14

23 июня отдел воздушной разведки совершил один из своих самых важных вылетов за все время расследования. Вскоре после полудня «моски– то» сержанта Е.П.Х. Пика приземлился на родном аэродроме с комплектом великолепных четких фотоснимков, охвативших всю экспериментальную площадку Пенемюнде, и в особенности пусковой испытательный стенд VII. На этих фотоснимках были четко видны белые корпуса ракет.

Капитан Кенни все еще осторожничал, однако изменил свое обозначение с «объекта» на «торпеду».

Тем вечером премьер-министр созвал начальников штабов на совещание. Как только оно закончилось, мистер Черчилль пригласил к себе Джонса и спросил у него, не связался ли с ним уже Сэндис. Удивленный Джонс ответил отрицательно. После минутного размышления премьер-министр предупредил его: «Очень хорошо, на следующей неделе я снова созову совещание начальников штабов. Будьте готовы!»

Как только Сэндис получил отчет Кенни, он подготовил свой собственный доклад по ракетной угрозе. У него не оставалось сомнений, что немцы вот-вот пустят в ход крупные пусковые установки, и в Ваттене наверняка находится одна из них. Сэндис предупреждал: «Несмотря на все усилия помешать им, немцы имеют возможность вывести на огневые позиции в Северной Франции ряд пусковых установок и начать ракетную атаку Лондона».

Расчеты, основанные на многочисленных полученных донесениях, показывали, что дальность полета ракеты может составить от 90 до 130 миль, продолжал Сэндис. Теперь Лондон не являлся единственной целью, дальность полета ракеты позволяла поразить также Портсмут и Саутгемптон. Бомбежка Пенемюнде может не принести значительного успеха. В связи с этим Сэндис предлагал министерствам здравоохранения и военного транспорта подготовить планы эвакуации и рассмотреть возможность концентрации большого количества в Лондоне «убежищ Моррисона».

Если в качестве топлива ракеты использовали кордит и 50 процентов их массы составляла стальная обшивка корпуса, то ракета, подобная тем двум, что были на фотоснимках из Пенемюнде, едва ли могла весить больше 60 тонн.

Доктор Р.В. Джонс независимо от Сэндиса пришел к выводу, что ракета из Пенемюнде может весить «от двадцати до сорока тонн».

Во второй половине дня 26 июня он явился к Сэндису, ознакомился с его отчетом и был поражен, увидев, что Сэндис смело говорит о предполагаемом весе ракеты от 60 до 100 тонн.

Сэндис пригласил его поговорить по телефону с помощником доктора Кроу Уильямом Куком, который подтвердил бы эти выкладки. Секретарь Сэндиса соединил Джонса с Куком, и Джонс своими ушами услышал, как тот подтвердил свои расчеты.

После короткого разговора доктор Джонс повесил трубку и в замешательстве поспешил обратно в свой офис, где его секретарь как раз только что закончила печатать его собственный отчет. К счастью, он еще не был откопирован и распространен.

Джонс сказал ей:

– Они говорят, что ракета весит от шестидесяти до ста тонн. Наверное, я был не прав. Они, судя по всему, знают, о чем говорят. Но даже если и так, я не могу просто так увеличить свою цифру до восьмидесяти…

Он боролся со своей совестью. В конце концов он велел секретарю стереть первоначальные слова «от двадцати до сорока тонн» и вставить новую оценку: «возможно, от сорока до восьмидесяти тонн». Так Джонс перешел в лагерь мистера Дункана Сэндиса.

Два дня спустя, 28 июня 1943 года, мистер Сэндис направил свой отчет членам комитета обороны. Следующим вечером на заседании комитета он обратил внимание присутствовавших на более поздние фотоснимки из Пенемюнде, на которых четко проступили корпуса ракет. Не было сомнения, что ракетная атака Лондона будет иметь самые серьезные последствия. По приблизительным подсчетам министерства внутренней безопасности, от взрыва одной такой ракеты погибнет или будет ранено до 4000 человек. Гитлер, предупреждал Сэндис, настаивает на том, чтобы ракеты были применены в самое ближайшее время, какие бы технические трудности ни препятствовали этому.

Самой лучшей контрмерой будет разрушение Пенемюнде.

Штаб ВВС уже рекомендовал отложить воздушный налет на Пенемюнде до августа, однако утром в офис мистера Сэндиса пришло доказательство того, что в августе уже может быть поздно что-либо предпринимать.

– Существует вероятность, – заявил Сэндис вечером, – что оружие будет применено до начала августа.

В его руках были фотоснимки из Пенемюнде. На них был запечатлен поезд, состоящий из необычно длинных крытых вагонов, которые явно предназначались для транспортировки ракет.

Похожие книги из библиотеки

Советские танковые армии в бою

Новая книга от автора бестселлеров «Штрафбаты и заградотряды Красной Армии» и «Бронетанковые войска Красной Армии». ПЕРВОЕ исследование истории создания и боевого применения советских танковых армий в ходе Великой Отечественной.

Они прошли долгий и трудный путь от первых неудач и поражений 1942 года до триумфа 1945-го. Они отличились во всех крупных сражениях второй половины войны – на Курской дуге и в битве за Днепр, в Белорусской, Яссо-Кишиневской, Висло-Одерской, Берлинской и других стратегических наступательных операциях. Обладая сокрушительной мощью и феноменальной подвижностью, гвардейские танковые армии стали элитой РККА и главной ударной силой «блицкригов по-русски», сломавших хребет прежде непобедимому Вермахту.

Тайна Безымянной высоты. 10-я армия в Московской и Курской битвах. От Серебряных Прудов до Рославля.

Это был стремительный и кровавый марш из юго-восточного Подмосковья через районы Тульской и Калужской областей до Смоленщины. Месяц упорных и яростных атак в ходе московского контрнаступления, а затем – почти два года позиционных боев в районе Кирова и Варшавского шоссе. И – новый рывок на северном фасе Курской дуги. Именно солдатам 10-й армии довелось брать знаменитую Безымянную высоту, ту самую, «у незнакомого поселка», о которой вскоре после войны сложат песню.

В книге известного историка и писателя, лауреата литературных премий «Сталинград» и «Прохоровское поле» Сергея Михеенкова на основе документов и свидетельств фронтовиков повествуется об этом трудном походе. Отдельной темой проходят события, связанные с секретными операциями ГРУ в так называемом «кировском коридоре», по которому наши разведывательно-диверсионные отряды и группы проникали в глубокий тыл немецких войск в районах Вязьмы, Спас-Деменска, Брянска и Рославля. Другая тема – судьба 11-го отдельного штрафного батальона в боях между Кировом и Рославлем.

Рассекреченные архивы и откровения участников тех событий легли в основу многих глав этой книги.

Воздушные извозчики вермахта. Транспортная авиация люфтваффе 1939–1945

Изначально этот род авиации, оснащенный в основном неуклюжими с виду трехмоторными самолетами Ju-52, был создан в Третьем рейхе для обслуживания парашютно-десантных войск. Впервые воздушные десанты были использованы во время Польской кампании. Затем, период захватов Дании, Норвегии, Голландии, Бельгии, Греции, транспортная авиация люфтваффе буквально «силами одного парашютно-десантного полка» захватывала аэродромы, крепости и стратегически важные мосты. Парашютисты внезапно опускались с небес прямо на голову противника, подготавливая плацдармы для выгрузки основного десанта. Уже в мае 1940 года транспортным самолетам впервые пришлось снабжать по воздуху отрезанные во вражеском тылу войска. В дальнейшем эта их функция стала основной. Демянск, Холм, Сталинград, Тунис, Кубань, Крым, Корсунь, Каменец-Подольский и многие другие котлы, образовавшиеся вследствие гитлеровской стратегии «стоять до последнего», неизменно снабжались с помощью пресловутых «воздушных мостов». На последнем этапе войны к ним прибавились многочисленные города-«крепости»: Будапешт, Кёнигсберг, Бреслау, Дюнкерк, Лорьян и многие другие.

В этой книге на основе многочисленных, в основном зарубежных источников и архивных документов впервые подробно рассказано практически обо всех невероятных по накалу и драматизму операциях транспортной авиации люфтваффе с 1939 по 1945 г.

Оружие великих держав. От копья до атомной бомбы

Книга Джека Коггинса посвящена истории становления военного дела великих держав – США, Японии, Китая, – а также Монголии, Индии, африканских народов – эфиопов, зулусов – начиная с древних времен и завершая XX веком. Автор ставит акцент на исторической обусловленности появления оружия: от монгольского лука и самурайского меча до американского карабина Спенсера, гранатомета и межконтинентальной ракеты.

Коггинс определяет важнейшие этапы эволюции развития оружия каждой из стран, оказавшие значительное влияние на формирование тактических и стратегических принципов ведения боевых действий, рассказывает о разновидностях оружия и амуниции.

Книга представляет интерес как для специалистов, так и для широкого круга читателей и впечатляет широтой обзора.