Главная / Библиотека / Автомат Калашникова. Символ России /
/ Глава 13 Кто изобрел автомат Калашникова?

Глав: 17 | Статей: 20
Оглавление
Советский конструктор стрелкового оружия М. Т. Калашников изобрел свой легендарный 7,62-мм автомат в 1947 году. В 1949-м АК-47 уже был на всех военных базах СССР. В конце ХХ века автомат Калашникова был занесен в Книгу рекордов Гиннесса, как самое распространенное оружие в мире. Сегодня на 60 взрослых жителей планеты приходится по одному автомату Калашникова. По социологическим опросам, первое, о чем вспоминают иностранцы, когда их спрашивают о России, – это автомат Калашникова. За полвека своей истории АК-47 стал настоящей легендой. Как создается оружие? Как автомат стал символом России? На все эти вопросы отвечает книга Е. Бута «Автомат Калашникова. Символ России».

«Я никогда не создавал оружия для убийства, я создавал оружие для защиты».

М. Калашников.

Глава 13 Кто изобрел автомат Калашникова?

Глава 13

Кто изобрел автомат Калашникова?

По мере того как росла популярность автомата Калашникова, появлялись и новые версии создания этого оружия. Появлялись и странные истории о том, что М.Т. Калашников в одиночку разработал легендарный автомат, появлялись и прямо противоположные версии о том, что М.Т. Калашников никакого отношения к процессу разработки автомата не имел. Наибольшее распространение приобрели две гипотезы: так называемая «версия о подставном лице» и «версия об автомате Шмайсера.

1 марта 2002 года в газете «Московский комсомолец», в рубрике «Тайна XX века» была опубликовала статья без указания автора под заголовком «Легендарный Калашников – не оружейник, а подставное лицо», оформленным в виде цитаты из интервью человека, представленного в статье как «Разработчик стрелкового оружия Дмитрий Ширяев». Несмотря на очевидные нестыковки, статья имела успех разорвавшейся бомбы. Версия о подставном лице тут же получила широкое распространение. Приведем текст данной статьи:

«15 июля 1943 года в Москве на техническом совете Наркомата вооружения собрались гражданские и военные специалисты. На столе лежал захваченный трофей – немецкий автомат. Тут же был издан приказ: немедленно сделать подобный отечественный комплекс “автомат-патрон”.

В рекордно короткий срок – за полгода – Николаем Елизаровым, конструктором Павлом Рязановым, технологом Борисом Семиным был разработан патрон калибра 7,62 мм, который занимал положение между винтовочным и пистолетным патроном и получил наименование “промежуточный”. Оружие под этот патрон по объявленному конкурсу начали делать 15 лучших конструкторов.

Калашникова среди них не было.

Создать оружие под “промежуточный” патрон

“Предложи на конкурсное испытание в 1946 году сержант Михаил Калашников не автомат, а кочергу – и она была бы преобразована в лучшее оружие современности, – уверен ведущий конструктор Центрального научно-исследовательского института точного машиностроения (головной организации по разработке стрелкового оружия) Дмитрий Иванович Ширяев. – Смог бы никому не известный сержант с образованием семь классов одержать победу в состязании с опытными конструкторами-оружейниками, если бы за его спиной не стояла определенная группа знающих, талантливых и власть имевших людей? Я думаю, вряд ли, особенно если учесть, что первый автомат Калашникова был забракован без права на доработку…”

“На Щуровском полигоне в 1956 году полковник Бирюков показал нам первый автомат Калашникова – АК-46, – вспоминает известный конструктор автоматического стрелкового оружия Петр Андреевич Ткачев. – Похож ли он был по устройству на принятый на вооружение автомат Калашникова АК-47? Ответ был очевиден – нет. Более всего автомат напоминал изобретение Булкина”.

“По идее, должен был быть принят на вооружение автомат майора Алексея Судаева, – продолжает Дмитрий Ширяев. – В боях прекрасно зарекомендовал себя пистолет-пулемет Судаева – ППС, который он сделал в осажденном Ленинграде. Но 35-летнего конструктора внезапно увезли в одну из московских больниц, через несколько месяцев он скончался. Во время блокады он заработал язву желудка. Освобождается место лидера – и начинается свара… Два года тянется конкурс. У каждого участника свой образец автомата, при этом ни один из них не имеет явных признаков немецкого прототипа. И тут всплывает Калашников”.

Сам же Михаил Тимофеевич Калашников считает, что “поднять стяг, выпавший из рук Судаева”, могли в то время инженер-полковник Рукавишников, молодой конструктор Барышев и он сам.

…Калашников попадает на полигон Главного артиллерийского управления в поселок Щурово Раменского района Московской области по рекомендации генерала Благонравова. Академик в военные годы курировал кафедру стрелкового вооружения Московского авиационного института. Ему-то в эвакуации и показал поправляющийся после ранения танкист Калашников, сделанный им в паре с военным инженером Казаковым образец автомата.

Благонравов, “несмотря на отрицательный вывод по образцу в целом”, отметил большую и трудоемкую работу, проделанную Калашниковым…

“В военные годы на любое заявленное изобретение должен быть дан исчерпывающий ответ, – объясняет Петр Ткачев. – Оружейники спустя годы рассказывали, что во время войны к ним однажды пришла заявка на изобретение бесшумной снайперской винтовки. Ее податель предлагал на дуло винтовки надевать… мочевой пузырь свиньи. И что же думаете, конструкторы закупали свиней, резали, проводили эксперименты… На бланке заявки на изобретения того времени в правом верхнем углу стояла цитата Сталина, смысл которой был в следующем: тот, кто мешает научно-техническому прогрессу, должен быть убран с его пути. Всем был памятен 37-й год…”

Свернуть испытания за двенадцать дней

“Калашников перед тем, как прийти в мое подразделение, работал в Алма-Ате в паре с оружейником Казаковым, – вспоминал позже начальник испытательного подразделения Василий Лютый. – Образцы присылались на Научно-исследовательский полигон ГАУ в Голутвин. Однако эти образцы стрельбой не испытывались, поскольку были слишком примитивными. Вопреки тому, что пишет и рассказывает о себе Калашников в газетах и журналах, ответственно заявляю, что, работая в Казахстане, он не создал чего-либо, достойного внимания. Михаил Тимофеевич очень талантливый человек. Однако по уровню общеобразовательной подготовки, практических познаний и опыту он не достигал конструкторов-профессионалов, которые вооружали армию…”

Следующий образец автомата Калашникова на стрелковом полигоне испытывал старший лейтенант Пчелинцев. После испытаний инженер составил подробный отчет, выводы которого для Михаила Тимофеевича были неутешительными: система несовершенна, доработке не подлежит. Тогда Калашников просит начальника испытательного подразделения капитана Василия Лютого посмотреть его автомат, отчет Пчелинцева и составить программу доработки.

“А тут в 1946 году как раз вышло распоряжение: военным на полигоне запретили заниматься конструкторскими работами, – рассказывает Петр Ткачев. – Надо сказать, очень мудрый приказ. Военные стали только контролерами, а не разработчиками”.

Оружейник Василий Лютый, имеющий необходимый опыт и знания, фактически взял дело в свои руки. Он изменил в отчете заключение Пчелинцева, наметил 18 необходимых кардинальных изменений и рекомендовал автомат на доработку. Позднее в усовершенствовании автомата принял участие давний товарищ Лютого, полковник Главного артиллерийского управления, опытный инженер Владимир Дейкин, с которым они работали над созданием пулемета ЛАД (Лютый – Афанасьев – Дейкин).

В своей книге Михаил Тимофеевич пишет, что ударно-спусковой механизм помог ему разработать Дейкин.

“Это неправда, – говорит Дмитрий Ширяев. – Ударно-спусковой механизм АК относится к типу механизмов “с перехватом курка”, который изобрел в 20-х годах чех Эммануил Холек. В чистом виде такой механизм использован на автомате Шмайсера. Дейкин же, скорее всего, лишь настоял на заимствовании схемы этого механизма, поскольку предложенный Калашниковым механизм на его автоматах 1946 года был неудачен”.

Изготавливать доработанный образец автомата Калашников отправился на оружейный завод в город Ковров. Он ехал и “волновался, как примут на заводе чужака, не станут ли ставить палки в колеса”. На том же заводе отрабатывал свой образец автомата знаменитый конструктор Василий Дегтярев. Проработав в Коврове год, Калашников так ни разу и не встретился со своим именитым конкурентом. “Мы работали над образцами, словно отгороженные каким-то невидимым забором”, – будет вспоминать позже Михаил Тимофеевич.

“В своих воспоминаниях Василий Лютый, взявший Калашникова под свое крыло, не указывает ни званий, ни должностей упомянутых участников конкурса, – говорит наш эксперт Дмитрий Ширяев. – А ведь на этом же полигоне, в подразделении Лютого, испытывалось около 15 автоматов других конструкторов. Выводы по испытаниям каждого из них, включая и Калашникова, в немалой степени зависели от руководителя испытательного подразделения Лютого и куратора ГАУ на полигоне – Дейкина. Получалось, что в конкурс вмешались лица, которые по своему статусу должны были быть строго нейтральными”.

Этапы конкурса были закрытыми. Все участники состязаний представляли документацию по образцу под девизом. Его расшифровка содержалась в отдельном конверте. Калашников именовал себя “Михтимом”. Нетрудно было догадаться, что это Михаил Тимофеевич.

“Опытные исследователи на полигоне после первого же дня стрельбы могли сказать, в какой очередности будут отвергнуты образцы, – вспоминает Калашников. – Первым сдался и уехал Шпагин. Расшифровав первоначальные записи скоростей движения автоматики своего образца, он заявил, что покидает полигон. Все чаще стал захлебываться от невероятного напряжения, перегреваясь от бесконечной стрельбы, образец Дегтярева… Булкин ревниво следил за каждым шагом испытателей, придирчиво проверял, как почищен образец, обязательно лично интересовался результатами обработки мишеней. Ему, видно, казалось, что конкуренты могут подставить ему ножку”.


Автоматы Калашникова известны во всем мире. Из-за низкой стоимости производства, АК в некоторых странах третьего мира стоит дешевле живой курицы. Его можно увидеть в сводках новостей из практически любой горячей точки мира. АК состоит на вооружении регулярных армий более чем в пятидесяти странах мира

На заключительном этапе испытаний в январе 1947 года оказались три автомата: ТКБ-415 туляка Булкина, КБП-520 ковровского конструктора Дементьева и КБП-580 Калашникова.

“В музее на Поклонной горе сохранилась копия приказа, из которого следует, что испытания, начавшиеся 27 декабря 1947 года, было предписано провести в 12-дневный срок: нужно было как можно быстрее поставить на вооружение надежный автомат, – говорит Дмитрий Ширяев. – Согласно приказу по итогам испытаний вперед выходил Булкин. Но туляк обладал зловредным характером, без конца перечил замечаниям военных. В результате талантливого конструктора “сошли” с дистанции. Сержант Калашников был куда покладистей. Он во всем слушался опытнейших своих наставников, к тому же старших по званию. На последнем туре испытаний ‘Михтим’, как он любит себя называть, учел все пожелания опытных Дейкина и Лютого. И преуспел. Из сохранившихся документов следует, что, согласно заключению комиссии, которая, кстати, полностью состояла из выпускников Артиллерийской академии, от 10 января 1948 года предпочтение было отдано автомату Калашникова – будущему АК-47”.

Советское должно быть лучшим…

Известно, что оружие долго “учат стрелять”. Калашников со своим образцом снова отправился на доработку в Ковров. “Военным запретили заниматься конструкторскими разработками, но они закрыли глаза на условие конкурса, пошли на нарушения – стали перекомпановывать прошедший испытание образец автомата, – рассказывает Петр Ткачев. – Я предполагаю, что талантливому инженеру, руководителю группы конструкторов Александру Зайцеву дали задание сверху: взять из всех предложенных на конкурс автоматов все самое лучшее”.

Михаил Тимофеевич вспоминает эти события несколько по-иному: “В Коврове у нас с Сашей Зайцевым втайне от руководства созрел дерзкий замысел: маскируясь доработками, сделать капитальную перекомпоновку всего автомата. В свой план мы все-таки посвятили Дейкина…”

Стоит ли говорить, что основная нагрузка по проектированию легла на плечи опытных ковровских конструкторов.

“Зайцев в своих воспоминаниях писал, что Калашников не умел работать даже в качестве чертежника, – вспоминает Ткачев. – Техника проектирования и расчетов была Михаилу Тимофеевичу неведома”.

Члены комиссии перед заключительным этапом испытаний “не заметили”, что ствол автомата, представленный Калашниковым, стал на 80 мм короче, появился другой спусковой механизм, появилась крышка ствольной коробки, которая стала полностью закрывать подвижные части… На новый образец автомата АК-47 перекочевали многие элементы конкурентов Калашникова. Это был другой автомат.

“Никто Калашникова не опередит, – скажет позже Ширяеву главный конструктор Ковровского КБ Константинов, – поскольку премии вместе с ним получают определенные высокие чиновники…”

“По сравнению с другими конструкторами-оружейниками Калашников практически не имеет оружейных элементов, им изобретенных и защищенных авторскими свидетельствами, – говорит Ширяев. – Нам известно из них лишь одно, и то в компании четырех других соавторов”. После чего и последовало его заявление, прозвучавшее как сенсация: “Калашников – не оружейник. Это подставное лицо, вытянутое за уши”.

“Михаил Тимофеевич здесь ни при чем, – считает Петр Ткачев. – Просто была такая государственная политика. Военные правильно поступили: какая разница – будет ли это автомат Калашникова или автомат Дементьева… Важно, чтобы был принят на вооружение хороший автомат. Ясно и то, что ни один образец ни в одной стране мира не попадает сразу на вооружение: его возвращают на многократные доработки”.

Дело в том, что первый образец АК имел две модификации: с деревянным нескладывающимся прикладом – АК-47 и с металлическим складывающимся прикладом – АКС-47, конструкция которого была заимствована у немецких пистолетов-пулеметов. Доктор технических наук Юрий Брызгалов, например, считает, что “немецкий пистолет-пулемет МП-43 лишь внешне чуточку похож на АК-47, принцип его работы совсем иной”. То, что Калашников собрал и объединил в своей конструкции все лучшее, что было в отечественном и зарубежном оружейном деле, профессор ставит ему только в заслугу, потому что “все, – подчеркивает профессор, – все конструкторы-оружейники при создании новых образцов оружия пользуются этим методом”.

То, что АК до сих пор – лучший образец мирового стрелкового оружия, – факт общеизвестный и сомнению не подлежит».

Статья в «Московском комсомольце» имела эффект разорвавшейся бомбы. Спустя неделю М.Т. Калашникову пришлось выступить с опровержением.

В книге Андрея Купцова «Беломор и автомат Калашникова» встречается гипотеза о том, что автором АК-47 на самом деле является другой известный советский оружейник Сергей Гаврилович Симонов. Купцов утверждает, что Симонов, по крайней мере, является автором затворного узла и компоновочной схемы. Купцов строит свою гипотезу, основываясь на том обстоятельстве, что на конкурсы, как правило, поступают образцы с заранее оговоренными параметрами, соответствующими тактико-техническим требованиям. Лишь до 1930 г. в среде советских оружейников существовало нечто вроде свободного творчества, а уже в 1931 г. в перечень тактико-технических требований был включен затвор с клиновым запиранием. Победила тогда система Симонова (АВС-31). Но и остальные конструкторы также делали образцы с клиновым запиранием.

Распространено мнение о том, что прототипом для полного или частичного копирования при разработке автомата Калашникова послужила немецкая «штурмовая винтовка» StG-44 Хуго Шмайсера. В качестве оснований сторонники этой гипотезы часто приводят внешнее сходство между образцами и тот факт, что конструкция АК-47 появилась на свет во время работы в Ижевске группы ведущих немецких оружейников «Одного взгляда на это превосходное оружие достаточно, чтобы понять его влияние на все послевоенное семейство АК», – пишет Гордон Уильямсон. О конструктивном сходстве и «влиянии» StG-44 на автомат Калашникова неоднократно писал американский ученый Гордон Роттман. Кроме внешнего сходства, сторонники гипотезы упоминают работу конструктора StG Хуго Шмайссера в ижевском КБ (при том, что АК разрабатывался не там, а на Ковровском заводе) и изучение StG-44 советскими специалистами проходило на заводе в городе Зуль были смонтированы и переданы в СССР для технической оценки 50 образцов StG-44.

Один из сторонников теории Шмайсера говорит об этом так: «Вы не заметили, что АК-47 очень похож на штурмовую винтовку Третьего рейха – шмайсер? Не догадывались, почему? А потому, что у нее был один автор (точнее соавтор) – Хуго Шмайсер. Правда, необходимо сказать, что внутри шмайсер и АК заметно отличаются. Во-первых, потому, что второй появился позже первого и уже в силу этого был более совершенен. Кроме того, в Третьем рейхе ощущалась острая нехватка легирующих металлов. В силу чего приходилось делать оружие из более мягкой стали. И конструкция шмайсера была разработана именно для изготовления его из более мягкой стали. Кто такой Хуго Шмайсер? Он был потомственным оружейным конструктором. Его отец Луис Шмайсер также был одним из самых известных конструкторов оружия Европы. Еще до Первой мировой войны он занимался конструированием и производством пулеметов в фирме «Бергман» (Bergmann). В этой фирме Хуго Шмайсер приобрел практический опыт и сделал первые шаги как оружейный конструктор. Хуго Шмайсер, впервые предложивший новый тип оружия: штурмовую автоматическую винтовку под промежуточный патрон. До него все автоматы делались под пистолетный патрон. И автомат фирмы ЕРМА, который любят снимать в фильмах про немцев и который часто ошибочно называют “шмайсер”. И наш ППШ, и американский автомат Томсона. Еще на вооружении армий мира были винтовки под мощный патрон калибра 7,62 или близкие калибры. Стрелять таким патроном очередями без упора или без сошек не представлялось возможным в силу большой отдачи. Вот Хуго Шмайсер и разработал оружие под промежуточный укороченный патрон калибра 7,62 для нового типа оружия, названного им штурмовой винтовкой. Оружие получилось очень удачным и в дальнейшем только совершенствовалось. Этот Хуго Шмайсер после войны оказался в плену в СССР, где работал в закрытом НИИ в Ижевске, разрабатывающем стрелковое оружие. Кроме него, в этом КБ работали многие другие известные наши и немецкие оружейники. Там же работал молодой Михаил Тимофеевич Калашников. Работал он в отделе испытаний оружия и был секретарем комсомольской организации конструкторского бюро. В КБ он попал, изобретя компактный пистолет-пулемет под пистолетный патрон для вооружения экипажей танков. Который внешне был нисколько не похож на АК. Хуго Шмайсер работал в этом КБ до начала 50-х годов. Дольше всех пленных немецких конструкторов. И был отпущен в Германию только уже смертельно больным человеком. Где и умер у себя на родине в ГДР 1953 году от рака легких. Хуго Шмайсер был скромным человеком. А может быть, дал подписку о неразглашении. Во всяком случае, на вопрос о его роли в создании АК он отвечал: “Я дал несколько полезных советов”».

Ни StG или ее предшественники, ни АК не содержали в себе каких-либо принципиально инновационных элементов конструкции оружия. Основные технические решения, примененные в обоих образцах, – газовые двигатели, способы запирания затвора, принципы работы УСМ, и так далее, – были в основном известны еще с конца XIX – начала XX в. благодаря длительному опыту разработки автоматических винтовок предыдущего поколения (под винтовочно-пулеметные патроны); в частности, газоотводная автоматика с запиранием затвора поворотом была применена уже в конструкции первой в мире самозарядной винтовки мексиканца Мануэля Мондрагона, разработанной в 1880-х гг. и поступившей на вооружение в 1908 г.


Хуго Шмайссер – немецкий конструктор огнестрельного и пневматического оружия. В октябре 1946 г. он в принудительном порядке был вывезен в Советский Союз. Шмайсера с большой группой конструкторов отправили в Ижевск для работы в оружейном КБ завода «Ижмаш»

Новизна же этих систем заключалась в самой концепции оружия под промежуточный между пистолетным и винтовочно-пулеметным патрон и успешном создании технологии его массового производства, а в случае с АК – еще и доведением этого образца до уровня надежности, считающегося для автоматического оружия эталонным.

Схожие очертания ствола, мушки и газоотводной трубки обусловлены применением на обоих автоматах газоотводного двигателя, который принципиально не мог быть напрямую позаимствован Калашниковым у Шмайссера, поскольку был известен задолго до этого (причем газоотводный двигатель с верхним расположением впервые был применен на советской винтовке АВС). Газоотводный двигатель с неподвижно прикрепленным к затворной раме газовым поршнем также не являлся какой-либо новинкой и использовался задолго до этого – например, на пулемете Дегтярева 1927 года.

В остальном же, конструкция систем Шмайссера и Калашникова различается кардинально; принципиальные отличия имеются в устройстве и таких ключевых узлов, как механизм запирания ствола (поворотный затвор у АК, перекос затвора у StG-44); ударно-спусковой механизм (при использовании общего куркового принципа действия, конкретные реализации его функционирования совершенно отличны); магазин, крепление магазина (StG имеет достаточно длинную приемную горловину, у АК магазин просто вставляется в окно ствольной коробки); переводчика огня и предохранительного устройства (StG имеет отдельные двусторонний переводчик видов огня кнопочного типа и расположенный слева предохранитель в виде флажка, АК – расположенный справа переводчик-предохранитель).

Принципиальны и отличия в конструкции ствольной коробки, а соответственно – и процедуре разборки и сборки оружия: у автомата Калашникова она состоит из собственно ствольной коробки с сечением в виде перевернутой буквы П с загибами в верхней части, по которым движется затворная группа, и ее крепящейся сверху крышки, которую необходимо снять для разборки; у StG-44 же трубчатая ствольная коробка имеет верхнюю часть с замкнутым сечением в виде цифры 8, внутри которой смонтирована затворная группа, и нижнюю, служащую коробкой УСМ, – последнюю для разборки оружия после отделения приклада необходимо откинуть вниз на штифте вместе с рукояткой управления огнем.

У StG траектория движения затворной группы задается массивным цилиндрическим основанием газового поршня, перемещающимся внутри цилиндрической полости в верхней части ствольной коробки, опираясь на ее стенки, а у АК – специальными пазами в нижней части затворной рамы, при помощи которых затворная группа перемещается по направляющим загибам в верхней части ствольной коробки как по «рельсам».

В конечном итоге между двумя образцами остается лишь сходство в концепции и немалые совпадения во внешнем дизайне.

Так что, хотя неоспорим тот факт, что появление у немцев такого нового и достаточно удачного образца, как StG-44, не осталось в СССР незамеченным, наверняка его образцы подробно изучались, что в значительно степени могло повлиять на выбор общей концепции нового оружия и ход работ над советскими аналогами, – в том числе и АК, версия о прямом заимствовании Калашниковым конструкции «штурмгевера» проверки критикой не выдерживает.

Анатолий Вассерман в ответ на появление огромного числа гипотез об авторстве изобретения АК-47 отреагировал так:

«Тема копирования автомата Калашникова со штурмовой винтовки Шмайссера – одна из популярнейших тем в профильных спорах по оружию. О ней уже давно и совершенно уверенно можно говорить, что человек, утверждающий, будто автомат Калашникова скопирован у Шмайссера, элементарно не знает об оружии ничего.

То есть он слышал имена Калашникова и Шмайссера, но только слышал, даже не пытался заглянуть внутрь этого оружия. Между этими образцами нет практически ничего общего. Да, они действительно похожи внешне, но у них совершенно разное внутреннее устройство. Более того, они принадлежат к разным инженерным школам, в том плане, что не только использован другой принцип работы автоматики, а использована совершенно иная концепция боевого применения оружия.

Не говоря ни о чем прочем, автомат Калашникова знаменит по всему миру. Прежде всего, своей надежностью в любых условиях. Штурмовая винтовка Шмайссера несравненно чувствительнее к загрязнениям и требует весьма тщательного ухода за собой. Это доказывает, что она создана из совершенно иной концепции боевого применения. Это известно любому, кто вообще хотя бы раз заглядывал внутрь этих образцов оружия.

Понятно, что блогер Адагамов в оружие не заглядывает, он предпочитает заглядывать в совершенно другие места, в связи с чем и оказался сейчас вдали от родины. Я только еще раз скажу, что на примере этого заявления становится совершенно очевидно, что люди становятся врагами своей страны и своей культуры просто потому, что не знают ни свою страну, ни свою культуру.

Что касается конкретно Михаила Тимофеевича Калашникова, я неоднократно говорил и писал, что он вопреки заявлениям многих позитивно настроенных, но от этого не менее невежественных журналистов, не изобретатель ни концепции автомата в целом, ни данного конкретного образца.

У него есть немало собственных изобретений, но конкретно в автомате Калашникова нет ничего, что он бы изобрел сам. Весь этот автомат состоит из компонентов, в разное время придуманных другими изобретателями. Заслуга Калашникова в данном случае не в изобретении, а в конструкции. Он именно конструктор автомата, он из множества разнообразных компонентов, созданных другими, отобрал именно те, что оптимально решают стоящую перед ним задачу, задачу создания оружия, доступного любому бойцу после самого минимального обучения, оружия, способного работать в любых мыслимых и немыслимых условиях, оружия достаточно простого в производстве, чтобы его можно было изготовить миллионами экземпляров, что называется, на коленке.

Короче, он придумал ту самую “дубину народной войны”, о которой говорил Лев Николаевич Толстой. И именно эта “дубина” не раз сокрушала самых разнобезобразных любителей пограбить чужие земли. Вполне понятно, что блогер Адогамов уже давно и самым очевидным образом проталкивающий в наше массовое сознание интересы любителей поживиться в чужих землях, и должен не любить создателя вот этой самой дубины народной войны».

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.166. Запросов К БД/Cache: 0 / 0