Правила обращения с военнопленными в СССР

В Приложении 9 публикуется основополагающий законодательный акт советского правительства, определяющий статус военнослужащих армий противника, попавших в советский плен, а также обязанности советских должностных лиц, работающих с пленными.

В какой мере исполнялись эти требования, нам теперь судить трудно, т. к. многочисленные рассказы о плене людей, принадлежавших в то время к той или иной из противоборствующих сторон, всегда несут на себе отпечаток личного отношения к противнику, субъективность взглядов. Эти воспоминания в одинаковой мере могут быть как истинными, так и лживыми. Отклонения должностных лиц от предписанных правил в ту или иную сторону также носили локальный, местный характер и не могут осветить общее положение дел. Остается судить о положении дел с военнопленными по официальным документам, и в частности, по этому документу.

Хотелось бы обратить здесь внимание читателя на то, что в 1941–1945 годах Сталин и его окружение не очень заботились о том, какое впечатление на мировое сообщество произведет хорошее или дурное обращение советского руководства с пленными немцами, а следовательно, положения этого документа не диктовались стремлением представить советское государство в наилучшем свете.

Во-вторых, законодательные документы во времена Сталина резко отличались от современных. Это теперь любой российский закон можно расценивать как просто благие намерения, декларацию, пожелания, но которые вовсе не обязательно исполнять. Сталин неисполнения своих решений не терпел и наказывал мгновенно и жестоко. Так что, вполне возможно, что и этот закон, если и нарушался, то нарушители делали это скрытно, находясь под угрозой тяжкого наказания. А значит, в целом закон исполнялся.

В-третьих, Гитлер рассматривал каждого красноармейца, как непосредственного врага Германии, о чем недвусмысленно говорится в ответствующем документе (см. Приложение 6):

«Приложение к журналу № 39058/41 от 8.IX.41 г.

Распоряжения об обращении с советскими военнопленными во всех лагерях военнопленных

I. Общие вопросы обращения с советскими военнопленными

Большевизм является смертельным врагом национал-социалистской Германии. Впервые перед немецким солдатом стоит противник, обученный не только в военном, но и в политическом смысле, в духе разрушающего большевизма. Борьба с национал-социализмом привита ему в плоть и кровь. Он ведет ее всеми имеющимися в его распоряжении средствами: диверсиями, разлагающей пропагандой, поджогами, убийствами.

Поэтому большевистский солдат потерял всякое право претендовать на обращение с ним, как с честным солдатом в соответствии с Женевским соглашением. Поэтому вполне соответствует точке зрения и достоинству германских вооруженных сил, чтобы каждый немецкий солдат проводил бы резкую грань между собою и советскими военнопленными…»

А вот советское политическое руководство рассматривало немецких солдат как братьев по классу, обманутых немецким империализмом и обманом брошенных в бой против таких же пролетариев. Отсюда следовало, что с пленными следует обращаться гуманно, разъясняя им суть их ошибки.

Помните, у Стаднюка в его знаменитом романе «Война» младший политрук Иванюта рассуждает в первый день войны:

«….начало разбирать любопытство: грянула настоящая война!.. Чего же тем фашистам надо?.. Ну, пусть попробуют… Узнают силу и Красной Армии и своего пролетариата… Наверняка немецкий рабочий класс уже выходит на баррикады… Сокрушающие удары с фронта и революционный пожар в тылу…»

Конечно, это художественная книга, но ветераны войны признают, что в первые дни у них было именно такое представление о немецких солдатах, о классовой солидарности и т. п.

Вот что пишет в своих мемуарах советский разведчик Евгений Березняк, отчет которого о выполнении задания по спасению Кракова писатель Юлиан Семенов, не мудрствуя лукаво и чуть-чуть обработав, выпустил под названием «Майор Вихрь». Перед началом войны Березняк работал заведующим отделом народного образования во Львове (о карьере разведчика он тогда еще не помышлял). Будучи членом ВКП(б) и руководящим работником, он являлся носителем тогдашней идеологии, проповедовавшей классовую солидарность.

Итак. 22 июня утром немцы высадили в районе населенного пункта Винники, что в 10 км от Львова, парашютный десант. Однако десант был разгромлен и несколько немцев попали в плен:

«Странно вели себя первые пленные. Словно не они, а мы у них в плену. Держались самоуверенно, шутили, похлопывали конвоиров по плечу…

Я обратил внимание на его руки: мозолистые, натруженные, руки мастерового, рабочего человека. Я так верил в немецких пролетариев, в «Рот фронт». Сколько раз говорил своим ученикам, если начнется война, верные интернациональному долгу немецкие рабочие схватят Гитлера за глотку.

– Арбайтер? – спросил я, неожиданно вспомнив нужное слово.

– Дойче! – презрительно процедил в ответ ефрейтор…»

Хотелось бы обратить внимание на статью 7 Правил. Пленными в СССР занимались органы НКВД, в частности, созданное в структуре НКВД Главное Управление по делам военнопленных и интернированных (ГУПВИ). Все лагеря пленных находились в ведении этого Управления. Наркомат обороны, армия имели отношение к пленным лишь до момента передачи их в лагерь военнопленных или конвою НКВД.

А вот в Германии пленные оставались в распоряжении Вермахта и в частности, в распоряжении OKW на все время плена. Так что все уверения немецких мемуаристов о том, что они не знали ничего об участи пленных, что все гнусности это дело рук СС, безосновательны. Вермахт несет всю полноту ответственности за жестокое обращение с пленными, и от этой липкой грязи германским Вооруженным Силам не отмыться никогда. И эта грязь даже сегодня пятнает светло-серые мундиры сегодняшнего Бундесвера.

По прочтении советских Правил легко можно сделать вывод, что основой для их разработки, безусловно, явилась Женевская конвенция о пленных 1929 года. Я нашел лишь одно положение, расходящееся с конвенцией – запрещение использовать пленных солдат в качестве денщиков для пленных офицеров.

Любопытно, не правда ли:

А. Советский Союз конвенцию не подписал, но его внутренние правила полностью с ней совпадают.

Б. Германия конвенцию подписала, но ее внутренние документы полностью ей противоречат.

Что вы на это скажете, господа «демократические» историки? Что более достойно осуждения – подписать и не выполнять, или наоборот?

Хотелось бы обратить внимание читателей на главу IV этого документа, пункты 18 и 29 главы III. Из них следует, что СССР вовсе не отказывался от сотрудничества с организациями международного Красного Креста. Следовательно, все утверждения о том, что Сталин не желал иметь ничего общего с Красным Крестом, и по этой причине советские военнопленные в Германии, и немецкие военнопленные в СССР были лишены элементарных возможностей улучшать свое положение, лишены всяких оснований, и повторяются из публикации в публикацию лишь вследствие некомпетентности авторов или злонамеренного желания исказить в определенных интересах истину.

Я дал почитать рукопись книги одному из небезызвестных в стране демократов и правозащитников (не будем называть его имя), то он заявил, что Совнарком, это и есть Совнарком, а для бериевского НКВД это не указ.

Ну что ж, вот вам сов. секретная инструкция НКВД (см. Приложение 10) о порядке содержания военнопленных, введенная в действие приказом НКВД № 001076 от 7 августа 1941 г.

Кто не верит, что это подлинная инструкция, то пусть обратится в Государственный архив Российской Федерации и попросит там том 12 дела 205 из фонда № 9401 опись 12. А чтобы долго не искать, то сразу пусть откроет лист 313.

Уверяю вас, что сегодня попасть в архивы гораздо проще, чем нам пытаются внушить разных калибров правозащитники и гуманисты. Стоит это, конечно, не очень малых денег, но ради поиска истины…

Конечно, читать эту инструкцию довольно скучно. Куда ей до звонких и сенсационных разоблачений злодейств НКВД В. Резуном (В. Суворовым) или нобелевским лауреатом Солженицыным. Но в ней изложено то, что требовал от своих «подручных изверг Лаврентий Берия». Вот только как-то тускнеет адское пламя, горящее вокруг этого имени, да и дьявольские рога на его голове все больше становятся похожими на картонные.

Особенно, когда прочитаешь приказ НКВД № 0371 от 15.8.41, подписанный самим Берией, где он обрушивается на своих подчиненных за безобразия в темниковском лагере, объявляет выговор начальнику лагеря Кадышеву, а его заместителя Кузьмина отдает под военный трибунал. А в конце приказа требует размещать пленных офицеров на койках с постельными принадлежностями. Может быть, с подачи таких вот кадышевых и Кузьминых и родился зловещий облик Берии. Тем более, что в архиве не так уж мало его приказов, где он жестко карает подчиненных за некачественное исполнение вот этой самой инструкции.

И как-то не очень вяжется со злодейским образом НКВД и Берии вот такой пункт Инструкции по правилам содержания пленных:

«19. Категорически запрещается проживание военнопленных за зоной лагеря и на частных квартирах».

Не знаю, как кому, а мне довольно дико читать про это запрещение. Значит, и такая вольность была возможна, раз Берия счел нужным включить в правила такое запрещение.

Рекомендую повнимательнее ознакомиться с разделом IV, регламентирующим права и обязанности пленных. Что-то я не припомню, чтобы в немецких правилах что-либо говорилось о правах пленных.

И с разделом относительно наказаний пленных. Ни о каком принуждении пленных к повиновению силой оружия, как это предписывали немецкие правила, и речи не идет. Сугубо в соответствии с Дисциплинарным Уставом РККА. Т. е. за одни и те же проступки одинаково наказывается и красноармеец, и немецкий военнопленный.

Похожие книги из библиотеки

Роль морских сил в мировой истории

Известный историк и морской офицер Альфред Мэхэн подвергает глубокому анализу значительные события эпохи мореплавания, произошедшие с 1660 по 1783 год. В качестве теоретической базы он избрал наиболее успешные морские стратегии прошлого – от Древней Греции и Рима до Франции эпохи Наполеона. Мэхэн обращает пристальное внимание на тактически значимые качества каждого типа судна (галер, брандер, миноносцев), пункты сосредоточения кораблей, их боевой порядок. Перечислены также недостатки в обороне и искусстве управления флотом. В книге цитируются редчайшие документы и карты. Этот классический труд оказал сильнейшее влияние на умы государственных деятелей многих мировых держав.

Автомат Калашникова. Символ России

Советский конструктор стрелкового оружия М. Т. Калашников изобрел свой легендарный 7,62-мм автомат в 1947 году. В 1949-м АК-47 уже был на всех военных базах СССР. В конце ХХ века автомат Калашникова был занесен в Книгу рекордов Гиннесса, как самое распространенное оружие в мире. Сегодня на 60 взрослых жителей планеты приходится по одному автомату Калашникова. По социологическим опросам, первое, о чем вспоминают иностранцы, когда их спрашивают о России, – это автомат Калашникова. За полвека своей истории АК-47 стал настоящей легендой. Как создается оружие? Как автомат стал символом России? На все эти вопросы отвечает книга Е. Бута «Автомат Калашникова. Символ России».

«Я никогда не создавал оружия для убийства, я создавал оружие для защиты».

М. Калашников.

Израильские танки в бою

Крошечный Израиль по праву считается третьей (после Рейха и СССР) великой танковой державой, что неудивительно: израильтяне – самые воевавшие танкисты второй половины XX века, грандиозные танковые сражения Шестидневной войны и войны Судного Дня по размаху, напряженности и динамизму не уступают битвам Второй Мировой, а легендарную «Меркаву» не зря величают одним из лучших современных танков (если не самым лучшим), который доказал свою высочайшую эффективность как на войне, так и в ходе антитеррористических операций.

Новая книга ведущего историка бронетехники воздает должное еврейским «колесницам» (именно так переводится с иврита слово «меркава»), восстанавливая подлинную историю боевого применения ВСЕХ типов израильских танков во ВСЕХ арабо-израильских войнах и опровергая множество мифов и небылиц, порожденных режимом секретности, с которой на Святой Земле все в порядке – СССР отдыхает! Эта книга – настоящая энциклопедия израильской танковой мощи, иллюстрированная сотнями эксклюзивных чертежей и фотографий.

Великие танковые сражения. Стратегия и тактика. 1939-1945

Книга посвящена главной ударной мощи сухопутных сил – танковым войскам. Автор реконструировал основные танковые сражения Второй мировой войны, подробно рассказал о предыстории создания и послевоенном развитии бронетанковой техники, дал характеристику различных видов и типов танков, уделяя большое внимание броневой защите и параметрам танковых орудий, их маневренности в конкретных ландшафтах. Издание снабжено картами, схемами и фотографиями.