2. Победа в Тихом океане

Николай Дмитриевич Каллистов (1853- расстрелян матросами в Севастополе 6 декабря 1917 г.), блестяще соединявший талант историка с призванием строевого командира, в свое время выражал справедливое недоумение по поводу странной забывчивости, которую по отношению к чрезвычайной важности историческому событию сумела проявить бюрократия времен императора Николая II. В памятных досках, перечислявших государственные деяния императора Александра II (на стенах построенного в 1907 г. Храма Воскресения у Екатерининского канала), не была упомянута состоявшаяся в 1863 г. знаменитая "Американская история". Таков уж он был – уровень исторического мышления всей морской бюрократии. Груз прошлого давал о себе знать. Между тем, "американская экспедиция" – приход в США в августе-сентябре 1863 г. двух русских крейсерских эскадр – Атлантической в Нью-Йорк и Тихоокеанской в Сан-Франциско – по справедливости может считаться самым крупным успехом русского парового флота в XIX, да и в последующих веках. Приход эскадр, готовых к крейсерским действиям в океанах, охладил воинственный пыл британских политиков, возглавлявших тогда дипломатический поход европейских держав (в связи с событиями в Польше) против России. Угроза военного столкновения была прекращена. Успех экспедиции и сегодня остается примером грамотного использования флота как инструмента мировой политики. Следующий успех такого же международного значения выпал русскому флоту в Чифу в 1895 г.

В отличие от условий дипломатической игры, в которых состоялся успех "американской экспедиции , последствия новой бескровной победы в Тихом океане были более серьезны. Своим вмешательством Россия "перебежала дорогу" явившемуся у ее берегов новому империалистическому хищнику, жаждавшему территориальных захватов. Не желая смириться со своим поражением, Япония развернула энергичную подготовку к реваншу. Вместо прежних кораблей крейсерского назначения был взят курс на сооружение современных броненосцев. И Россия, чтобы обезопасить свои берега, была поставлена перед необходимостью сосредоточить в Тихом океане флот такой силы, который мог бы предостеречь Японию от соблазна совершить агрессию.

Задача не представлялась особенно сложной: Россия обладала несравненно большим экономическим потенциалом и почти 30-летним опытом собственного броненосного судостроения. Япония же, не имея какой-либо существенной производственной базы, начинала почти с нуля. Важно было лишь не дать японцам слишком большой форы и всерьез оценить энергию и темпы, с которыми будущий противник, жадно впитывая мировой опыт, начал без промедления разворачивать на лучших европейских верфях сооружение мощных броненосцев. Два первых сверхсовременных корабля этого класса "Фудзи" и "Ясима" были заказаны по программе 1893 г. для равновесия сил с имевшимися в Китае и также построенными за границей броненосцами типа "Чин-Иен". Хотя и считавшиеся барбетными, эти корабли имели для орудий башеноподобные прикрытия с лобовой 152-мм броней, с 76-мм (или даже 152-мм) крышей и вертикальным башенным 102-мм бронированием. На испытаниях в Англии в марте 1897 г. головной "Фудзи" развил скорость 16,8 уз при естественной тяге и 18,5 уз при форсированной. Следующий, по существу однотипный (12300 т водоизмещением, главная артиллерия из 4 305-мм 40 калиберных орудий), "Ясима" ("Яшима") на испытаниях в июле 1897 г. достиг скорости соответственно 17,73 и 19,47 уз.

На эти аналоги (последующие корабли еще более совершенствовались), вобравшие новейший опыт английских броненосцев класса "Маджестик" и "Роял Соверен", и предстояло ориентироваться при своих заказах и русскому Морскому министерству. Обстоятельства и содержание этих заказов неоднократно рассматривались в работах автора "Крейсер Варяг" (Л., 1975, 1983 ), "История отечественного судостроения", т. II (С-Пб, 1996), Эскадренные броненосцы типа "Бородино" (С-Пб,1996), "Цесаревич", Эскадренный броненосец, 1899-1906",ч. I. (С-Пб, 2000). Указанные факторы влияли на характер и сроки выполнения русской программы "Для нужд Дальнего Востока" 1898 г.

Представляет интерес и другой мало изученный вопрос – в какой мере в разработке программы, в ее осуществлении и сосредоточении необходимых превентивных сил флота на Дальнем Востоке принимали участие командующие морскими силами, начальники эскадр и отдельных океанских отрядов, на которых возлагалась непосредственная охрана морских рубежей России в Тихом океане.

Похожие книги из библиотеки

Броненосный крейсер "Баян"(1897-1904)

Проектом “Баяна” русский флот совершал явно назревший к концу XIX в. переход от сооружения одиночных океанских рейдеров к крейсеру для тесного взаимодействия с эскадрой линейных кораблей. Это был верный шаг в правильном направлении, и можно было только радоваться удачно совершившемуся переходу флота на новый, более высокий, отвечающий требованиям времени уровень крейсеростроения. Но все оказалось не так просто и оптимистично. Среди построенных перед войной крейсеров “Баян” оказался один, и выбор его характеристик, как вскоре выяснилось, был не самым оптимальным.

Прим. OCR: Имеются текстовые фрагменты в старой орфографии.

“Цесаревич” Часть I. Эскадренный броненосец. 1899-1906 гг.

Броненосец “Цесаревич” строился по принятой в 1898 г. судостроительной программе “для нужд Дальнего Востока" — самой трудоемкой и, как показали события, самой ответственной из программ за всю историю отечественного броненосного флота. Программа предназначалась для нейтрализации усиленных военных приготовлений Японии. Ее правители. не удовольствовавшись возможностями широкой экономической экспансии на материке, обнаружили неудержимое стремление к территориальным захватам. Эти амбиции подкреплялись угрожающим наращиванием сил армии и флота, и направлены они были исключительно против России.

Полуброненосный фрегат “Память Азова” (1885-1925)

Проект “Памяти Азова” создавался в 80-е годы XIX века, когда в русском флоте с особой творческой активностью совершался поиск оптимального типа океанского крейсера. Виновником этой активности был управляющий Морским министерством (в период с1882 по 1888 гг.) вице-адмирал Иван Алексеевич Шестаков (1820–1888). Яркая незаурядная личность (оттого, наверное, и не состоялась обещанная советскому читателю в 1946 г. публикация его мемуаров “Полвека обыкновенной жизни”), отмечает адъютант адмирала В.А. Корнилов, он и в управлении Морским министерством оставил глубокий след. Но особым непреходящим увлечением адмирала было проектирование кораблей. Вернув флот на путь европейского развития, он зорко следил за новшествами техники и постоянно искал те типы кораблей, которые, как ему казалось, более других подходили для воспроизведения в России.

Линейный корабль "Андрей Первозванный" (1906-1925)

В январе 1900 г. Главный Корабельный инженер Санкт-Петербургского порта Д.В. Скворцов представил в МТК проект броненосца, во многом опрокидывавший прежние представления об этом классе боевых кораблей. По водоизмещению —14 000 т — новый корабль существенно превосходил строившиеся тогда эскадренные броненосцы типа "Бородино", выше (на 1 узел) была и 19-узловая скорость, и совсем иное (16 203-мм пушек в восьми башнях) предлагалось вооружение. Проект был составлен по заданию великого князя Александра Михайловича. В чине капитана 2 ранга он командовал на Черном море броненосцем "Ростислав" и по своему великокняжескому положению мог позволить себе любую, даже экстравагантную инициативу.