ЛЕГКИЙ СТАНКОВЫЙ ПУЛЕМЕТ

Потребность в станковом пулемете, более легком и маневренном, нежели «Максим», была осознана уже по опыту Первой мировой и Гражданской войн. В отсутствии собственной системы облегченного станкового пулемета даже намеревались принять германскую систему «Дрейзе» — в 1926 г., например, заказали для испытаний «легкие и тяжелые пулеметы Дрейзе под русский патрон». Но удачный ручной пулемет ДП системы Дегтярева заставил переориентироваться на него.

Задание на проектирование облегченного образца станкового пулемета было дано Штабом РККА еще 13 июля 1928 г. 2 августа 1928 г. Артиллерийский комитет разработал тактико-технические требования и дал заказ конструкторам на проектирование такого пулемета. В тактико-технических требованиях указывались следующие свойства: 1) с целью стандартизации системы, удобства и простоты обучения он должен проектироваться по типу ручного пулемета Дегтярева, 2) охлаждение ствола — воздушное, 3) способ питания пулемета — лента на 150 патронов, 4) темп стрельбы — 500 выстрелов в минуту, 5) практическая скорострельность — 200–250 выстрелов в минуту, 6) вес системы со станком — не более 30 кг, 7) станок пулемета — тренога или легкий колесный станок весом не более 15 кг. Идея унификации пулеметного вооружения уже прочно утвердилась, и станковый пулемет должен был войти в семейство пулеметов — к «Дегтяреву пехотному», «Дегтяреву танковому», «Дегтяреву авиационному» должны были добавиться «Дегтярев станковый» (ДС») и «Дегтярев крупнокалиберный».

Первый образец облегченного станкового пулемета В.А. Дегтярев представил уже в начале 1930 г. Пулемет был выполнен на основе ДП, с радиатором охлаждения ствола по типу пулемета «Льюис», ленточным приемником конструкции Г.С. Шпагина, рамочным прицелом со шкалами для легкой и тяжелой пуль (максимальная дальность стрельбы соответственно 2400 и 3000 м), на универсальном колесно-треножном станке И.Н. Колесникова. Возвратно-боевая пружина тут перенесена в трубку затыльника (позже такое решение используют при модернизации ДП). Испытания в конце 1930 г. прошли в целом удовлетворительно, и 11 февраля 1931 г. Начальник вооружений РККА И.П. Уборевич докладывал в РВС СССР: «Изготовлен опытный образец легкого станкового пулемета Дегтярева на станке Колесникова с приемником Шпагина, допускающий питание из ленты… Образец требует некоторой доработки (особенно станок)». Система охлаждения ствола не позволяла выполнить требования по быстрой смене ствола. Станок Колесникова намного превысил заданную массу — 40 кг против предусмотренных тактико-техническими требованиями 25 кг. В конструкции пулемета Дегтярев перешел к тяжелому сменному стволу с развитым оребрением. Впоследствии пулемет дорабатывался неоднократно, как в связи с выявлявшимися недостатками, так и из-за менявшихся требований. Так, в 1933 г. пулемет приспособили под матерчатую ленту от «Максима». От «Максима» и «Виккерса» были заимствованы и некоторые элементы системы подачи патрона: патрон удерживался за захваты жесткими лапками затвора, извлеченный из ленты патрон снижался в лапки затвора снижателем, смонтированным в крышке ствольной коробки. Направление подачи патронной ленты — справа налево (в отечественных пулеметах оно так и сохранится). Уже в 1933 г. опытный пулемет выпустили в Коврове небольшой серией в количестве 50 штук для широких испытаний.

Доработанные варианты пулемета ДС-34, изготовленные несколькими партиями в 1935–1936 гг., проходили испытания в 1935, 1936 (в этом году выпустили еще 50 пулеметов ДС), 1938 годах. В разработке пулемета вместе с В.А. Дегтяревым принимали участие П.Е. Иванов, С.М. Крекин, мастер А.И. Кузнецов, слесарь-механик Н.Д. Зернышкин. Переключились на рассыпную ленту типа «Максим — Виккерс», вместо пистолетной рукоятки управления и спускового крючка с предохранительной скобой ввели вертикальные рукоятки затыльника по типу «Максима» и спусковой рычаг, соответственно изменили расположение возвратно-боевой пружины. Дегтярев разработал легкий складной треножный станок. Ожидание скорого поступления на вооружение облегченного станкового пулемета проявилось и в Боевом уставе пехоты 1938 года, указывавшем, что станковый пулемет «только в том случае сумеет выполнить свое назначение в бою, если не будет отставать от стрелковых подразделений, находясь в постоянной готовности поддержать их своим огнем». А это требовало массы системы не более 30–35 кг, причем сохранялись требования и могущества огня на дальности до 3000 м, и универсальности станка. В результате многочисленных доработок станковый пулемет становился все менее унифицированным с ручным, однако ряд общих черт сохранил. В задержке работ свою роль играло настойчивое желание заказчика получить кучность стрельбы, сопоставимую с «Максимом», что для «легкого» пулемета с воздушным охлаждением ствола оказалось невозможно.

Во второй половине 1930-х произошли существенные изменения в системе вооружения армий, включая пулеметное. В СССР это выразилось в появлении новых станкового и крупнокалиберного пулеметов. Долгая работа В.A. Дегтярева над станковым пулеметом была, наконец, близка к завершению. Он не был единственным претендентом. Среди конкурентов был, в частности, пулемет ТКБ-67, разработанный в тульском ЦКБ-14 В.И. Силиным. Пулемет Силина успешно прошел полигонные испытания и получил от ГАУ индекс 54-П-427. Но приоритет оставался за пулеметом Дегтярева.

Его принятие на вооружение ускорила начавшаяся 1 сентября 1939 г. Вторая мировая война. Уже 22 сентября на вооружение приняли «7,62-мм станковый пулемет обр. 1939 системы Дегтярева (ДС-39)». Спешность принятия нового пулемета, как и ряда других новых образцов ВВТ, можно понять — уже началась Вторая мировая война, и не было сомнения, что СССР окажется вскоре втянут в нее. Главный противник на востоке — Япония, и главный потенциальный противник на западе Германия (несмотря на любые подписанные договоры) уделяли самое серьезное внимание оснащению войск автоматическим оружием. А Германия в результате недавней оккупации Чехословакии не только резко повысила насыщенность войск пулеметами, но и получила в свое распоряжение сильную оружейную промышленность. Маневренный ДС наряду с винтовкой СВТ был важной составной частью программы перевооружения РККА.

ЛЕГКИЙ СТАНКОВЫЙ ПУЛЕМЕТ

7,62-мм станковый пулемет ДС на треножном станке, без щита

Выпуск пулемета ДС с треножным станком на заводе № 2 в Коврове поставили уже в 1939 г., в июне 1940 г. серийное производство ДС начали на Тульском станкостроительном заводе (завод № 66 Наркомата вооружения, впоследствии — Тульский машиностроительный завод им. В.М. Рябикова, он же «Туламашзавод»). Этот завод был в июле 1939 г. выделен из состава Тульского оружейного завода и занялся поначалу производством станкового пулемета «Максим» и авиационного ШКАС. По сравнению с ранее выпускавшимся «Максимом» пулемет ДС требовал большей точности изготовления деталей, и производство налаживалось медленно. Наркомату вооружения и тогдашнему наркому Б.Л. Ванникову пришлось принимать энергичные меры для ускорения производства, и вскоре выпуск ДС превысил выпуск «Максима» — из выпушенных за 1940 г. 10 677 станковых пулеметов ДС составили 6628 (то есть 62 %).

ЛЕГКИЙ СТАНКОВЫЙ ПУЛЕМЕТ

Нарком обороны Маршал Советского Союза С.К. Тимошенко и начальник Генерального штаба генерал армии Г.К. Жуков среди новых образцов оружия РККА осматривают станковый пулемет обр. 1939 г. (ДС-39)

Но надежность ДС оказалась недостаточной. Изменения, предложенные для ДС конструктором В.И. Симониным — радиатор ствола с продольными ребрами, флажковый замыкатель ствола, новый стопор крышки — и реализованные в опытном пулемете в 1941 г. (в том же году этот пулемет прошел полигонные испытания), не исправляли главных недостатков. Уже через месяц после нападения гитлеровской Германии на Советский Союз производство «Максимов» было возобновлено. В нашей литературе принято относить ДС к неудачам. Его история считалась настолько неудачной, что в воспоминаниях В.А. Дегтярева работы над ним, длившиеся более десяти лет, даже не упомянуты. «Несчастная пулеметная драма» кануна Великой Отечественной войны (как ее именуют иногда по аналогии с «несчастной ружейной драмой» 1860-х годов) была вызвана не столько конструктивной, сколько технологической недоведенностью новой системы пулемета ДС. Однако необходимость срочного наращивания производства в условиях военного времени не оставляла возможностей завершить доводку системы, не законченную в мирное время и требовавшую существенных изменений конструкции, сложная и дорогая новая система не позволяла быстро расширить ее производство, необходимость срочных новых формирований из резервистов, не знакомых с новыми системами, делала возвращение к давно освоенной промышленностью и войсками системе вполне логичным.

ЛЕГКИЙ СТАНКОВЫЙ ПУЛЕМЕТ

Семейство пулеметов Дегтярева должно было стать основой пулеметного вооружения РККА. На фото — станковый пулемет обр. 1929 г. ДС и танковый пулемет обр. 1929 г. ДТ. При всех различиях и невзаимозаменяемости деталей в основе они имели одну систему

И тут стоит коснуться вопроса обучения. Различные пособия, приспособления и учебные приборы для изучения пулеметов «Максим» и ДП и обучения наводке и стрельбе из них были предметом постоянного внимания специалистов, войсковых изобретателей и конструкторов-оружейников. Интересно применение в 1930-е годы для обучения пулеметчиков малокалиберного пулемета с оригинальным барабанным магазином, специально разработанного в 1929 г. М.Н. Блюмом. Малокалиберное оружие под 5,6-мм патроны кольцевого воспламенения — оригинальное или переделанное из боевого (для лучшего закрепления навыка) — широко применялось для обучения личного состава во многих армиях. Его использование давало существенную экономию — патроны были значительно дешевле боевых винтовочных, сохранялся ресурс боевого оружия, для стрельбы достаточно было небольших тиров и стрельбищ, да и в техническом плане расчеты обучались по принципу «от простого к сложному». Так что неудивительно, что к малокалиберным пистолетам, револьверам и винтовкам добавился малокалиберный пулемет. Он крепился на станковый «Максим» или имитировал ручной, танковый и авиационный пулеметы Дегтярева. Ковровский завод № 2 в 1933 г. выпустил 33 пулемета Блюма, в 1934 г. — 1150, в 1935 г. — 1515.

Похожие книги из библиотеки

Танки Первой Мировой

Первая Мировая война привела не только к грандиозным социальным потрясениям, но и к целой серии радикальных переворотов а военном деле. И главным из них стала

, позволившая преодолеть «позиционный тупик» Западного фронта.

Великая Танковая революция

Именно в 1914–1918 гг. танк из «нелепой игрушки» превратился в нового «бога войны». Именно на полях сражений Первой Мировой родился новый род войск и тактика его боевого применения. Именно здесь был совершен колоссальный прорыв в танковом деле, на десятилетия определивший характер современной войны.

Новая книга ведущего историка вооружений — самое полное исследование периода становления танковых войск, глубокий анализ их создания, развития и боевого применения на фронтах Первой Мировой.

Десантные амфибии Второй Мировой

«Без этих амфибий десантные операции на островах Тихого океана были бы невозможны» — так оценил американские плавающие машины LVT (Landing Vehicle Tracked) ветеран Корпуса морской пехоты генерал Холланд М. Смит. Созданное на базе спасательного гусеничного транспортера «Аллигатор», семейство американских десантных амфибий и плавающих танков отличилось на всех фронтах Второй Мировой, от Великого океана до Европы, а затем воевало в Корее, Вьетнаме, зоне Суэцкого канала.

В этой книге, основанной не только на открытых источниках, но и доступной лишь специалистам технической и патентной документации, вы найдете исчерпывающую информацию по истории создания, производства и боевого применения этих плавающих транспортеров, ставших отдельным классом бронетехники. Для полноты картины приводятся сравнительные данные аналогичных машин, созданных в Японии и Третьем Рейхе. Коллекционное издание иллюстрировано сотнями эксклюзивных схем, чертежей и фотографий.

Танк № 1 «Рено ФТ-17». Первый, легендарный

Этот легендарный танк совершил настоящую революцию в военном деле, став «законодателем мод» и образцом для подражания, определив классическую танковую компоновку с вращающейся башней. Именно с этой машины был скопирован первенец советского танкостроения «Борец за свободу товарищ Ленин». За четверть века боевой службы «Рено ФТ-17» участвовал во множестве войн и вооруженных конфликтов — от Первой до Второй Мировой, от Франции до Африки и Индокитая, от России до Южной Америки, — а в последний раз пошел в бой в августе 1945 года против японцев у крепости Ханой. И если оценивать бронетехнику XX века по вкладу в развитие танкостроения, то не знаменитые «тридцатьчетверки», «тигры», «абрамсы» и «меркавы», а именно «Renault FT-17» следует признать ТАНКОМ № 1.

Новая книга ведущего специалиста по историка бронетехники — лучшее отечественное исследование создания, службы и боевого применения легендарного танка.

Первые германские танки. «Тевтонский ответ»

«Танки — это нелепая фантазия и шарлатанство! Здоровая душа доброго немца легко борется с глупой машиной», — твердила германская пропаганда после первого столкновения с британскими танками и обещала скорый «Тевтонский ответ». Однако ждать его пришлось полтора года, и это опоздание стало для немцев фатальным — в октябре 1918-го представитель Главного командования прямо заявил в Рейхстаге, что Германия проигрывает войну, поскольку ничего не может противопоставить вражеским танкам, примененным «в громадных, нами не предвиденных массах». Катастрофически отстав от противника на старте, преодолевая скепсис командования, при слабом финансировании, пионерам германского танкостроения все же удалось запустить в серийное производство вполне боеспособный тяжелый танк A7V, а также разработать несколько опытных машин и ряд многообещающих проектов — от легких LK до тяжелого штурмового «Oberschleisen» и сверхтяжелого 152-тонного «К-Wagen» («Колоссаль»). Однако было уже слишком поздно — в решающем 1918 году германские танкисты смогли бросить в бой всего полсотни машин (из них две трети трофейных) против тысяч танков Антанты…

Эта книга восстанавливает подлинную историю создания первых «панцеров» и боевого применения «Sturmpanzerkraftwagen Abteilung» («Штурмовых отделений бронированных машин») на заре танковой эры, когда каждый A7V имел собственное имя («Мефисто», «Зигфрид», «Вотан», «Хаген», «Циклоп», «Геркулес», «Старый Фриц», «Эльфриде» и т. п.), которое писали на броне рядом с тевтонскими крестами и изображением «Адамовой головы» (черепа с костями) — символа готовности к смерти и бессмертия духа.