ГЛАВА 2 Предпосылки создания советского автомата

В предвоенный период командование Красной Армии уделяло самое серьезное внимание разработке и совершенствованию новейших образцов стрелкового оружия. Это было связано с тем, что несмотря на некоторое улучшение боевых и эксплуатационных качеств магазинной винтовки образца 1891 г., достигнутое в результате модернизации, она все же значительно уступала автоматическому оружию. Красная Армия нуждалась в автоматической или самозарядной винтовке, равноценной штатной винтовке образца 1891 г. по массе, меткости огня, надежности, которая также работала бы без задержек в любых, в том числе и затрудненных, условиях эксплуатации. Многочисленные конкурсы по созданию самозарядных и автоматических винтовок, проводившиеся в СССР на протяжении 1920-30-х гг., закончились принятием на вооружение вначале автоматической винтовки Симонова (АВС-Зб), а вскоре и самозарядных винтовок Токарева (СВТ-38 и СВТ-40). Однако это не принесло желаемых результатов, поскольку новым винтовкам были присущи многие недостатки: сложность конструкции, многочисленные сложности в обслуживании и эксплуатации, большая масса. Наряду с этими проблемами существовали и чисто объективные факторы, препятствовавшие созданию действительно простого и надежного оружия. К ним относилось использование штатного 7,62x54R винтовочного патрона образца 1908 г. с устаревшей конструкцией фланцевой гильзы, затруднявшей проектирование и изготовление магазинов к автоматическому оружию. Кроме того, избыточная мощность самого патрона влияла на неудовлетворительную по надежности работу механизмов автоматики и кучность боя очередями, особенно из неустойчивых положений. Попытки советских конструкторов-оружейников В.Г. Федорова, Ф.В. Токарева, В.А. Дегтярева, С.Г. Симонова добиться хотя бы приемлемых результатов в создании индивидуального автоматического оружия пехоты не принесли успеха. Сохранение на снабжении РККА 7,62-м. ч винтовочного патрона образца 1908 г. стало на многие десятилетия одним из основных источников многих проблем и трудностей, постоянно возникавших перед советскими конструкторами при проектировании новых образцов индивидуального автоматического оружия пехоты.

При создании автоматических винтовок требовалось сохранить небольшую массу оружия (не более 4,5 кг), а также обеспечить надежность работы механизмов автоматики и хорошую кучность боя при ведении стрельбы очередями. В то же время значительная мощность 7,62-мм винтовочного патрона обусловила использование в подобном оружии очень прочных узлов и деталей, что в свою очередь влияло на увеличение массы автоматических винтовок. Так закладывались основы дня противоречия при конструировании ручного автоматического оружия: мощный патрон требовал значительной массы оружия, в то же время стремление снизить его массу неизбежно приводило к уменьшению надежности работ механизмов и увеличению рассеивания при стрельбе непрерывным огнем из-за большого импульса отдачи.

Отечественная конструкторская мысль явно зашла в тупик в этом направлении. Конструкторы-оружейники объективно были лишены возможности создать надежное, удовлетворяющее всем требованиям армии оружие, т. к. этому препятствовал штатный винтовочный патрон. Дальнейшее развитие подобных образцов стрелкового оружия становилось бесперспективным, поскольку не представлялось возможным дать приемлемые для армии новые системы без ухудшения их боевых и эксплуатационных качеств. В то время как кардинальное решение вопроса — переход РККА на новый вид основного боеприиаса, также являлось неприемлемым в столь тревожные для страны предвоенные годы. Таким образом, порочный круг замкнулся.

Для радикального решения данной проблемы требовался принципиально иной подход, тем более, что у отечественных оружейников имелся пусть и небольшой, но реальный опыт создания качественно нового вида индивидуального автоматического оружия — автоматов (на Западе более соответствующих классу автоматических карабинов или штурмовых винтовок). Трудности, возникшие при создании автоматических и самозарядных винтовок из-за применения мощных винтовочных патронов, а также неудачи, постигшие русский автомат Федорова образца 1916 г. (обусловленные использованием в нем 6,5-мм винтовочного патрона иностранного производства, сложностью конструкции оружия, дороговизной его производства и многочисленными проблемами в эксплуатации), подвели отечественных конструкторов к мысли начать вслед за западными оружейниками разработку пистолетов-пулеметов под пистолетные патроны меньшей мощности.

7.62-мм пистолет-пулемет Дегтярева ППД образца 1940 г.

7.62-мм пистолет-пулемет Дегтярева ППД образца 1940 г.

7,62-мм пистолеты-пулеметы Шпагина ППШ образца 1941 г.

7,62-мм пистолеты-пулеметы Шпагина ППШ образца 1941 г.

Вверху: с барабанным магазином емкостью 71 патрон; внизу — с секторным магазином емкостью 35 патронов.

Это оружие, рассчитанное пол 7,62x25 пистолет ный патрон, наряду со своей легкостью и компактностью, столь необходимыми для ведения скоротечных маневренных боевых действий в условиях ближнего боя, обладало высокими огневыми возможностями и хорошими эксплуатационными качествами. Наряду с простотой устройства автоматики, связанной с использованием свободного затвора и пистолетного патрона, их отличала относительная дешевизна и возможность производств;! на несложном станочном оборудовании, что было крайне важно для налаживания массового изготовления столь необходимого армии оружия. В течение нескольких лет в Советском Союзе появилось достаточно много самых разнообразных образцов этого оружия, наибольшую известность из которых в конце 1930-х — начале 1940-х гг. получили пистолеты-пулеметы Детрева (ППД) образца 1934 г… образца 1934/38 г., образца 1940 г.; Шпагина (ППШ) образца 1941 г. и Судаева (Г1ПС) образца 1942 г… образца 1943 г. В годы Великой Отечественной войны за отечественными пистолетами-пулеметами также закрепилось и второе наименование — «автомат», хотя они были принципиально отличны от родоначальника этого вида оружия — автомата Федорова образца 1916 г. (пистолетом-пулеметом в отечественном оружневедении называется автомат, в конструкции которого предусмотрена стрельба пистолетными патронами).

В то же время перед самой войной советские оружейники. неудовлетворенные сложившимся положением, попытались найти альтернативу существующему штатному стрелковому оружию. Неудачи, постоянно сопутствовавшие советским автоматическим и самозарядным винтовкам, а также ощущение острой необходимости в создании действительно эффективного автоматического образца пехотного оружия, заставили ГАУ совместно с Наркоматом вооружения СССР в 1940–1941 гг. осуществить еше одну попытку выйти из сложившейся ситуации — малой кровью-. Перед конструкторами быта поставлена задача по разработке автоматических и самозарядных карабинов под штатный 7.62x25 пистолетный патрон образца 1930 г. При этом предполагалось, что удлинение ствола оружия до 400 мм даст возможность значительно увеличить начальную скорость пули, позволив таким образом вести эффективную стрельбу на дальности до 600–800 м, а также повысить точность боя. К работам над подобным оружием приступили видные советские оружейники С.А. Коровин, С.Г. Симонов и В.А. Дегтярев. Симонов разработал в 1941 г. подобную модель автоматического карабина АПКС-34. В 1941–1942 гг. в КВ-2 под руководством В.А. Дегтярева при участии И.И. Слостина было разработано еще несколько образцов 7,62-мм автоматических и самозарядных карабинов, рассчитанных на использование патрона ТТ. Между собой они различались, как правило, способом заряжания из отъемного магазина или из обоймы. Начальная скорость пули всех образцов этого оружия не превышала 500 м/с, т. е. была практически аналогична начальной скорости пули пистолетов-пулеметов Дегтярева (ППД-40) и Шпагина (ППШ), уже состоявших на вооружении Красной Армии. Таким образом, еше раз нашло подтверждение теоретических предположений о том, что, несмотря на увеличение длины ствола, невысокая начальная скорость пули достаточно маломощного для такого оружия 7,62-мм пистолетного патрона образца 1930 г., по сути дела, превращала его в оружие ближнего боя. Дальность эффективной стрельбы из этого оружия не превышала 200 м. в то время как решение подобных задач достаточно эффективно выполнялось пистолетами-пулеметами. Поэтому в конце 1942 г. работы по автоматическим и самозарядным карабинам под пистолетный патрон прекращают во всех советских конструкторских бюро.

Похожие книги из библиотеки

Шпионские штучки, или Секреты тайной радиосвязи

В предлагаемой книге рассматриваются особенности схемотехнических решений, применяемых при создании миниатюрных транзисторных радиопередающих устройств. В соответствующих главах приводится информация о принципах действия и особенностях функционирования отдельных узлов и каскадов, принципиальные схемы, а также другие сведения, необходимые при самостоятельном конструировании простых радиопередатчиков и радиомикрофонов. Отдельная глава посвящена рассмотрению практических конструкций транзисторных микропередатчиков для систем связи малого радиуса действия.

Книга предназначена для начинающих радиолюбителей, интересующихся особенностями схемотехнических решений узлов и каскадов миниатюрных транзисторных радиопередающих устройств.

Боевое орименение МиГ-21 во Вьетнаме

В июле 1965 г. американцы впервые отметили применение севере Вьетнам цами зенитно-ракетных комплексов С-75, как стало известно позже, ЗРК обслуживались советскими расчетами. Новое средство ПВО оказалось эффективным оружием для борьбы с воздушными целями на средних и больших высотах. Американская авиация была вынуждена спустится к самой земле, где самолеты ВВС и ВМС США становились уязвимыми от атак истребителей МиГ-17 ВВС ДРВ. К концу года интенсивность воздушной войны резко обострилась, помимо МиГ-17 в воздухе стали появляться сверхзвуковые истребители МиГ-21Ф-13, оснащенные ракетным оружием класса воздух-воздух. В апреле 1966 г. на вооружении ВВС ДРВ поступили перехватчики МиГ-21 ПФ.

Прим.: Полный комплект иллюстраций, расположенных как в печатном издании, подписи к иллюстрациям текстом.

Линейные корабли ВМС США типа «Айова». Cоздание, боевое использование, конструкция

Во время второй мировой войны линейные корабли уступили свою лидирующую роль на море авианосцам, а в послевоенные годы их боевое применение стало и вовсе проблематичным. Однако в составе военно-морских сил США сейчас находится 4 корабля подобного класса — они построены еще в начале 40-х годов. Мало того, за последние семь-восемь лет линкоры подверглись модернизации и срок их службы продлен еще на 20 лет.

Линейные корабли типа "Айова” считаются одними из лучших среди тяжелых артиллерийских кораблей в мире. Им присущи сильная артиллерия и мощная броневая защита, высокая скорость и надежность, что, по- видимому, и продлило их жизненный век после окончания войны, когда все ведущие морские державы спешили избавиться от линкоров. Судя по всему, четкого представления о перспективах боевого применения кораблей данного класса американцы не имели. Линкоры привлекали к участию в войне против Северной Кореи, периодически выводили из состава флота в резерв и, наконец, в середине 1958 года решили переоборудовать в ударные ракетные корабли, а чуть позже еще раз модернизировать с целью увеличить объем топливных цистерн до 16,5 тыс.т. Что указывало на намерение командования ВМС США и в будущем применять линейные корабли в кризисных регионах вдали от побережья страны.

Экипажи германских субмарин 1933-1945

Вряд ли какое-нибудь элитное формирование вооруженных сил Третьего Рейха понесло в войну потери большие, чем потери среди экипажей подводных лодок кригcмарине. В войну погибло примерно 75–80 % германских подводников, однако боевой дух питомцев Дениц оставался на исключительно высоком уровне до самого последнего дня войны в Европе. В массе своей германские подводники сохранили столь не типичный для Второй мировой войны дух рыцарства, хотя, конечно, и среди них встречались исключения.

Действия субмарин могли быть успешными только если команда действовала как единое целое, здесь каждый моряк зависел друг от друга. Экипажам лодок (48 человек на типе VII и 55 — на типе IX) по многу недель приходилось проводить в тесноте, без дневного света, а часто вообще в темноте, в жутких погодно-климатических условиях Атлантики, выполняя при этом такую необходимую для Рейха и крайне опасную для команды работу. Особые условия существования вырабатывали особые отношения внутри трудовых коллективов подводных лодок, тот самый элитный боевой дух.

После войны многие с позволения сказать «историки» пытались преуменьшить достижения людей Деница на ниве подводной войны. Более компетентный по сравнению с «историками» человек по фамилии Черчилль оценил работу U-ботов очень высоко:

— В войну я реально боялся одной-единственной угрозы — германских U-ботов.