Главная / Библиотека / Германский флот во Второй Мировой войне /
/ Большая стратегия: Средиземное море

Глав: 11 | Статей: 11
Оглавление
Предлагаемая книга является одним из лучших стратегических обзоров действий ВМС Германии во Второй Мировой войне

Большая стратегия: Средиземное море

Большая стратегия: Средиземное море

июнь 1940 — ноябрь 1942

Бегство британцев из Дюнкерка и неизбежная капитуляция Франции подтолкнули Муссолини к вступлению в войну, что он и сделал 10 июня 1940. Он надеялся получить долю в военной добыче. Немецкие танки мчались на юг от Ла Манша, все глубже врезаясь во Францию, захватили Париж и вынудили французов 25 июня подписать перемирие. Это произошло в том же самом железнодорожном вагоне в Компьене, в котором была подписана германская капитуляция в 1918 году.

Капитуляция Франции полностью изменила характер морской войны. Если ранее германский и итальянский флоты могли только обороняться, загнанные в прибрежные воды значительно превосходящими силами, то теперь положение этих двух флотов резко улучшилось. Хотя они по-прежнему уступали британскому флоту, сейчас они могли вести действия, рассчитывая по крайней мере на частные успехи. Растянутые британские линии снабжения оказались под угрозой нападений из отлично расположенных баз. Соответственно, англичане сами потеряли много прекрасных баз, что увеличило расстояние между опорными пунктами, а ряд баз теперь оказались в опасной близости к базам противника. Достаточно упомянуть базы во Франции и Французской Северной Африке, которые ранее использовались для действий против итальянцев. Колоссальное значение имели базы во Франции и Французской Западной Африке, используемые британскими кораблями и конвоями. И самыми важными оказались французские порты, которые теперь использовали германские подводные лодки и корабли.

В предстоящей морской войне большое значение имела французская колониальная империя и в меньшей степени французский флот. Эти проблемы были в основном политическими и их решение следовало искать в ходе тонких и сложных переговоров между лидерами Франции, Германии и Италии. При этом периодически вмешивались англичане, мешая кому-то карты. За неделю до подписания перемирия Редер предложил Гитлеру усилить германский флот путем умеренных реквизиций у французов. Но Гитлер немедленно отверг эту идею, полагая, что такие действия вызовут бегство французского флота в британские порты. В целом Редер продемонстрировал более гибкий подход к проблеме, и идея реквизиции французского флота больше не обсуждалась. Редер и Штаб РВМ надеялись, что после заключения перемирия появится возможность добиться сотрудничества с французским флотом, если сделать политические уступки режиму Виши. Гитлер полагал, что война практически закончилась, и уступки Франции должен делать Муссолини. Поэтому он не потребовал французской поддержки и не предложил почетных условий.

Муссолини втянул не желающую того страну в войну с определившимся исходом 10 июня, атаковав Францию. Он более четко оценивал стратегическую ситуацию, чем Гитлер, и запросил у немцев Тунис, некоторые порты Алжира и Корсику. Но так как он не сделал и попытки захватить все это в течение 15 дней войны, Гитлер ничего не дал ему при подписании перемирия. Французский флот, вместе с его базами в Средиземном море и Западной Африке был нейтрализован. Гитлер заверил, что Германия не потребует выдачи французских кораблей ни сейчас, ни в будущем. Такое завершение облегчило взаимоотношения между германским и французским флотами и позволило Германии использовать квалифицированных французских рабочих в портах Атлантического побережья для обслуживания своих подводных лодок.

Главнокомандующий французским флотом адмирал Франсуа Дарлан отдал категорический приказ, который запрещал передачу французских кораблей в руки иных держав. Заботу Гитлера о чести Франции можно объяснить его неспособностью захватить флот и полностью использовать стратегический потенциал сотрудничества с Францией. Мысль о сдаче флота была просто невыносима для Редера, который пережил затопление Императорского Флота в Скапа Флоу в 1919, а 20 лет спустя разрешил капитану "Графа Шпее" взорвать свой корабль, чтобы предотвратить его интернирование.

Некоторым оправданием неспособности Германии полностью использовать благоприятные возможности, открывшиеся с капитуляцией Франции, является враждебное отношение Италии. Первое время итальянский флот, который не ожидал начала войны ранее 1942 занимал оборонительную позицию, несмотря на громогласные заявления Муссолини. Итальянское Верховное Командование начало войну не имея оперативных планов и стратегических задач. Муссолини заявил своим советникам, что будет вести "параллельную войну. Не вместе с Германией, не за нее, а только за Италию рядом с Германией". Флотское командование заявило Муссолини, что не сможет ничего предпринять против объединенных англо-французских сил и ожидает только гибели флота и авиации. В результате, главной задачей флота оказалось сопровождение конвоев в Ливию, хотя все довоенные планы строились, исходя из предположения, что эта провинция имеет достаточные ресурсы. Кроме того флот наносил удары по британским конвоям и Мальте.

К моменту капитуляции Франции произошло несколько столкновений между французскими и итальянскими морскими и воздушными силами. Однако они ни в коей мере не изменили ситуации. После подписания перемирия можно было начать разработку более широких планов, включая атаку Мальты. Но итальянское Верховное Командование отвергло предложение флота захватить остров. Предполагалась короткая война, а ВВС обещали нейтрализовать слабо защищенную базу. Итальянская Восточная Африка была обречена в случае затяжной войны, так как находилась в полной изоляции.

Так обстояли дела в конце июня 1940. Итальянцы не желали помощи Германии, так как опасались, что это приведет к установлению немецкого господства, а в результате настоящее сотрудничество между двумя странами отсутствовало. Италия страдали и от собственной организационной неразберихи, так как ее командная структура сильно напоминала немецкую, хотя и совершенно случайно. OKW практически не обращало внимания на итальянские проблемы на Средиземноморском театре. Гитлер считал его мало значимым, несмотря на все рекомендации флота. Каждая сторона отправила в штаб союзника наблюдателей высокого ранга, но этим все и ограничилось.

Перспективы сотрудничества были не слишком блестящими. Однако итальянцы имели 6 линкоров, 19 крейсеров и множество эсминцев. Ряд кораблей строился или проходил модернизацию. Эти корабли были быстроходны и имели мощную артиллерию, хотя флот не был обучен ночным боям, не имел радара, гидролокатора, надежных систем ПВО. Положение Италии в центре Средиземного моря вынуждало англичан разделить флот на 2 части, что предоставило итальянцам просто фантастические возможности. Немцам следовало учитывать это в своих планах.

В новой стратегической обстановке Редер и Штаб РВМ быстро создали новый грандиозный план: Средиземноморский план. (Первым был известный "План Z".) Они видели, что 2 ключевых пункта британского господства на Средиземном море — Гибралтар и Суэц — крайне уязвимы. Захватив эти 2 базы немцы вынудят англичан покинуть Средиземное море. Это освободит итальянский флот для действий в Атлантике и Индийском океане и приблизит окончательную победу над Британией, так как теперь на британские коммуникации будут воздействовать гораздо более крупные силы.

Выдвижение германских войск на Средиземноморский театр должно производиться через Францию и Испанию, а возможно и через французские Северную и Западную Африки. После захвата Гибралтара французские и испанские лидеры будут вынуждены сотрудничать с Гитлером. В результате немцы получат базы в Испании и Французской Западной Африке, например Дакар, куда будут перебазированы германские и итальянские корабли. Эти силы будут серьезно угрожать британскому торговому судоходству в Южной Атлантике и Индийском океане. Германский флот уже прорвался в Атлантику, получив порты Бискайского залива. Там начали базироваться германские корабли и подводные лодки и группа итальянских подводных лодок. Однако эти гавани находились слишком близко к портам Великобритании, подвергались постоянным ударам и могли быть изолированы.

Предполагаемые южные базы находились вне досягаемости англичан. Это было особенно важно для надводных кораблей, которые оказывались исключительно уязвимы при налетах авиации на порт. Немцы приобретали еще одно преимущество. Новые ремонтные заводы ослабляли нагрузку на германские верфи, которые могли сосредоточить усилия на постройке новых кораблей, а особенно подводных лодок. Атлантическая фаза плана предусматривала многочисленные операции при минимальном риске. Считалась возможной безопасная оккупация Канарских островов, путем переброски туда подкреплений по морю и воздуху. Они должны были усилить испанский гарнизон после вступления Испании в войну. Эти острова были расположены исключительно удачно. Вместе с базами на европейском континенте и в Африке они обеспечивали превосходные возможности для действий подводных лодок и надводных рейдеров против британского судоходства.

А в это время в Восточном Средиземноморье, согласно этому же плану, следовало захватить Суэцкий канал. После этого войска могли начать марш через Палестину и французскую подмандатную территорию Сирия. Такие действия должны были оставить Турцию и вообще все Балканы без английской помощи, после чего они попадали в сферу германского влияния. Появлялась возможность спасти Итальянскую Восточную Африку. Когда ее порты становились пунктами базирования итальянского флота, британская торговля с Индией оказывалась под угрозой с нового направления. Британские нефтяные месторождения на Ближнем Востоке можно было легко захватить путем дальнейшего наступления на восток. Под угрозой оказывались русские нефтяные месторождения на Кавказе и все черноморское побережье. На северном фланге можно было нанести удар через Балтийское и Белое моря.

Германские морские стратеги утверждали, что Средиземноморская кампания не самоцель, а только средство экономии ресурсов. На западе политические приобретения, вроде африканских колоний, должны были поддерживаться небольшими силами армии и авиации, а также недолгим вмешательством флота, если потребуется. Но самая важная кампания — атака британского торгового судоходства в Атлантике — должна была продолжаться любой ценой. Рейды германских тяжелых кораблей должны были помочь операциям на Средиземном море, отвлекая на себя Гибралтарскую эскадру и Флот Метрополии и мешая перебрасывать подкрепления на помощь Александрийскому флоту. На востоке Германия не могла пустить в ход никакие морские силы, можно было использовать лишь несколько танковых дивизий, а также авиацию, чтобы действовать совместно с итальянцами.

Средиземноморский план германского флота основывался на решении сложных политических проблем. Однако под угрозой превосходящих сил германских армии и авиации трудно вообразить, что такие люди, как испанский фашистский диктатор генералиссимус Франциско Франко или француз адмирал Дарлан смогут долго противостоять давлению Германии. Позиция Германии была настолько выгодна, что Гитлеру требовалось сотрудничество только одного из них. Он даже мог стравить их между собой. Оккупация Гибралтара, Испанского Марокко и Канарских островов поставила бы под угрозу французские владения в Африке и блокировало бы Западное Средиземноморье. В качестве альтернативы можно было рассмотреть оккупацию французских колоний и захват Мальты, что поставило бы под удар Гибралтар и Испанское Марокко, а также разрезало бы Средиземное море посередине. В любом случае с точки зрения германского флота политические проблемы были прерогативой Гитлера, а не Редера. России можно было предложить компенсацию в Иране, Афганистане, северо-западной Индии в обмен на захват Дарданелл Германией.

Оборона обширных захваченных территорий должна была опираться на позиции в Средиземном море — на юге непроходимая Сахара, окруженная цепью мощно укрепленных портов на скалистых и негостеприимных берегах Северной Африки. Север "Атлантического вала" доложен был опираться на мобильные силы флота, действующие по внутренним линиям в Западной Европе. "Mare Nostrum" Муссолини должно было стать основной военной и торговой артерией Оси. Южную часть Северной Атлантики предполагалось сделать слишком опасной для британских кораблей, которые потеряли бы там все старые базы.

Так как Иосиф Сталин не хотел вести никакой иной войны, кроме чисто оборонительной, все ресурсы Западной Европы можно было сосредоточить против Британии и ее линий снабжения. Тогда шансы добиться капитуляции Британии становились достаточно хорошими, особенно если бы требования Гитлера оказались умеренными. Крайне сомнительно, чтобы Черчиллю удалось провести Великобританию через затяжную войну, если бы на островах начался голод. США в 1940 — 41 годах, какое бы решение не приняло политическое руководство, были просто не в состоянии мобилизовать достаточные ресурсы, чтобы решительно изменить положение Британии.

В начале июля 1940 Гитлер приказал начать практическую подготовку к реализации плана. Но в какой степени он этот план поддерживал, осталось не ясно. Он никогда открыто не выступал против, но даже когда он отдавал определенные распоряжения, его энергия и внимание были отвлечены другими фронтами. Он уже присматривался к России. Гитлер также много времени тратил на совершенно нереальные проекты, вроде захвата Исландии. Это ясно показывало, до какой степени плохо он ориентировался в вопросах морской стратегии.

Пока немцы колебались в отношении Средиземного моря, англичане действовали. В их глазах французский флот представлял собой опасность, чтобы оставаться реальной силой, несмотря на условия перемирия и все заверения французов. 3 июля 1940 все французские корабли в портах Великобритании были захвачены англичанами. Французский флот в Александрии был нейтрализован джентльменским соглашением между командующими — но только после того, как 4 июля французам на побудке продемонстрировали наведенные на них дула английских орудий. В Оране группа французских кораблей (2 старых линкора, 2 линейных крейсера, 6 лидеров, 1 гидроавианосец) получила ультиматум англичан, подкрепленный весомыми аргументами — 2 линкора, 1 линейный крейсер, 1 авианосец, 2 крейсера, 11 эсминцев. Французам предоставили выбор: проследовать в Англию или Вест Индию, либо затопить свои корабли. На размышления они получили 6 часов, так как могли прибыть подкрепления, или корабли успели бы поднять пары и прорваться в открытое море.

Дипломатия обеих сторон была плохой. Ультиматум был отвергнут, и французы начали готовиться к бою. Англичане крайне неохотно начали бой. Старый линкор "Бретань" загорелся, прежде чем успел дать ход. Через 11 минут после первого выстрела он перевернулся и затонул, унеся с собой 977 человек. Новый "Дюнкерк" получил 4 попадания 15" снарядами и был вынужден встать на якорь через несколько минут после того, как дал ход. Старый линкор "Прованс" выбросился на берег, чтобы не затонуть. Из тяжелых кораблей только новый линейный крейсер "Страсбург" покинул гавань вместе с 5 эсминцами и сумел оторваться от англичан. Шестому эсминцу тяжелым снарядом оторвало корму.

Через 3 дня англичане вернулись. Во время атаки торпедоносцев взорвался эскортный корабль, стоящий у борта "Дюнкерка". Взрывом его глубинных бомб линейный крейсер был тяжело поврежден. Через 2 дня в Дакаре авианосный торпедоносец повредил недостроенный новый линкор "Ришелье". Тем временем "Страсбург" прибыл в Тулон, который находился в неоккупированной зоне. Этот линейный крейсер стал ядром флота Виши, вокруг которого собрались крейсера и эсминцы, прибывшие из различных африканских портов. Позднее к ним присоединился временно отремонтированный "Дюнкерк".

Немцы быстро разрешили французскому флоту не разоружаться. В этот момент полной деморализации и разложения Франции открывалась возможность для радикальных политических действий, особенно если бы немцы связались с потрясенными и растерянными флотскими командирами. Но ничего не было сделано. Гитлер отправился на отдых в горах и ожидал предложения англичан о переговорах, продемонстрировав обычное отсутствие стратегической зоркости. Зато англичане снова ясно показали свою традиционно высокую заинтересованность в Средиземноморском театре и решимость оставаться там, даже ценой ослабления Флота метрополии. Как в дни Питта и Нельсона, они показали, что охотно пойдут на риск, уверенные в несокрушимости своей морской мощи, которая позволяет им быстро перебрасывать силы, достаточные для восполнения потерь, если таковые будут. Несмотря на недостатки техники и нехватку баз, англичане были готовы захватить инициативу и заткнуть бреши силами с других театров.

Итальянский и британский флоты провели несколько мелких боев, которые не изменили баланса сил, и германское Верховное Командование решило консолидировать положение на Средиземном море с нескольких направлений. 15 июля у Виши было запрошено разрешение использовать базы в Северной Африке. После отказа Гитлер решил не давить на французов. Немцы предложили итальянцам оказать помощь в наступлении на Суэц, но Муссолини чувствовал, что, приняв предложенные 2 танковые дивизии, он отдаст немцам контроль над "его" войной. Планировалось наступление на Гибралтар через Испанию.

В августе итальянский флот достиг пика своей силы, имея 5 линкоров, из которых 2 только что вошли в строй. Англичане тоже увеличили свои силы, теперь их Александрийский флот состоял из 4 линкоров и 2 авианосцев, не считая легких сил. Обе стороны приготовились к решительной схватке.

В начале сентября Редер и Гитлер снова обсудили планы относительно Гибралтара, Суэца и Канарских островов. Было принято решение позволить французскому флоту защищать колониальную империю от атак сил Свободной Франции и англичан, что в целом усложняло планирование. 23 сентября на Дакар обрушился ожидаемый удар. Но после трех дней боев французы отразили нападение, потеряв 2 подводные лодки и 1 лидер. Англичане потеряли 4 авианосных самолета, несколько кораблей были повреждены.

На следующий день Редер предпринял самую решительную попытку показать преимущества сосредоточения усилий против Англии, в частности на Средиземном море, а не против России. Он настаивал на продвижении к Гибралтару и Канарским островам с помощью Люфтваффе. Итальянцам следовало наступать на Суэц с помощью немцев. Он обрисовал Средиземное море как ось Британской Империи. Италию он назвал главной целью Британии, хотя сами итальянцы об этом не подозревают. Редер утверждал, что нужно торопиться, потому что вмешательство американцев становится неизбежным. Он указывал на преимущества, которые получит Германия, захватив Средиземноморье. Откроются возможность продвижения в Турцию и к Индийскому океану. Можно будет спокойно получать сырье из Южной Европы. Редер требовал приложить усилия, чтобы получить свободу действий во Французской Северной Африке, чтобы не дать сделать этого англичанам. Казалось, что Гитлер согласен. Он уже сомневался в помощи Франко, но решил попытаться получить ее. Гитлер также решил добиться помощи Франции в обмен на колонии, обещанные этим странам. Его также заинтересовали португальские владения — острова зеленого Мыса и Азорские, но Редер попытался отвлечь его от этого.

К середине октября с "Морским львом" было покончено, и планирование средиземноморских операций начало продвигаться ускоренными темпами. Части германского флота были готовы усилить испанский гарнизон Канарских островов до высадки парашютистов и вступления Испании в войну. Но 23 сентября план получил первую пробоину. Франко, на помощь которого так надеялись, на встрече с Гитлером отказался вступить в войну до тех пор, пока Германия не продемонстрирует ясного превосходства над англичанами, захватив Суэц или вторгнувшись в Британию. Как и во время переговоров с французами, Гитлер принял отказ Франко, хотя мог вынудить того согласиться.

Через 5 дней итальянцы вторглись в Грецию, хотя командование флота было против этого. Муссолини даже не проинформировал союзника. Это привело к чрезмерному распыления ресурсов итальянцев и роковому ослаблению армии, предназначенной для захвата Египта. Вдобавок греки предоставили свои базы на Крите, материковой Греции, островах Эгейского моря англичанам, которые наладили снабжение Мальты и стали угрожать итальянским конвоям. В результате открылся Балканский фронт, который понизил шансы нанести поражение англичанам. Вся эта затея не имела ни малейшего смысла, если бы был захвачен Суэц.

В начале ноября итальянцы все еще не желали принять помощь германских танковых дивизий. Однако Люфтваффе уже отправили в Италию более 400 самолетов. На совещании представителя OKW Йодля и OKM Шнивинда было решено, что присутствие англичан в Греции представляет угрозу нефтяным приискам Румынии, которые были жизненно-важными для германской экономики. Наступление, чтобы отрезать англичан путем захвата Суэца через Турцию, Палестину и Сирию было сочтено слишком трудным. Йодль подчеркнул заинтересованность Гитлера в захвате Гибралтара, а потом в приобретении Канарских островов и островов Зеленого мыса. Эта операция планировалась, как комбинированная, с участием армии, авиации и флота при помощи испанцев. Йодль также заверил Шнивинда, что Франция окажет помощь, и попросил уточнить, имеет ли значение для планов флота Португалия.

Пока OKW пыталось успокоить флот, противник нанес новый удар. Вскоре после заката 11 ноября 1940 британский авианосец "Илластриес" поднял крошечное соединение из 20 устарелых бипланов. 11 из них несли торпеды, а остальные — бомбы и осветительные ракеты. Их целью были итальянские линкоры в гавани Таранто. Самолеты проскочили плотную линию обороны и спикировали на линкоры, освещенные ракетами. 6 торпед попали в цель, что было исключительно высоким процентом. И натворили эти торпеды очень много. Единственное попадание отправило на дно старый линкор "Кавур". До конца войны он так и не был отремонтирован. Старый "Дуилио", получив тоже одну торпеду, вышел из строя на 6 месяцев. Новый "Литторио" получил 3 попадания и был благополучно отбуксирован в сторону, так как у него под килем осталась лежать невзорвавшаяся торпеда — магнитные взрыватели подводили не только немцев. Он вышел из строя на 3 месяца. Остальные линкоры были отведены в Неаполь, после чего в Восточном Средиземноморье не осталось итальянских тяжелых кораблей. Колоссальная тактическая и стратегическая победа стоила англичанам всего 2 самолетов. 1 летчик погиб, 3 были взяты в плен.

14 ноября Гитлер и Редер обсудили ситуацию и пришли к тем же выводам, что и Шнивинд с Йодлем. Но реальная опасность Средиземноморской кампании была ясно указана Редером. Он выступал против нападения на Россию, о чем Гитлер уже давно думал. Большую сложность для Редера представляло стремление Гитлера распылять силы на крайне опасные операции. В тот период подобной целью были португальские Азорские острова, которые Гитлер желал приобрести, чтобы его авиация могла действовать против англичан, а впоследствии — и против США. Редер обрисовал проблемы, связанные с захватом и удержанием островов, отметив, что значительную сложность создает нейтралитет Португалии. Гитлер думал, что англичане сами захватят их, не рассуждая, нейтральна Португалия или нет. Редер предпочитал удержать Португалию нейтральной и назвал другие острова — Зеленого Мыса и Мадейру — бесполезные для любой из сторон. 3 декабря на следующей встрече с Гитлером Редер вернулся к захвату Гибралтара, но Гитлера больше заинтересовал совершенно безумный проект приобретения иракских аэродромов для своей авиации.

Тем временем англичане попытались захватить инициативу в Африке. 9 декабря генерал-майор Ричард О'Конор начал наступление, имея всего 36000 человек. Наступление завершилось 7 февраля 1941 уничтожением итальянской армии, насчитывающей 200000 человек и захватом всей восточной Ливии.

Последний удар стратегической схеме Редера нанес лично Гитлер. 11 декабря директива OKW отменила операцию Испания — Гибралтар — Канарские острова, так как "изменилась политическая ситуация". 18 декабря фюрер подписал директиву 21 (план "Барбаросса"), которая предусматривала вторжение в Россию после окончания войны с Великобританией. Россию следовало сокрушить в ходе молниеносной кампании, в то время как флот будет продолжать действовать против англичан при поддержке авиации. В последний раз Редер высказал протест против русской кампании 27 декабря. Он повторил все стратегические идеи последних месяцев, однако Гитлер заявил, что Россию следует уничтожить и побыстрее. Директива 21 покончила со всеми надеждами одержать победу в войне на один фронт на Средиземном море и в Атлантике. В последующие несколько месяцев Южный фронт рассматривался только как вспомогательный, чтобы удержать Италию в войне, и сохранить возможность использовать захваченные плацдармы после завершения Русской кампании в конце 1941. Однако просто придержать исполнение средиземноморского плана было нельзя. Отложенный, он терял всякое значение, а русская кампания так изменила баланс сил, что Германия больше не получила возможности реализовать этот план.

Летом и осенью 1940 германские морские штабы рассматривали возможность распространения зоны военных действий на восток. Снова Гитлер проявил излишнюю осторожность, как и японцы. В июне 1940 японцам было предложено подписать военное соглашение, но только в сентябре был заключен 10-летний договор о взаимной обороне. Он имел совершенно откровенную антиамериканскую направленность, Британия была забыта. Редер продолжал утверждать, что германская стратегия требует наступления японцев на Сингапур, чтобы связать силы англичан на Дальнем Востоке, одновременно создавая угрозу английскому торговому судоходству в Индийском океане. Гитлер с этим согласился. Русско-японский пакт о ненападении от апреля 1941, как казалось Гитлеру, создает возможность для наступления японцев на Сингапур. Но через месяц положение в Японии можно было охарактеризовать словом "запутанное". Оно и в самом деле было таким. Ни одна из сторон не рвалась ознакомить партнера со своими секретами, не давала информации о военных планах, и все сражались, преследуя собственные цели — которые лишь случайно могли совпадать с задачами партнеров. Японско-германские клещи, смыкающиеся в Индийском океане, существовали только в воспаленном воображении германских стратегов.

Штаб РВМ полагал, что решение задач в Индийском океане может завести Германию гораздо дальше, чем кажется на первый взгляд. Средиземноморский план, который естественно венчал захват нефтяных месторождений Среднего Востока, мог получить поддержку японцев с запада. Они могли обойти Филиппины, заставив колониальную администрацию Голландской Ост-Индии и вишистов во Французском Индокитае предоставить Японии базы и доступ к сырью, которые позволили бы японцам взломать Сингапурский замок на воротах в Индийский океан. В 1940 и начале 1941 японцы еще ничего не делали, зато Рузвельт выдвинул принцип "Америка превыше всего", который дела вмешательство США в мировые события маловероятным. Но ничто не разбудило воображение Гитлера.

Весной 1941 началась Балканская кампания, которая была следствием провала итальянского наступления в Греции и являлась подготовкой к русской кампании. Германская армия должна была захватить весь Балканский полуостров, включая материковую Грецию. Гитлер считал всю эту кампанию чисто вспомогательной операцией, которая должна была удержать Италию в войне и прикрыть фланг Восточного фронта от ударов англичан. Он даже считал, что может потерять Северную Африку, так как это не вызовет серьезных последствий, хотя в конце концов германские танковые дивизии под командованием генерал-лейтенанта Эрвина Роммеля в феврале 1941 были отправлены в Африку.

Однако Редер видел в запланированном наступлении Роммеля в Северной Африке и захвате Греции возможность по крайней мере частично реализовать свои средиземноморские планы. Поэтому он отстаивал захват Греции. Итальянская морская авиация должна была блокировать доставку туда британских подкреплений. Он требовал поддержать восстание против англичан в Ираке и захватить Мальту. Редер лично высказал свои взгляды начальнику итальянского Морского Генерального Штаба, адмиралом Артуро Риккарди. Редер пытался подтолкнуть итальянский флот действовать более активно, несмотря на все свои недостатки. Давление на еще более высоком уровне привело к приказу итальянского Верховного Командования флоту поддержать действия Германии, перерезав линии снабжения Александрия — Греция.

Самой крупной операцией итальянцев стал выход к берегам Греции линкора "Витторио Венето" при поддержке 8 крейсеров и 13 эсминцев 26 — 30 марта. Командиру эскадры были обещаны поддержка с воздуха и авиаразведка. В первый раз в дело должен был вступить германский X авиакорпус. На второй день элемент внезапности был потерян, так как британский самолет-разведчик заметил итальянскую эскадру. На следующий день итальянские корабли, так и не дождавшись ни единого из обещанных самолетов, сами подняли 2 маленьких поплавковых разведчика. Они вскоре обнаружили группу британских крейсеров и эсминцев южнее Крита. Нерешительная перестрелка на большой дистанции прервалась, когда появились британские авианосные торпедоносцы, хотя их атака против "Витторио Венето" закончилась безрезультатно. Британских конвоев найти не удалось, зато поблизости находилась часть Александрийского флота. Поэтому операция была прекращена.

Всю вторую половину дня отступающие итальянцы отбивали атаки британских торпедоносцев и бомбардировщиков. Обещанных огромных сил итальянской и германской авиации не заметил никто. Во время одной из атак пикирующие бомбардировщики отвлекли на себя огонь зениток "Витторио Венето", что позволило 3 торпедоносцам выйти в атаку. Одна из торпед повредила левые винты линкора, корабль принял более 4000 тонн воды и потерял ход, находясь в 400 милях от гавани. Умелая работа аварийных партий позволила итальянцам запустить машины правого борта и довести скорость линкора до 20 узлов. Крейсера и эсминцы сопровождения образовали тесное кольцо вокруг поврежденного линкора.

После заката итальянцев атаковали 10 британских торпедоносцев. Несмотря на лучи прожекторов и плотный зенитный огонь, они сумели повредить тяжелый крейсер "Пола", который потерял ход. Линкор с сопровождением отправился в порт, но 2 тяжелых крейсера и 4 эсминца были отправлены на помощь поврежденному товарищу. Когда они уже подходили к стоящему на месте крейсеру, британские эсминцы осветили их прожекторами. 3 британских линкора буквально разнесли на куски итальянские крейсера огнем 15" орудий с дистанции 1,5 мили. Британские эсминцы с помощью огня противоминного калибра линкоров прикончили еще и 2 итальянских эсминца в короткой схватке. Перед восходом "Пола" был потоплен британскими эсминцами, которые сняли часть экипажа, еще находившуюся на борту. Вся операция стоила англичанам 1 самолета и 3 пилотов, тогда как итальянцы потеряли 5 кораблей и более 3000 человек.

Кровавый конец боя у Матапана еще более укрепил итальянцев в их нежелании действовать агрессивно в восточной части моря. Говоря строго, не германская настойчивость, которая привела к бою, послужила причиной катастрофы. Это было вызвано сложной и многозвенной пирамидой управления, которая сделала взаимодействие флота и авиации практически невозможным. В операции были задействованы 4 независимых штаба: итальянский флот, итальянские ВВС, германский Х авиакорпус и итальянский губернатор Додеканезских островов. И никто в мире — даже Гитлер и Муссолини — не могли приказать сразу всем четверым!

Несмотря на эту неудачу, Редер продолжал попытки доказать Гитлеру значимость Северной Африки. Кроме того, он считал, что англичане, при возможной помощи французского флота, могут принудить итальянцев к глухой обороне. Однако Гитлер по-прежнему мало интересовался Средиземным морем.

Больше интереса у Гитлера вызвали переговоры в мае 1941 с адмиралом Дарланом относительно ограниченного использования немцами Сирии, Ливана и Туниса. Однако переговоры превратились в пустую болтовню. Учитывая двуличную позицию правительства Виши, трудно вообще было ожидать, что переговоры приведут к какому-то конкретному результату. В начале июня англичане опередили немцев и сами захватили Сирию и Ливан. Этому наступлению французы не могли и не хотели эффективно противостоять, так как не собирались начинать войну с Британией.

Едва появившись в Африке, Африканский корпус резко изменил ход войны в пустыне. Нанеся удар 31 марта, Роммель погнал англичан на восток и выкинул их из Ливии. Держался только окруженный Тобрук, так как англичане снабжали его по морю. Англичане потеряли преимущество, достигнутое первыми победами, когда отправили много прекрасных войск в Грецию. Только нехватка топлива и угроза со стороны гарнизона Тобрука, который держался, несмотря на многочисленные атаки немцев, помешали Роммелю вторгнуться в Египет.

Тем временем германская армия в Европе за 3 недели прошла весь Балканский полуостров. Остатки британских войск эвакуировались на Крит и в Александрию, потеряв 12000 человек в бессмысленной попытке защитить Грецию. Британский флот понес крупные потери в кораблях от воздушных атак. Люфтваффе предложили захватить Крит, чтобы создать авиационную базу для действий против англичан и помешать им использовать аэродромы Крита для налетов на румынские нефтяные прииски. Оперативный Штаб OKW согласился с флотом и заявил, что Мальта важнее Крита. Но мысли Гитлера были устремлены на восток, и он особенно болезненно реагировал на угрозу нефтяным скважинам Плоешти. Он высказался в пользу захвата Крита.

Воздушно-десантная операция началась 20 мая. Последовала ожесточенная 12-дневная битва легко вооруженной пехоты. Англичане потеряли большую часть своего тяжелого оружия в Греции, а немцы не могли ничего подвезти морем, так как там господствовал британский флот. 2 маленьких германских конвоя были отброшены назад с тяжелыми потерями, но Александрийский флот понес тяжелые потери от действий Люфтваффе во время боев за остров и особенно во время эвакуации. В результате англичане потеряли 3 крейсера и 6 эсминцев протопленными. Были повреждены 2 линкора, 1 авианосец, 6 крейсеров, 7 эсминцев. Было потоплено и повреждено много транспортов. В критских водах повторился урок Дюнкерка — при господстве противника в воздухе флот может действовать в этом районе только ценой значительных потерь. Но в свою очередь немцы тоже понесли тяжелые потери. Их элитные парашютно-десантные и планерные войска были перемолоты и больше нигде не применялись.

Пиррова победа германской авиации дала Оси нависающую фланговую позицию над маршрутом Александрия — Мальта. Однако итальянцы не посмели вывести в море свой флот, чтобы уничтожить остатки британских сил, так как они прочно увязли в Сицилийском проливе и не были уверены в поддержке Люфтваффе. Итальянский флот также не сумел перехватить важнейший английский конвой с войсками и техникой, который пересек Средиземное море и помог стабилизировать Египетский фронт. По странному совпадению дорого обошедшаяся немцам победа на Крите решительно ничего им не дала, так как система снабжения через Грецию не была налажена. В результате в Африке не хватало авиабензина и самолетов. Не помогала даже близость Плоешти. Hефть следовало доставить в Италию для перегонки, а потом на остров. К 1941 Италия испытывала острейшую нехватку топлива и танкеров, поэтому Крит так и остался изолированной базой.

Но над всеми планами и операциями начала 1941 витала тень самой колоссальной игры в современной военной истории — надвигающаяся война с Советской Россией. В конце мая многие операции в Восточном Средиземноморье, включая наступление на Суэц, были отложены до завершения русской кампании. А успешное окончание русского похода ожидалось осенью этого же года. С учетом этого были остановлены многие перспективные операции. X авиакорпус, который был переброшен, чтобы поддерживать балканскую кампанию, в Сицилию так и не вернулся. Война на Средиземном море превратилась в серию кровопролитных боев — в них участвовало все: от линкоров до боевых пловцов — которые завершились тяжелыми потерями с обеих сторон. Итальянцы пытались перебросить подкрепления в Северную Африку, а англичане с Мальты пытались перерезать линии снабжения Африканского корпуса. Те же англичане пытались снабжать Мальту из Александрии и Гибралтара — это занятие оказалось самым опасным из всех конвойных операций.

Каждый конвой на Мальту в течение последующих полутора лет пробивался с боями с самого момента выхода из Гибралтара и до того момента, как транспорты входили в порт. Подводные лодки Оси располагались вдоль всего маршрута. Самолеты взлетали с аэродромов Сицилии и Сардинии. Торпедные катера караулили конвой по ночам в Сицилийском проливе и возле самой Мальты. Иногда вмешивался итальянский флот, используя даже линкоры. Более редкие конвои из Александрии встречали точно такие же препятствия.

Результаты часто оказывались для англичан катастрофичными. Однажды из 16 судов конвоя на Мальту пробились только 2, причем одно из них поврежденное. 5 судов были потоплены, 9 вернулись назад. Было потоплено 6 британских кораблей и 1 итальянский, повреждено — 16 британских кораблей и 3 транспорта и 2 итальянских корабля.

Все это повторялось раз за разом. Из 3 судов, покинувших Александрию, 2 были потоплены, а третье так повреждено, что ему пришлось вернуться назад. 1 поврежденный транспорт из 4 достиг Мальты, при этом было повреждено 9 кораблей. Когда транспорты пробивались на Мальту, очень часто германские бомбардировщики уничтожали их раньше, чем англичане успевали разгрузить. В свою очередь Мальта наносила не менее тяжелые удары по итальянским конвоям, следующим в Северную Африку. Нейтрализовать остров полностью не удалось, так как германские самолеты были отозваны.

Еще больше осложняла положение итальянцев усиливающаяся нехватка топлива. Летом 1941 года поставки не достигали и половины потребности. По мере того как росли запросы Восточного фронта, немцы не могли обеспечить поставок даже этого количества. Роммелю не хватало самолетов и припасов, которые также поглощал Восточный фронт. Встретившись с усилившимся сопротивлением англичан, он был вынужден начать отступление.

Была предпринята еще одна попытка склонить Англию к миру, прежде чем началась война на 2 фронта. Заместитель фюрера Рудольф Гесс 10 мая прилетел в Англию, но это была безнадежная попытка самого Гесса. Гитлер попытался убедить командующих 3 видами вооруженных сил и OKW в необходимости начать русскую кампанию на совещании 14 июня, однако Редер сохранил свой скептицизм. Он был уверен, что Россия сама не атакует Германию, а результатом войны станет потеря русского сырья, арктических баз и Северного Морского пути. Кроме того Россия будет угрожать судоходству на Балтике и сорвет тренировки экипажей, проводимые там. Это понизило бы эффективность действий германского флота на британских линиях снабжения. Редер по-прежнему считал торговую войну самой важной. Поэтому он желал мира с Францией и Норвегией и союза с Россией, так как это дало бы Германии полную свободу действий. Однако Редер не мог больше убеждать Гитлера в том, что война на 2 фронта это подлинное безумие, поэтому он молча повиновался приказам. Кроме того флоту требовался Ленинград, его портовые и ремонтные возможности.

Морская часть русской кампании была незаметной, так как главным врагом флота оставалась Британия. Возможности русского флота Редер совершенно правильно оценивал как минимальные. Даже легких сил хватило бы, чтобы удержать русский Балтийский флот за барьером минных заграждений в Финском заливе. Снабжение армии по морю не использовалось из-за большой скорости наступления. В Арктике наступление армии на Мурманск получило минимальную поддержку флота, но не сумела решить свою задачу. На Черном море легкие силы тоже оказывали армии ограниченную помощь.

Возможно, полномасштабная помощь флота могла оказать влияние на ход русской кампании 1941, но сомнительно, чтобы такая помощь решительно изменила ход событий. Единственной серьезной целью на морском побережье был Ленинград, и решающие битвы развернулись в центре России. На Русском фронте флот везде действовал по указаниям армии, но эти действия не носили агрессивного характера и в течение всей войны имели крайне ограниченное значение. Гитлер только один раз обратил внимание на русский флот. В сентябре 1941 он приказал развернуть силы германского флота на Балтике, чтобы помешать прорыву русских в Швецию. Однако это не случилось. В следующий раз положение на Балтике потребовало вмешательства главных сил флота только в конце 1944.

Гитлеровская "молниеносная кампания на уничтожение" началась 22 июня 1941. Сначала немцы одерживали на русских равнинах победу за победой. Русские войска сдавались в плен сотнями тысяч. Агрессоры захватывали город за городом, область за областью. Ленинград был осажден, и германские войска подошли к самым стенам Москвы — впервые после похода Великой Армии Наполеона в 1812. Однако в начала декабря германская армия застыла на месте. И это означало крах всех надежд на переброску немецких войск на Средиземное море.

В эти летние месяцы положение Оси на Средиземном море постепенно ухудшалось, так как Русский фронт полностью отвлек силы германской военной машины. Самым роковым обстоятельством оказалось отсутствие германских самолетов, которые могли разгромить мальтийские базы и помешать этому островному бастиону наносить удары по итальянским конвоям, идущим в Африку. Ситуация стала настолько ужасной, что в конце сентября по приказу Гитлера 6 германских подводных лодок были отправлены на Средиземное море. Первые 4 начали действовать уже в начале ноября. В декабре все подводные лодки, находящиеся в Атлантике, были расположены или западнее Гибралтара, или в самом Средиземном море.

Внезапное перераспределение лодок было фундаментальным изменением стратегии. Рассматривая поначалу Средиземноморскую войну как дополнение североатлантической торговой войны, Редер постепенно пришел к мысли о ценности ее как таковой. Основной стратегической ошибкой стало перераспределение подводных лодок, чтобы они могли поддержать Средиземноморские кампании, тогда как именно действия на Средиземноморском театре должны были обеспечивать действия лодок. Победа в Атлантике должна была принести победу на всех западных и южных европейских театрах. Победа на Средиземном море была важна, но ее значение ограничивалось этим замкнутым регионом.

Действия первых германских лодок знаменовали пугающее изменение немецких перспектив на Средиземном море. U-81 капитан-лейтенанта Фридриха Гуггенбергера прошла Гибралтарский пролив в надводном положении и провела пятницу 13 ноября — первый день в Средиземном море — уклоняясь от самолетов и подводных лодок. Дениц приказал капитану искать британскую эскадру, направляющуюся к Гибралтару с востока. Сразу после полудня он заметил несколько самолетов, потом линкор и наконец 2 авианосца. Все это соединение прикрывали 6 эсминцев, и оно направлялось прямо на U-81. Гуггенбергер поднял перископ, чтобы оценить дистанцию, скорость и курс целей и одновременно постараться удержаться подальше от эсминцев. Крупные корабли внезапно начали выписывать зигзаг, эсминец, шедший прямо на него, отвернул. Гуггенбергер дал залп 4 торпедами. Лодка стремительно нырнула на 360 футов. Экипаж услышал 2 глухих взрыва. После 3 часов погони и 130 разрывов глубинных бомб U-81 оторвалась от британских эсминцев.

В действительности в авианосец "Арк Ройял" попала только 1 торпеда, однако он получил сильный крен, и англичанам пришлось буксировать корабль в Гибралтар. Через несколько часов на авианосце начались пожары, и на следующее утро он затонул всего в 25 милях от порта и вероятного спасения. Названный в честь флагманского корабля английского флота, сражавшегося с Армадой, "Арк Ройял" был самым знаменитым и самым известным авианосцем Королевского Флота. В первый же месяц войны его безуспешно атаковала другая лодка. Несчитанное количество раз германская пропаганда объявляла о его "потоплении". Его гибель отметила начало нового тяжелого периода для англичан на Средиземном море.

Прекрасным солнечным днем 25 ноября лейтенант Ганс-Дитрих Фрейхерр фон Тизенгаузен использовал волнение, чтобы незаметно поднять перископ. И повел U-331 прямо на Александрийский флот. Сближение было настолько стремительным, что головной линкор едва не протаранил лодку, прежде чем она выпустила торпеды. Тизенгаузен выпустил 4 торпеды по второму линкоры, однако этот залп выбросил U-331 на поверхность. Рубка лодки показалась из воды прямо внутри строя британской эскадры под самым форштевнем третьего линкора. 45 секунд лодка болталась на поверхности, а потом рухнула на 820 футов. Эта глубина могла раздавить лодку как яичную скорлупу, но экипаж сумел восстановить управление и поднять ее на более безопасную глубину. U-331 благополучно уклонилась от атаки британских эсминцев. А наверху линкор "Барэм", ветеран Ютландского боя, получил попадания 3 торпедами. Через 5 минут взорвались погреба, и корабль разлетелся на куски. При этом погибли 862 человека.

Через 3 недели Александрийский флот потерял легкий крейсер "Галатея", который был торпедирован U-557. Потом настала очередь итальянцев. Ночью 18 декабря подводная лодка рядом с гаванью Александрии спустила 3 тихоходных электрических торпеды, которыми управляли 2 человека, сидящие верхом на них. Людям приходилось держать голову над водой, чтобы провести свои "рыбки" через заграждения в гавань. Там они опустились под воду. Один экипаж установил 500-фн боеголовку под линкором "Вэлиант". Другой прикрепил заряд к днищу линкора "Куин Элизабет". Третий установил заряд под большим эскадренным танкером, надеясь, что горящая нефть разольется по гавани.

Все 6 боевых пловцов были захвачены в плен — двое из них так быстро, что им пришлось провести несколько часов в трюме "Вэлианта". Один из итальянцев сообщил британскому капитану, что его корабль скоро взорвется, хотя не объяснил почему. Итальянца отправили обратно в трюм, пока не прогремел взрыв. Оба пленных остались целы. Через несколько минут вздрогнули от взрывов еще 2 корабля. Линейные силы Александрийского флота перестали существовать, хотя ни один из линкоров не погиб. Оба корабля пришлось отправить через Суэцкий канал на капитальный ремонт.

В то же самое время, когда итальянцы устанавливали мины под килями линкоров в Александрии, попала в беду и Мальтийская эскадра. Она совершала набеги на конвои, доставлявшие подкрепления Роммелю, и весьма преуспела в этом. Но однажды ночью эскадра влетела на минной поле. Погибли 1 крейсер и 1 эсминец, еще 2 крейсера были повреждены. Так завершилась история этого ударного соединения.

Когда Гитлер осознал серьезность кризиса на Средиземном море, он отправил туда самолеты и подводные лодки. В январе 1942 с аэродромов Сицилии начал действовать II авиакорпус. Начались опустошительные налеты на Мальту.

Еще больше помогла усилиям стран Оси на Средиземном море Япония, когда вступила в войну. Это вынудило англичан отправить на Дальний Восток линкор "Принс оф Уэллс" и линейный крейсер "Рипалс". Гибель "Арк Ройяла" и авария "Индомитебла" (авианосец сел на мель во время учебного похода в Карибском море) лишили линкоры воздушного прикрытия. Эти 2 линкора в сопровождении 4 эсминцев попытались сорвать высадку японских войск на восточном побережье Малайи. В результате они были быстро потоплены японской базовой авиацией. Англичанам пришлось отправить в Индийский океан 5 тихоходных линкоров и 1 авианосец. Хотя сотрудничество Германии и Японии ограничилось обменом военными миссиями, действия японцев оказали очень большой эффект на ход войны в Европе. Однако японское наступление в направлении Мадагаскара, о котором так мечтали германские морские стратеги, не состоялось. После катастрофического поражения при Мидуэе в июне 1942 стало ясно, что встреча войск Оси на Среднем Востоке не состоится.

Тем временем Редер все еще надеялся наладить сотрудничество с Дарланом на востоке, хотя добиться в этом направлении ему ничего не удалось.

А в целом ситуация на Средиземном море снова складывалась благоприятно. Мальта и Александрийский флот были ослаблены, Подкрепления к Роммелю поступали почти без потерь. 21 февраля 1942 Роммель начал наступление на Египет. Предполагался захват Мальты объединенными германо-итальянскими силами, как только Роммель продвинется настолько, что англичане не смогут вмешаться. Но в любом случае в феврале и марте Мальта была надежно блокирована, несмотря на отчаянные попытки англичан доставить на остров хоть какие-то припасы. Это привело лишь к тяжелым потерям.

Но планы оси рухнули, не выдержав груза успехов. Кампания против Мальты шла так успешно, что часть II авиакорпуса была отправлена на Восточный фронт, где готовилось наступление на Сталинград. Успешное наступление завело Роммеля так далеко, что он сумел убедить Гитлера временно перебросить остатки авиации из Сицилии в Египет. После новых успехов Гитлер решил, что захват Суэца лишит Мальту всякой ценности. Он опасался, что его парашютисты понесут такие же потери, как на Крите. Поэтому Гитлер с радостью принял новый план атаки Мальты. Он также потребовал, чтобы Роммель продолжал наступать и далее Суэца, чтобы прорваться к Кавказу и помочь наступлению на Восточном фронте. II авиакорпус остался разделенным между Восточным фронтом и Африкой.

В конце июля опасность с воздуха для Мальты уменьшилась. Англичане усилили авиацию на острове всеми возможными самолетами — тяжелыми четырехмоторными бомбардировщиками, торпедоносцами, пикировщиками, истребителями, оснащенными радаром ночными разведчиками, самолетами-осветителями. Пока армия в Африке гонялась по пустыне за миражом Пирамид, самолеты Мальты уничтожали конвои, от которых зависело исполнение желаний Роммеля.

1 июля англичане остановили Роммеля под Эль Аламейном — всего в 60 милях от Александрии. Муссолини, который прилетел в Африку и приказал привести на самолете белого коня, на котором планировал въехать в Каир, скоро потерял терпение и вернулся в Рим. Предполагалось, что остановка будет временной. Но чем дольше ждал Роммель, тем меньше шансов у него оставалось. Англичане наращивали силы гораздо быстрее, чем он. Его подкреплениям приходилось сначала пересекать Средиземное море, а потом еще двигаться тысячи миль по пустыне. В июле и августе битвы итальянских конвоев стали особенно ожесточенными. Нехватка топлива приковала итальянские линкоры к месту, тогда как англичане в случае необходимости привлекали даже корабли Флота Метрополии. К октябрю итальянские потери возросли до 44 % отправленного тоннажа. В свою очередь англичане потерпели одно из самых тяжелых поражений, когда летом попытались доставить снабжение на Мальту. Операция стоила им 1 авианосца, 2 крейсеров, 1 эсминца и 9 торговых судов потопленными и еще 3 военных кораблей поврежденными. На Мальту прибыли 3 целых транспорта и 2 поврежденных. Итальянцы потеряли 2 подводные лодки, еще 2 крейсера были повреждены.

С наступлением осени снабжение Африканского корпуса заметно ухудшилось. Мальта могла погибнуть от истощения, однако она измотала Роммеля ничуть не меньше. Последние шансы немцев на наступление в Африке сгорели вместе с погребальными кострами пылающих танкеров Оси.

Осенью 1942 ход войны начал изменяться не в пользу Германии. В октябре и ноябре захлебнулось наступление Роммеля. Британская армия Восточной пустыни нанесла ответный удар и в Третьей битве у Эль Аламейна разгромила немцев. В ноябре начался Сталинградский кошмар. На море германский флот покинул Атлантику и совершил стратегический отход в северные воды. Подводным лодкам пока еще везло, однако и они встречали все более ожесточенное сопротивление.

Хотя положение Французской Северной Африки давно вызывало определенное беспокойство, никто не мог знать точно, где союзники нанесут свой удар. Они в полной мере использовали мобильность, которую им давала морская мощь. Штаб РВМ не считал, что Французская Северная Африка находится под угрозой, пока существует французский флот. Он полагал, что более вероятна попытка захвата Триполи, после чего весь африканский корпус оказался бы в ловушке. Высадка англичан и американцев 8 ноября в Касабланке, Оране и Алжире застигла немцев врасплох. Они не угадали ни времени, ни места. Немцы и итальянцы не могли оказать никакого сопротивления, а французы после сложных переговоров через 3 дня прекратили сражаться.

Германское правительство запросило разрешения у французов оказать им помощь в защите Северной Африке от вторжения союзников. Однако представителям Гитлера было отказано. Вскоре немцы вынудили премьер-министра Пьера Лаваля дать им разрешение высадиться в Тунисе, но там они не могли ничем помешать наступлению союзников на суше. Тунис стал ключевым пунктом германской обороны на Средиземном море. Если немцы потеряют его, союзники смогут проводить конвои на средний Восток и в Россию через Персидский залив. Будет сэкономлен тоннаж, так как начнется использование гораздо более коротких маршрутов, а это в свою очередь позволит союзникам высадиться где-нибудь в Южной Европе. Немцы были полны решимости удержать Тунис. В Сицилийском проливе произошло еще одно жаркое сражение с английским конвоем. Итальянцы проигрывали войну на море, так как растущая морская мощь союзников позволяла им топить все больше и больше транспортов Оси. В марте и апреле их потери достигли 41 %. Итальянские моряки, доставлявшие грузы на торговых судах и военных кораблях прозвали этот маршрут "Дорогой смерти".

Как только войска союзников надежно закрепились в Северной Африке, Гитлер решил захватить Свободную Зону и защитить средиземноморской побережье от возможной высадки противника. Но более вероятно, что он хотел покончить с двусмысленной позицией французов. Перемирие формально оставалось в силе. Командующий французским флотом адмирал Поль Офан потребовал от Редера уважать нейтралитет французского флота. Флот оставался верным Петэну и в море не выходил. Редер ответил, что французскому флоту следует защищать Тулон без помощи германской армии. Он надеялся, что оба флота в будущем станут решать совместно общие задачи. Французы ответили, что они не против сотрудничества, однако будут защищать свою базу от кого бы не исходила угроза.

Гитлер знал об этом соглашении, он также знал, что захватить французский флот невозможно — и все-таки приказал сделать это. Французы затопили свои корабли. Господство на Средиземном море окончательно перешло к союзникам. Ни основательно потрепанный итальянский флот, ни немногие уцелевшие германские подводные лодки не могли серьезно сопротивляться огромной армаде союзников. Даже последняя попытка Редера убедить Гитлера попытаться нарушить баланс наступлением на суше — через Испанию на Гибралтар — не имела успеха. У немцев уже просто не хватало сил.

С этого момента германский флот уже ничем не мог помочь армии, кроме как хорошим советом. Во-первых, следовало удержать Тунис, чтобы по-прежнему перекрывать Сицилийский пролив; во-вторых следовало удерживать Сицилию, прикрывавшую Италию и Балканы. Однако маневренность морских сил союзников вынуждала немцев распылять свои силы по всем возможным пунктам вторжения, что не позволяло сосредоточить войска в одном месте и сбросить высадившийся десант в море. Новые попытки обсудить наступление на Гибралтар, а также рассмотрение вопроса высадки парашютных десантов в Гибралтаре, Александрии и Суэце просто не имели смысла.

Еще несколько подводных лодок были отправлены на Средиземном море, хотя потери там росли, а успехи падали. Последняя из них была потоплена осенью 1944. Опустился занавес на том театре войны, который так много обещал немцам в дни побед 1940 — 41.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.302. Запросов К БД/Cache: 3 / 1