17

В конце июня 1943 года рейхсминистр Альберт Шпеер отправил одного из своих инженеров инспектировать обе площадки Пенемюнде. Его отчет был направлен в Берлин 29 июня, как раз в тот день, когда мистер Черчилль собрал совещание комитета обороны в Уайтхолле.

В отношении ракет «А-4» инженер высказывался весьма нелестно. На него произвело большое впечатление испытание «Me-163» – самолета типа «летающее крыло», истребителя с ракетным двигателем, которых германские ВВС планировали выпустить до 1000 единиц. А вид зенитного управляемого реактивного снаряда «Вассерфаль», который должен был нести боеголовку весом 100 фунтов при максимальной высоте полета до 50 000 футов на расстояние 28 миль, сподвигло его на то, чтобы приложить к отчету подробное обоснование необходимости свернуть всю программу работ по «А-4» в пользу этого снаряда, хотя к тому времени он даже еще не испытывался.

В отчете с явной неприязнью говорилось о проекте «А-4», указывалось, что это «чрезмерно сложное и дорогостоящее оружие», и предполагалось, что ракеты «А-4» годятся только для поражения крупных целей большой стратегической важности. Далее было сказано: «Разработка этого оружия могла бы считаться завершенной, как только будут решены проблемы с управлением процессом сгорания в двигателе ракеты и прочие технические проблемы, мешающие достичь полного контроля над самой ракетой».

Ежемесячно планировалось производить 900 ракет «А-4», поэтому материальные потребности следовало удовлетворять заранее: ежемесячный выпуск ракеты требовал 13 000 тонн жидкого кислорода, 4000 тонн 99 %-ного чистого спирта, 2000 тонн метилового спирта, 500 тонн перекиси водорода и 1500 тонн сильного взрывчатого вещества.

Конкурентом «А-4» был самолет-снаряд «Fi– 103» – «небольшой беспилотный самолет с пульсирующим воздушно-реактивным двигателем, использующим низкооктановое топливо». Пусковая катапульта работала на перекиси водорода или твердом взрывчатом веществе, а боеголовка должна была весить 1,5 тонны. Был запланирован ежемесячный выпуск 3000 самолетов-снарядов, который влек за собой производство 300 тонн перекиси водорода, 2000 тонн низкооктанового топлива и 4500 тонн сильного взрывчатого вещества.

В начале июля Шпеер вызвал Дегенколба в Берлин на очередные переговоры. Теперь оба знали, что проблемы с производством «А-4» не так легко преодолеть. За это винили Пенемюнде: как позднее указал Шпеер, его министерство первоначально обещало предоставить техническую документацию для производства к осени 1942 года. Теперь комитет по «А-4» выяснил, что заказы на производство компонентов для ракет можно разместить только на ряде «третьесортных» заводов.

Шпеер и Дегенколб пришли к выводу, что для размещения заказов по ракетной программе на других, более подходящих предприятиях, уже сильно загруженных срочными оружейными программами, придется подписать у фюрера особый приказ.

8-го Шпеер посетил ставку Гитлера в Восточной Пруссии.

Фон Браун и Дорнбергер уже находились там, они прилетели из Пенемюнде вместе с доктором Штейхофом на его «Хейнкеле-111». Вместе с Альфредом Йодлем и Вильгельмом Кейтелем из Верховного командования Гитлер посмотрел захватывающий фильм о первом запуске «А-4», а также видел макет бункера в Ваттене.

«Фюрер произвел герра фон Брауна, помощника генерал-майора Дорнбергера, в должность профессора в знак признания за его диссертацию по новому оружию, – записал Шпеер по возвращении в Берлин. – Мейсснеру предписано выпустить диплом. Гитлер желает лично подписать его, а я должен сделать подарок».

Дорнбергер позднее вспоминал, что он высказал возражения против бункера в Ваттене, отдавая предпочтение не столь бросающимся в глаза моторизованным пусковым установкам для его ракетных войск. Однако Гитлер не стал его слушать и потребовал, чтобы для запуска ракет соорудили еще два или три таких бункера.

Шпеер продолжает: «Фюрер опять настаивал на том, что любые усилия следует предпринять для того, чтобы ускорить производство ракет «А-4». Он считает, что это оружие окажет решающее влияние на ход войны, будучи способным облегчить трудное положение рейха, и этого можно достигнуть относительно незначительными затратами. Рабочая сила и материалы должны быть предоставлены в полном объеме».

Шпеер решил воскресить давний приказ фюрера по программе танковых войск и превратить его в приказ по производству «А-4». Рабочая сила, необходимая для ракетного производства, будет взята из рабочих, работающих на вооруженные силы страны.

По соображениям безопасности Гитлер приказал Шпееру нанимать на производство ракет только немцев, а дополнительную рабочую силу черпать из районов, пострадавших от бомбежек союзников.

Пять дней спустя фельдмаршал Мильх созвал совещание в министерстве авиации рейха с целью обсудить растущий кризис в авиационной промышленности, теперь еще более усугубленный письмом Шпеера, который от имени Гитлера потребовал, чтобы производство ракетных компонентов было обеспечено за счет авиационной промышленности. Представитель министерства авиации выступил с жалобой: «Опасность состоит в том, что «А-4» теперь имеет высший приоритет важности и наше собственное производство начинает страдать от нехватки техников. Сторч [из комитета по «А-4»] заявил сегодня, что он уже предвидит наступление времени, когда требования программы «А-4» перестанут удовлетворяться. Произойдет посягательство на наши мощности. Министерство вооружений придерживается точки зрения, что наши мощности не так уж и нужны. Однако если мы прекратим производство, выпуск уже законченного самолета окажется под угрозой».

Очевидно было, что производство самолетов должно уступить место производству ракет «А-4». Чиновник продолжал: «Мы должны подготовить полный комплект доказательств того, что наше производство страдает от вторжения программы «А-4», поэтому нам следует потребовать защиты».

Затем взял слово представитель Промышленного совета: «Нам следует немедленно ввести в курс дела производителей. На многих фирмах авиационной промышленности уже размещены контракты на производство «А-4». Если производители говорят: «Мы не станем размещать у себя это производство», им резко отвечают: «У вас нет выбора, это продукция, имеющая высший приоритет»…

20 июля Шпеер вызвал на совещание в Берлин начальников департаментов своего министерства, ответственных за промышленность Рура, а также Дорша из «Организации Тодта». Рейхсминистр сообщил им детали первоочередных мер, которые он планирует предпринять для ускорения производства «А-4», если на это будет получено согласие фюрера.

Шпеер прекрасно понимал, что в скором времени бомбардировщики союзников навестят Пенемюнде. Через два дня на совещании Шпеера, Дегенколба и Дорнбергера, а также специалистов по ракетному производству обсуждались необходимые меры по укреплению ПВО в этом районе.

Опасаясь воздушного налета, Шпеер к началу лета 1943 года предусмотрительно рассредоточил выпуск компонентов ракет. Большинство субдоговоров уже реализовывались в Пенемюнде-Восток, по всей Германии сотни небольших компаний стали выпускать узлы и электронные компоненты, освященные высшим приоритетом во всем комплексе военной промышленности Германии.

Документы лишь одной комиссии по вооружениям во Фрейбурге (Южная Германия) отражают процесс рассредоточения процесса производства, а также сдвиг, который оно вызывало в каждом секторе военной промышленности.

В Южной Германии 38 небольших фирм, включая одну со столь знакомым именем «Дегенколб и Ко», наладили массовый выпуск компонентов для ракет «А-4». На каждом заводе трудилось до 200 рабочих, производящих магнето, топливные насосы, реле, сервомеханизмы и сотни других наименований. К концу июля 1943 года только в районе Фрейбурга в реализации заказов для «А-4» было занято 1477 высококвалифицированных рабочих.

Путаница в германской военной промышленности была ужасающей, командование предупреждало: первоначальные квоты на август и сентябрь не могут быть выполнены, поскольку все больше и больше компаний вовлечены в программу по «А-4».

Безоговорочная поддержка Шпеером проекта «А-4» продолжала вызывать гнев у германских ВВС. Осознание того, что их собственное детище – самолет-снаряд «Fi-103» – отодвинуто в сторону конкурентом, было невыносимым. Где бы ВВС ни пытались наладить производство своих реактивных снарядов, они всюду натыкались на проект «А-4», и эти стычки оставляли неприятный осадок. Так, компания в Бреслау подрядилась выполнить контракт для ВВС и поставить 100 фюзеляжей для «Rheintochter», экспериментальной серии реактивных снарядов класса «воздух – земля». Однако ничего не вышло. Взбешенный командующий ПВО 22 июля заявил на совещании у фельдмаршала Мильха, что, по его данным, завод в Бреслау реквизирован для производства «А-4».

Другим примером может служить гибель проекта по производству зенитной ракеты «Вассерфаль» из-за того, что эта ракета, так же как и «А-4», работала на жидком топливе. ВВС с готовностью согласились, чтобы разработкой «Вассерфаля» теперь занималась армия. 500 высококвалифицированных инженеров были направлены в Пенемюнде и сформировали там особую «Противовоздушную исследовательскую часть». В конце 1942 года эта часть подчинялась фон Брауну. К марту 1943 года инженеры провели испытания опытного образца камеры сгорания, работавшей на азотной кислоте и спирте. К июлю 1943 года вторая, окончательная модель камеры сгорания «Вассерфаля» уже располагалась на испытательном стенде VI. Испытания проводил доктор Вальтер Тиль. Двигатель развивал тягу в 8 тонн. На совещании 22 июля Мильх дал указание увеличить численность части до 1500 человек. Вдохновленная этим, команда «Вассерфаль» предварительно запланировала два запуска снаряда до конца 1943 года и еще двадцать пять до июня 1944 года.

Этим планам не суждено было сбыться.

Гитлер подписал приказ, назначающий высший приоритет ракетам дальнего радиуса действия, и в дальнейшем германские ВВС могли лишь беспомощно наблюдать, как фон Браун забирает инженеров из проекта «Вассерфаль» в свою команду, работавшую над его собственным проектом «А-4».

Похожие книги из библиотеки

Оружие великих держав. От копья до атомной бомбы

Книга Джека Коггинса посвящена истории становления военного дела великих держав – США, Японии, Китая, – а также Монголии, Индии, африканских народов – эфиопов, зулусов – начиная с древних времен и завершая XX веком. Автор ставит акцент на исторической обусловленности появления оружия: от монгольского лука и самурайского меча до американского карабина Спенсера, гранатомета и межконтинентальной ракеты.

Коггинс определяет важнейшие этапы эволюции развития оружия каждой из стран, оказавшие значительное влияние на формирование тактических и стратегических принципов ведения боевых действий, рассказывает о разновидностях оружия и амуниции.

Книга представляет интерес как для специалистов, так и для широкого круга читателей и впечатляет широтой обзора.

Неизвестный «МиГ». Гордость советского авиапрома

Это слово понятно без перевода в любой точке мира – совсем как «спутник» или «Калашников». Эти легендарные истребители всегда оправдывали свое стремительное имя, отличившись во всех войнах СССР. Высотные скоростные МиГ-3, на которых держалась наша ПВО в начале Великой Отечественной, надежно защитили Москву от немецких налетов. Великолепные МиГ-15 очистили небо Кореи от «Летающих крепостей», похоронив надежды США на победу в ядерной войне. Прославленные МиГ-21 сбивали американские «Фантомы» над Вьетнамом и израильские «Миражи» над Голанскими высотами. Вся история ОКБ им. А. И. Микояна – это летопись рекордов, достижений и побед: первый отечественный реактивный самолет Миг-9; первый в мире серийный сверхзвуковой МиГ-19; революционный для своего времени МиГ-23 с изменяемой геометрией крыла; стремительный МиГ-25, первым среди серийных машин достигший скорости 3000 км/ч.; сверхманевренный МиГ-29, по праву считающийся одним из лучших истребителей четвертого поколения, «мечтой любого пилота» … Менее известен вклад Микояна в космические победы СССР, а ведь именно под его руководством создавались искусственные спутники Земли и сверхсекретный пилотируемый воздушно-космический самолет «Спираль», не имеющий себе равных.

Снимая гриф секретности, эта книга восстанавливает подлинную историю МиГа за три четверти века. Это – лучшая творческая биография великого авиаконструктора и его легендарного КБ, ставшего гордостью отечественного авиапрома.

Неизвестный Лавочкин

Легендарные самолеты Героя Социалистического Труда С.А. Лавочкина по праву считаются одним из символов Победы. Хотя его первенец ЛаГГ-3 оказался откровенно неудачным, «заслужив» прозвище «лакированный гарантированный гроб», установка нового мотора и усовершенствование конструкции буквально преобразили эту тяжелую неповоротливую машину, превратив в лучший истребитель Великой Отечественной – прославленные Ла-5, Ла-5ФН и Ла-7 сначала перехватили у немцев господство в воздухе, а затем и сломали хребет Люфтваффе. Именно на этих самолетах воевали двое из пяти лучших советских асов, а Иван Кожедуб первым сбил новейший реактивный Me.262. Именно Лавочкин стоял у истоков советской реактивной авиации – это его истребители первыми преодолели сверхзвуковой, а межконтинентальная крылатая ракета «Буря» – и тепловой барьер. Это в его ОКБ были созданы и первые отечественные беспилотники, и зенитные управляемые ракеты, прикрывавшие Москву в разгар холодной войны.

Прорывая завесу тотальной секретности, многие десятилетия окружавшую проекты Лавочкина, эта книга по крупицам восстанавливает творческую биографию великого авиаконструктора и подлинную историю его авиашедевров.

Эволюция вооружения Европы. От викингов до Наполеоновских войн

Книга известного ученого Джека Коггинса представляет подробнейший обзор эволюции вооружения Европы. Исследование включает историю развития оружия, обмундирования и классификацию военных чинов, характерных для ведущих мировых держав. Применение различных видов оружия рассматривается на примере ведения боя у викингов, испанцев, британцев, шведов и французов.

Перед читателем возникает целостная картина развития военного дела Европы, важным этапом которого стало появление огнестрельного оружия.