Саймоне (1729 г.)

Вот уже более сотни лет из одной книги в другую пересказывается одна и та же история. Якобы английский плотник Натаниэл Саймоне (Nathanial Symons) из городка Тотнес в графстве Девоншир построил деревянное судно, в котором совершил несколько успешных погружений на реке Дарт.

В качестве доказательства обычно упоминается статья, опубликованная в 1747 году в лондонском журнале «Gentleman's Magazine and Hictorical Chronicle». Кроме того, к такому рассказу обычно прилагается рисунок «подводной лодки Саймонса, снабженной двумя парами весел и кожаными мехами для водяного балласта».

На самом же деле упомянутый журнал в своем декабрьском выпуске за 1747 год опубликовал небольшую заметку без подписи автора. Она сообщала о существовании оружия взрывного действия, предназначенного для уничтожения кораблей и доставлявшегося к ним под водой. Что это было за оружие, кто его изобрел, когда и где применил, анонимный автор не указал. Вполне вероятно, что он имел в виду «плавучие петарды» Ван Дреббеля.

Заметка заинтересовала некоторых читателей, они откликнулись на нее письмами в редакцию. Люди тогда явно не спешили жить. Первое такое письмо, подписанное инициалами «Т.М.», журнал поместил на своих страницах лишь в июне 1749 года. Вот его текст:

«Описание странного погружающегося судна на странице 581 вашего журнала за декабрь 1747 года оставляет нас в неведении относительно метода выкачивания воды из него, хотя благодаря этому оно поднимается или опускается. Но я имел удовольствие обнаружить, что мистер Мариотт очень ясно показал его. Надеюсь, что вы поместите рисунок и описание для удовлетворения любознательности других ваших читателей, которые могут испытывать такое же затруднение, что и я».

Рисунок был напечатан вместе с письмом. Достаточно одного взгляда, чтобы увидеть: он заимствован из трактата Борелли, изданного в 1680 г. Отличие лишь в том, что копия дана зеркально (что обусловлено техникой тогдашнего книгопечатания). Но, как уже сказано выше, подобное балластное устройство являлось абсолютно нереальным. Оно не могло работать потому, что это противоречило бы законам физики и ее прикладного раздела — механики. Для вытеснения воды за борт в подводном положении судна требовались достаточно мощные насосы, балластные цистерны жесткой конструкции и еще специальные клапаны, которых тогда просто не существовало. Отметим также, что Саймоне ни в заметке, ни в первом письме не упоминался.

В июльском выпуске журнала за 1749 год появилось следующее письмо. Его автор, джентльмен по имени Сэмюэл Лэй (Samuel Lay), поведал иную историю. Дескать, когда-то он знал некоего Натаниэла Саймонса, плотника из прихода Харбертон, что возле Тотнеса в Девоншире.

20 лет назад (т. е. в 1729 г.), этот плотник построил небольшой деревянный аппарат, обтянутый кожей. Сбоку в нем был устроен двойной люк. Саймоне влезал внутрь аппарата, герметически закрывал изнутри наружную крышку люка, затем внутреннюю, и погружался в нем посредине реки Дарт на глубину до 10 футов (3,5 метра). В нижней части данного аппарата лежал для устойчивости свинцовый балласт весом 18 фунтов (8,2 кг). Никаких приспособлений для обмена воздуха не было. Поэтому Саймоне не мог оставаться закупоренным внутри более 45 минут.

Что касается принципа погружения, то мистер Лэй довольно невнятно объяснил, будто бы этот аппарат состоял из двух частей, соединенных между собой винтами. Сдвигая их, Саймоне уменьшал внутренний объем своей «лодки» и погружался на глубину; раздвигая, он увеличивал объем и всплывал. Нетрудно видеть, что речь идет о принципе Уильяма Бэрна, кожаные мешки для водного балласта вообще не упоминаются.

Саймоне (1729 г.)

«Зеркальная» копия рисунка подводной лодки из трактата Борелли 1680 г., опубликованная в журнале «Gentleman's Magazine» в 1749 г.

Аппарат никуда не плавал.

Он предназначался исключительно для развлечения «почтенной публики». На глазах толпы зрителей Саймоне залезал внутрь центрального отсека и специальными винтами притягивал к нему с обеих сторон две воздушные камеры. Объем уменьшался, аппарат становился тяжелее объема вытесняемой им воды и уходил на глубину. Затем хитроумный плотник снова выдвигал наружу эти камеры, в результате чего аппарат всплывал. Саймоне открывал люк и махал зрителям своей шляпой. Таким образом, этот человек успешно использовал принцип Бэрна для собственного обогащения.

Лэй сделал важное примечание. Оказывается, сам он ни одного погружения не видел. Ему известно о них только со слов самого Саймонса. Никакими рисунками Лэй свое письмо не сопроводил. Но и это еще не все. В письме Лэя были весьма любопытные слова:

«Та же персона изобрела знаменитую водолазную машину для подъема затонувших судов, но была лишена как славы, так и дохода своим кузеном L-е».

И вот в сентябрьском выпуске журнала за тот же год появилось письмо Джона Летбриджа (John Letbridge):

«Так как я являюсь первым в Англии изобретателем водолазной машины без подачи воздуха с поверхности, я предполагаю, что мистер Лэй подразумевал меня под инициалами „L-е“ в качестве кузена мистера Саймонса, с которым у меня нет ни малейшего родства».

Далее Летбридж объяснил устройство данного водолазного аппарата (отнюдь не подводной лодки) и подробно рассказал о своих работах по извлечению ценных грузов с кораблей, затонувших у берегов и в портах Англии. Он заявил, что получил патент на этот аппарат еще в 1715 г. (видимо, в 1749 г. Летбридж был уже пожилым человеком).

Аппарат («водолазная машина») представлял собой деревянную (дубовую) бочку, туго обтянутую сверху бычьей кожей. Ее высота составляла 6 футов (192 см), диаметр вверху был 2,5 фута (76 см), внизу — 18 дюймов (45,7 см). Снаружи и внутри эта конусообразная бочка была укреплена железными обручами. На уровне лица в ней имелось небольшое оконце со стеклом толщиной полтора дюйма (38 мм). Под ним были устроены две плотные манжеты, сквозь которые выходили наружу кожаные рукава.

Водолаз влезал внутрь аппарата через люк, устроенный в его верхней части, после чего помощники плотно закрывали его снаружи и заливали стык расплавленной смолой. Затем они подвешивали к аппарату балласт массой 500 фунтов (227 кг). После этого оставалось лишь погрузиться и приступить к подводным работам. Для всплытия достаточно было отделить от балласта всего лишь 15 с половиной фунтов (7 кг).

Летбридж утверждал, что он несколько сотен раз опускался под воду на глубину до 10–12 фатумов (18–22 метра) и оставался под водой в течение 15–30 минут. Он также заявил, что его «рекорд» составляет 34 минуты[14].

Далее он говорит, что был знаком с мистером Саймонсом (отнюдь не родственником), подробно объяснил ему устройство своего аппарата. Более того, плотник тоже захотел стать водолазом и они вдвоем работали на нескольких кораблях, затонувших возле Плимута, к сожалению, безуспешно. Разочарованный Саймоне распрощался после этого с Летбриджем. Но вскоре до последнего дошли слухи о том, что плотник из Тотнеса объявил себя изобретателем «водолазной машины». Видимо, он построил нечто похожее на нее для своих «цирковых представлений» на реке Дарт. В данной связи Летбридж привел в письме аргументы, свидетельствующие об его приоритете.

Как видим, никакой «подводной лодки Саймонса» в природе не существовало.

1772 г. Некий Иоганн Христиан Преториус (Johann Christian Pretohus), главный придворный инженер Вильгельма, графа Шаумбург-Липпе (Schaumburg-Lippe), построил подводную лодку, вооруженную одной пушкой.

По свидетельству современника, она имела форму рыбы и плавала благодаря движениям своего «хвоста», напоминавшим движения хвоста настоящих рыб. Лодка была полностью завершена и даже испытана, но на поверхности воды. Сведения об ее подводных испытаниях отсутствуют.

Похожие книги из библиотеки

Gloster Gladiator

Создатель «Гладиатора» Г.П. Фолленд в годы Первой Мировой войны работал в Королевском авиационном бюро и участвовал в создании таких самолетов как RE 9, SE 4, SE 5 и FE 2. В 1917 году он стал сотрудником «Бритиш Ньюпорт энд Дженерал Эйркрафт Ко, лтд». Руководство фирмы дало возможность Фолленду проявить конструкторскую инициативу. Его первым самолетом стал «Найтхоук BN 1» и Лондон «Триплейн». Кроме того, Фолленд участвовал в создании спортивных самолетов «Беймел», а также Глостер I, И, III, IV и IV.

Неизвестный Яковлев. «Железный» авиаконструктор

«Конструктор должен быть железным», – писал А.С. Яковлев в газете «Правда» летом 1944 года. Не за это ли качество его возвысил Сталин, разглядевший в молодом авиагении родственную душу и назначивший его замнаркома авиационной промышленности в возрасте 33 лет? Однако за близость к власти всегда приходится платить высокую цену – вот и Яковлев нажил массу врагов, за глаза обвинявших его в «чрезвычайной требовательности, доходившей до грубости», «интриганстве» и беззастенчивом использовании «административного ресурса», и эти упреки можно услышать по сей день. Впрочем, даже недруги не отрицают его таланта и огромного вклада яковлевского ОКБ в отечественное самолетостроение.

От первых авиэток и неудачного бомбардировщика Як-2/Як-4 до лучшего советского истребителя начала войны Як-1; от «заслуженного фронтовика» Як-9 до непревзойденного Як-3, удостоенного почетного прозвища «Победа»; от реактивного первенца Як-15 до барражирующего перехватчика Як-25 и многоцелевого Як-28; от учебно-тренировочных машин до пассажирских авиалайнеров Як-40 и Як-42; от вертолетов до первого сверхзвукового самолета вертикального взлета Як-141, ставшего вершиной деятельности яковлевского КБ, – эта книга восстанавливает творческую биографию великого авиаконструктора во всей ее полноте, без «белых пятен» и купюр, не замалчивая провалов и катастроф, не занижая побед и заслуг Александра Сергеевича Яковлева перед Отечеством, дважды удостоившим его звания Героя Социалистического Труда.

Линейные крейсера “Фон дер Танн”, “Мольтке”, “Гебен” и “Зейдлиц”. 1907-1918 гг.

Начало первым линейным крейсерам положила в 1906 г. Англия. За исключением Германии и Японии, остальные морские державы, которые до этого времени строили броненосные крейсера, не только не продолжили их постройку, но и вообще впредь отказались от строительства тяжелых крейсеров. По принятым в немецком военно-морском флоте понятиям, тяжелые крейсера включали в себя броненосные и линейные. Такой тяжелый крейсер мог быть в некоторой степени равноценен линейному кораблю не своим относительно слабым вооружением, не довольно слабой броневой защитой, а более высокой скоростью. Конечно, этого можно было достигнуть только за счет использования большего водоизмещения.

В результате появился новый тип прочных и грозных кораблей, в создании которых Германия всегда была более удачлива, чем Англия.