сторонником социально-экономических преобразований в стране на демократических началах, искренним приверженцем идеалов революции и патриотом своей родины. Когда над Францией нависла угроза иностранной военной интервенции и раздались первые тревожно-призывные звуки военного горна, трубившего сбор, он без колебаний встал в ряды ее вооруженных защитников и всю свою последующую жизнь посвятил делу защиты революционных завоеваний французского народа. Жубер вошел в историю как один из наиболее талантливых генералов эпохи Великой французской революции и последовавших за ней войн. По своим политическим убеждениям он скорее всего принадлежал к умеренным республиканцам, не разделяя крайне радикальных взглядов в революционном движении. Отличился храбростью и мужеством уже в первых боях с интервентами, из рядовых солдат был произведен в офицеры, а затем быстро стал генералом и в сравнительно короткий срок стяжал славу одного из лучших военачальников республиканской армии. В ее рядах он сделал блестящую карьеру, доблестно сражаясь в годы Революционных и последовавших за ними войн с многочисленными врагами Республики на многих фронтах (на северо-востоке и юго-востоке Франции, в Савойе, Италии, Швейцарии и Тироле).

Проявил себя как выдающийся военачальник, обладавший незаурядным военным талантом. Обычно скупой на похвалы Наполеон считал Жубера одним из лучших генералов Республики, которому несколько недоставало только опыта, чтобы стать выдающимся полководцем. Но тем не менее даже в блистательном созвездии полководцев французской республиканской армии Жубер выделялся как исключительно яркое дарование. Не имея никакого военного образования, но обладая сильной волей и целеустремленным характером, он сумел практически за два с небольшим года пройти трудный, но славный путь от рядового волонтера до генерала.

Необходимые военные знания приобретались им в перерывах между боями путем самообразования, в процессе упорной и систематической работы над собой, изучения военно-теоретических и военно-исторических трудов, а практический опыт — непосредственно на полях сражений. Чтобы сделать за такой короткий срок такую головокружительную военную карьеру, нужно было обладать поистине редким талантом и выдающимися способностями. Тем и другим природа наградила Жубера в полной мере.

Громкую боевую славу Жубер снискал во время Итальянского похода Наполеона Бонапарта 1796—1797 годов. Начав этот поход обычным, ничем особо не выделявшимся командиром полубригады, каких в Итальянской армии было немало, он закончил его командиром корпуса, решавшим самостоятельную оперативную задачу, ближайшим сподвижником командующего армией генерала Бонапарта. Слава героя Риволи и Тирольского похода сразу выдвинула Жубера из общей массы генералов, среди которых были также яркие индивидуальности, в число наиболее известных военачальников республиканской армии. Его имя стало произноситься столь же уважительно, как и имена Бонапарта, Гоша, Марсо, Клебера, Дезе, составлявших славу и гордость Франции.

Жубер пользовался большой популярностью в войсках за постоянную заботу о своих подчиненных, простоту в общении, честность и справедливость. Войска любили его за беззаветную отвагу, стойкость и неустрашимость в бою, презрение к опасности, за то, что он на равных разделял с ними все тяготы и лишения походно-боевой жизни, не делая для себя никаких послаблений. Не раз в решающие минуты сражений Жубер личным примером увлекал свои батальоны в решительную атаку, и громовое «En avant! En avant! Vive la Republique» (Вперед! Вперед! Да здравствует Республика!) венчало торжествующий миг победы.

При ведении боевых действий Жубер проявлял высокое боевое мастерство, большую настойчивость, твердость и находчивость, отличался быстротой реакции на любые изменения в обстановке и не терял мужества в самых, казалось бы, безнадежных ситуациях. Захватив инициативу в ведении боевых действий, всегда стремился максимально использовать достигнутое преимущество и довести дело до логического конца, завершив его полным разгромом противника.

За время своей военной карьеры Жубер сумел проявить себя и как способный военный администратор. Подтверждением тому является его успешная военно-административная деятельность в Венеции, Голландии и Пьемонте. Причем в последнем случае он не побоялся вступить в открытое противостояние с правительством и Директорией, не принимавшими никаких мер по поддержанию законности и порядка на оккупированной территории и тем самым потворствующими беззаконию. Это стоило Жуберу потери занимаемого поста и увольнения в отставку, но он не запятнал своей репутации честного солдата, достойного носителя лучших традиций революционной армии. Прославив боевыми подвигами свое имя на полях сражений Революционных и последующих за ними войн, Жубер вошел в историю как один из наиболее выдающихся военачальников эпохи Великой французской революции.

Он пал на поле битвы в расцвете сил, когда ему было всего 30 лет. Его безвременная гибель явилась тяжелым ударом для республиканской Франции и ее армии. Жубер принадлежал к числу тех немногих военных деятелей Республики, от которых она вправе была ожидать многого. Не подлежит никакому сомнению, если б не та роковая случайность, что произошла ранним августовским утром 1799 года вблизи небольшого итальянского городка Нови, Жубер вместе с другими выдающимися военачальниками Франции вполне заслуженно и притом в числе первых получил бы в мае 1804 года маршальский жезл. Но судьбе было угодно распорядиться по-иному. Тем не менее Жубер по праву занимает одно из наиболее почетных мест в ряду самых прославленных героев той великой и грозной эпохи.

Оглавление книги


Генерация: 0.197. Запросов К БД/Cache: 0 / 0