Глав: 6 | Статей: 175
Оглавление
В этой книге описаны многочисленные попытки создания подводных лодок и подводного оружия предпринимавшиеся в разных странах мира в течение трех веков. При этом на ее страницах рассматривают в основном реально построенные субмарины и торпеды, а не фантастические проекты.

Книга представляет собой наиболее полное в мировой литературе обобщение материалов по указанным вопросам. Все приведенные в ней факты установлены и проверены путем сопоставления информации извлеченной из большого числа иностранных и отечественных источников. В то же время данная книга просто сборник исторических сведений и технических характеристик. Ее автор разработал оригинальную концепцию, позволившую ему показать внутреннюю логику процесса развития такой отрасли техники к подводное судостроение.

Предлагаемое исследование представляет значительный интерес для широких кругов читателе интересующихся военно-морской историей, судомоделизмом, историей техники, проблемами конструирован подводных лодок и подводного оружия.

«Nautilus-2» (1801 г.)

«Nautilus-2» (1801 г.)

Новая лодка была сделана из листовой меди, приклепанной к железному каркасу. Ее построили на заводе все тех же братьев Перье в июне 1801 г. и переправили в Брест.

Водоизмещение «Наутилуса-2» составило более 2-х тонн, размеры остались прежними: длина 21,33 фута (6,5 м), диаметр 6,5 футов (1,98 м). Сверху в носовой части возвышалась небольшая рубка с входным люком и тремя иллюминаторами. Снизу на цепи опускался маленький якорь. В трюме размещалась продолговатая чугунная цистерна прямоугольной формы шириной 52 сантиметра для приема воды при погружении. Она же служила килем. «Наутилус-2» имел небольшую верхнюю палубу, перед рубкой находился вертикальный винт для управления по глубине.

В качестве движителя для подводного хода использовался двухлопастный винт диаметром полтора метра, вращаемый вручную тремя матросами (максимум 240 оборотов в минуту). Своеобразный складной парус был прикреплен к мачте, установленной на шарнире. Перед погружением парус складывали, мачту поворачивали и укладывали в специальный желоб на корпусе. Этот парус, раскрывавшийся по типу перевернутого зонтика, внешне напоминал перепончатые крылья летучей мыши. Управлять парусом можно было изнутри лодки. В подводном положении лодка развивала 1–2 узла (1,85-3,7 км/час), под парусом давала 3–4 узла (5,5–7,4 км/час), вполне достаточно, чтобы преодолеть пролив Ла Манш и достичь английских портов.

После первых испытаний Фултон сообщил в Париж:

«3-го термидора (т. е. 22 июля — А.Т.) я начал опыты, погрузив лодку на глубину в пять футов, затем в пятнадцать, и так до двадцати пяти (т. е. 1,5 метра; 4,5 метра; 7,6 метра). Далее этого я не пошел, так как машина могла не выдержать большего давления находящейся над ней воды. На этой глубине я провел час с тремя матросами при двух горящих свечах, и мы не испытали ни малейших неудобств[30].

Емкость моей лодки 212 кубических футов (6 кубометров), она содержит кислород в количестве, которого хватит в течение 3-х часов на четырех человек и две небольшие свечки. Поскольку лучше обходиться без свечей, я проделал в верхней носовой части моей лодки небольшое окно диаметром всего полтора дюйма (3,8 см) и вставил в него стекло толщиной девять линий (2,2 см). После этого 5 термидора я опустился на глубину между 24 и 25 футами, и на этой глубине света было вполне достаточно, чтобы я мог разглядеть циферблат моих часов».

Всплыв, Фултон поднял парус и «убедился, что судно слушается руля и ведет себя как обычная парусная лодка». Под водой он проплыл 1300 футов (почти 400 метров) и обнаружил, что компас действует «точно так же, как на поверхности воды». Еще он изготовил медный шар, который наполнил воздухом, сжатым до трех атмосфер. Этот резервуар должен был послужить дополнительным источником воздуха для экипажа и продлить время пребывания под водой еще на полтора часа.

Вооружение «Наутилуса» заключалось в мине («торпедо»), представлявшей собой емкость с 25 фунтами пороха (11,3 кг), обладавшую нулевой плавучестью. Мину можно было использовать двумя способами. Во-первых, буксировать на тросе, чтобы подвести ее под днище неприятельского корабля и взорвать с помощью взрывателя ударного действия. Во-вторых, ввинчивать бурав в днище и оставлять его там вместе с миной, снабженной часовым механизмом (подобно мине Д. Бушнелла) и прикрепленной к бураву коротким тросом.

26 термидора (т. е. 14 августа) 1801 г. специальная комиссия произвела оценку ее боевых возможностей. В качестве мишени был использован старый 40-футовый (12,2 м) шлюп, прикрепленный тросом к буйку на рейде в одной из бухт Бреста. «Наутилус» прибыл туда под парусом. В 650 футах (198 метров) от цели Фултон погрузился, отпустил мину и пошел в атаку. Позже он вспоминал:

«Я взял такое направление, чтобы пройти близ шлюпа и, проходя мимо, ударил его бомбой. Произошел взрыв, шлюп разлетелся на мелкие части, от него не осталось ничего, кроме буйка и троса. Взрыв был настолько силен, что столб воды и обломков взлетел на 80-100 футов вверх».

В ходе испытаний выявилась низкая эффективность горизонтального руля из-за малой скорости подводного хода. Лодка плохо держалась на заданной глубине[31].

Для устранения этого недостатка Фултон установил перед рубкой небольшой архимедов винт по типу того, что был на «Черепахе» Бушнелла. Но в целом адмирал Вилларэ, официальный представитель морского министерства, признал «Наутилус» вполне пригодным к использованию в военных целях.

Однако он заявил также, что подводное оружие в самом деле не дает противнику никаких шансов уцелеть, поэтому такой способ ведения морской войны «нельзя назвать рыцарским»! Когда он увидел, как страшный взрыв разнес шлюп на куски, чувства адмирала явно пришли в смятение. В самом деле, людям, мыслившим понятиями парусного флота и пушек, стрелявших ядрами, все эти мины казались чем-то совершенно ужасным!

Аналогично рассуждал Кафарелли, морской префект Бреста. Позже он вспоминал:

«Следующая более важная причина побудила адмирала /Вилларэ/ и меня отказать в этом /т. е. позволить Фултону выйти в море и атаковать английский фрегат/: такой способ действий против неприятеля представляется настолько предосудительным, что лица, которые его предприняли бы и потерпели бы неудачу, были бы повешены. Такая смерть, разумеется, не подобает военным».

Между тем, Фултон 9 сентября представил комиссии Монжа обширный отчет о проведенных испытаниях. Отчет он сопроводил новым подробным планом боевых операций против британского флота. Он считал возможным строить теперь металлические (медные) подводные лодки длиной 11 метров и шириной около 4 метров, несущие 25–30 буксируемых мин, вмещающие 6–8 человек команды и снабженные запасом воздуха на 8 часов подводного плавания.

В ответ Монж, Лаплас и Вольней послали Фултону письмо, уведомлявшее его о желании Наполеона лично увидеть подводную лодку в действии.

Однако именно в это время успешно завершились переговоры о подписании мирного договора между Великобританией и Францией. Фултону стало ясно, что Наполеон стремится лишь к тому, чтобы узнать технические детали устройства подводной лодки и хранить этот проект на случай новой войны с англичанами.

Поэтому в письме от 20 сентября 1801 г. он так ответил членам комиссии:

«Весьма сожалею, что я не имел раньше сведений о желании Первого консула осмотреть подводную лодку. Когда я окончил свои опыты, она еще имела много дефектов, и поскольку она была лишь несовершенной машиной, я разобрал ее на части, продал ее железные детали, свинец и цилиндры (насосов — А.Т,), был вынужден разломать на куски ее ходовой механизм. Так что теперь не остается ничего, что могло бы дать представление об ее устройстве.

Будьте добры извиниться за меня перед Первым консулом, что я отказываюсь представить свои чертежи комиссии инженеров. На это у меня есть два основания. Во-первых, я не хочу предоставлять кому-либо возможность излагать принципы (устройства лодки — А.Т.) или способы управления ею, чтобы эти данные не стали переходить из рук в руки, пока они не дойдут до противника. Во-вторых, я рассматриваю это изобретение как свою личную собственность… Это изобретение, как я понимаю, может дать мне большое состояние, и поэтому правительству следует договориться со мной о некоторых условиях, прежде чем я дам свои дальнейшие объяснения… Я работал три года и произвел значительные затраты на свои опыты»…

Иначе говоря, «Наутилус» больше не существовал. Фултон извлек его на берег и полностью разрушил, не желая, чтобы его «секрет» (т. е. внутреннее устройство) стал известен посторонним. Он считал, что июльская демонстрация в присутствии официальных лиц (адмирала Вилларэ и других) была достаточно убедительной. Он требовал «полной гарантии», т. е. солидной суммы денег.


Предполагаемый внешний вид подводной лодки «Наутилус-2».

Новый морской министр Декрэ (Decres), занявший этот пост I октября 1801 г., при личной встрече в середине октября отказал в просьбе Фултона принять его самого и его матросов на военную службу, без чего англичане в случае захвата подводников в плен в самом деле могли повесить их как шпионов или пиратов. Подобно Форфэ и Вилларэ, он полагал, что «нельзя считать находящимися на военной службе людей, пользующихся столь варварским средством для уничтожения неприятеля».

Министр заявил американцу, что хотя его изобретение само по себе эффективно, оно годится только для «алжирских пиратов». Франция, которая еще не утратила своего морского могущества, считает ниже своего достоинства бороться с врагами столь «подлыми средствами». Он также дал понять Фултону, что Бонопарт отрицательно относится к дальнейшим опытам с «Наутилусом» (как мы сейчас знаем, к тому времени Наполеон уже отказался от идеи вторжения в Англию и сделал ставку на «континентальную блокаду»). Соответственно, Фултону не следовало больше надеяться на продолжение финансирования.

Разочарованный и обиженный, Фултон переключился на конструирование пароходов, в чем весьма преуспел. Первый из них он испытал на Сене в 1803 году. Тем временем выяснилось, что за его опытами с «Наутилусами» внимательно следили англичане. Еще 13 мая 1802 г. старый друг Фултона, граф Чарльз Стэнхоуп, хорошо знавший из переписки с ним о планах подводной войны, выступил на закрытом заседании парламента. Там он объявил, что располагает точными сведениями о новом морском оружии, имеющемся в распоряжении Наполеона. По требованию графа был создан специальный комитет для изучения этой проблемы. 19 июня 1803 г. комитет разослал секретное письмо командирам всех портов южного побережья Англии, в котором предупреждал об опасности со стороны французских подводных лодок.

А чуть раньше, в мае 1803 г., британский секретный агент «мистер Смит» тайно встретился с Фултоном в Париже. Он предложил ему переехать в Англию и продать свое изобретение правительству Его Величества. Он попросил Фултона изложить в письменной форме его условия и обязательства.


Чертеж Фултона, показывающий устройство подводной лодки «Наутилус-3». А — носовой якорь; В — вертикальный винт; С — брашпиль с якорным канатом; G — резервуар водяного балласта;

D — водяной насос; Q — вентиляционный насос; И — вентиляционная труба; J — коленчатый вал, соединенный с гребным винтом, с вентиляционными насосами и с брашпилем К второго якоря.

Требования изобретателя были таковы: выплатить ему 10 тысяч фунтов стерлингов (сумма, равная стоимости трехпалубного линейного корабля со всеми его пушками и парусами) и после приезда в Лондон в течение трех недель создать специальный комитет для рассмотрения его проекта. Что касается обязательств, то Фултон брался построить судно, обладавшее значительно большими боевыми возможностями, чем его медный «Наутилус». «Мистер Смит» договорился с Фултоном, что тот поедет в Амстердам и там получит ответ британского правительства. Фултон провел в столице Голландии три месяца, после чего вернулся в Париж, решив, что его предложение отвергнуто. На самом же деле агент просто не смог встретиться с ним в условленном месте. Прибыв снова в Париж, «мистер Смит» нашел Фултона и вручил ему зашифрованное письмо министра внутренних дел Великобритании лорда Хоксбери (1770–1828). Тот выражал согласие с его предложениями и обещал щедрое вознаграждение.

Оглавление книги


Генерация: 0.543. Запросов К БД/Cache: 0 / 0