Глав: 6 | Статей: 49
Оглавление
Говоря об истории создания и деятельности различных формирований сил специального назначения Черноморского флота приходится отметить, что на данный момент, то есть к концу 2016 года, источники по истории этой теме, до настоящего времени всё еще отрывочны и скудны, и представляют собой отдельные разрозненные газетные, журнальные и сетевые публикации. В связи с этим, целью данной работы, является свести в единое целое, все имеющиеся данные по этой теме.

Часть 2. Создание и деятельность 17-й отдельной бригады специального назначения Черноморского флота

Часть 2. Создание и деятельность 17-й отдельной бригады специального назначения Черноморского флота

15 августа 1968 года 6-й морской разведывательный пункт разведывательного отдела штаба Черноморского флота был реорганизован в 17 — ю отдельную бригаду специального назначения, численностью 412 человек. Первым командиром бригады был назначен капитан 1 ранга Алексеев И. А. В дальнейшем бригадой командовали: капитан 1 ранга Ларин Виктор Семенович и капитан 1 ранга Карпенко Анатолий Леонидович.

В 1970 году, личный состав бригады принял активное участие в крупнейшем учении ВМФ СССР за весь период его существования — «Океан» («Океан — 70» или «Океан — 100»), проходивших с 14 апреля по 5 мая 1970 года и посвящённых столетию со дня рождения В. И. Ленина. Затем последовали учения «Весна — 72», «Запад — 73», «Крым — 76», «Берег -77». Кроме учений Черноморского флота, разведывательные группы бригады принимали также участие в учениях Северного флота.

За успешное выполнение задач в ходе учений «Крым — 76» командиру одной из разведгрупп бригады старшему лейтенанту Карпенко Анатолию Леонидовичу было досрочно присвоено звание капитан — лейтенант, он был назначен командиром первого отряда этой бригады.

Один из основных полигонов бригады находился в тридцати километрах южнее Очакова на практически безлюдном острове Тендровская Коса (сокращенно именуемом Тендра). Остров был закрытой зоной, и боевым пловцам никто не мешал. Там летом разведчики проводили легководолазную и боевую подготовку, упражнялись в снайперской стрельбе.

В этот же период в программу боевой подготовки личного состава была включена языковая подготовка (основная специализация — турецкий язык).

В течение 70–80 — х годов подразделения бригады выполняли боевые задачи во Вьетнаме, Анголе, Мозамбике, Индии, Никарагуа, Эфиопии, на Ближнем Востоке, осуществляли содействие в подготовке коллег дружественных государств. В мирное для страны время многие из них получат высокие правительственные награды СССР, но и… понесут потери.

К концу 60 — х — началу 70 — х годов сложился комплекс отбора личного состава срочной службы для морского спецназа. Отбор проводился в несколько этапов.

Первый этап — марш — бросок «тридцатка», то есть бег на 30 км с грузом весом 30 кг.

Второй этап — элементарный тест на психологическую устойчивость «Ночь на кладбище». Бойцы должны провести ночь на могилах. Его не проходили три-четыре кандидата из ста. Был случай, когда трое кандидатов в процессе прохождения этого теста разрыли могилу и начали искать в ней золото. Что интересно, их оставили в подразделении. В дальнейшем это оказались самые психологически устойчивые люди.

Третий этап — жёсткий психологический тест «Проверка трубой». Кандидаты должны проплыть через трубу, имитирующую трубу торпедного аппарата подводной лодки. Ее длина — 10–12 м, диаметр — 533 мм.

Сначала труба не полностью заполняется водой. На финальном этапе боец должен проплыть в легководолазном снаряжении через трубу, заполненную водой. Для некоторых это становится моментом истины в плане пригодности к службе в подводном спецназе.

Четвёртый этап — психологический тест «Продувка шлема». Спуститься под воду, открыть шлем, чтобы его заполнила вода, закрыть шлем и выдуть воду через травящий клапан. Это типовая ситуация. Некоторые, как только вода доходила до носа, пулей выскакивали на поверхность. Если кандидат не мог пройти тест с первого раза, его не отсеивали, однако провал нескольких попыток означал, что человек не будет служить в морском спецназе.

Пятый этап — «Контрольный заплыв». Это самый серьезный, и в то же время показательный тест. Если предыдущие два теста неподходящий человек еще как-то мог проскочить, то этот объективно показывал возможности каждого. После прохождения легководолазной подготовки кандидатам устраивался подводный заплыв на одну милю. В баллон кислородного аппарата закачивали воздух под давлением 170 атмосфер. При нормальном спокойном дыхании кислород успевал регенерироваться и баллон на финише показывал давление 165 атмосфер. Если же человек психологически надломлен, дышит ртом, он «съедает» весь воздух и на финиш приходит с давлением 30 атмосфер.

Шестой этап — психологический тест «Слабое звено». Для бойцов морского спецназа очень важна психологическая совместимость. Бойцы садятся в классе, каждому дается список группы и карандаш. И боец должен против каждой фамилии написать цифру: с кем он хотел бы пойти в паре в разведку в первую очередь, с кем — во вторую, а с кем — в последнюю. Анкеты анонимные. После этого баллы суммировались и те, которые набирали самые большие баллы, проходил.

Те, которые не смогли пройти тесты, уже не отправлялись назад в свои подразделения: нужно же было кому — то выполнять хозработы и в частях морского спецназа.

Процесс боевой подготовки в спецназе ВМФ шёл непрерывно. Программа обучения насыщенная и включает в себя водолазную, воздушно-десантную, навигационнотопографическую, горную специальную, морскую, физическую подготовку, огневую подготовку (в том числе владение оружием армий вероятного противника), минно-подрывное дело, рукопашный бой, умение выживать в условиях различных театров военных действий, знания о вооруженных силах вероятного противника, радиодело и многое другое, без чего не обойтись в современной войне. Значительное время уделяется изучению действий под водой: подводного проникновения на территорию противника и эвакуации в воду, ориентирования, наблюдения в условиях плохой видимости, преследования противника и отрыва от преследования, маскировки на грунте. Полученные навыки отрабатываются в ходе практических тренировок.

Приходилось в 70–80-е годы боевым пловцам ЧФ приходилось пловцам решать и не совсем «профильные» задачи, такие как обезвреживание неразорвавшихся боеприпасов, поиск во взаимодействии с МВД опасных преступников в горно — лесистой местности, ликвидация последствий техногенных катастроф. Несколько раз в год подразделения флотского спецназа привлекались для проверки состояния защищенности стратегических объектов, противодиверсионной защиты кораблей и наземных объектов флота. Они условно минировали стратегические автомобильные и железнодорожные мосты, скрытно проникали на территорию секретных баз ВМФ и атомные электростанции.

Как правило, «обороняющейся» стороне сообщался максимум данных по группам, которые будут работать (состав, объект и время действия), тем не менее спецназовцам регулярно удавалось проникать на объекты и выполнять учебные задачи. Иногда приходилось идти на военную хитрость — «сдавать» одного из товарищей, и пока «пойманного диверсанта» торжественно вели в штаб части, основная часть группы работала.

Один из бывших бойцов морского спецназа вспоминал о том, как группа на учениях вошла на эсминец под видом проверяющих; в другой раз спецназовцы въехали в гавань на УАЗе, номера которого и водителя хорошо знали на КПП; как однажды конвоировал «товарища, одетого в форму капитана милиции прямиком в кабинет командира воиской части». Даже в условиях, когда время и место атаки были известны, а на объекте диверсантов в полной боевой готовности ждало несколько сот человек, спецназовцы всегда выполняли поставленную задачу.

Об одном из таких экзаменов на бдительность рассказывает Алексей Буднев: «В июле 1986, нам поставили задачу: обмануть пограничников и перейти морской кордон, проникнув на «иностранное судно» — корабль посредников в 6 милях от берега. Справились, хотя город кишмя кишел поднятыми по тревоге пограничниками. Средь бела дня, под видом отдыхающих надев «мокрое» водолазное снаряжение под одежду, диверсанты просочились поодиночке к штормящему морю через «дыры» в пограничных секретах и патрулях. Первые 70 м прошли под водой, а затем применили особую технику плавания без акваланга. Скрываясь за гребнями волн, миновали пограничные катера и проплыли еще 10 километров в бурном море».

Вот такие это были сверхчеловеки — сверхсолдаты для которых не было ничего невозможного и, которые могли если поступит приказ захватить весь мир.

И для получения этих сверхчеловеческих, сверхсолдатских качеств советским спецназовцам в процессе своей профессиональной подготовки совершенно не требовалось применять таких мягко говоря садо — мазохистких методик, которые практиковались в западных спецназах со времен Второй Мировой войны и как минимум до конца 70 — х годов 20-го века. Некоторые живописные подробности методик подготовки западного спецназа во времёна Второй мировой войны несколько десятилетий далее, кратко но при этом подробно были описаны в романе Пер Вале и Май Шеваль «Негодяй из Суфле», в главе 12, в которой один из героев этого произведения, на своём личном примере, описывает особенности подготовки личного состава шведского спецназа в годы Второй Мировой войны:

«— Негодяй из Сефлё, — пробормотал Колльберг себе под нос.

— Что, что?

— Негодяй из Сефлё. Так его называли.

— Где?

— В армии. В войну. Многому из того, что я знаю и умею, меня научил Стиг Нюман.

— Например?

— Ну, например, как выхолостить живую свинью, чтобы свинья при этом не визжала. Как отрубить ноги той же свинье, чтобы свинья при этом не визжала, как выколоть глаза, как, наконец, вспороть ей брюхо и содрать с нее шкуру и чтобы она по-прежнему не визжала.

Он передернулся:

— А знаешь, как этого добиться?

Мартин Бек качнул головой.

— Очень просто. Надо вырвать у нее язык.

Колльберг поглядел в окно на холодное серое небо над крышами по другую сторону улицы.

— Я еще много кое-чему у него выучился. Как перерезать горло овце фортепьянной струной, прежде чем овца успеет заблеять. Как, будучи запертым в платяном шкафу со взрослой рысью, одолеть ее. Как надо реветь, когда бросаешься вперед и пронзаешь штыком корову. И как тебя накажут, если заревешь не по правилам. Как с полным ранцем кирпичей вскарабкаться на тренировочную вышку. Пятьдесят раз вверх, пятьдесят вниз. А рысей не убивали за один присест, их использовали несколько раз. Знаешь как?

— Нет.

— Прикалывали к стене ножом. За шкуру.

— Ты ведь был десантником, верно?

— Да, а Нюман был моим инструктором по ближнему бою. От него я узнал, что испытывает человек, обмотанный кишками только что забитой скотины, он учил меня съедать собственную блевотину, когда меня, бывало, вырвет в противогаз, и глотать собственное дерьмо, чтобы не оставлять следов.

— А какое у него было звание?

— Сержант. Многое из того, чему он учил, вообще нельзя усвоить теоретически. Как, например, переламывать руку или ногу, или сворачивать шею, или выдавливать пальцами глаза. Учиться надо было на практике. На овцах и свиньях — самое милое дело. Мы испытывали на живых существах различные виды оружия, больше всего на свиньях, и можешь мне поверить, в те времена даже и речи не было о том, чтобы предварительно их усыпить».

В апреле 1974, личным составом 17-й бригады впервые было осуществлено десантирование в водолазном снаряжении с самолета Ан-12, а в 1975 году — первый выход из подводной лодки на подводном носителе боевых пловцов «Сирена-У» через торпедный аппарат на ходу.

В 70–80 — х бойцы сил специального назначения Черноморского флота находились на боевой службе в Анголе, Вьетнаме, Египте, Мозамбике, Никарагуа, Эфиопии и других тогда дружественных СССР странах, охраняя советские корабли и консультируя местные военно — морские силы. Например в 1975 году бойцы бригады выполняли боевые задачи в Республике Куба и в Арабской Республике Египет (в том числе участвовали в разминирование Суэцкого канала).

Что касается действий советского морского спецназа на Кубе, то его офицерами были подготовлены122 кубинских водолаза — разведчика, значительная часть из числа которых осуществляла охрану кубинского лидера Фиделя Кастро во время его отдыха на морском побережье, особенно во время его подводной охоты.

Тактике действия и некоторым другим специфическим вопросам кубинских боевых пловцов в период их становления обучали специалисты во главе с капитаном 1-го ранга Алексеем Максимовичем Криковцевым, награжденным за службу многими правительственными наградами, в том числе и Республики Куба.

После начала войны в Афганистане руководство приняло решение не привлекать крупнейшую морскую бригаду спецназа к выполнению боевых задач в ДРА, однако, многие демобилизованные бойцы, служившие ранее в бригаде, добровольно отправились в Афганистан, где принимали активное участие в боевых действиях в рядах команды «Карпаты-1» отряда спецназначения КГБ «Каскад». А тот факт, что все они вернулись домой живыми, свидетельствует о высоком качестве профессиональной подготовки, полученной ими в период прохождения службы в своей бригаде.

Помимо своих основных задач, спецназ Черноморского флота привлекался к антитеррористическому обеспечению целого ряда крупных международных мероприятий. Так, в июле — августе 1978, когда на территории республики Куба проходил всемирный фестиваль молодежи и студентов, группа боевых пловцов ЧФ обеспечивала в порту Гаваны безопасность пассажирских судов, на которых размещалась советская делегация. Руководство Советского Союза всерьез опасалось, что ЦРУ США попытается омрачить молодежный праздник и пошлет на подрыв судов подводных диверсантов, подготовленных из числа кубинских эмигрантов, обосновавшихся в США на полуострове Флорида.

Во время Олимпийских игр 1980 года, проходивших, в СССР, был проведен целый ряд серьезных антитеррористических мероприятий. Особое место в них отводилось боевым пловцам. Стало известно о подготовке крымскими татарами в Крыму ряда акций протеста, приуроченных к соревнованиям. Были приняты беспрецедентные меры безопасности. Все отряды спецподразделений Краснознаменного Черноморского флота подключились к обеспечению безопасности предполагаемой регаты, которая должна была стартовать в Ялте.

Министр внутренних дел СССР генерал армии Н. А. Щелоков лично контролировал подготовку по мероприятиям спецслужб. Особое восхищение у него вызвали подводные съемки, где демонстрировались подготовка и возможности боевых пловцов КЧФ по выполнению специальных задач в рамках обеспечения безопасности проведения Олимпийских игр. Однако в Крыму спортивные мероприятия не состоялись. Поэтому, две группы черноморского спецподразделения боевых пловцов были переброшены на Балтийское море. В их задачу входило обеспечение безопасности Таллинской олимпийской регаты.

В 1979 году учебно — испытательный отряд бригады, которым командовал капитан — лейтенант Конев В. А., был переведен в состав Каспийской флотилии. Отряд предназначался для проведения заводских и государственных испытаний подводных средств движения и специального водолазного снаряжения.

В 1981 году, на базе бригады был снят учебный кинофильм о деятельности водолазов-разведчиков. А летом 1981, несколько групп части выполняли специальное задание в Польше, в связи с резким обострением там политической обстановки.

Кроме того, в начале восьмидесятых годов, бригада помимо выполнения собственной программы боевой подготовки, занималась подготовкой водолазов для отряда спецназа «Вымпел» разведки КГБ, а также ряда других подразделений и структур силовых ведомств СССР. В результате, в 1983 году в составе «Вымпела» появляется подразделение боевых пловцов из числа сотрудников, прошедших стажировку в 17-й ОБрСпН ГРУ на остове Первомайский.

На вооружение морского спецназа в 70-е годы, был принят специальный парашют водолаза ПВ-1, в дальнейшем ПВ-3, который позволял десантировать морского разведчика в полном водолазном снаряжении.

В 1983-1986 годах группа инструкторов воздушно — десантной подготовки 17-й бригады Сергей Галаев и Евгений Демин, под руководством заместителя командира части полковника Позднякова В. Д., сначала теоретически разработала, а затем практически осуществила десантирование в полном водолазном снаряжении со сверхмалых высот. Были осуществлены прыжки на воду с парашютом ПВ-3 со 120, 100, 80, 60 метров, в том числе и с водолазным снаряжением. Сам полковник Позднякова, в этот период установил мировой рекорд, совершив прыжок с парашютом с высоты 50 метров.

Об этих испытаниях один из их участников Алексей Буднев рассказывал следующее: «Прыжки осуществлялись без запасного парашюта, так как время под куполом все равно исчислялось секундами. Высокая подготовленность позволяла нам совершать прыжки без травм при скорости ветра 14 м/с, а на одних учениях мне довелось десантироваться при ветре 17 м/с. Интересный факт: значки парашютистов с количеством совершенных прыжков матросам носить запрещали. А как тогда скрыть принадлежность бойца к специальной морской разведке, если на рукаве у него шеврон водолазной службы, а на груди красуется значок «Парашютист-отличник»?»

Осенью 1986, 18 водолазов — разведчиков бригады: офицеров, мичманов и военнослужащих срочной службы принимали участие в подводных работах на пассажирском пароходе «Адмирал Нахимов», который затонул 31 августа 1986, в Цемесской бухте недалеко от Новороссийска в результате столкновения с сухогрузом «Петр Васев».

Водолазы — разведчики в экстремальных условиях обследовали пароход, отыскивая через иллюминаторы скопления погибших, после чего при помощи небольших магнитных мин выбивали закрытые двери кают и проделывали проходы, чтобы можно было поднять тела на поверхность. Всего удалось поднять 423 тел погибших.

К сожалению, во время этих работ 10 сентября 1986, спасая попавшего в опасную ситуацию товарища, погиб работавший с ним в паре командир взвода водолазов — разведчиков мичман Ю. В. Полищук. За мужество и отвагу во время выполнения служебного долга Указом Президиума Верховного Совета СССР мичман Полищук, был награжден орденом «Красной Звезды» (посмертно).

Черноморский спецназ первым стал проводить учения и решать различные задачи с применением боевых дельфинов и других морских животных. Один из офицеров части впоследствии даже стал командиром вновь образованной воинской части — дельфинария в Казачьей бухте города Севастополя.

В середине 80 — х годов 17 — я бригада стала единственной воинской частью в системе спецназа ВМФ СССР, которая имела свое официальное боевое знамя. Знамя личному составу бригады было торжественно вручено по инициативе тогдашнего командира бригады, начальника гарнизона города Очакова — капитана 1 ранга Виктора Семеновича Ларина.

В 1988 году личный состав бригады принимал участие в учениях «Осень — 88» и «Прорыв -88», выполнив отлично все поставленные перед ним задачи.

В этом же 1988 году одно из подразделений бригады принимало участие в соревнованиях на первенство ГРУ МО СССР среди частей специального назначения военных округов, групп войск и флотов. Группа заняла первое место среди частей специального назначения Военно — Морского Флота и второе общекомандное место. На пяти из десяти этапов группа занимала призовые места.

В 1988 году, личный состав бригады первыми в СССР провели учение и отработал задачу по освобождению захваченного террористами корабля (судна на подводных крыльях), с передачей полученного опыта подразделению антитеррора КГБ «Альфа».

О своей службе в рядах 17-й бригады в 70 — 80- е годы, один из её ветеранов капитан 1 ранга Леонид Губков, в 2003 году, в интервью газеты «Факты» вспоминал следующее: «Еще когда мы после училища проходили углубленную психологическую и тактическую подготовку, нас учили: если кого-то из нас прихватят на чужом берегу, мы должны быть готовы остаться там навсегда, пойманных подводных диверсантов заведомо ожидала смерть. Для «обкатки» мы выходили на побережье Турции — либо прыгая с парашютом, либо добираясь на подводном буксировщике выйдя из трубы торпедного аппарата подводной лодки. Перед выходом всех осматривали. На теле диверсанта не должно быть ни клейма, ни татуировки (никакого «Васи» или якоря), никаких опознавательных знаков! Чтобы даже по нашим мертвым телам нельзя было определить, откуда мы прибыли. Нас учили и тому, как допрашивать пленных, какие способы давления на них применять, вплоть до иголок под ногти и в другие места. Нам тогда было стыдно, мы ведь были воспитаны гуманными, а действовать предстояло негуманно. Нас, например, спрашивали на занятиях: что делать, если группа водолазов идет к побережью врага с заданием и одному из них стало плохо? Правильный ответ — перерезать трубку вдоха, чтобы товарищ ушел на грунт. Другого выхода нет, иначе погибнет вся группа, и задание не будет выполнено. Тех, кто отвечал по-другому, под воду не пускали.

Считается, что, когда водолаз находится на вражеской территории, в первые сутки у него есть 50 процентов вероятности возвращения к своим, во вторые — только 20, а уж если он на трое суток задержался — шанс выжить и вернуться нулевой. Ведь прибрежная территория, да еще во время боевых действий охраняется тщательно. Обычно мы выходим из воды парами. Первые двое осматривают территорию, а остальные в это время скрыты под водой. Если все чисто, группа выходит, переодевается, водолазные костюмы и подводное оружие закапывает, сверху забрасывая камнями, берет обычное оружие, которое тащит под водой с собой, и уходит на выполнение задания. И, конечно, случайно могут встретиться местные жители. Судьба их печальна — оставлять в живых нельзя, потому что, вернувшись в деревню, они могут рассказать о необычной встрече. А это уже наша верная гибель. Были и такие случаи.

Много чего было, о некоторых вещах и вспоминать стыдно. Хотя, когда я в середине девяностых вышел в отставку, ко мне приезжали тележурналисты, спрашивали, тяжел ли переход бывшего спецназовца на гражданскую службу, не снятся ли мне кошмары, нет ли «мальчиков кровавых в глазах». Нет, говорил я им, это ведь не книжка художественная, я занимался обычными делами. Конечно, я многим доставлял неприятности, но ничего супернавороченного не было» (газета «Факты» (город Киев) от 16 апреля 2003 года)

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.369. Запросов К БД/Cache: 3 / 1