Глав: 7 | Статей: 21
Оглавление
Работа А.Н. Лобина — первое военно-историческое исследование, посвященное битве под Оршей 8 сентября (по старому стилю) 1514 г. На основании большого количества источников автор реконструирует ход сражения и разбирает основные историографические мифы. Для подсчета численности противоборствующих сторон используется ряд новых методик, которые позволяют ему по-новому осветить малоизвестные аспекты сражения.

Книга предназначена исследователям, преподавателям, студентам, краеведам и всем интересующимся военной историей.

Лобин Алексей Николаевич — кандидат исторических наук, автор более 30 публикаций по военной истории России XVI–XVII веков.

Начало войны

Начало войны

Нельзя сказать, что обстановка на литовско-русской границе накалялась из года в год, поскольку относительно спокойные годы чередовались с напряжёнными. В период перемирия 1509–1511 гг. неоднократно происходили нападения и грабежи. И та и другая сторона заявляла об «убытках». Первым со стороны Литвы приехал в Москву «дворянин Станислав Довгирдов с грамотою о порубежных обидах».[81]

Согласно королевским финансовым записям 1510 г., «в день св. Триниана» (21 мая) в Краков прибыло «первое московитское посольство князя Ивана Семеновича» (Путятина), а через три месяца — второе посольство «князя Бориса» (Микулина), на содержание которых было потрачено 37 флоринов. Московские послы, в свою очередь, привезли жалобы на чинимые со стороны Литвы пограничные «обиды». В начале 1511 г. в Петроков, где проходил сейм, прибыло большое посольство М. Захарьина и В. Долматова в составе 364 человек (в финансовых документах отмечено, что на содержание посольства потрачена большая сумма — 395 флоринов и 15 грошей!).[82] В «Обзоре внешних сношений» Н. Н. Бантыш-Каменского указано, что русские прибыли «изъявить королю неудовольствие» на притеснения «от поляков российским пограничным людям»[83]. На аудиенции у короля со стороны ВКЛ выступил Иван Сапега с аналогичными претензиями, «что государевы люди королевским чинят обиды и убытки великие, и волости, и земли, и воды заседают».

Необходимо отметить, что помимо ведения дипломатических переговоров послу В. Долматову было дано указание съездить к сестре государя, великой княгине Елене (вдове короля и великого князя литовского Александра Казимировича), и завести разговор «о государевых и о своих делах». Ранее Елена неоднократно жаловалась на притеснения со стороны литовских воевод.

Итак, 1509–1511 гг. прошли в пограничных спорах. Вооруженные люди с той и другой стороны нападали на порубежные села, захватывали скот, секли крестьян и уходили на свою территорию. И всё же эти споры не могли стать поводом для нового широкомасштабного конфликта.

Серьёзно обострили русско-литовские отношения известия о подстрекании Сигизмундом крымских татар напасть на южные рубежи России. В мае 1512 г. татарские набеги опустошили российские уезды за р. Окой. Одновременно с этим из Литвы были получены сведения о «безчестьи» литовскими властями сестры государя, великой княгини Елены.

В дипломатических документах объявление войны изложено следующим образом: «Лета 7021, учинилася весть к великому князю Василъю, что Жигимонт король, через свое докончанъе и через крестное целованье, посылал к Минли-Гирею царю, чтоб он государеву землю воевал и с ним на государя стоял; и царевичи де крымские, по его наводу, и на государевы украины приходили; а на другой год итти на государя царю, или детем его, а королю сойтись с ним же. И князь великий, с своею братьею и з бояры, приговорил, что пригож ему, не дожидаясь приходу царева и королева в свою землю, дело делати с королем по зиме. И вышел князь великий с Москвы на Литовскую землю ратью, да послал к королю с складною грамотою подьячего Васюка Всесвятцкого, а в грамоте писал свое имя с титлы, а королево без титлы. А в грамоте писал про обидные всякие дела и о том, что королеве паны безчестье учинили, и людей, и казну, и имение ее поймали, и бесерменства на государеву землю наводят…»[84](выделено мной — А. Л.).

Таким образом, официальным поводом новой вспыхнувшей войны 1512–1522 гг. послужил арест сестры государя Елены Ивановны. Арест происходил в церкви; княгиню хватали за рукава и силой вывели на улицу. Этими действиями был попран закон о неприкосновенности в храме («безчестье учинили»). Сложно сказать, пыталась ли великая княгиня действительно выехать в Бряславль, или всё же бежать в Москву под защиту брата. Е. И. Кашпровский[85] обратил внимание на то, что высылка казны в пограничный город, доклад её дворецкого Войтеха Клочко и выдвижение русской рати М. Ю. Щуки Кутузова, М. С. Воронцова и А. Н. Бутурлина с Великих Лук[86] к Бряславлю свидетельствуют о будто бы готовящемся побеге. Однако это всего лишь догадки исследователя. Решение Елены выехать в Бряславль может объясняться желанием найти защиту в стенах своего замка. Королева писала ранее, что «Жигимонт король ее не во чти и не в береженье держит, да и сила от короля и от панов рад чинитца великая, и городы и волости выпустошили».[87]

В том, что казна Елены была отправлена в её же имение, дворецкий В. Клочко усмотрел признаки подготовки побега, после чего виленский и троцкий воеводы М. Радзивилл и Г. Остикович особо не церемонились и выволокли сестру московского государя из церкви.

Выдвижение русской рати к Бряславлю относится уже к началу боевых действий и могло преследовать цель перехвата казны королевы. Так или иначе, но в этом «безчестии королеве» Василий Иванович нашел серьезный повод пойти войною на обидчика. Наконец, ещё одним поводом для войны были постоянные подстрекания («накупки») крымских царевичей Ахмет-Гирея и Бурнаш-Гирея напасть на южные рубежи России.

Оглавление книги


Генерация: 0.032. Запросов К БД/Cache: 0 / 0