Глав: 5 | Статей: 28
Оглавление
Аннотация издательства: Книга посвящена наиболее интересному и трагичному периоду в истории Императорского Японского флота — его участию во Второй Мировой войне. Являясь одной из лучших работ обзорного характера, она может быть рекомендована самому широкому кругу читателей.

Карты и схемы приведены из различных источников

Гуадалканал — несчастья множатся

Гуадалканал — несчастья множатся


Императорская Верховная Ставка по-прежнему крупно недооценивалa силы американской морской пехоты на Гуадалканале. Японцам приходилось решать те же самые проблемы: следовало перебрасывать подкрепления, уничтожить американскую морскую пехоту, захватить аэродром. Катастрофа, которая постигла японский конвой 25 августа, показала, что в дневное время ни один конвой не сможет выдержать удара самолетов с аэродрома Гендерсон. Поэтому необходимое количество солдат следовало перебрасывать по ночам.

Американцам, которые постоянно держали по крайней мере 1 тяжелый авианосец к югу от острова, приходилось снабжать все возрастающий контингент морской пехоты на Гуадалканале и в Тулаги. Приходилось также перебрасывать подкрепления, чтобы помешать новым высадкам японцев и сдерживать уже высаженные японские войска. Следующий месяц или около того американцы удерживали контроль в воздухе в дневное время в радиусе примерно 250 миль — дальность действия SBD — что позволяло доставлять боеприпасы и бензин на кораблях и самолетах. Были переброшены небольшие подкрепления, хотя часто это приводило к серьезным потерям. Японские самолеты почти ежедневно бомбили остров, иногда налеты были достаточно серьезными. Но, хотя это и позволяло уничтожать американские самолеты, складированные припасы, наносить потери в людях, требовалось нечто большее, чтобы отбить Гуадалканал. Более того, японцы несли постоянные тяжелые потери в людях, кораблях и самолетах.

В последние дни августа американская морская пехота закрепилась на острове. Из создавшейся тупиковой ситуации японцы имели 2 выхода: либо захватить остров с суши, перевезя ночами достаточно войск и артиллерии, или еще в одном большом морском бою отбросить американский флот, помешав ему снабжать свои войска на берегу. В конце концов был выбран первый вариант. 250 человек вместе с припасами были переброшены на остров 3 эсминцами (“Уракадзэ”, “Кавакадзэ”, “Исокадзэ”). Они спокойно высадились на берег 26 августа в 23.00 восточнее мыса Тайву. На следующую ночь второе подразделение из 128 человек было высажено северо-западнее мыса Тайву.

В Рабауле была разработана программа переброски более значительных подкреплений. 28 августа следовало высадить первый эшелон — 1250 человек. 29 августа с 3 эсминцев должен был высадиться второй эшелон — 750 человек. 30 августа перебрасывался третий эшелон — еще 1000 человек. На следующую ночь следовало высадить четвертый эшелон — 650 человек и генерал-майора Кавагути, нового командующего войсками на Гуадалканале. Затем намечалась пятая и последняя высадка — 1080 человек. Все высадки намечалось производить с эсминцев. Освободившись от пассажиров, эсминцам следовало обстрелять аэродром Гендерсон.

Первая попытка высадки подкреплений показала, что не следует покидать район Шортленда слишком рано. Конвой был отправлен 28 августа и в тот же день около 17.00 был атакован американскими самолетами. Между 18.20 и 18.47 эсминцы “Амагири”, “Асагири”, “Югири” и “Сиракумо” были атакованы 10 SBD с аэродрома Гендерсон. “Асагири” получил смертельное попадание и затонул почти мгновенно. Погибли 52 человека и весь его груз. “Югири” получил бомбу в дымовую трубу, корма была изрешечена пулями, но в целом повреждения оказались умеренными, как и на “Сиракумо”. Оба эсминца отправились назад на Шортленд, причем “Сиракумо” пришлось взять на буксир. Это сделал “Амагири”.

Несмотря на донесение гидросамолета тяжелого крейсера “Аоба”, поступившее в 13.00, что 2 американских транспорта, 1 крейсер и 2 эсминца находятся в Тулаги (а часом позже — в Лунга Пойнт), после некоторых колебаний штаб 8 Флота разрешил выход второго эшелона. В 23.00 конвой прибыл к мысу Тайву в сопровождении 5 эсминцев (“Фубуки”, “Сираюки”, “Хацуюки”, “Кавакадзэ”, “Умикадзэ”) и выгрузил свои войска.

По ночам японские транспорты и эсминцы совершали броски с Шортленда к мысу Тайву, выгружали солдат, пушки, противотанковую артиллерию, боеприпасы, продукты, обстреливали аэродром Гендерсон и стремительно мчались назад в базу на Шортленде. Обоим противникам не хватало солдат и снабжения. Морские пехотинцы с трудом создавали оборонительный периметр вокруг аэродрома Гендерсон, а японцам не хватало сил отбить аэродром обратно. Все их подкрепления были слишком малы, чтобы изменить баланс сил. Более того, японские войска, которым днем приходилось прятаться в джунглях от американских бомбардировщиков, медленно теряли силы от болезней и недоедания. 31 августа японская армия выбрала Гуадалканал своей главной целью, а операции в Папуа были определены, как второстепенные. Наконец 18 сентября было решено сосредоточить все усилия на Гуадалканале. Бои на Гуадалканале превратились во всепожирающее чудище, рождения которого Императорская Верховная Ставка не предполагала. За пределами радиуса действия японской базовой авиации находились 3 американских авианосца, которые мешали проводке обычных японских конвоев и перебрасывали новые самолеты на аэродром Гендерсон. Однако они не были в безопасности. 31 августа около 7.46 японская подводная лодка I-26 выпустила 6 торпед в “Саратогу”, одна из которых попала в правый борт авианосца. Повреждения оказались не слишком серьезными, так как були поглотили большую часть удара, но все-таки авианосцу пришлось отправиться на ремонт.

Сначала обязанности японских эсминцев были не слишком обременительными. Один за другим их выводили из боев и отправляли на Трук или в Японию для модернизации. На кораблях снимали башню Х (2 — 5" орудия) и заменяли ее двумя строенными 25-мм автоматами. Всего же добавлялось от 13 до 21 ствола зенитной артиллерии, не считая 13-мм пулеметов. Каждый эсминец получал по 4 бомбомета для глубинных бомб и по 36 глубинных бомб. (Ранее глубинные бомбы просто скатывали с 2 рамп на корме.) Кроме того снималось тральное оборудование.

Хотя эти эсминцы предназначались для боев с кораблями (и в следующем году последовало великое множество именно таких боев), усиливающаяся угроза с воздуха и из-под воды вынуждала японцев устанавливать новое оружие в ущерб старому, которое тоже требовалось. Так как борьба вокруг Гуадалканала и в Слоте продолжалась, японские эсминцы оказались опасно перегружены работой. Всем им требовался профилактический ремонт, однако складывающаяся ситуация делала это невозможным. В результате их скорость и боевая эффективность начали постепенно падать.

Следующий морской бой произошел ночью 4–5 сентября. Японские эсминцы в очередной раз перебросили армейские подразделения (американцы уже прозвали такие рейды “Токийским экспрессом”). Эсминцы-транспорты сопровождали эсминцы “Юдати”, “Хацуюки”, “Муракумо”. Но на сей раз тут же оказались и другие корабли. Американские эсминцы-транспорты “Литтл” и “Грегори” патрулировали между Гуадалканалом и Тулаги. В 1.00 5 сентября японские эсминцы открыли огонь по Гуадалканалу. Считая, что это просто нахальная выходка какой-то субмарины, “Литтл” и. “Грегори” вышли со своей стоянки у Лунга Пойнт для уточнения ситуации. Они полагали, что радар предупредит их вовремя, если там окажутся более крупные корабли. На их несчастье приблудная “Каталина”, видя этот обстрел, выпустила осветительные ракеты, которые осветили американские корабли. “Юдати” немедленно обстрелял их и, используя превосходящую огневую мощь, быстро потопил оба корабля. В 1.35 удовлетворенные результатами японские эсминцы отправились домой.

Теперь в Рабауле наконец поняли, что аэродром следует захватить с суши, лишь тогда японский флот получит свободу действий. Поэтому генерал Кавагути получал все новые подкрепления, которые доставляли стремительными ночными бросками японские эсминцы или мелкие суда и баржи, потихоньку пробирающиеся под берегом от острова к острову. Таким образом с 29 августа по 7 сентября была перевезена большая часть 35 бригады, усилив то, что осталось от отряда Икки. Генерал Кавагути, имея 3500 солдат, совершил 12 сентября бесплодную попытку атаковать и захватить аэродром Гендерсон. Но эта атака обошлась японцам в 1100 человек и окончательно захлебнулась уже 16 сентября. Снова для перевозки подкреплений был пущен “Токийский экспресс”. После тяжелых поражений отрядов Икки и Кавагути было решено, что 17 армии следует перебросить на остров полную дивизию. Однако Императорская Верховная Ставка и штабы в Рабауле сильно занизили силы американцев. Они считали, что на острове 7500 солдат противника, когда их было более 11000.

Но морской пехоте тоже не хватало сил для решительного наступления Е” очистки острова. Боевые потери и болезни косили солдат, и требовалось удерживать 5-мильный оборонительный периметр вокруг аэродрома Гендерсон. Поэтому оборонительная линия была весьма жидкой. В результате было решено перебросить 7 полк морской пехоты на Гуадалканал. 7 сентября он покинул Эспириту Санто на 6 транспортах в сопровождении крейсеров и эсминцев. Прикрывая конвой, авианосцы “Хорнет” и “Уосп” расположились в 100 милях южнее. “Уосп” должен был прикрыть конвой и свою собственную эскадру (линкор “Норт Каролина”, 3 крейсера, 7 эсминцев) от атак самолетов и подводных лодок.

Во второй половине дня за конвой уцепилась японская летающая лодка. Затем, около 14.00 15 сентября I-19 выпустила 4 торпеды в “Уосп”. 3 из них попали в цель — 2 в носовую часть правого борта, третья — в середину корпуса. Потом в 14.52 I-15 торпедировала линкор “Норт Каролина” в носовую часть левого борта. Через несколько секунд одна торпеда из этого же залпа попала в эсминец “О'Брайен”, оторвав ему нос. В 15.00 на “Уоспе” произошел страшный взрыв, и через 20 минут был отдан приказ: “Покинуть корабль”. Спасти авианосец было невозможно, и эсминец “Лэнсдаун” торпедой утопил пылающую развалину в 21.00. Однако 24 самолета удалось спасти, они сели на авианосец “Хорнет”. На “Норт Каролине” дела обстояли сравнительно благополучно, и линкор отправился в Пирл-Харбор на ремонт. Однако “О'Брайен”, хотя и был немного подремонтирован в Эспириту Санто и Нумеа, 19 октября затонул на обратном пути в Штаты. Он погиб на расстоянии 2800 миль от точки, где был торпедирован.

Хотя конвой с 7 полком морской пехоты ночью 15 сентября отошел после катастрофы, постигшей сопровождавшее его соединение, адмирал Ричмонд Келли Тэрнер решил, что ситуация на Гуадалканале настолько серьезна, что оправдывает известный риск. Он приказал обязательно довести конвой до цели. Плохая погода и мощный налет самолетов МакАртура на Рабаул удержали японскую авиацию на земле, позволив конвою благополучно прибыть в Лунга Пойнт. В 5.50 18 сентября морские пехотинцы начали высаживаться на берег под прикрытием огня эсминцев “Монссен” и “Макдоно”. Транспорты не были атакованы и на обратном пути в базу.

Положение американских морских сил, прикрывавших Гуадалканал юга стало отчаянным. Они потеряли 1 авианосец и 1 линкор, в то же время японцы имели 2 тяжелых и несколько легких авианосцев, целую свору линкоров, крейсеров и орды эсминцев. И совершенно непонятно, почему японцы, имея такое превосходство в силах, прятались за горизонтом во время прибытия конвоя с войсками.

Соображения Ямамото в этот момент нигде не отражены, поэтому трудно что-либо сказать о них. Он знал, что американский флот в южной части Тихого океана уступает его силам. Но он также знал, что скоро войдут в строй около двух десятков тяжелых авианосцев, много линкоров, крейсеров, эсминцев, подводных лодок, чему японское кораблестроение ничего противопоставить не может. Можно лишь предположить, что он хотел сберечь свой флот для “решающей битвы”. Такое решение возлагало на его и без того перегруженные эсминцы поистине непосильную ношу.

Если бои на суше в сентябре — начале октября поутихли, японский флот усилил обстрелы аэродрома Гендерсон и позиций американской морской пехоты, хотя и не собирался выводить свои главные силы с Трука для нового большого сражения. Армия продолжала перебрасывать новые войска, оружие, боеприпасы, продукты. Наконец японцы, отчаявшись разбомбить аэродром Гендерсон, стали привлекать к обстрелам все больше тяжелых кораблей. Усилия японцев не могли пройти незамеченными, и американцы стали готовиться к новому неизбежному японскому наступлению. Поэтому можно вполне было ожидать нового крупного морского сражения, и оно действительно произошло 11–12 октября.

Бой у мыса Эсперанс

Япония надеялась выкинуть американские войска не только с Гуадалканала, но и с Реннела, Сан Кристобаля, из Тулаги. Для этого японцы собирали войска из Китая, Голландской Ост-Индии, с Филиппин. Они отправлялись через Трук в Рабаул и на Шортленд с помощью ночных рейсов “Токийского экспресса”. Генерал-лейтенант Харукути Хякутакэ принял общее командование, сменив генерал-майора Кавагути.

Флот помогал армии, перевозя войска, обстреливая аэродром Гендерсон. Он старался уничтожить как можно больше американских самолетов ночными обстрелами и дневными воздушными налетами, пытался остановить переброску американских подкреплений. Если будет устранена угроза с воздуха, адмирал Ямамото сможет спокойно “поймать и уничтожить” силы американского флота в районе Соломоновых островов. И действительно — ключевым фактором был аэродром Гендерсон — пока аэродром будет действовать, любые японские корабли в радиусе 250 миль от него могут попасть днем под атаку с воздуха, что сделает невозможным продолжительный обстрел американских позиций на Гуадалканале.

Намерения противника не были секретом для американцев, так как японцы продолжали подвозить подкрепления, а интенсивность ночных обстрелов увеличивалась. Прибытие новых частей японской авиации привело к эскалации воздушной войны. Очевидно, и американцам следовало перебросить на остров новые войска. В начале октября американский Объединенный Комитет начальников штабов решил отправить на Гуадалканал полк “Америка” в составе 2800 человек.

Американцы понимали, что японцы попытаются остановить конвой, используя и корабли, и самолеты. Для перевозки полка американские морские силы были разделены на 4 группы. Дальнее прикрытие осуществлял авианосец “Хорнет”, расположенный в 180 милях южнее Гуадалканала, и линкор “Вашингтон”, находившийся в 50 милях восточнее Малаиты. Оперативное Соединение 64 контр-адмирала Скотта, состоящее из тяжелых крейсеров “Сан Франциско” (флагман) и “Солт Лейк Сити”, легких крейсеров “Бойз” и “Хелена”, эсминцев “Фаренхолт”, “Бьюкёнен”, “Лэффи”, “Дункан”, “МакКолла”, находилось возле острова Реннел. Оно прикрывало четвертую группу — 2 транспорта и 8 эсминцев сопровождения контр-адмирала Тэрнера. Перевозка подкреплений превращалась в американский вариант “Токийского экспресса”, так как ей намеревался помешать значительно более мощный Объединенный Флот. Транспорты должны были прорваться к Гуадалканалу ночью и высадить войска, чтобы не подвергаться риску воздушных атак. Транспорты вышли из Нумеа 9 октября.

9 октября японский легкий крейсера “Тацута” и 9 эсминцев начали перевозку войск генерала Хякутакэ. В течение недели 22000 человек вместе с техникой и припасами были высажены на Гуадалканале. К перевозке основного эшелона были привлечены 11 эсминцев. Начало генерального наступления, которое должно было выбить американцев с Гуадалканала, было назначено на 14 октября.

Японцам старались помешать всеми силами. 10 октября возвращающиеся на Шортленд японские корабли были атакованы 42 бомбардировщиками и торпедоносцами с аэродрома Гендерсон. Хотя японские корабли не получили серьезных повреждений, этот налет усилил решимость адмирала Микавы покончить с аэродромом Гендерсон. Поэтому 11 октября он отправил обстрелять аэродром и обеспечить проводку ночного конвоя соединение контр-адмирала Аритомо Гото. Эскадра состояла из тяжелых крейсеров “Аоба”, “Кинугаса”, “Фурутака” и эсминцев “Хацуюки” и “Фубуки”. Эти корабли прикрывали большой конвой, перевозивший основные силы 2 пехотной дивизии.

Японцы не знали о присутствии Оперативного Соединения 64 адмирала Скотта и спокойно отправили конвой. Дальняя разведка точно информировала Скотта о позиции и времени прибытия двух японских соединений. Поэтому он получил серьезное преимущество, ситуация боя у Саво повторилась с точностью до наоборот. Скотт тщательно расставил капкан. В 22.28 ОС 64 находилось в 14 милях на N0 от мыса Эсперанс, двигаясь к острову Саво. Скотт намеревался поднять с каждого из крейсеров гидросамолет “Кингфишер”, которые должны были отыскать и в нужный момент осветить японские корабли. Однако американцы сумели запустить только 2 самолета. В 22.35 адмирал перестроил соединение в кильватерную колонну. 3 эсминца шли в голове, затем шли 4 крейсера, замыкали строй 2 эсминца. Крейсера Гото тоже шли в колонне курсом SSO. На траверзах головного крейсера располагались эсминцы. На кораблях Скотта имелся и новый и старый радар, однако близость берега делала его бесполезным. Зато Гото имел отличных наблюдателей, которые засекли отсвет горящего “Кингфишера”, загоревшегося из-за неисправности мотора. Но Гото не ожидал встречи с Оперативным Соединением 64, поэтому он не обращал внимания ни на что, пока не начался бой.

В 22.50 “Кингфишер” заметил 3 корабля войскового конвоя в 6 милях от острова Саво. Как обычно перед ночным боем воцарилось замешательство. В 23.08 новейший радар марки SG на “Хелене” засек соединение Гото, однако крейсер не сообщил о контакте до 23.23. От “Кингфишеров” оказалось мало пользы, так как неисправность в моторе заставила один сесть в 23.30, а второй, самолет обнаружил только упомянутый конвой. Адмирал Скотт продолжал крейсировать между островом Саво и мысом Эсперанс, готовый перехватить японскую группу обстрела. Неспособность флагманского корабля “Солт Лейк Сити” расшифровать неточно составленные радиограммы, которые в период с 23.42 до 23.52 извещали о составе и расстоянии до соединения Гото стала просто хрестоматийной. Скот знал, что японцы где-то поблизости, но это “где-то” было сектором в 135°. Более того, поскольку его колонна только что выполнила трудный маневр поворота на обратный курс, американские эсминцы рассыпались. Командир “Дункана” с помощью своего артиллерийского радара точно определил позицию Гото и, решив, что она известна и остальным американским кораблям, приказал дать полный ход — 30 узлов. Однако никто за ним не последовал. Наконец крейсер “Хелена”, следивший за японцами с помощью своего радара, сообщил адмиралу Скотту, что вражеские корабли находятся на расстоянии 5000 ярдов. В 23.46 капитан “Хелены” включил прожектора и открыл огонь по ничего не подозревающим японцам.


Бой у мыса Эсперанс, 11–12 октября 1942 г.

В 23.46 американское соединение все еще двигалось на NO единой колонной, состоящей из эсминцев “Фаренхолт”, “Лэффи”, 4 крейсеров и замыкающих эсминцев “Бьюкенен” и “МакКолла”. Когда был открыт огонь, “Дункан” получил несколько залпов с “Фурутаки”, и потом и с эсминца “Хацуюки”. В течение нескольких минут последовало множество попаданий в машинное отделение, вспыхнули сильные пожары. Эсминец полностью потерял боеспособность и затонул на следующий день.

В тот момент, когда “Хелена” открыл огонь, ОС 64 сумело добиться полного “crossing Т”. Японская группа шла прежним курсом с прежней скоростью. “Аоба” был накрыт в первые минуты боя, и адмирал Гото получил смертельные раны. Убедившись, что американцы охватили голову его колонны, он попытался улучшить положение своей эскадры, повернув на обратный курс вправо. Но это сохраняло “crossing Т” и не дозволяло использовать носовые башни. К тому времени, когда был выполнен поворот, для “Фурутаки” все уже кончилось. Крейсер был накрыт несколькими залпами, в том числе и с “Дункана”. Пылая, но продолжая отстреливаться, он заковылял на NW.

“Аоба”, осыпаемый снарядами, отстреливался, пока действовали его орудия. “Кинугаса” и “Хацуюки”, неправильно разобрав приказ адмирала, повернули влево, выйдя из-под обстрела, и теперь спокойно вели огонь из кормовых башен. Зато “Фубуки”, который точно выполнил приказ, через несколько минут после поворота был обнаружен и освещен прожектором. Все Оперативное Соединение 64 обрушилось на этот эсминец и быстро утопило его.

Вскоре после полуночи адмирал Скотт закончил собирать свои рассеявшиеся корабли в единую колонну, хотя “Фаренхолт” и “Дункан” пропали окончательно. Теперь он гнался за японцами. Однако “Кинугаса” полностью сохранил свою силу и продолжал отстреливаться. Возможно, временами к нему присоединялись “Аоба”, “Фурутака” и “Хацуюки”. С 24.00 он вел огонь по “Солт Лейк Сити” с дистанции 8000 ярдов, и его снаряды падали прямо за кормой американского крейсера. Торпедный залп японцев едва не попал в “Бойз”, который пристраивался к колонне. А потом в 0.12 “Бойз” был накрыт залпом, получив 4 пробоины в корпусе. “Кинугаса” тоже стрелял по нему 4 минуты. Наконец “Солт Лейк Сити” вышел из строя и встал между “Бойзом” и противником. Перестрелка продолжалась до 0.16, “Солт Лейк Сити” получил 2 попадания. “Бойз” получил новые повреждения, когда 8" снаряд пробил броню носовой башни, а 6" снаряд влетел в носовой пороховой погреб глубоко под ватерлинией. Последовал ужасный взрыв, который убил всех людей в носовых башнях, перегрузочных отделениях и артпогребах.

“Фурутака”, до того как затонул, получил множество попаданий. В его боевом донесении говорится, что в 1.49 последовало попадание в башню № 3, в 1.51 было попадание в торпедный аппарат № 2, в 1.54 целый залп попал в правое носовое машинное отделение, а спустя минуту последовало попадание и в левое. В 2.05 его главный калибр окончательно вышел из строя, левое носовое машинное отделение было затоплено. В 2.20 был отдан приказ: “Покинуть корабль”. Крейсер затонул в 2.48 в 22 милях от острова Саво. Количество жертв не указывается, но его нормальный экипаж был 604 человека. Хотя эсминцы “Муракумо” и “Сираюки” подобрали из воды около 400 человек, некоторые из них погибли немного позднее, когда “Муракумо” был тяжело поврежден при воздушном налете на пути к Шортленду. Боевое донесение “Аобы” говорит, что крейсер получил попадания в башни № 2 и № 3, причем башня № 3 взорвалась, после чего возникли сильные пожары. Однако японские тяжелые крейсера строились на совесть. Хотя “Аоба” получил около 40 попаданий 8" и 6" снарядами, он все-таки сумел дать около 30 узлов при отходе. На “Кинугасе” были повреждены только 2 моторных катера, поэтому 14 октября он участвовал в операции по обстрелу Тулаги. “Хацуюки” получил незначительные повреждения корпуса от 2 попаданий. У американцев 1 легкий крейсер был тяжело поврежден, 1 тяжелый крейсер был поврежден умеренно. Погиб 1 эсминец, а второй — “Фаренхолт” — был поврежден умеренно, совместным огнем американцев и японцев.

Адмирал Скот прервал погоню в 2.00. Тем временем у мыса Тассафаронга японский конвой выгрузил свои войска и припасы без всяких помех со стороны ОС 64. Однако на обратном пути на Шортленд утром 12 октября конвой был атакован 70 самолетами. Эсминец “Нацугумо” был потоплен, а “Муракумо” поврежден так тяжело, что его пришлось затопить.

Потери японцев были вызваны слепой уверенностью адмирала Гото, что поблизости нет никаких американских кораблей. Сам бой стал одним из немногих ночных столкновений, когда японский флот не показал своего обычного превосходства.

Этот бой можно назвать американской победой, если сравнивать потопленный тоннаж. Однако неразбериха со связью, неспособность передавать важнейшую информацию, негибкий строй единой кильватерной колонны помешали полностью разгромить японцев — как сделали те в бою у Саво. Конвой выполнил свою задачу и улизнул. Но адмирал Тэрнер в свою очередь 13 октября сумел высадить 164 пехотный полк дивизии “Америкал”. Гуадалканалский узел затянулся еще туже, и стали просто неизбежными новые, еще более яростные бои на море. Ведь исход сухопутной кампании зависел от обстрелов с моря, морских боев и превосходства в воздухе. Поэтому борьба принимала все более ожесточенный характер.

Состав сил в бою у мыса Эсперанс

8 Флот (контр-адмирал Аритомо Гото)

Соединение Внешних Южных Морей, Соединение Обстрела

Тяжелые крейсера: Аоба, Фурутака, Кинугаса

Эсминцы: Хацуюки, Фубуки

Группа Сопровождения Конвоя (контр-адмирал Такедзи Дзосима)

Базы гидросамолетов: Титосэ, Ниссин

Эсминцы: Акидзуки, Асагумо, Нацугумо, Ямагумо, Муракумо, Сираюки

Оперативное Соединение 64 (контр-адмирал Норман Скотт)

Тяжелые крейсера: Сан Франциско, Солт Лейк Сити

Легкие крейсера: Бойз, Хелена

Эсминцы: Фаренхолт, Бьюкенен, Дункан, МакКолла

Оглавление книги


Генерация: 0.227. Запросов К БД/Cache: 3 / 1