Глав: 8 | Статей: 35
Оглавление
В предлагаемой книге рассматриваются события, связанные с двумя противоположными тенденциями в международной политике 1920-х и 1930-х годов.

Суть первой в том, что после Великой войны 1914?1918 гг. правительства стран Антанты всерьез мечтали о Великом мире. Выйдя победителями из чудовищной бойни, разоружив своих бывших противников, они полагали, что в дальнейшем смогут решать споры между собой путем переговоров. Поэтому они создали Лигу Наций, пошли на серьезные количественные и качественные ограничения своих сухопутных, военно-воздушных и военно-морских сил.

Суть второй тенденции сводилась к тому, что вопреки благим намерениям руководства великих держав, за двадцать лет в мире про-изошли свыше тридцати военных конфликтов и локальных войн. Здание международного мирового порядка настойчиво поджигалось с разных сторон. В конце концов, разгорелся пожар новой всемирной бойни, еще более масштабной и жестокой, чем первой.

Обе эти тенденции подробно рассмотрены в данной книге на материале фактов, связанных с развитием и применением военно-морских флотов великих и второстепенных морских держав.

Глава 11. НЕОБЪЯВЛЕННАЯ ВОЙНА НА БАЛТИКЕ В 1918?1919 гг

Глава 11. НЕОБЪЯВЛЕННАЯ ВОЙНА НА БАЛТИКЕ В 1918?1919 гг

В конце 1918 года, после капитуляции Германии, границы государств Восточной Европы официально еще не были определены. Их окончательный рисунок должен был установиться после подавления революции в России. Руководство Антанты хотело любой ценой свалить власть большевиков, тем более, что революционное брожение охватило некоторые страны Центральной Европы (Германию, Венгрию, Словакию), а в других странах ширилось забастовочное движение под лозунгом «Руки прочь от России».

Революцию в Германии, Венгрии и Словакии удалось подавить, но опасность ее возвращения оставалась, пока сохранялся большевистский режим в России. Кроме того, сам он по своей бандитской (экспроприация частной собственности), террористической (массовое истребление людей) и антихристианской (разгром православной церкви) сути представлял вызов буржуазно-либеральной цивилизации Запада.

Поэтому против «красных» были направлены военные силы Великобритании, Франции, США, Японии, Италии, Греции, не считая вооруженных сил Белого Движения. Однако, как известно, большевикам удалось дать отпор вооруженной интервенции и разгромить «белых».

***

Мирный договор, заключенный Россией в марте 1918 года с Германией, Австро-Венгрией, Болгарией и Турцией (Брестский мир) предусматривал расформирование оперативно-тактических соединений Балтийского и Черноморского флотов, вывод в резерв большинства боевых кораблей, демобилизацию их экипажей, личного состава частей береговой обороны и морской авиации. Кроме того, Балтийский флот лишился своих баз в Финляндии и Эстонии испытывал острый недостаток топлива, а также командного состава и корабельных специалистов.

Но 13 ноября 1918 правительство РСФСР в связи с капитуляцией Германии денонсировало Брестский мирный договор. Этот шаг снял формальные ограничения, налагавшиеся на армию и флот. Осознав угрозу скорой гибели своего режима, большевики принялись срочно создавать Красную Армию из рабочих, а также из беднейших и средних слоев крестьянства. В марте 1919 года РККА насчитывала уже более миллиона человек, в апреле в ней был введен институт военных комиссаров, а в сентябре для руководства всеми войсковыми операциями был создан Революционный Военный Совет Республики (РВС).

Гражданская война и борьба с интервенцией шли на восьми фронтах: восточном, северном, западном, украинском, южном, каспийско-кавказском, закавказском и ферганском, а также на Дальнем Востоке.

Значительное участие в этих действиях приняли сухопутные отряды военных моряков, а также речные и озерные флотилии. Всего во время гражданской войны были сформированы 36 таких флотилий, самыми крупными среди которых являлись Астраханско-Каспийская, Днепровская, Волжская, Онежская и Северодвинская. В их состав вошли вооруженные пассажирские и грузовые суда, буксиры, баржи, катера и различные плавсредства.

Однако война на внутренних водоемах очень сильно отличается от морской войны, а речные боевые корабли (тем более — переоборудованные из гражданских судов) имеют мало общего с кораблями открытого моря. Поэтому мы не рассматриваем гражданскую войну в России на реках и озерах.

Для данного исследования вполне достаточно краткого описания боевых действий на Балтике между Королевским флотом Великобритании и Красным флотом России.

***

В прибалтийских странах вооруженное противостояние местного населения германским оккупационным войскам (которые Антанта решила оставить здесь вплоть до скорого свержения большевиков в России) соединялось с борьбой местных большевиков за установление власти Советов. В ноябре?декабре 1918 года было провозглашено создание Эстонской и Латвийской Советских республик, правительства которых немедленно обратились за помощью к правительству РСФСР.

Красная Армия незамедлительно начала наступление. Оно привело к тому, что к середине декабря 1918 года значительная часть территорий обеих стран была освобождена от немцев. Действия в прибрежных районах требовали поддержки с моря. Поэтому Балтийский флот с 17 ноября, исходя из тактических соображений, был подчинен командованию 7-й армии «красных».

Несмотря на потери во время войны с немцами и захват части кораблей финнами и эстонцами, красный Балтийский флот все еще обладал внушительным корабельным составом. В его списках числились 4 линкора-дредноута, 3 линкора-додредноута, 9 крейсеров, 61 эсминец и миноносец, 22 подводные лодки, 11 минных заградителей, 14 тральщиков, 9 сторожевиков, 3 канонерки, 105 вспомогательных судов. Но большие трудности с ремонтом, кадрами и топливом привели к тому, что лишь небольшая часть этих кораблей могла нести боевую службу. Они образовали так называемый «действующий отряд» — ДОТ.

Подходы к Кронштадту и Петрограду с моря охраняли обширные минные поля, поставленные в 1914?1917 гг. Кроме минных заграждений, существовали несколько десятков береговых батарей и фортов в Кронштадте, на островах и по берегам Финского залива. Действующая морская авиация состояла из одного дивизиона (12 бомбардировщиков в Ораниенбауме, 8 истребителей в Петергофе).

Климатические и географические условия Финского залива (длина 410 км, наибольшая ширина 120 км, средние глубины 20?30 метров, многочисленные острова и мели, ледовое покрытие с конца декабря до середины апреля), а главное — оставшиеся с времен войны минные поля, значительно осложняли ведение здесь боевых действий.

***

Сознавая слабость своего ДОТа, начальник морских сил Балтийского моря, бывший контр-адмирал А.П. Зеленой (1872?1922) приказал расширить минные поля. Были добавлены еще три заграждения между Копорским заливом и Толбухиным маяком. Первое из них поставили в августе 1918 года (1435 мин), а 17?21 ноября и 8 декабря два остальных (еще 570 мин).

Усилив свою оборону, красный флот начал совершать вылазки за пределы «Маркизовой лужи» (так еще в 20-е годы XIX века моряки прозвали акваторию между Петроградом и Кронштадтом).

28 ноября три транспорта, под охраной крейсера «Олег» и миноносца «Меткий», высадили десант в устье Нарвы, который помог частям 7-й армии занять город Нарва.

Тем временем в водах Балтики появились корабли британского Королевского флота. Уже 23 ноября отряд контр-адмирала Александера-Синклера (Е. Alexander-Sinclair) вошел в Копенгаген. Он состоял из 5 легких крейсеров («Саrdiff» — флагман, «Cassandra», «Caradoc», «Ceres», «Calypso»), 9 эсминцев типов «V» и «W», 7 тральщиков и 2 минных заградителя («Princess Margaret» и «Angora»). На борту последних вместо мин находилось оружие и снаряжение для спешно формировавшихся вооруженных сил национально-буржуазных правительств Эстонии и Латвии, созданных раньше, чем их Совнаркомы. (Так, буржуазное правительство Эстонии было создано 11 ноября 1918 г.; 19 ноября в Риге его представители подписали договор с делегацией Германии о передаче ему всей власти; Эстляндская трудовая Коммуна была провозглашена 29 ноября в Нарве, после того, как ее заняли части Красной Армии). Подгоняемый британским послом, Александер-Синклер оставил свои тральщики, ожидавшие топлива, в Копенгагене, а сам поспешно двинулся в восточную часть Балтики.

Расплата за столь опрометчивое решение последовала незамедлительно. 5 декабря, когда британские корабли в туманную погоду шли от траверза острова Эзель к траверзу острова Даго, около полуночи крейсер «Cassandra», шедший в строю вторым после флагмана, наткнулся на мину, поставленную еще немцами и затонул в течение 20 минут (шлюпки с эсминцев «Westminster» и «Vendetta» спасли 440 моряков из экипажа погибшего крейсера).

Через неделю (12 декабря) эскадра вошла в Ревель (Таллин), где ее с энтузиазмом приветствовало правительство К. Пятса. Эстонский премьер-министр, перепуганный успешным наступлением частей Красной Армии, готов был превратить Эстонию в британский протекторат, лишь бы только корабли «Royal Navy» оказали ощутимую поддержку его правительству.



Театр военных действий в Финском заливе

В результате достигнутого на переговорах соглашения, 13 декабря крейсеры «Саrdiff», «Caradoc» и 5 эсминцев обстреляли красные войска на берегу в районе города Кунда, но на более решительные действия Александер-Синклер не отважился. Возможно, он опасался ответных действий русских кораблей.

Буржуазное правительство Латвии тоже взывало о помощи. Поэтому британский контр-адмирал разделил свою эскадру на две группы. В Ревеле он оставил коммодора Тесиджер (Thesiger) с крейсерами «Calypso» и «Caradoc» и 4 эсминцами, а сам с остальной частью эскадры ушел в Либаву (ныне Лиепая).

Первый бой с кораблями Красного флота произошел две недели спустя, когда передовые части 7-й армии красных находились всего в 25?30 км от Ревеля. Для того, чтобы разведать, есть ли в Ревеле британские корабли и действуют ли артиллерийские батареи на островах Нарген и Вульф, прикрывавшие подходы к Ревелю, «наморси» 3еленой решил послать из Кронштадта отряд под командованием комиссара Ф.Ф. Раскольникова, в составе линкора — додредноута «Андрей Первозванный», крейсера «Олег», эсминцев «Спартак» (бывший «Капитан 1-го ранга Миклуха-Маклай»), «Автроил» и «Азард»[27].



Британский легкий крейсер «Calypso» ставит дымовую завесу

Однако эта операция готовилась в большой спешке, без надлежащего рассмотрения ситуации. Разведку в районе Ревеля должны были производить одни эсминцы, под дальним прикрытием крейсера «Олег», стоявшего возле острова Гогланд, тогда как линкор «Андрей Первозванный» находился еще дальше, около Шпилевского маяка.

В день выхода в море, 25 декабря, выяснилось, что «Автроил» еще находится в ремонте и сможет выйти в море лишь вечером 26 декабря, а «Олег» и <Азард» патрулируют в заливе Кунда и присоединятся к «Спартаку» в пути. Поэтому Раскольников хотел отложить операцию, но уступил настойчивой просьбе командования 7-й армии. Вечером к нему присоединился «Азард», у которого, однако было слишком мало топлива, поэтому пришлось отослать его в Кронштадт. Утром 26 декабря возле Гогланда «Спартак» встретился с «Олегом». Раскольников оставил его на позиции, а сам на «Спартаке» пошел к Ревелю.

После обстрела островов Вульф и Нарген, а также захвата в качестве приза финского парохода, который был отправлен в Кронштадт, «Спартак» вошел в Ревельский залив и около 13.00 начал обстрел порта. Спустя 15 минут навстречу ему вышли эсминец «Wakeful», а немного позже еще крейсеры «Caradoc» и «Calypso». Красный эсминец немедленно лег на обратный курс. Однако «Спартак» не смог развить ход более 25 узлов, тогда как англичане шли 30-узловым ходом. Поэтому они догнали красный эсминец и обстреляли его. Экипаж «Спартака» охватила паника, в результате которой рулевые посадили корабль на мель Дивель, севернее острова Вульф. При этом он получил повреждения винта, рулевого управления и обшивки корпуса. После этого «красные военморы» сдались окружившим их британским кораблям. Вечером того же дня эсминец «Vendetta» стянул «Спартак» с мели и отбуксировал в Ревель.

Из показаний пленных коммодор Тесиджер узнал о том, где находится крейсер «Олег» и решил атаковать его на рассвете 27 декабря. Поэтому оба его крейсера и эсминец «Wakeful» отправились к Гогланду. Около двух часов ночи они заметили идущий навстречу корабль с потушенными огнями. Это был «Автроил», высланный для поддержки «Спартака». Тесиджер не хотел выдавать себя перед атакой на «Олега» и, решив (как вскоре выяснилось, вполне справедливо), что большевики не заметили его отряд, не стал вступать с ним в сражение. Корабли разошлись встречными курсами.



Трофейный эсминец «Спартак» на ремонте в Ревеле

Однако возле Гогланда «Олега» уже не было, поэтому Тесиджер повернул назад и предупредил по радио свои эсминцы о том, что к Ревелю идет корабль большевиков. На его перехват вышли эсминцы «Vortigern» и «Vendetta». Крейсер «Олег», как оказалось, тремя часами раньше сменил позицию; он перешел от Гогланда на юг, к острову Большой Тютерс.

Около 11.00 с «Автроила» заметили британские корабли вблизи маяка Ревельстон, находившегося у северной оконечности банки Дивель, и повернул назад. Но путь к Кронштадту ему отрезали корабли Тесиджера, с которыми он вскоре столкнулся на траверзе залива Кунда.

«Автроил» послал паническую телеграмму о помощи, которую приняла радиостанция «Олега». Старый крейсер сразу же отправился на помощь. Но его прогоревшие котлы не позволяли давать ход выше 12 узлов, поэтому в 14.45 он еще только миновал остров Малый Тютерс. Поскольку радиограммы с «Автроила» больше не поступали, на «Олеге» решили, что он потоплен и повернули в Кронштадт. Тем временем и этот эсминец, оказавшийся в прямом смысле между двух огней, после недолгого боя сдался англичанам и был отбуксирован ими в Ревель.

На двух кораблях англичане взяли в плен 14 «красных командиров» (включая Раскольникова) и 233 матроса[28]. Сами эсминцы они передали правительству Эстонии, создававшему в это время свой военно-морской флот.

Тем временем в Эстонию непрерывно прибывали добровольцы из Финляндии, Швеции и Дании. Кроме того, на ее территории формировался корпус русских белогвардейцев под командованием генерала Н.Н. Юденича (1862?1933), героя войны в Закавказье против турок.

Не опасаясь больше красных, корабли Тесиджера 4 января 1919 обстреляли позиции 7-й армии под Нарвой. С этого момента объединенные войска буржуазного правительства Эстонии, генерала Юденича и иностранных добровольцев перешли в наступление. К февралю они полностью выбили красных с эстонской территории. Большевикам удалось установить здесь свой гнусный режим только через 21 год, в июне — июле 1940 года.

***

Иначе обстояли дела в районе Риги, куда уже подходили отряды Красной Армии. Подготовка к эвакуации превратилась в паническое бегство, когда в ночь со 2 по 3 января 1919 года в городе произошло вооруженное восстание, организованное местными коммунистами. Группа Александера-Синклера ушла в Либаву. Туда же заградитель «Princess Margaret» доставил членов буржуазного правительства Латвии.

Здесь адмирал получил по радио приказ возвращаться в Англию. На выходе из Либавы крейсер «Calypso» наткнулся на затонувшие останки какого-то судна и повредил обшивку, а эсминцы «Verulam» и «Westminster» столкнулись друг с другом. Невзирая на эти помехи, эскадра 6 января 1919 пришла в Копенгаген, куда вскоре прибыла и группа Тесиджера. Здесь же Александер-Синклер встретился с новым командующим британскими морскими силами на Балтике, контр-адмиралом У. Коуэном (W. Cowan).

Эскадра Коуэна (British Baltic Force) состояла из 2 легких крейсеров («Caledon» — флагман и «Royalist») и 5 эсминцев. Так же, как и его предшественник, Коуэн разделил свои силы на две группы и попеременно действовал ими в эстонских и латвийских водах.

Если в Эстонии с «красными» удалось покончить, то в Латвии, невзирая на присутствие там более чем 30-тысячной добровольческой армии немецко-курляндского генерала фон дер Гольца (von der Goltz), Красная Армия продолжала наступать к югу от Риги. По просьбе латвийского премьер-министра К. Ульманиса, крейсер «Caledon» 9 февраля подверг обстрелу порт Виндава (ныне Вентспилс), вынудив красные части оставить город[29].

В середине февраля 1919 года эскадру Коуэна усилили еще 4 легких крейсера и 5 эсминцев, кроме того, в нее вошли эстонские эсминцы «Lennuk» (бывший «Автроил») и «Wambola» (бывший «Спартак»). Теперь у него было 6 крейсеров и 12 эсминцев. Но 21 февраля Адмиралтейство отозвало Коуэна в Лондон для обсуждения форм и методов дальнейших боевых действий на Балтике.

Тем временем военно-политическая ситуация в Латвии изменилась в пользу буржуазного правительства. Армия фон дер Гольца, поддерживаемая на севере эстонскими войсками, добилась первых успехов и к концу марта овладела почти всей территорией Курляндии (т. е. западной частью страны; ныне она называется Курземе). Дальнейший успех ее наступления напрямую зависел от бесперебойных поставок боеприпасов и вооружения из балтийских портов Германии.

Сложилась парадоксальная ситуация, поскольку согласно положениям условий капитуляции Германии (напомним, что Версальский мирный договор был подписан только 28 июня), эти порты должны были оставаться заблокированными союзниками. Перед Высшей Комиссией Контроля, созданной Антантой, встала нелегкая задача разрешения данного противоречия.

3 апреля Коуэн во главе части эскадры (2 легких крейсера и 10 эсминцев) вернулся в Либаву, эскортируя транспортное судно «Саратов» с грузом оружия и боеприпасов для войск фон дер Гольца.

Однако приход эскадры совпал с политическим конфликтом между правительством Ульманиса и фон дер Гольцем. Конфликт завершился тем, что немецкие «добровольцы» арестовали все латвийское правительство. Решительный демарш Коуэна, подкрепленный корабельными орудиями, направленными на берег, привел к освобождению Ульманиса, но повлек какой рост напряженности, что Коуэну пришлось срочно стянуть в Либаву все британские корабли из Ревеля, Гельсингфорса (Хельсинки) и Стокгольма.

Этот кризис прервало известие, доставленное эстонским эсминцем «Lennuk» о том, что восточная часть Финского залива очистилась от льда и что красные корабли вышли из Кронштадта. 25 апреля Коуэн перебазировал часть своей эскадры в Ревель и туда же стали прибывать обещанные британским Адмиралтейством подкрепления.

В мае пришли легкие крейсеры «Dragon», «Curacoa», «Cleopatra» и «Galatea», 6 эсминцев, 10 подводных лодок с плавбазой «Lucia» и 3 тральщика. В июне пришли легкие крейсеры «Danae», «Delhi», «Dauntless», 6 эсминцев, минный заградитель, авианосец «Vindictive» (9 колесных самолетов, 3 гидроплана), 10 тральщиков и 2 торпедных катера.

На корабли союзников Коуэн не рассчитывал, поскольку контр-адмирал Бриссон (Brisson), командующий французскими морскими силами на Балтике (26 вымпелов), сообщил, что матросы его кораблей симпатизируют большевикам, а флотилия флота США (14 эсминцев и канонерок) в соответствии с приказом президента Вильсона занималась исключительно охраной поставок продовольствия в Германию. Коуэна могли кое-как поддержать лишь слабые морские силы Эстонии и Финляндии. Вместе они имели в строю 2 эсминца, 4 миноносца, 4 канонерки, 4 заградителя и 7 тральщиков. Остальные корабли под их флагами были небоеспособны.



Британский легкий крейсер типа «D», действовавший на Балтике в 1919 году

В состав ДОТ красного флота входили в это время 2 линкора («Петропавловск» и «Андрей Первозванный»), крейсер «Олег», 12 эсминцев и миноносцев, 2 минных заградителя, 6 подводных лодок, 6 сторожевиков, 8 тральщиков, несколько вспомогательных судов.

Независимо от ДОТ, борьбу с интервентами вела созданная в марте 1919 года флотилия Советской Латвии, состоявшая из морской эскадры (с базой в Риге) и речного отряда (с базой в Витебске, на Двине). Эта флотилия включала несколько канонерок, тральщиков и бронекатеров.

В начале мая с территории Эстонии на Петроград двинулась «Армия Северо-Запада России» во главе с генералом Н.Н. Юденичем. 13 мая она прорвала фронт 7-й армии красных под Нарвой, захватила Псков и подошла к Гатчине. Британский флот поддерживал наступление белых войск. Он обстреливал объекты на берегу, высаживал десанты, ставил минные заграждения и блокировал восточную часть Финского залива, не позволяя кораблям Действующего Отряда оказывать помощь 7-й армии.

В свою очередь, ДОТ получил приказ не дать британским кораблям прорваться через минные поля и секторы обстрела береговой артиллерии к Кронштадту, а также поддерживать сухопутные войска, сражавшиеся с армией Юденича. В процессе реализации этих задач корабли обеих сторон развернули активную боевую деятельность.

***

Для «British Baltic Force» она началась неудачно. Утром 13 мая крейсер «Curacoa» (на который Коуэн перенес свой флаг), наткнулся на мину в 70 милях к западу от Ревеля и, получив тяжелые повреждения, еле добрался до порта. В тот же день крейсер «Cleopatra» и 3 эсминца («Shakespeare», «Scout», «Walker») вместе с эстонскими кораблями обстреляли позиции 7-й армии под Нарвой и Шпилевский маяк, а 15?17 мая обеспечили высадку небольших десантов в районе Усть-Луги и Копорского залива.

Утром 18 мая, после 9.00, с крейсера «Cleopatra» заметили идущие к Копорскому заливу корабли. Это были 4 тральщика ДОТ под охраной эсминца «Гавриил» (командир В.В. Севастьянов), направлявшиеся в этот залив для разведки минной обстановки. Коуэн решил отрезать им путь и вынудить принять бой, но красный командир быстро сориентировался в обстановке. Он немедленно развернул тральщики назад в Кронштадт, а сам около 9.20 вступил в бой, прикрывая их отход.

Бой «Гавриила» с британским крейсером и 3 эсминцами происходил на дистанции от 72 до 32 кабельтовых (13,5?6 км). Искусно маневрируя, «Гавриил» отвлек внимание от тральщиков, а потом, приведя за собой британские корабли к минному полю и находясь уже под защитой орудий «Андрея Первозванного» и форта «Серая Лошадь», около 10.30 оторвался от погони. Британский отряд повернул к острова Сейскар, где стал на якорь, оставив один эсминец сторожить фарватер среди минных полей.

На следующей неделе этот отряд усилили две подводные лодки. 29 мая все находившиеся здесь корабли, при поддержке самолетов, атаковали выходивший из-за заграждений в Копорском заливе отряд красных (эсминец «Азард» и 6 тральщиков). Отряд этот прикрывал линкор «Петропавловск», стоявший позади заграждений. Торпеды, выпущенные субмаринами L-16 и Е-27, цели не достигли. Более успешной была атака эстонского гидроплана, который сбросил бомбу, попавшую в тральщик «Клюз» и нанесшую ему повреждения. В итоге красные корабли отступили назад.

Получив сообщение о происходивших событиях, Коуэн прибыл сюда из Ревеля 30 мая вместе с 3 крейсерами и 6 эсминцами. Он встал на якорь возле острова Сейскар, послав в разведку эсминец «Walker» и две подводные лодки. На следующее утро русские возобновили попытки минной разведки в Копорском заливе. Оставив линкор «Петропавловск» в районе Шпилевского маяка, остальные корабли вошли в залив. «Азард» заметил обе британские субмарины, патрулировавшие в надводном положении и атаковал их, но они успели погрузиться.

Когда к месту стычки приблизился «Walker» и оба эсминца начали артиллерийскую дуэль на дистанции около 60 кабельтовых (11 км), в атаку вышли остальные британские корабли. 3 торпеды, выпущенные с подлодок Е-27 и L-16, в цель не попали. «Азард» и тральщики ушли от огня кораблей Коуэна под защиту «Петропавловска», который с расстояния 75?76 кабельтов (около 14 км) открыл огонь из своих 305-мм орудий. Англичане все же приблизились к нему на дистанцию 7,5 км, но затем снаряды линкора заставили их повернуть назад. Красные отошли за минные поля. Их преследовали гидропланы, которые нанесли повреждения тральщику «Запал».

Эти три стычки (18, 29, 31 мая) определили характер дальнейших боевых действий в восточной части Финского залива. Красный флот, не желая рисковать своими линкорами, осуществлял, провоцируя англичан, ограниченные операции, используя при этом в качестве прикрытия минные поля и береговую артиллерию. Британские корабли, опасаясь мин и береговой артиллерии, даже не пытались прорваться сквозь эти заслоны. Англичане ограничились блокадой на границах минных полей, причем временами упускали инициативу из своих рук.

Коуэн, чтобы как-то оживить боевые действия, требовал от Адмиралтейства прислать мониторы, торпедные катера, самолеты-бомбардировщики и торпедоносцы, а также тральщики, то есть то, что действительно могло принести успех в сложившихся условиях.

Одновременно он перенес свою главную базу из Ревеля в пролив Бьёркэ-зунд на финской стороне залива, между Куйвайстом (Койвисто) и островом Бьёркэ. Эта передислокация значительно приблизила британские силы к району боев на суше и к проходам в русских минных полях.

Когда 4 июня пополудни эсминцы «Гавриил» и «Азард» под прикрытием орудий «Петропавловска» вышли на патрулирование, их атаковали три британских эсминца, базировавшиеся в Бьёркэ. Англичане пытались оттеснить русские корабли к позициям британских подводных лодок.

Это им удалось. Как только оба эсминца противолодочным зигзагом вошли в сектор патрулирования L-55, то едва увернулись от выпущенных ею двух торпед. Но подлодка в результате торпедного залпа была выброшена на поверхность, где тут же попала под обстрел красных кораблей. Меткий выстрел из носового 102-мм орудия «Азарда» поразил ограждение рубки. После этого L-55 пошла на погружение, а поскольку она находилась на самой границе минного поля, то наткнулась на одну из мин, подорвалась и мгновенно затонула вместе со всем экипажем (44 человека).

9 июня около 22.00 «Азард» и «Гавриил» атаковали стоявшие на якорях около маяка Стирсуден 3 британских эсминца, а после обстрела укрылись от погони за минным полем. Чтобы избежать в будущем таких сюрпризов, заградитель «Princess Margaret» и эсминцы установили в конце июня собственное минное заграждение между мысом Стирсуден и северным краем русского минного поля.

***

В конце первой декады июня, в связи с успешно развивавшимся наступлением Юденича, Коуэн по радио обратился с призывом к красным морякам переходить на сторону англичан вместе с кораблями. Однако его призыву последовал только сторожевик «Китобой» (14 июня). Тем временем агенты британской секретной службы (Intelligence Service) начали подготовку к восстанию против большевиков в Петрограде и Кронштадте.

Один из них, некий Дюкс (Dukes), имевший кодовое обозначение ST-25, раздобыл часть карты минных заграждений вокруг Кронштадта. Пользуясь этим, лейтенант Эгар (Agar) решил использовать базировавшиеся в Териоках (30 миль к востоку от Бьёркэ, 55 миль от Петрограда) два торпедных катера (СМВ-4, СМВ-7) для ночной атаки на Кронштадтском рейде.

Срок операции совпал с восстаниями гарнизонов фортов «Красная Горка», «Серая Лошадь» и «Обручев». 13 июня они отказались подчиняться большевистским комиссарам.

Бунт представлял серьезную угрозу для Петрограда, поскольку линия фронта проходила в 12 км западнее «Красной Горки» и в случае ее прорыва белогвардейцы смогли бы обстреливать «колыбель революции» из тяжелых орудии фортов (8 — 305-мм и 8 — 254-мм пушек). К тому же британские корабли смогли бы тогда с помощью тральщиков легко пройти сквозь минные поля, оставшиеся без артиллерийского прикрытия. Когда 13 июня в 15.15 форт «Красная Горка» открыл огонь по Кронштадту, который отказался присоединиться к восстанию, войска Юденича одновременно атаковали Ораниенбаум (ныне Ломоносов).

Для того, чтобы ликвидировать мятеж и остановить наступление противника, большевистское руководство Петрограда срочно сформировало береговую группу войск (4,5 тысячи пехотинцев, бронепоезд, 2 бронеавтомобиля), поддерживаемую линкорами «Петропавловск» и «Андрей Первозванный», крейсером «Олег» и 4 эсминцами. 13?14 июня восставшие форты подверглись обстрелу корабельной артиллерии и налетам авиации.

Одновременно эсминцы своим огнем сдерживали натиск Юденича на Ораниенбаум, что дало возможность береговой группе на рассвете 15 июня начать штурм мятежных фортов. Атакующие подразделения поддержали своим огнем «Петропавловск», «Олег» и эсминец «Гайдамак».

К вечеру следующего дня форты были взяты; развивая успех береговой группы, отряды 7-й армии, подтянув резервы, перешли в наступление и отбросили белых к границам Эстонии. Быстрота, с какой был подавлен бунт, нс позволила Коуэну оказать восставшим хоть какую-нибудь помощь, однако благодаря Эгару он смог занести в свой актив весьма успешную операцию. Лейтенант Эгар решил торпедировать оба советских линкора, стоявшие в напротив форта «Красная Горка».

Ночью 16 июня его катера вышли из Териок, однако уже через полчаса СМВ-7 налетел на какое-то подводное препятствие и был вынужден вернуться назад. Пришлось на ходу менять план атаки, тем более, что оба линкора тоже ушли в Кронштадт, а их место занял «Олег».

Вскоре после полуночи 17 июня катер СМВ-4 приблизился к Толбухиному маяку. Во мраке ночи Эгар опознал силуэт «Олега» и выпустил в него торпеду. Сразу после взрыва, используя замешательство среди красных, СМВ-4 на скорости 35 узлов умчался прочь. Чуть позже трех часов ночи он прибыл в Териоки. «Олег» затонул в течение 12 минут, потеряв при этом 5 человек экипажа.

Поскольку атака была проведена молниеносно, а с красных кораблей никто ничего не заметил, долгое время считали, что «Олега» поразила торпеда, выпущенная с подводной лодки, либо сброшенная с гидроплана. Последняя версия подкреплялась тем, что на кораблях все-таки слышали шум двигателя.

***

22 июня британские самолеты совершили первый налет на Кронштадт. С началом боевых действий авиации сразу же возникла проблема удобных, с точки зрения близости к местам проведения операций, аэродромов. У англичан их не было.

Ситуация ухудшалась еще и тем, что авианосец «Vindictive» 6 июля сел на мель в районе Ревеля, откуда его стащили лишь через 8 дней, предварительно выгрузив 2200 тонн топлива, боеприпасов, продовольствия и других грузов. Самолеты с него перебазировали на поспешно строившийся аэродром в Койвисто, а гидросамолеты на якорную стоянку возле острова Бьёркэ.

30 июля эсминцы 20-й флотилии прибуксировали в Бьеркё 7 торпедных катеров (восьмой затонул во время шторма в Северном море) под командованием младшего лейтенанта К. Добсона, которые Коуэн, используя опыт Эгара, намеревался использовать против базирующихся в Кронштадте кораблей.

В июле усилилась активность красных подводных лодок. 10 июля на патрулирование за минными заграждениями вышел «Волк», а в ночь с 23 на 24 июля в Копорском заливе «Пантера» тремя торпедами атаковала идущую на поверхности британскую подлодку Е-40. Последняя, однако, от торпед увернулась, а на «Пантеру» обрушил град глубинных бомб миноносец «Watchman», тоже, впрочем, без всякого успеха.

В том же самом Копорском заливе глубинными бомбами, сброшенными с «Valorous» и «Vancouver», была повреждена красная подлодка «Вепрь», как раз когда она готовилась выйти в торпедную атаку на один из миноносцев. («Вепрю» все же удалось вернуться в Кронштадт).

16 июля в Бьёркэ прибыла с нетерпением ожидаемая флотилия тральщиков. По пути, однако, она потеряла подорвавшиеся на минах в районе западнее острова Даго тральщики «Myrtle» и «Gentian».

Чтобы пресечь на корню всякую активность противника, Коуэн в конце июля приказал постоянно патрулировать проход через минные заграждения. Эту задачу выполняли эсминцы и подводные лодки, которых прикрывали находящиеся в Бьёркэ и готовые тотчас оказать помощь 4 крейсера («Delhi», «Danae», «Cleopatra» и «Galatea»).

Одновременно активизировала свои действия британская авиация. 30 июля 12 самолетов совершили два налета на Кронштадт, сбросив на военный порт 16 бомб и повредив танкер «Татьяна». Слабость противовоздушной обороны российской морской цитадели привела к тому, что налеты британской авиации стали почти ежедневными, благодаря чему Коуэн хорошо ориентировался в текущем положении дел в системе обороны базы и в дислокации красных кораблей.

***

С целый вывода из строя обоих действующих линкоров, британский штаб разработал комбинированную морскую и воздушную операцию («Операция RK»). Под прикрытием воздушного налета в Кронштадт должны были вторгнуться торпедные катера и уничтожить базирующиеся там корабли и большой плавучий док.

По данным воздушной разведки, в это время в Кронштадте стояли, кроме дредноутов, крейсер «Рюрик», один крейсер типа «Диана», 4 подлодки, учебный корабль «Память Азова», а также несколько вспомогательных судов. Учитывая, что атака торпедных катеров могла вызвать ответный удар красных по Бьёркэ, корабли Коуэна сосредоточились возле выхода из минных заграждений (3 легких крейсера и 5 эсминцев).

Операцию решено было провести в ночь с 17 на 18 августа, когда затих сильный западный ветер и состояние моря заметно улучшилось.

В 22.00 флотилия Добсона вышла из Бьёркэ (7 катеров: СМВ-24, 31, 62, 72, 79, 86, 88). Около полуночи к ней присоединился лейтенант Эгар на СМВ-4. Во мраке ночи катера потеряли друг друга и шли двумя группами крейсерским ходом 18 узлов. Восточная группа, состоявшая из СМВ-4, СМВ-24, СМВ-62, СМВ-72 и СМВ-86, прошла на кронштадский рейд между островными фортами №№ 8 и 11; западная, в составе СМВ-31, СМВ-79 и СМВ-88 — между фортами № 7 и № 10.

С двух фортов открыли огонь по британским катерам, но это не встревожило Кронштадт и около часа ночи обе группы находились перед спящим портом. У его входа стоял на якоре в качестве сторожевого судна «Гавриил». По заранее распределенным ролям, атаковать эсминец должен был СМВ-24, а проделать проход с помощью взрывных зарядов в предполагаемом боновом заграждении — СМВ-79.

Примерно в 1.30 ночи 12 самолетов начали бомбардировку порта, вызвав на себя огонь противовоздушной обороны порта и отвлекая внимание экипажей кораблей от катеров, которым огонь зенитной артиллерии, сигнальные ракеты и свет прожекторов облегчал выполнение задания.

СМВ-79, после напрасного поиска боковых заграждений, которых на самом деле в природе не существовало, на полной скорости ворвался в акваторию порта, а за ним оставшиеся два катера. Первая торпеда угодила в «Память Азова», СМВ-31 выпустил обе свои торпеды в «Петропавловск», а СМВ-88 в «Андрея Первозванного». Только теперь катера были замечены, их начали обстреливать из орудий и пулеметов. Однако катера бешено маневрировали и, огрызаясь огнем собственных пулеметов, сумели выскочить из акватории порта, практически не понеся никаких потерь.

Второй группе не повезло. Неудачная атака СМВ-24 на «Гавриил» (из-за слишком большого заданного углубления торпеда прошла под его днищем) вызвала энергичный отпор Севастьянова. Потопив СМВ-24, он перенес огонь на вход в порт, после чего дальнейшее проведение операции стало невозможным.



Схема атаки британских торпедных катеров на Кронштадт

В замешательстве флагман второй группы катеров СМВ-62 столкнулся с выходящим из порта СМВ-79 и серьезно его повредил, после чего атаковал «Гавриила». Однако обе его торпеды прошли мимо, а сам СМВ-62 затонул, расстрелянный в упор. Снаряды эсминца попали и в два следующих катера — в двигатель СМВ-86 и в торпедный аппарат СМВ-72. В связи с этим СМВ-72 отказался от проведения атаки и, взяв на буксир СМВ-86, двинулся в сторону Бьёркэ.

Последний из катеров, СМВ-4, невзирая на огонь «Гавриила» дошел все же до входа в порт, выпустил по эсминцу торпеду, после чего повернул назад. Еще несколько минут продолжалась артиллерийская канонада, а потом с «Гавриила» спустили шлюпки, чтобы поднять на борт оказавшихся в воде британских моряков.

Во время атаки, длившейся не более 20-и минут, потери англичан составили: 3 потопленных катера и 5 поврежденных, погибли 15 офицеров и унтер-офицеров, еще 9 попали в плен. В результате атаки был потоплен учебный корабль «Память Азова», получил тяжелые повреждения линкор «Андрей Первозванный» (он так и не был восстановлен). Что касается «Петропавловска», то выпущенная в него торпеда ударила в берег, рядом с кораблем.

Это была последняя боевая операция торпедных катеров на Балтике в эту войну. Благодаря ей удалось на время снять угрозу со стороны красных линкоров. Однако минные заграждения и береговые батареи никуда не исчезли, поэтому этот успех не имел для эскадры Коуэна существенного значения, хотя, конечно, успешно проведенная дерзкая операция прибавила славы британским морякам.

***

Английская авиация, чтобы закрепить достигнутый успех, в своих ежедневных налетах на Кронштадт, в которых принимали участие по 6?10 самолетов (в период с 18 августа по 14 октября было сделано 60 налетов), пыталась развить успех, но безуспешно, хотя были попадания бомб в эсминец «Свобода», подводную лодку «Тигр» и в одно вспомогательное судно.



Затонувший учебный корабль «Память Азова»

31 августа частичный реванш за атаку катеров взяла подлодка «Пантера». Патрулируя в районе между островом Сейскар и Копорским заливом, она встретила два британских эсминца — «Vittoria» и «Abdiel». Когда оба корабля стали на якорь восточнее острова, «Пантера», подойдя на расстояние 700?900 метров, примерно в 21.20 выпустила по первому эсминцу две торпеды. Вторая из них попала в цель и в течение 5 минут «Vittoria» затонул. Его экипаж, за исключением 8 человек, был спасен с «Abdiel». Спустя четыре дня эсминец «Verulam» забрел на собственное минное поле близ маяка Сгирсуден и пошел ко дну, унося с собой 29 членов экипажа.

Чтобы перекрыть советским подлодкам выход в воды Финского залива, в середине сентября «Princess Margaret» и 6 эсминцев поставили минное заграждение на северо-западе от мыса Долгий Нос. Кроме того, этот район постоянно патрулировали 5 эсминцев 2-й флотилии. В сентябре была также произведена смена флотилий подводных лодок.

10 октября была объявлена блокада Петрограда в связи с новым наступлением Юденича. Еще это совпало по времени с наступлением войск генерала А.И. Деникина на Москву, а также с доставившим немало хлопот Антанте маршем белогвардейской армии Бермондта на Ригу, целью которого было свержение правого правительства Ульманиса.

Чтобы остановить это наступление немецких наемников, часть британских кораблей вошла 9 октября в устье Двины и артиллерийским огнем поддерживала обороняющие Ригу латвийские части.

Разделение сил ослабило эскадру Коуэна, что в какой-то степени отразилось на его взаимодействии с отрядами Юденича, которые 16 октября после взятия Красного Села находились всего в 15 км от Петрограда. Упорное сопротивление оказывали форты «Красная Горка» и «Передовой» (бывший «Серая Лошадь»). Чтобы их захватить, эстонцы под прикрытием двух легких крейсеров («Delhi» и «Dauntless») а также 4 эсминцев высадили 15?16 октября под Красной Горкой четыре небольших десанта (общей численностью около тысячи человек), которые после нескольких дней боев пришлось эвакуировать.

Для того, чтобы воспрепятствовать дальнейшей высадке десантов, командование красного Балтийского флота решило поставить минное заграждение в районе мыса Долгий Нос. С этой целью в ночь с 20 на 21 октября из Кронштадта с минами на борту вышли эсминцы «Гавриил», «Свобода» (бывший «Владимир»), «Константин» и «Азард». Операцией руководил Л.Н. Ростовцев.

Эта операция, проводившаяся без надлежащей разведки акватории, привела к потере 3 кораблей, которые во время сильного дождя 21 октября, между 5.45 и 5.50 зашли на британское минное поле, подорвались и затонули вместе с экипажами (удалось спасти не более 25 человек). Только замыкавший строй «Азард» смог вырваться из этой ловушки и вернуться в Кронштадт.

***

Несмотря на значительные успехи на море, интервенты так и не смогли захватить Петроград. Наступление Юденича забуксовало в районе Пулковских высот. А 21 октября 7-я армия, усиленная отрядами матросов, сформированными из экипажей кораблей, перешла в контрнаступление.

Во время боев за Красное Село действия красных войск поддерживали огнем своей артиллерии стоящие на якорях на Неве линкор «Севастополь», эсминцы «Всадник» и «Гайдамак». Вследствие этих обстрелов белые понесли серьезные потери. Британская эскадра не смогла оказать белым помочь, поскольку ее держали под прицелом орудия форта «Красная Горка».

Чтобы подавить сопротивление форта, Коуэн вызвал вооруженный двумя орудиями калибра 381 мм монитор «Erebus» который прибыл в Бьёркэ 24 октября. Тремя днями позже «Erebus» под защитой 2 легких крейсеров, 7 миноносцев и нескольких самолетов вошел в Коморский залив и в 3.30 начал обстрел Красной Горки.

Во время двухчасовой бомбардировки, к которой присоединились также легкие крейсеры, монитор выпустил 20 снарядов калибра 381 мм, но, несмотря на то, что огонь корректировался с самолета, не добился ни одного прямого попадания в орудийные установки. Ответный огонь форта был более успешен и, хотя он тоже не дал ни одного попадания, британская эскадра ушла.

30 октября «Erebus», под защитой двух эсминцев снова обстреливал форты, выпустив более 30 снарядов калибра 381 мм и опять без всякого успеха. Более того, красные сбили самолет, корректировавший огонь монитора. Это была последняя серьезная боевая операция эскадры Коуэна в водах Финского залива.

28 октября армия Юденича начала отступать от Петрограда, а после сокрушительного поражения 14 ноября под Ямбургом ушла на территорию Эстонии, где в декабре была интернирована и несколько позже распущена. Сам Юденич уехал в Англию. В ноябре и декабре 1919 года «British Baltic Force», если нс считать спорадического обстрела позиций красных, не вели никаких серьезных боевых действий.

В это время британская разведка донесла, что из Петрограда вышел на испытания линкор «Севастополь», а патрульные эсминцы сообщили об оживлении деятельности красных подлодок около Бьёркэ. Все эго ввергло экипажи кораблей Коуэна в состояние нервного напряжения.

В ноябре произошли антивоенные выступления на авианосце «Vindictive» и на тральщиках, экипажи которых потребовали возвращения домой с этой необъявленной войны. Даже на флагманском корабле Коуэна, крейсере «Delhi», экипаж отказался 25 декабря выходить на боевое патрулирование. Потеряв уверенность в собственных моряках, Адмиралтейство использовало в качестве предлога начавшееся замерзание Финского залива и решило вывести с Балтики большую часть кораблей.

Всем уже было ясно, что интервенция потерпела полное фиаско. Речь теперь шла лишь о том, чтобы завершить ее с наименьшим ущербом для своего престижа. На помощь пришли политики. Еще 23 октября 1919 года французский премьер-министр Жорж Клемансо сформулировал доктрину «санитарного кордона» — маленькие прибалтийские республики (Эстония, Латвия, Литва) вместе с Финляндией и Польшей должны были образовать защитный барьер, отделявший Советскую Россию от остальной Европы. Речь уже не шла о том, чтобы задушить революцию, а о том, чтобы остановить ее распространение на границах тех государств, которым Антанта гарантировала независимость. От планов интервенции пришлось отказаться.

Во второй декаде декабря британцы эвакуировали свои базы в Койвисто и Бьёркэ, в Англию вернулись также подводные лодки, тральщики и минные заградители, монитор «Erebus» и часть эсминцев, а под конец декабря два легких крейсера и еще 6 эсминцев. От всей эскадры Коуэна остались под командованием командора Даффа только два легких крейсера — «Caledon» и «Dunedin», а также 4-я флотилия эсминцев в Копенгагене. Эти силы несли охранную службу в водах Либавы, Ревеля и Мемеля.

16 января 1920 г. было решено прекратить блокаду советских портов, а в апреле — прекратить военные операции Королевского флота в Балтийском море, тем более, что политическая ситуация в этом регионе начала проясняться. В феврале 1920 года Эстония, в следующие месяцы Литва, Латвия и Финляндия подписали мирные договоры с Советской Россией.

На том и закончились боевые действия на Балтике.

За 13 месяцев (с 1 декабря 1918 по 31 декабря 1919 года) британский флот потерял здесь 6 боевых кораблей (1 легкий крейсер, 2 эсминца, 1 подводную лодку, 2 тральщика), а также 3 вспомогательных судна, 8 торпедных катеров и 37 самолетов. Получили повреждения по разным причинам 36 боевых кораблей и катеров, 25 вспомогательных судов.

Потери Красного флота составили 5 потопленных кораблей и 3 захваченных в плен (1 крейсер, 5 эсминцев, 1 сторожевик, 1 учебный корабль), 4 корабля были повреждены (в том числе линкор-додредноут «Андрей Первозванный», который позже был сдан на слом).

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.541. Запросов К БД/Cache: 3 / 1