4

Когда звуки атаки начали стихать, генерал-майор Дорнбергер повернулся к своему адьютанту, доктору Вернеру Магириусу, и простонал:

– Мой прекрасный Пенемюнде… мой прекрасный Пенемюнде!

Вот что рассказывает об этом дневник секретаря профессора фон Брауна: «Четвертый и пятый блоки все в огне. Повсюду слышны взрывы – рвутся бомбы замедленного действия. Рушатся стропила и фронтоны.

Я чуть не наступила в огромную лужу крови. В ней лежала оторванная, с обрывками мундира нога.

– Кто-нибудь, выйдите из бункера и помогите!

Какой позор, люди бегут прочь.

Мой профессор кричит:

– Мы должны спасти секретные документы!

Но крыша уже рухнула, и фасад вот-вот упадет. Мы можем попробовать подняться по лестнице. Профессор сжимает мою руку, и мы осторожно входим в здание. Оно представляет собой скопление маленьких пожаров. Идя ощупью вдоль стены, мы доходим до второго этажа. Двери сгорели; войдя в комнату, мы медленно приближаемся к сейфу.

Я несколько раз бегала вверх и вниз по лестнице, нагруженная секретными документами, пока не выбилась из сил. Профессор и несколько мужчин остались наверху. Они выбрасывали из окон мебель и вещи. Я была внизу, складывая бумаги в сейф, лежащий на земле.

Невыносимая жара. Пришел часовой и встал флегматично перед сейфом с оружием наготове. Медленно занялся рассвет. Я вернулась в бомбоубежище. Секретные документы в безопасности под замком».

Всю ночь из Волгаста раздавались телефонные звонки, единственная связь с остальной Германией: Гитлер, который в предшествующие недели ложился спать не позже двух часов ночи, в этот раз оставался на ногах до четверти четвертого. В пять утра полковнику Занссену позвонили в Берлин и приказали немедленно возвращаться в Пенемюнде.

Дункан Сэндис, который всю ночь ждал в Уайтоне возвращения самолетов, был рад услышать от экипажей самолетов наведения, что рейд был удачным, хотя пилот головного бомбардировщика отказался признавать это до тех пор, пока не увидел фотоснимки Пенемюнде на следующее утро. Бомбардировка прошла исключительно аккуратно. Было проанализировано 457 фотоснимков. Бомбардировочное командование пришло к выводу, что «почти все самолеты бомбили в пределах трех миль, большинство – в радиусе одной мили от точки прицеливания».

Вице-маршал авиации Беннет приписал большую часть успеха в этой победе своим эскадрильям самолетов наведения. Затем последовала раздача наград: полковник авиации Сирби, координировавший атаку на Пенемюнде, был награжден орденом «За боевые заслуги»: он «выполнил свою трудную задачу с виртуозностью, продемонстрировав безупречное руководство, большую отвагу и решительность».

На следующий день после налета «москито» произвел разведку окрестностей Пенемюнде. Медменхем сообщал: «В районе цели и вокруг нее большая концентрация воронок, многие здания все еще в огне. В Северной промышленной зоне [экспериментальный завод] порядка двадцати семи зданий среднего размера полностью разрушены, по крайней мере четыре здания все еще горят».

Более детальный анализ показал, что вокруг экспериментального завода пятидесяти зданиям нанесен серьезный ущерб. Два больших цеха в районе второй цели, к сожалению, избежали серьезных разрушений, одно осталось совершенно невредимым. Больше всего пострадал городок персонала. Все до одного из 100 зданий, рассеянных в лесу, были уничтожены. Из тридцати бараков, которые составляли лагерь для принудительных работ Трассенхайде, восемнадцать было уничтожено огнем. Отчет дешифровщиков гласил: «Жилые здания для персонала пострадали больше всего. Если во время воздушного налета они были заполнены, потери могли быть весьма значительными».

В Голдапе – штаб-квартире командного состава германских ВВС – новость о том, что Пенемюнде весь в огне, пришла вскоре после шести часов утра. К семи часам начальник штаба ВВС, генерал-полковник Ганс Иешоннек, был проинформирован о случившемся. К девяти часам он все еще не появился на совещании. Когда секретарь открыла дверь его кабинета, то обнаружила генерала лежащим на полу с револьвером в руке. Рядом с телом обнаружили записку: «Я больше не могу работать с Герингом. Да здравствует фюрер!»

Вскоре после полуночи, как выяснилось, Иешоннеку позвонил Геринг и заявил о прискорбном отсутствии сотрудничества между ПВО и ночными истребителями.

Геринг обвинил Иешоннека в трусости, поскольку даже в качестве начальника штаба ВВС тот опасался противоречить политике Гитлера. Геринг насмешливо заявил, что Иешоннек всегда стоит перед фюрером по стойке «смирно», словно подобострастный младший офицер…

После Швайнфурта и Пенемюнде несчастный Иешоннек решил выйти из игры.

Утром Шпеер вылетел в Пенемюнде. Полет над дымящимися руинами исследовательского центра говорил обо всем без слов. Единственное, что его немного обрадовало, – то, что авиабаза, расположенная в Пенемюнде-Запад, вообще не была затронута во время атаки и работа там проходила в обычном режиме.

Шпеера встретил Дорнбергер, «все еще бодрствующий и покрытый грязью», по словам рейхсминистра. Дорнбергер доложил об ущербе, причиненном ракетной станции. После короткого совещания рейхсминистр отбыл в Швайнфурт.

Полковник Лео Занссен также прибыл в Пенемюнде. До самого центра он не доехал, вынужден был выйти из машины и пройти пешком. Поврежденные железнодорожные пути и шоссе парализовали движение. Двое выдающихся ученых – доктор Тиль и доктор Вальтер – погибли под развалинами жилого дома, где не было предусмотрено никаких бомбоубежищ. Впоследствии ВВС обвинили армию в пренебрежении элементарными мерами гражданской обороны. Даже окопы были вырыты «по настоянию ВВС».

Гибель доктора Тиля переживалась особенно мучительно: он участвовал в ракетной программе практически с самого начала, обладал блестящим умом и был первым ученым, который размышлял об использовании атомной энергии для ракетных двигателей. Он служил связующим звеном между Пенемюнде и профессором Вернером Гейзенбергом, физиком-атомщиком. После смерти Тиля интерес к этой области угас. К августу 1943 года разработка камеры сгорания «А-4» была уже завершена, однако гибель Тиля, несомненно, отрицательно сказалась на программе разработки зенитной ракеты «вассерфаль», чей опытный образец камеры сгорания уже находился на испытательном стенде VI.

Некоторые из ученых центра Пенемюнде спаслись от гибели чудом. Доктор Эрнст Штейнхофф, руководитель телеметрической лаборатории, нашел спасение в бомбоубежище в заводском квартале. Главный инженер Вальтер Ридель и его семья всю первую половину налета просидели в подвале своего дома. Услышав, что гул самолетов стихает, они выбрались из подвала и отправились в другой конец сада, чтобы посмотреть на пожары. В это время в их дом угодила бомба, полностью разрушив его. На следующий день он сидел с безутешным видом среди руин своей виллы и мылся с помощью ведра с пивом: водонасосная станция Пенемюнде была разрушена.

До налета британских самолетов численность людей, обслуживающих нужды Пенемюнде, составляла 12 000 человек, 8000 из них были непосредственно связаны с разработкой, производством и сборкой «А-4». Около 3000 человек жили в квартале, который был первой целью для британских бомбардировщиков.

Генерал-майор Дорнбергер впоследствии информировал американцев, проводивших его допрос, что воздушный налет британских ВВС стоил жизни 732 работникам, из которых 120 были немцами, а остальные – русскими, поляками и т. д.

Среди них было несколько рабочих из Люксембурга, которые оказывали помощь разведке союзников. После атаки на Пенемюнде поток сообщений от этих агентов прекратился и никогда более не возобновлялся.

Дорнбергер заминировал не имеющие большого значения здания в районах, не пострадавших от налета. Как только был восстановлен Четвертый блок, он в целях маскировки сжег деревянные брусья, уложенные на крыше блока. Воронки по возможности были оставлены в неприкосновенности. 19 августа британские начальники штабов отклонили предложение американских ВВС провести дневную атаку на центр в Пенемюнде, сочтя это излишним.

Даже при этом общая задержка в разработке составила по меньшей мере два месяца: запуски ракет были возобновлены только 6 октября. Разрушение поселка персонала заставило каждое утро привозить на работу сотрудников, расселенных в гостиницах и деревнях поблизости. Жилые дома не стали восстанавливать, так как немецкая разведка от пленных летчиков узнала, что союзники продолжат бомбить Пенемюнде до тех пор, пока центр не будет полностью уничтожен.

Вскоре немцы приступили к эвакуации всех иностранных рабочих и наиболее ценных разработок: ранее уже были подготовлены планы по рассредоточению производства ракет, только теперь были предложены планы по сооружению подземных экспериментальных центров в Южной Германии и Северной Франции. Дополнительные проекты отвлекали драгоценное время научного персонала от главной исследовательской программы «А-4». Все это способствовало задержке. Например, уникальная аэродинамическая труба, которая не пострадала во время налета, постепенно прекратила работу и в январе 1944 года была перевезена к озеру Кохель в Южной Германии. Только в октябре она снова была готова к работе, правда, вместо 500 часов работы в месяц, как это было в Пенемюнде, теперь она работала всего 200 часов.

Хотя станция Пенемюнде-Запад практически не пострадала во время бомбежки, разработка самолета-снаряда была приостановлена из-за эвакуации иностранных рабочих с полуострова. Сооружение в Земпине, к югу от Пенемюнде, катапульты для тренировочных целей было отложено из-за потери во время налета предназначенного для этого оборудования. Опасаясь дальнейших атак на Пенемюнде, германские ВВС неделей позже перенесли испытания самолета-снаряда на военно-морскую базу в Брюстерорт, в Восточной Пруссии, где в кратчайшие сроки тысячами русских и польских пленных, а также инженерами ВВС были сооружены три катапульты для самолетов-снарядов. Впоследствии были подготовлены планы по эвакуации всего 155-го зенитного полка (W) полковника Вахтеля из Пенемюнде и Земпина в Роншаген в Померании, поскольку все еще существовала вероятность повторных налетов на Пенемюнде.

Похожие книги из библиотеки

Все авиа-шедевры Мессершмитта. Взлет и падение Люфтваффе

Как бы ни были прославлены Юнкерс, Хейнкель и Курт Танк, немецким авиаконструктором № 1 стали не они, а Вилли МЕССЕРШМИТТ.

Эта книга – первая творческая биография гения авиации, на счету которого множество авиашедевров – легендарный Bf 109, по праву считающийся одним из лучших боевых самолетов в истории; знаменитый истребитель-бомбардировщик Bf 110; самый большой десантный планер своего времени Ме 321; шестимоторный военно-транспортный Ме 323; ракетный перехватчик Ме 163 и, конечно, эпохальный Ме 262, с которого фактически началась реактивная эра. Случались у Мессершмитта и провалы, самым громким из которых стал скандально известный Ме 210, но, несмотря на редкие неудачи, созданного им хватило бы на несколько жизней.

Сам будучи авиаконструктором и профессором МАИ, автор не только восстанавливает подлинную биографию Мессершмитта и историю его непростых взаимоотношений с руководством Третьего Рейха, но и профессионально анализирует все его проекты.

Советские танковые армии в бою

Новая книга от автора бестселлеров «Штрафбаты и заградотряды Красной Армии» и «Бронетанковые войска Красной Армии». ПЕРВОЕ исследование истории создания и боевого применения советских танковых армий в ходе Великой Отечественной.

Они прошли долгий и трудный путь от первых неудач и поражений 1942 года до триумфа 1945-го. Они отличились во всех крупных сражениях второй половины войны – на Курской дуге и в битве за Днепр, в Белорусской, Яссо-Кишиневской, Висло-Одерской, Берлинской и других стратегических наступательных операциях. Обладая сокрушительной мощью и феноменальной подвижностью, гвардейские танковые армии стали элитой РККА и главной ударной силой «блицкригов по-русски», сломавших хребет прежде непобедимому Вермахту.

Эволюция вооружения Европы. От викингов до Наполеоновских войн

Книга известного ученого Джека Коггинса представляет подробнейший обзор эволюции вооружения Европы. Исследование включает историю развития оружия, обмундирования и классификацию военных чинов, характерных для ведущих мировых держав. Применение различных видов оружия рассматривается на примере ведения боя у викингов, испанцев, британцев, шведов и французов.

Перед читателем возникает целостная картина развития военного дела Европы, важным этапом которого стало появление огнестрельного оружия.

Великие танковые сражения. Стратегия и тактика. 1939-1945

Книга посвящена главной ударной мощи сухопутных сил – танковым войскам. Автор реконструировал основные танковые сражения Второй мировой войны, подробно рассказал о предыстории создания и послевоенном развитии бронетанковой техники, дал характеристику различных видов и типов танков, уделяя большое внимание броневой защите и параметрам танковых орудий, их маневренности в конкретных ландшафтах. Издание снабжено картами, схемами и фотографиями.