Главная / Библиотека / Средний танк М48 /
/ Боевое применение

Глав: 6 | Статей: 6
Оглавление
В середине 1950-х годов, несмотря на все свои недостатки и связанные с этим проблемы, М48 являлся основным танком американских вооруженных сил. «Паттоны III» состояли на вооружении армии и морской пехоты, они дислоцировались как на континентальной части США, так и в Европе. «Европейские» М48 принимали участие в известном противостоянии в августе 1961 года в Берлине. В «международном плане» М48, можно считать, не повезло — он так и остался «промежуточным» между М47 и М60. К примеру, даже в 1965 году в парке натовских машин М48 имелись на вооружении лишь в ФРГ и Норвегии, в то время как остальные страны предпочитали (или не хотели менять) М47 и «центурионы». В самих США уже в 1960-е годы М48 стали передаваться Национальной гвардии.

Приложение к журналу «МОДЕЛИСТ-КОНСТРУКТОР»

Боевое применение

Боевое применение



Средний танк М48А3 движется по узкой дороге во вьетнамских джунглях

Вьетнам

Впервые танкам М48 довелось "понюхать пороху" буквально сразу же после поступления в войска. Летом 1958 года бригада американской морской пехоты высадилась в Ливане с задачей стабилизировать обстановку в связи с обострившейся гражданской войной. В состав бригады входил 3-й танковый батальон морской пехоты, имевший на вооружении М48А1. Танкисты "паттонов" в ходе этой экспедиции имели единственное столкновение, которое с натяжкой можно считать боевым. Оно произошло, когда два ливанских танка М3 "Грант" попытались воспрепятствовать движению колонны морской пехоты. До стрельбы дело не дошло, поскольку командир ливанских танкистов получил приказ не устраивать американцам дополнительные проблемы.

Реальная же боевая карьера М48 началась в Индокитае. И опять пионерами применения танков этого типа стали морские пехотинцы. В марте 1965 года в южновьетнамский порт Дананг прибыли транспорты с М48А3 все того же 3-го танкового батальона корпуса морской пехоты США.

На первых порах американцы ограничивали использование тяжелой техники в боях с отрядами Вьет Конга (так в США и на Западе именовался Народный фронт освобождения Южного Вьетнама). Причина была чиста политической — США стремились избежать обвинений в эскалации агрессии. Из состава всех армейских подразделений, отправлявшихся во Вьетнам, изымалась бронетехника. Исключением являлась только 1-я пехотная дивизия, которой оставили по роте танков М48 и БТР М113 — новые машины планировалось испытать в боевых условиях. Уже первые столкновения показали, что участие в боях бронетехники резко уменьшает потери. И все же, честь первыми опробовать "Паттоны" в бою выпала не армии, а морской пехоте.



Один из танков М48А3 3-го танкового батальона Корпуса морской пехоты США на огневой позиции у опорного пункта Ке Сан

Генералы из штаба Командования военного снабжения попытались изъять из состава частей морской пехоты, отправлявшихся во Вьетнам, тяжелую технику. Однако, то, что удалось проделать с армейскими дивизиями, не получилось с морскими пехотинцами. Корпус морской пехоты США — особый род войск, это — не армия, чтобы подчиняться каким-то "сухопутным крысам". Командование морской пехоты решило взять с собой все штатное вооружение: "Неужели морская пехота не знает, ЧТО лучше?"

К концу 1965 года на вооружении задействованной в Индокитае морской пехоты имелось 65 линейных танков М48 и 12 огнеметных М67. Ее части были единственными американскими подразделениями во Вьетнаме, не имевшими никаких ограничений на использование бронетанковой техники в боевых действиях.

В плане применения танковых подразделений в условиях партизанской войны морские пехотинцы не предложили ничего нового: охрана военных баз, эскортирование конвоев и непосредственная поддержка пехоты; в последнем случае одной пехотной роте придавался один танк.

Первые стычки с отрядами Народного фронта освобождения (НФО) танкисты морской пехоты имели летом 1965 года. Происходили они, как правило, в ходе патрулирования периметров своих же лагерей. По-настоящему танки впервые показали себя в сражении в районе Чалай. Поданным разведки, вьетнамцы собирались атаковать крупную военную базу в этом районе силами 1-го полка НФО. Американцы решили упредить противника. Операция по его уничтожению получила название "Старлайт". К участию в ней привлекалось до трех батальонов морской пехоты, каждому из них придавались танковый взвод и САУ.

В результате скоординированных действий пехоты, вертолетов и десантников вьетнамцев удалось прижать к морю. Бои продолжались в течение недели; вьетнамский полк был разбит. Танки и самоходные пушки "Онтос" оказывали огневую поддержку наступающим частям. Своими действиями танкисты доказали возможность использования тяжелой техники в условиях джунглей и заболоченных рисовых чеков. В то же время американцы понесли ощутимые потери: колонна из трех М48 и пяти бронетранспортеров LVTP, шедшая без сопровождения пехоты, напоролась на партизан и была полностью разгромлена. Согласно же американским данным, при проведении операции "Старлайт" семь М48 получили тяжелые повреждения, однако все машины удалось вернуть в строй.

Несколько операций, подобных "Старлайт", способствовали снятию запрета на отправку бронетехники в Индокитай, и с начала 1967 года танки во Вьетнаме стали использоваться достаточно широко. В течение последующих трех лет бронетанковые подразделения осуществляли огневую поддержку войск, охрану военных объектов, где они интегрировались в систему стационарных огневых точек. Американцы также пытались с помощью М48, оснащенных Катковыми тралами, расчищать дороги от мин, которыми их в изобилии засеивали вьетнамцы. Катковые тралы были слишком тяжелыми и сильно ограничивали подвижность боевых машин, поэтому использовались в весьма ограниченных масштабах.



М48А3 5-й мотопехотной дивизии на боевой позиции. Американские танкисты часто укрепляли крупнокалиберный пулемет М2НВ снаружи командирской башенки, что обеспечивало большую эффективность огня


М48А3, оборудованный Катковым минным тралом, из состава 5-го бронекавалерийского полка. При боевом тралении башню обычно разворачивали на 180°, чтобы взрывы мин не повреждали ствол пушки

Высокую эффективность бронекавалерийские подразделения продемонстрировали при отражении серии хорошо спланированных ударов отрядов войск НФО и регулярных частей армии ДРВ в начале 1968 года, известных как "Новогоднее наступление". Нападения на американцев и правительственные войска происходили по всей территории Южного Вьетнама, особенно тяжелыми были бои в городах Сайгон, Лонгвинь, Бьен Хоа, в районе авиабазы Тан Сон Нат. Высокая тактическая мобильность гусеничной техники позволяла быстро перебрасывать танки и САУ на угрожаемые участки для оказания огневой поддержки обороняющимся. Американцы быстро опомнились от внезапного нападения и начали постепенно выдавливать противника из городов и военных баз. Городские улицы — не лучшее место для использования танков, к тому же в начале 1968 года вьетнамцы впервые в больших количествах стали применять ручные гранатометы РПГ-7. Особенно велики были потери танков М48А1 с бензиновыми двигателями. Эти машины, наряду с "шериданами", пользовались у американских солдат, воевавших во Вьетнаме, дурной славой — были случаи отказов танкистов идти на них в бой.

Единственной крупной наступательной операцией США в Индокитае, в которой заметную роль сыграли танки, стало вторжение в Камбоджу. По ее территории проходили коммуникации, связывавшие ДРВ с Южным Вьетнамом и носившие название "тропа Хо Ши Мина". После неудачного (с военной, но не с политической точки зрения) "Новогоднего наступления" отряды партизан отошли на камбоджийскую территорию. Всю вторую половину 1968 года и первую 1969-го небольшие хорошо вооруженные группы партизан переходили камбоджийско-вьетнамскую границу и нападали на конвои грузовых автомобилей и гарнизоны американских войск в Южном Вьетнаме.



М48А2С

Мелкие отряды базировались и в самом Южном Вьетнаме, но основные базы были сосредоточены в Камбодже. Логичнее было в такой ситуации не "ловить блох" в бескрайних джунглях, а разгромить базы, не считаясь с тем, что они находятся в формально нейтральной стране. Основной удар нанесли южновьетнамские войска, однако янки тоже в стороне не остались. 1 мая 1969 года правительственная пехота при поддержке танков 11-го бронекавалерийского полка атаковала лагерь, который американцы называли "Фишхук". С воздуха сюда был высажен вертолетный десант. В ходе боя удалось разгромить несколько батальонов Вьет Конга. Два месяца понадобилось американцам, чтобы уничтожить все основные опорные пункты в Камбодже, но как только они убрались оттуда, вьетнамские базы появились вновь — партизанская война продолжалась.

Несколько раньше вторжения в Камбоджу, 3 марта 1969 года, состоялся единственный за всю войну бой между вьетнамскими и американскими танками. Ночью восемь ПТ-76 при поддержке БТР атаковали лагерь сил специального назначения в Бенхете. Американская разведка заранее узнала о нападении, поэтому гарнизон лагеря был усилен взводом танков М48 из состава 69-го бронекавалерийского полка армии США. Потери в танках понесли обе стороны. Один ПТ-76 подорвался на мине, еще два были уничтожены огнем М48; американцы, в свою очередь, лишились одного танка.



Танк М48А2С 5-й пехотной дивизии Армии США преодолевает препятствие. На стволе пушки установлен ксеноновый прожектор, неплохо зарекомендовавший себя во Вьетнаме


Огнеметный танк М67А1 обстреливает вьетнамские позиции в окрестностях Дананга

Основным и наиболее популярным среди личного состава танком бронекавалерийских частей армии США во Вьетнаме являлся М48А3, оснащенный дизельным двигателем. По мнению танкистов, это была хорошо сбалансированная в отношении бронезащиты и огневой мощи машина. Экипажи этих танков особенно ценили устойчивость их конструкции к детонации боекомплекта при взрывах мин под гусеницами. На начальном этапе войны американцы предпочитали ремонту замену разбитых машин новыми. Однако довольно быстро ситуация изменилась. Значительное количество танков, получивших боевые повреждения, по существующим в армии США нормативам ремонту не подлежало, но такой техники набралось слишком много, чтобы взять и одним росчерком пера отправить ее в металлолом. Так, один из руководителей разработки М48 признал в 1972 году на страницах журнала "Арми лоджистишн": "Фактическое снижение боеспособности частей, обусловленное боевыми повреждениями танков, оказалось значительно сильнее, чем предполагалось. Много боевых машин списывалось в металлолом, что делало очевидным необходимость принятия срочных мер".

Чтобы вернуть в строй максимально возможное количество танков М48, уже в конце 1967 года пришлось создать специальную группу для изучения боевых повреждений, возможности организации ремонта и разработки рекомендаций по производству ремонтных работ. Руководил группой полковник Шеридан. При изучении боевых повреждений, полученных "паттонами" в Индокитае, было отмечено, что большая часть подбитых машин имеет разрушения передних узлов подвески и ходовой части, а также днищ. Основная причина — подрыв на минах и, как следствие — деформация литого корпуса по линии торсионных валов. Вместе с тем, среди повреждений имелись и пробоины от артиллерийских снарядов. Прежде танки с подобными повреждениями корпуса в США списывались однозначно. В начале 1968 года специалисты группы разработали программу восстановления поврежденных танков М48А3. Рекомендовалось пробоины в днище и башне или заваривать с помощью ферритных электродов, или ставить "заплаты" из брони толщиной 25,4 мм на пробоины диаметром более трех дюймов. Ремонт получивших боевые повреждения танков М48А3 был налажен на армейской базе в Аннистоне в середине 1968 года. Отчетность этой базы дает некоторое представление о потерях "паттонов" во Вьетнаме. В 1968 — 1972 годах здесь отремонтировали 313 танков только модификации М48А3; три машины было списано. В то время как в 1965 — 1968 годах из-за боевых повреждений пришлось списать 120 "паттонов". Сведения о количестве отремонтированных и списанных танков лишь одной модели АЗ плохо стыкуются с официальными данными о минимальных боевых потерях в танках.

В 1972 году в Ханое посчитали, что этот год должен стать победным. По "тропе Хо Ши Мина" в Южный Вьетнам было переброшено огромное количество снаряжения и боевой техники — шла подготовка к решительному наступлению. В отличие от "Новогоднего наступления" 1968 года, на острие атак должны были идти не партизанские формирования, а регулярные подразделения армии ДРВ. Разведки США и Южного Вьетнама подготовку наступления "проспали", поэтому огневой удар, нанесенный 29 марта 1972 года по позициям южновьетнамцев, и последовавшие за ним атаки пехоты и танков оказались внезапными. Задним числом ЦРУ посчитало, что в наступлении принимало участие до 700 танков, в основном Т-54. Главный удар пришелся по недавно сформированной 3-й пехотной дивизии армии Южного Вьетнама. Она была смята и, потеряв почти все тяжелое вооружение, отброшена к городу Куангчи. Задержать наступление удалось спешно переброшенному сюда 20-му танковому полку армии Южного Вьетнама, недавно перевооруженному на новенькие М48, морским пехотинцам и рейнджерам. Если верить американским данным, в 20-м полку служили сплошь и рядом одни снайперы: 2 апреля рота М48 без потерь со своей стороны уничтожила два Т-54 и девять ПТ-76, а всего к 20 апреля танкисты 20-го полка (естественно без потерь со своей стороны) уничтожили более шестидесяти Т-54. Надо сказать, что в боях за Куангчи впервые во Вьетнаме были использованы ПТУР "Малютка", так что можно с уверенностью говорить о том, что горели в тех местах не одни только "пятьдесятчетверки".



Танк М48А3 перед восстановительными работами на ремонтном заводе Армии США в Аннистоне


Во Вьетнаме БРЭМ М88 зачастую привлекались для патрулирования дорог в окрестностях военных баз и опорных пунктов

Войска ДРВ действительно понесли большие потери, и к середине апреля линия фронта стабилизировалась, но не надолго: на 27 апреля было назначено новое наступление. Танковый кулак разорвал линию фронта, над обороняющимися частями южновьетнамцев нависла угроза окружения к северу от Куангчи. Началось планомерное отступление, местами переходящее в бегство. В первых рядах отступающих, ломая своими машинами хрупкие бамбуковые мостики через местные реки, неслись на М48 танкисты 20-го полка. 2 мая Куангчи пал. Длившиеся месяц бои закончились: для продолжения наступления у северовьетнамцев сил уже не было; линия фронта стабилизировалась, теперь уже надолго. Штаб 20-го танкового полка заявил об уничтожении в ходе этих боев более 90 танков Т-54 и ПТ-76; все собственные потери (ни много ни мало — 100% имевшихся перед началом боев танков) офицеры полка отнесли на счет слабых мостов через реки и прочих небоевых повреждений. Сразу после окончания сражения остатки 20-го полка пришлось вывести на переформирование.

Очередное наступление с севера привело к разгрому южновьетнамских войск на приморском направлении и в центральном районе. Эвакуация из г.Плейку началась 15 марта. Военные и гражданские перемешались, весь план отхода сразу же был нарушен, и под ударами подразделений армии ДРВ отступление перешло в паническое бегство. Ценой потери 320 танков, в основном М48, и нескольких сотен БТР 60 тысячам отступающих (из 200 тысяч, вышедших из Плейку и Контума) удалось вырваться из центрального района и достичь 25 марта побережья Южно-Китайского моря в районе г. Туйхоа.

На заключительном этапе войны М48 имелись на вооружении как подразделений армии Южного Вьетнама, так и частей Вьетнамской народной армии, захватившей танки в качестве трофеев. В последнем аккорде войны— взятии Сайгона 30 апреля 1975 года — принимал участие 203-й танковый полк армии ДРВ, имевший в своем составе, кроме бронетехники советского и китайского производства, трофейные танки М41 и М48, БТР М113. В прессе сообщалось, что Вьетнам использовал трофейные М48 даже в 1979 году в ходе боев на территории Камбоджи.

Наряду с линейными танками М48, американцы применяли во Вьетнаме мостоукладчики AVLB (они были, в частности, на вооружении 11-го бронекавалерийского полка), огнеметные танки М67 и БРЭМ М88. Малый возимый в танке запас огнесмеси не позволял использовать М67 в глубоких рейдах, обычно их применяли в системе обороны баз. БРЭМ непосредственно в боевых действиях не участвовали, однако использование тяжелой техники в Индокитае без М88 было просто невозможным. На плечи экипажей этих машин легла тяжелая работа по ремонту подбитой и сломанной техники в полевых условиях, а также эвакуация поврежденных танков и БТР.



Экипажи 34-го танкового полка готовят свои М48А3 к выходу на патрулирование местности

Индо-пакистанский конфликт 1965 года

Поставленные из США танки М48 использовал Пакистан в войне 1965 года с Индией. Конфликт начался с серии пограничных инцидентов в районе пустынной местности Ранн Кутч в западной части индо-пакистанской границы, произошедших в апреле — мае. Пакистанская сторона использовала в боях мелкие танковые подразделения на М48. 30 июня было заключено перемирие, однако напряженность на границе не спадала. С новой силой боевые действия возобновились 1 сентября. Очаг напряженности сместился к северу — в Кашмир. Силы армии Пакистана численностью до бригады при поддержке двух батальонов "паттонов" вторглись в долину южного Кашмира. Чтобы остановить наступление противника, индийское командование использовало авиацию. Истребители-бомбардировщики поставленную задачу выполнили — в результате бомбово-штурмовых ударов пакистанцы потеряли 14 М48. 7 сентября, в ответ на действия Пакистана, границу перешли подразделения 7-й индийской пехотной бригады. В последующие три дня в бои с индийской стороны оказались втянутыми две пехотных дивизии и танковая бригада, им противостояли две пехотных и одна танковая дивизии Пакистана.

Перед 1-й пакистанской танковой дивизией, оснащенной М47 и М48, была поставлена задача ударом во фланг сорвать продвижение индийцев в направлении Лахора. Индийцы смогли вовремя вскрыть сосредоточение массы танков и подготовиться к отражению удара. 10 сентября 1965 года в районе населенного пункта Асал Уттар произошло крупнейшее танковое сражение индо-пакистанской войны. Пакистанцы как по заказу сделали все от них зависящее, дабы потерпеть поражение: дали индийцам время на подготовку обороны, для атаки выбрали холмистую местность и, наконец, танки наносили удар без поддержки пехоты. Сражение превратилось в избиение "паттонов" всеми возможными средствами поражения: РПГ, безоткатными орудиями,артиллерией,ручными гранатами. К заходу солнца на поле боя чадило сто танков, главным образом, М48. Местечко Ассал Уттар пакистанцы прозвали "Паттон Нэгэр" — кладбище "паттонов".

Разгром 1-й пакистанской танковой дивизии сказался на репутации М-48 среди танкистов всего мира. Американцам пришлось объясняться: танк-то, де, превосходный, но вот тактическое использование, подготовка экипажей... В ряде западных изданий отмечается, что индийцы имели более совершенные танки, причем в американских источниках тип этих танков не указывается. Добро бы это были Т-54, однако в войне 1965 года индийская сторона применяла "центурионы". Очень не хотелось чванливым янки признавать превосходство друзей-конкурентов из Великобритании. Индия официально объявила об уничтожении 462 пакистанских танков, в основном М48, обозначив собственные потери в 160 — 200 машин (по пакистанским данным — 500).

Арабо-израильская война 1967 года

Первую сотню М48 Израиль получил из Бундесвера. К началу войны 1967 года роту "паттонов" успели перевооружить 105-мм пушками и установить на них дизели. Всего в Армии обороны Израиля к началу "Шестидневной войны" насчитывалось порядка двух сотен "паттонов". После войны 1956 года основной упор в строительстве вооруженных сил этой страны был сделан на повышение мобильности войск; количество бронетанковых и механизированных бригад увеличивалось за счет сокращения бригад пехотных. Обычно бронетанковая бригада включала два танковых батальона по 50 машин в каждом, не менее одного мотопехотного батальона на полугусеничных бронетранспортерах, разведывательную роту и артиллерийское подразделение. Бронетанковые бригады сводились в соединения дивизионного уровня — угдаты. В их состав, помимо бронетанковых бригад, входила механизированная пехотная бригада, соотношение танковых и пехотных соединений в угдате варьировалось в зависимости от конкретных обстоятельств.

Весной 1967 года в Египте мало кто верил в скорую войну хотя бы потому, что страна вела тяжелую и затяжную кампанию в Йемене. Тем не менее, президент Насер начал наращивать группировку на Синайском полуострове. Сюда было переброшено 100 000 солдат и офицеров и порядка 1000 танков. Лидеры Объединенной арабской республики настояли на выводе с полуострова сил ООН, разграничивавших египетские и израильские войска с 1957 года. Затем Насер вновь закрыл для израильских торговых судов Тиранский пролив. Арабское радио в открытую призывало к войне и осыпало Израиль градом насмешек. Положение еврейского государства выглядело печально. На границах стояло полмиллиона арабских солдат и 2000 танков, эту армаду готовились поддержать с воздуха более 700 самолетов. Боевые действия соседних с Израилем государств были готовы поддержать и другие страны арабского мира, общей границы с ним не имевших: Саудовская Аравия, Алжир, Ирак, Судан и Кувейт. Руководство Израиля видело единственный способ разрешить ситуацию в свою пользу — нанести внезапный превентивный удар. В субботу 3 июня 1967 года израильские газеты вышли с фотографиями солдат на отдыхе в кругу семьи. Министр обороны Моше Даян произнес речь о невозможности войны в ближайшее время. Начальник генерального штаба Ицхак Рабин также не выглядел озабоченным.

Израильская авиация нанесла внезапный удар в 7.45 5 июня, в это время большинство египетских самолетов находилось на аэродромных стоянках, а их экипажи завтракали. К 10.30 ВВС Египта перестали существовать, что в конечном итоге предопределило поражение арабов. Теперь ВВС Израиля могли обратить свой меч против Сирии и Иордании.

В 8.15 головные "паттоны" угдата генерала Таля пересекли границу с Египтом. На острие удара наступала 7-я бронетанковая бригада полковника Шмуля Гонена. Первое крупное сражение разгорелось уже через час. Батальону "паттонов" предстояло взять штурмом населенный пункт Хан-Юнис в 6 км от границы. Хан-Юнис, представлявший собой первую линию крупного укрепрайона, обороняли несколько батальонов палестинской пехоты, батареи полевой и противотанковой артиллерии. На участке всего в 10 км, между Хан-Юнисом и Рафахом, египтяне сосредоточили от 100 до 150 танков, включая 30 тяжелых ИС-3, до сотни стволов артиллерии. На под ступах к Хан-Юнису было подбито, как минимум, два М48. Этот населенный пункт удалось взять только после удара израильской авиации и подхода батальона "центурионов".



Пакистанский М48 на кладбище "паттонов". 1965 год

К перекрестку дорог в районе Рафаха первой вышла разведгруппа в составе двух "паттонов", трех полугусеничных бронетранспортеров М3 и четырех джипов. Разведка наткнулась на отлично замаскированные позиции. Первые же снаряды, выпущенные египетскими пушками, разбили бронетранспортер. Внезапный артналет был не единственным сюрпризом, поджидавшим израильтян на Рафахском перекрестке: перед разведчиками появились два танка (вероятно Т-34-85). Первыми успели открыть огонь "паттоны" — обе арабские машины вышли из строя. Сложнее оказалось заставить замолчать артиллерию — даже определить местоположение орудий не удалось. Командир разведгруппы принял решение атаковать противника прямо через минное поле. Джип и один "Паттон" подорвались на минах, однако оставшийся танк, два джипа и два бронетранспортера выполнили задачу. Удержать захваченную линию траншей разведгруппа не могла, пришлось отходить— опять через мины. На обратном пути на двух минах одновременно подорвался второй "паттон".

За Рафахский перекресток разгорелось ожесточенное сражение. Как выяснилось значительно позже, именно здесь находился самый крупный укрепрайон египтян на Синае. В 11 часов дня во фронтальную атаку пошли "паттоны" батальона майора Эхуда Элада. Два танка арабские артиллеристы подбили сразу, затем — еще три. Атака в лоб отвлекла внимание обороняющихся: основные силы батальона сумели зайти в тыл. С расстояния 800 м "паттоны" открыли огонь по вкопанным в грунт танкам Т-34-85 и противотанковым орудиям. Девять арабских танков запылали, сопротивление было сломлено. Если верить воспоминаниям израильских танкистов, то с появлением "паттонов" непосредственно в укрепрайоне арабы начали просто бежать с позиций, даже не пытаясь оказать достойное сопротивление.

Танкисты Элада отбросили арабов с северной окраины Рафаха, не стали ввязываться в уличные бои и устремились к следующей цели — населенному пункту Эль-Ариш. Путь сюда закрывали укрепленные противотанковые позиции. Первая попытка прорвать оборону египтян окончилась неудачей. Причем эта атака оказалась для египтян полной неожиданностью— они никак не ожидали таких "ударных" темпов продвижения от танкистов генерала Таля. Сбить с позиций подразделения ПТО частям 7-й бригады удалось только после третьей атаки, ценой потери 17 "центурионов". Однако египтяне сразу же контратаковали и восстановили положение, отбросив израильтян на исходные позиции. В ход сражения вмешался лично генерал Таль, он не стал дожидаться резервов, а принял рискованное решение: оставшиеся "центурионы" вновь пытаются атаковать арабские позиции, расположенные вдоль шоссе, а батальон "паттонов" обходит укрепления противника с юга по труднопроходимым дюнам. В этом бою одной из рот батальона М48 командовал 23-летний лейтенант Авигдор Кахалани (будущий национальный герой войны 1973 года). После гибели командира батальона майора Элада танкисты, ведомые Кахалани, который принял командование на себя, поставленную задачу выполнили. Но какой ценой! Все без исключения "паттоны" батальона получили попадания снарядов или минометных мин, как уже упоминалось, командир батальона погиб, начальник штаба и командиры всех трех рот были ранены. Всего один бой наглядно демонстрирует, что блицкриг Армии обороны Израиля на Синае вовсе не стал легкой прогулкой. И тем весомее выглядит на этом фоне вклад танкистов Таля и Шарона в эту победу.



М48А5

Здесь уместно вспомнить индо-пакистанскую войну, где М48 заслужили дурную славу, а вот на Ближнем Востоке израильтяне были вполне удовлетворены американскими танками. Конечно же, при этом оставались и пресловутое тактическое использование, и подготовка экипажей... Кстати, справедливы эти истины не только для М48, но и для Т-54, Т-62, Т-72, которые так любят хаять наши "вероятные союзники". При этом, естественно, не стоит забывать, что на острие ударов Армии обороны Израиля шли все-таки "центурионы".

Наступление израильтян на Иорданском фронте началось также 5 июня. Два батальона "шерманов" поддерживали израильскую пехоту в Иерусалиме, а 10-я механизированная бригада была задействована к северу от Вечного города. Чтобы остановить наступление израильских частей, иорданцы попытались организовать контрудар вдоль шоссе Рамаллах-Иерусалим силами 60-й танковой бригады, имевшей на вооружении танки М48 "Паттон". Израильские летчики сорвали этот замысел; к утру 6 июня в 60-й бригаде оставалось всего шесть "паттонов" (очень сомнительная цифра, если учесть, что высокоточного оружия класса воздух-поверхность в те времена не существовало; тем не менее, эта цифра встречается во многих западных источниках). Значительному количеству иорданских танков (в иорданской армии "паттонами" было вооружено две бригады — 40-я и 60-я; в общей сложности порядка трехсот машин М47 и М48) удалось добраться до передовой. В узком горном проходе разыгрался жестокий бой с участием более 100 "супер шерманов" и "паттонов". В течение нескольких часов обе стороны не могли ни вывести уцелевшие танки из боя, ни ввести в действие подкрепления, поскольку дорога оказалась запружена разбитой техникой, которую невозможно было оттащить из-за непрекращающегося обстрела. Спасением для израильтян стал батальон 120-мм минометов, установленных на полугусеничных БТР. Минометчики сумели организовать сплошную завесу огня и подбить 22 иорданских М48, пытавшихся пробиться к полю боя. Потеря еще не побывавших в бою машин подорвала боевой дух арабов.

Победа в танковом сражении стала ключевым моментом в развитии боевых действий на Иорданском фронте. К исходу 8 июня израильтяне вышли к реке Иордан, выполнив поставленные задачи. Бои на Иорданском фронте по накалу сравнимы с боями на Синае, хотя в них и были задействованы с обеих сторон гораздо меньшие силы. Выучка иорданских танкистов и пехоты не уступала подготовке израильских солдат, высок был и их боевой дух. Соотношение потерь в танках, на первый взгляд, оказалось в пользу израильских танкистов, потерявших 112 машин, в то время как арабы лишились 179-ти. Однако все израильские танки были уничтожены либо огнем танковых пушек и противотанковых орудий, либо гранатами РПГ-7. Арабы же, если верить тем же западным данным, большинство танков потеряли в ходе налетов авиации. С арабской стороны на Иорданском фронте воевали две иорданские танковые бригады и одна иракская. На Сирийском фронте "паттоны" Армии обороны не применялись.



"Магачи" из состава 14-й танковой бригады ЦАХАЛа во время боев на Синайском полуострове в октябре 1973 года

Арабо-израильская война 1973 года

Первый удар на Египетском фронте днем 6 октября[* В этот день народ Израиля празднует "Йом-Киппур" — Судный день, отсюда и пошло название войны.] 1973 года нанесла артиллерия, затем 150 "мигов" и "су" ВВС Египта нанесли удар по израильским аэродромам, командным пунктам и узлам связи. Развернутый над египетской армией "зонтик" ПВО препятствовал израильской авиации действовать с обычной эффективностью. Под прикрытием артиллерийского огня через Суэцкий канал в нескольких местах рванулись штурмовые отряды египтян. Переправу тяжелой техники прикрывали группы противотанкистов, оснащенные гранатометами РПГ-7 и ПТУР "Малютка". Штурмовые отряды использовали мощные водяные насосы, чтобы размыть насыпанный на восточном берегу канала песчаный вал. В нескольких точках в короткий срок были наведены понтонные мосты из парков советского производства, тяжелая техника египетской армии потоком устремилась на Синайский полуостров. Вторжению противостояла 1000 солдат и офицеров Армии обороны, израильтяне имели здесь всего 90 танков, главным образом "паттонов". Это была лишь первая линия обороны, в тылу которой в готовности к отражению возможного удара арабов размещались бронетанковые части. Успешные действия бронетанковых частей в войне 1967 года породили у израильского командования своего рода эйфорию от возможностей танков.

В ходе первой контратаки 252-й бронетанковый угдат генерала Мендлера понес тяжелые потери от огня противотанковых средств египтян. Тактика 1967 года оказалась полностью непригодной в условиях новой войны из-за недостаточного количества пехоты сопровождения. К вечеру 7 октября угдат потерял 200 из 300 имевшихся танков. К этому времени на восточном берегу канала находилось уже 40 000 египтян, а также 800 танков. Арабы захватили плацдарм глубиной 15 км. Зенитно-ракетные дивизионы по-прежнему не позволяли израильтянам ввести в бой авиацию.

Суэцкий фронт, которым командовал генерал-лейтенант Бар-Лев, делился на Северный, Центральный и Южный сектора, их соответственно возглавляли генералы Адан, Шарон и Мендлер. Предпринятая 8 октября контратака вновь не имела успеха, тяжелые потери на сей раз понес 167-й бронетанковый угдат генерала Адана. В ходе сражения, развернувшегося в районе Кантары, Китайской фермы и Фридана, количество танков в трех бригадах угдата уменьшилось до 120. 143-й угдат Шарона, атаковавший Китайскую ферму 9 октября, понес относительно небольшие потери.

Ситуация в пользу Израиля начала меняться 14 октября, когда огнем танковых пушек удалось остановить продвижение египетских войск через перевалы вглубь Синая. Немалую роль в отражении атак египетских танков сыграли впервые примененные на Ближнем Востоке боевые вертолеты. Арабы наступали на фронте в 90 км пятью колоннами, в которых насчитывалось порядка 1000 танков. Боевые машины оторвались от пехоты и, самое главное, вышли за пределы радиуса действия зенитно-ракетных комплексов. На Синае развернулось классическое сражение танков против танков, крупнейшее со времен Второй мировой войны. В этом бою египтяне лишились 460 машин, израильтяне потеряли 40.



"Магач" командира 143-го резервного угдата генерал-майора Ариэля Шарона — нынешнего премьер- министра Израиля. Подступы к Суэцкому каналу, 15 октября 1973 года


Танки Армии обороны Израиля на улице Суэца. 25 октября 1973 года

Инициатива на Синае перешла в руки командования Армии обороны Израиля. 15 октября израильтяне попытались фронтальными контратаками, в которых приняли участие девять танковых бригад, смять войска 2-й египетской армии на исмаильском направлении. Сражение длилось весь день, но решающего успеха не достигла ни одна из сторон. Ход боевых действий сумел переломить Ариэль Шарон, предложивший весьма нестандартное решение. В ночь на 16 октября немногочисленный израильский отряд форсировал Большое Горькое озеро на стыке 2-й и 3-й египетских армий и захватил плацдарм на египетском берегу. Арабы сначала не придали этому большого значения, кроме того, они просто не допускали возможности высадки противника у себя в тылу и не выделили средств для обороны западного берега канала. А напрасно, после захвата плацдарма израильские саперы быстро навели понтонный мост и по нему на западный берег пошли израильские танки.

Египтяне вскоре опомнились и попытались отрезать переправившиеся войска. В бой были введены 21-я танковая и 16-я пехотные дивизии. С воздуха танкистов поддерживали истребители-бомбардировщики Су-7, атаковавшие наземные цели под прикрытием истребителей МиГ-21. По мнению обозревателя журнала "Авиэйшн Уик", налеты египетской авиации на позиции группы Шарона были самыми ожесточенными за все время боевых действий 1973 года. Исход войны теперь решался не на перевале Митла, а вблизи экспериментальной сельскохозяйственной станции на берегу Горького озера, известной как "Китайская ферма". В ночном бою войска Шарона подбили около 150 египетских танков, потеряв 70 своих. Танковые бои на плацдарме продолжались весь день 17 октября. Сражение развернулось на площади всего 20 км?. В этот день египтяне потеряли еще 160 танков, а израильтяне — 80. Командование ЦАХАЛа быстро учло уроки войны — все танки действовали в единых боевых порядках с САУ и пехотой, которая передвигалась на БТР М113.

Последней попыткой арабов сбросить противника в канал стала атака 96 Т-62 из состава 25-й танковой бригады. Модернизированные "паттоны" 217-й танковой бригады, входившей в угдат "Брен", отбили атаку, подбив 86 машин; собственные потери составили всего четыре "магача". Больше ничто не мешало Шарону перебрасывать войска на западный берег. Утром 19 октября израильские механизированные группы при поддержке авиации перешли в наступление с плацдарма. К вечеру сопротивление египетских частей было сломлено, а система ПВО на западном берегу канала практически перестала существовать. Путь на Каир был свободен. Но в этот момент традиционно в ситуации с ближневосточными конфликтами в дело вступила ООН. Генеральная Ассамблея потребовала прекратить боевые действия в ночь с 22 на 23 октября. Однако танкисты Шарона не спешили подчиняться этим требованиям, напоследок они ударили по Суэцу. Только после захвата города 25 октября бои были прекращены.

Израильские войска оккупировали на западном берегу канала внушительную территорию, окружили 3-ю египетскую армию и взяли в плен 9 000 солдат. В то же время Египет продолжал удерживать почти весь восточный берег канала, за исключением узкого коридора в районе Большого Горького озера, глубина плацдарма составляла от 8 до 11 км. В плен к арабам попали 250 солдат и офицеров ЦАХАЛа.

Героями сражений на Сирийском фронте опять стали не М48, а "центурионы" и "супершерманы". На всех фронтах войны Судного дня Израиль потерял около 840 танков, однако поле боя осталось за Армией обороны, и израильтяне получили возможность отремонтировать как собственные, так и трофейные арабские танки.



Патруль М48А3 Корпуса морской пехоты США на границе Кубы и американской военно-морской базы Гуантанамо. Начало 1980-х годов


М48А5 одного из подразделений христианских фалангистов в окрестностях Бейрута. Ливан, 1989 год

Оглавление книги


Генерация: 0.090. Запросов К БД/Cache: 0 / 0