Я

Ягужинский, Павел Иванович (1683–1736) – российский государственный деятель, дипломат, с 1728 г. генерал от кавалерии, с 1731 г. граф. С 1701 г. в гвардии, состоял при Петре I. Участник Аландского конгресса 1718–1719 г., в 1720–1721 гг. посланник в Вене, в 1726–1727 гг. полномочный представитель министра при польском сейме в Гродно. В 1722–1726 и 1730–1731 гг. генерал-прокурор Сената. Участник заговора «верховников» 1730 г. В 1731 г. удален от двора. В 1731–1734 гг. посол в Берлине, в 1735–1736 гг. кабинет-министр.

Языков, Иван Максимович (? – 1682) – приближенный Федора Алексеевича. В 1670 г. стольник, в 1676 г. постельничий, в 1678 г. окольничий, в 1680 г. оружничий, боярин с 1681 г. В 1679–1682 гг. фактически был главой правительства. Заведовал Оружейной, Золотой и Серебряной палатами. Сторонник отмены местничества. После смерти Федора Алексеевича поддержал партию Петра I. Был убит в Москве во время Стрелецкого бунта.

Похожие книги из библиотеки

Японские тяжелые крейсера. Том 2: Участие в боевых действиях, военные модернизации, окончательная судьба

Боевая деятельность японских тяжелых крейсеров в ходе войны на Тихом океане отличалась необычайно широким диапазоном решаемых с их помощью задач. Вряд ли какие-нибудь другие корабли Императорского японского, да и любого другого, флота участвовали в таком же большом количестве операций, часто заканчивающихся ожесточенными схватками. Трудно даже себе представить, насколько менее интересной для современного читателя была бы история второй мировой войны на море, если в ней не рассматривать события, так или иначе связанные с японскими тяжелыми крейсерами. Созданные и прекрасно подготовленные для надводного морского боя, они вполне оправдали вложенные в них средства и усилия, оказавшись бессильными только против стремительно набиравших мощь в ходе войны палубной авиации и подводных лодок, которые и по сей день остаются, пожалуй, самым эффективным морским тактическим оружием, которое в свое время подписало приговор всем крупным артиллерийским кораблям.

Бронетранспортер БТР-152

Летом 1946 года ЗИС получил техническое задание на колесный трехосный бронетранспортер «объект 140» с полной массой до 8,5 т, способный перевозить десант из 15—20 человек, защищенный противопульной броней и вооруженный одним станковым пулеметом. Конструкторы ЗИСа, перегруженные работами по освоению новых моделей, тем не менее, взялись за это специальное задание. Оно вполне просматривалось логически и даже исторически, если вспомнить довоенные работы ЗИСа по тяжелым трехосным бронеавтомобилям БА-5, и особенно БА-11.

Работа над машиной «140» началась в ноябре 1946 года в сравнительно небольшом спецотделе КЭО ЗИС под руководством главного конструктора завода кандидата технических наук Б.М.Фиттермана (1910—1991). По своим более поздним признаниям, он любил такие необычные и сложные, но очень интересные задания, а за годы войны приобрел и опыт их решения, участвуя в создании разнообразной боевой техники: пистолетов-пулеметов, минометов, бронетранспортеров и артиллерийских тягачей.

Проектируемый БТР получил заводское обозначение ЗИС-152, его шасси— ЗИС-123, бронекорпус, установка вооружения, система связи — ЗИС-100. В шасси была заложена классическая трехосная схема.

Приложение к журналу «МОДЕЛИСТ-КОНСТРУКТОР»

Камуфляж и бортовые эмблемы авиатехники советских ВВС в афганской кампании

Афганская война стала не только первым крупномасштабным военным конфликтом нового времени с участием советской военной авиации, но и источником уникального боевого опыта для всех родов ВВС. Впервые после продолжительного послевоенного периода были опробованы новые схемы недавно введенного в советской авиации камуфляжа: на самолетах и вертолетах появились декоративные элементы — отметки о боевых вылетах, наградах летчиков и разнообразные эмблемы. «Бортовая живопись», столь излюбленная в авиации многих стран, долгое время у нас не приветствовалась, считаясь не отвечающей требованиям армейской дисциплины и строгого распорядка. Военная обстановка оказалась более демократичной, дав возможность самовыражению авиаторов и зримому воплощению их отношения к своим боевым машинам.

Своими эмблемами обзавелись штурмовики и разведчики, истребители и вертолетчики. Как известно, всякий самолет и вертолет обладает своим характером и повадками, выражающимися в особенностях техники пилотирования, удобстве в обращении, работоспособности и надежности. Под стать им были и появлявшиеся на бортах рисунки, предоставлявшие авторам большую свободу самовыражения в создании зрительного образа.

Практически все образцы известной «бортовой живописи» ушли в прошлое по завершении афганской кампании и в дальнейшем перестали существовать вместе со снятой с вооружения техникой. Лишь в единичных случаях доставшимся от Афганской войны эмблемам суждено было найти новое воплощение, продолжив жизнь с приходом самолетов нового поколения.

Асы нелегальной разведки

Кто-то из видных деятелей культуры однажды сказал, что артист не может стать в одночасье разведчиком, но каждый разведчик обязательно должен быть артистом. В истории советской и российской разведки известны разведчики, которые были и послами чужих стран в чужих странах, и бизнесменами, и гангстерами, и просто уличными продавцами, как, скажем, «молочница» Марина Кирина на улицах Вены. Всё изложенное в книге основано исключительно на архивных документальных материалах. Разведчики-нелегалы — люди необычайной судьбы. Такими их делает специфика работы вдали от Родины, тайная жизнь под чужими именами и с фиктивными документами. В книге пойдёт речь о замечательных советских разведчиках, выполнявших в самое суровое время весьма сложные задачи в логове врага, причём всегда рискуя своей жизнью.