«Resurgam» Гэррета (1878 г.)

Изобретатель Джордж Уильям Гэррет (George William Garret; 1852–1902) построил в Манчестере и испытал одноместную подводную лодку «Resurgam» (Возрождение).

Джордж был третьим сыном Джона Гэррета, священника англиканской церкви, известного масона, а также автора популярных книг о воспитании детей. Он получил хорошее образование (средняя школа и колледж), особенно по физике и математике. В 1875 г. ученый совет Тринити-колледжа в Дублине присвоил ему степень бакалавра за научное исследование о физиологии человеческого дыхания. Одновременно его наградили медалью за победу в чемпионате колледжа по боксу.

После этого Джордж провел год в Новой Зеландии и на островах Фиджи, где изучал и практиковал судовождение. В конце 1876 г. он вернулся в Англию, женился, поступил на теологический факультет Кембриджского университета. В мае следующего года епископ Манчестерский посвятил его в сан диакона и назначил священником одного из городских приходов.

«Resurgam» Гэррета (1878 г.)

Первая подводная лодка Гэррета

Однако свежеиспеченный пастор очень скоро увлекся совсем не церковными делами.

В апреле 1877 г. началась очередная русско-турецкая война. В ходе ее русские моряки широко применяли шестовые и буксируемые мины, правда, без особых успехов. Так, 10 июня лейтенант З. П. Рожественский попытался на паровом минном катере атаковать на Дунае турецкий монитор «Иджалие». Но турецкий корабль был окружен бонами, которые не позволили храброму лейтенанту добиться успеха. Через две недели по той же причине не удалась атака на турецкие корабли под Никополем. Как вспоминал позже сам Гэррет, эти два инцидента вызвали у него мысль о том, что надо изобрести средство для подведения мин к кораблям ниже поверхности воды.

Начал он с создания в том же году автономного дыхательного аппарата для водолазов, работавшего на сжатом воздухе. Он назвал его «пневматафор» (pneumataphore). Изобретатель неоднократно погружался под воду с этим аппаратом и оставался там до 37 минут. Весной 1878 г. Джордж основал в Манчестере фирму «Garret Submarine Navigation and Pneumataphore Co». Благодаря рекомендациям его отца уставной капитал в сумме 10 тысяч фунтов стерлингов внесли пять манчестерских бизнесменов-масонов, по две тысячи каждый.

Вскоре Гэррет-младший построил на эти деньги свою первую субмарину. Она имела длину 14 футов (4,26 м), наибольший диаметр 5 футов (1,52 м), подводное водоизмещение 4,5 тонны.

Своей формой лодка походила на яйцо с немного заостренными оконечностями. В ее средней части размещалась башенка ромбического сечения, снабженная иллюминаторами для наблюдения и освещения, а также кожаными рукавами для производства подводных работ.

Четырехлопастный винт работал от ручного привода. Управление по курсу осуществлялось с помощью двух вертикальных рулей.

В нижней части лодки находились три небольшие балластные цистерны, заполнение и осушение которых производилось ручным насосом. Кроме того, в верхней части корпуса позади сиденья подводника был установлен металлический цилиндр, сообщавшийся с забортной водой. Двигая внутри его поршень, можно было изменять объем лодки и регулировать, таким образом, глубину погружения (принцип Бэрна!).

Вооружение состояло из буксируемой мины. Для ее применения нужно было подойти к вражескому кораблю и с помощью кожаных рукавов прикрепить к якорной цепи специальный блок, имевший отверстие, через которое проходил трос, соединенный одним концом с миной, а другим с субмариной. После этого лодка удалялась и тащила трос. Последний, проходя через отверстие блока, направлял мину к борту корабля, при столкновении с которым она взрывалась.

Воздух внутри корпуса следовало освежать путем подачи порций сжатого кислорода из баллона. Для освещения использовалась примитивная электрическая лампа («стеклянная трубочка с вытянутым отчасти воздухом»), работавшая от гальванической батареи.

Все испытания этой лодки происходили на реке в Манчестере и в гавани Ливерпуля. В открытое море она никогда не выходила. Впрочем, мышечной силы одного человека не хватало даже на то, чтобы развить скорость один узел (1,85 км/час). Глубина погружения не превышала 7 футов (2 метра). О прикреплении мины к якорной цепи с помощью кожаных рукавов оставалось только мечтать[66].

Однако Гэррет уверовал в то, что конструкция его подводной лодки является весьма рациональной и прогрессивной. Надо лишь увеличить ее габариты, заменить ручной привод винта механическим (лучше всего паровым), снабдить навигационными приборами. Этим он немедленно и занялся.

Похожие книги из библиотеки

Воздушные извозчики вермахта. Транспортная авиация люфтваффе 1939–1945

Изначально этот род авиации, оснащенный в основном неуклюжими с виду трехмоторными самолетами Ju-52, был создан в Третьем рейхе для обслуживания парашютно-десантных войск. Впервые воздушные десанты были использованы во время Польской кампании. Затем, период захватов Дании, Норвегии, Голландии, Бельгии, Греции, транспортная авиация люфтваффе буквально «силами одного парашютно-десантного полка» захватывала аэродромы, крепости и стратегически важные мосты. Парашютисты внезапно опускались с небес прямо на голову противника, подготавливая плацдармы для выгрузки основного десанта. Уже в мае 1940 года транспортным самолетам впервые пришлось снабжать по воздуху отрезанные во вражеском тылу войска. В дальнейшем эта их функция стала основной. Демянск, Холм, Сталинград, Тунис, Кубань, Крым, Корсунь, Каменец-Подольский и многие другие котлы, образовавшиеся вследствие гитлеровской стратегии «стоять до последнего», неизменно снабжались с помощью пресловутых «воздушных мостов». На последнем этапе войны к ним прибавились многочисленные города-«крепости»: Будапешт, Кёнигсберг, Бреслау, Дюнкерк, Лорьян и многие другие.

В этой книге на основе многочисленных, в основном зарубежных источников и архивных документов впервые подробно рассказано практически обо всех невероятных по накалу и драматизму операциях транспортной авиации люфтваффе с 1939 по 1945 г.

“Цесаревич” Часть II. Линейный корабль. 1906-1925 гг.

Четырнадцать долгих месяцев продолжалось заточение “Цесаревича” в гавани германской колонии. Время, столь стремительно утекавшее, а в Порт-Артуре и каждый день усугублявшее осаду, здесь, в Циндао словно остановилось. Тягостное ощущение плена не покидало матросов и офицеров. Снова и снова каждый по-своему переживал обстоятельства того решающего боя 28 июля и всей войны. Осознание многих упущенных возможностей и технических неполадок тяжким гнетом лежало на душе у каждого моряка. Мучительно было чувствовать свою оторванность от Порт- Артура и невозможность помочь эскадре, которая, находясь так недалеко — в каких- то 200 милях — медленно погибала.

Истребитель танков «Мардер»

Сам факт появления в Вермахте самоходных противотанковых орудий не случаен. С одной стороны — это часть общего процесса создания широкой номенклатуры самоходноартиллерийских установок, необходимых для повышения мобильности артиллерийских подразделений в составе танковых и моторизованных дивизий. С другой — прямое соответствие тактике применения танковых соединений в немецкой армии.

В принципе, для Панцерваффе было характерно наличие в штате большого числа противотанковых орудий. Так, например, к началу операции «Барбаросса» в составе немецкой танковой дивизии в среднем имелось 45 37-мм и девять 50-мм противотанковых пушек, в моторизованной дивизии — 102 37-мм и девять 50-мм. Кроме того, для противотанковой обороны могли привлекаться (и привлекались) легкие и тяжелые пехотные орудия, а также малокалиберная зенитная и дивизионная гаубичная артиллерия. В состав дивизионных боевых групп в случае необходимости включались орудия корпусной артиллерии и 88-мм пушки тяжелых зенитных дивизионов Люфтваффе.

Реактивные первенцы СССР – МиГ-9, Як-15, Су-9, Ла-150, Ту-12, Ил-22 и др.

Когда в конце Великой Отечественной «сталинские соколы» впервые столкнулись в бою с реактивными самолетами Люфтваффе, истребитель-бомбардировщик Me-262 произвел на советских специалистов такое впечатление, что они пытались «пробить» решение о его производстве в СССР. Однако руководство страны предпочло сделать ставку на отечественную промышленность, используя трофейные немецкие технологии, а не копируя их. В кратчайшие сроки наши ведущие КБ — Яковлева, Микояна, Сухого, Лавочкина, Туполева, Ильюшина и др. — разработали более 25 реактивных самолетов, самыми удачными из которых оказались МиГ-9 и Як-15/17…

В этой книге вы найдете исчерпывающую информацию обо всех первенцах реактивной эры и первом послевоенном поколении авиации СССР, а также об экспериментальных направлениях, оказавшихся «тупиковыми», — ракетных, пульсирующих и прямоточных силовых установках.

Коллекционное издание на мелованной бумаге высшего качества иллюстрировано сотнями эксклюзивных чертежей и фотографий.