5.1. Начало

Окончание советско-финской войны и начавшиеся в 1940-1941 гг. реформы Красной Армии затронули и заглохшие было с началом массовых репрессий работы над созданием и принятием на вооружение новых образцов бронетанковой техники, в частности, самоходной артиллерии. А отношение к ней было уже отнюдь не предвзято отрицательным.

В марте 1941 г. ГАУ РККА было принято решение о "выработке в течение 2-3 квартала требований к системам современного артиллерийского вооружения советских танков и самоходов", тогда как АБТУ обязывалось в срок до 1 октября представить развернутые ТТТ

на шасси для них. Но война началась раньше и неожиданно для всех.

"Должен заметить, что немцы в самом деле застали нас в очень неподходящее время. Не только армия реформировалась в те дни. Активно перестраивалась и военная промышленность, – рассказывал Л. Горлицкий. – В конце сорокового, как меня выпустили после следствия, я вдруг получил назначение начальником артиллерийского КБ Кировского завода.

Завод лихорадило. Все были озабочены сдачей танков КВ, для которых не хватало вооружения. Мы думали в те дни только об одном – как бы побольше отгружать пушек для этого танка. Наш завод не был рассчитан на пушку Ф-32, которую нам навязали. Ведь в ней многие узлы делались фигурным литьем. У нас же литейный участок уже много лет ждал своей очереди на перестройку, не было кадров…

Такие же проблемы были и на заводе Ворошилова, который для выпуска новых легких танков нужно было перестроить чуть ли не полностью… Точкой отсчета для нас было 1 июля – первый день второго полугодия. В июле мы ждали нового оборудования для "литейки" и обновления инструментального участка, "ворошиловцы" – начала монтажа конвейера. Когда меня ранним утром 22-го, в воскресенье срочно вызвали на завод, я подумал, что насчет оборудования, но оказалось – немцы напали!"

Начавшаяся война стала для нашей промышленности не меньшим бедствием, чем для армии, но в отличие от последней здесь не было "приграничного сражения, проигранного с большим счетом". Напротив, действия наркоматов были, несомненно, удачными. Так, решением СНК от 25 июня по Наркомату вооружения, а 26-27 июня по Наркоматам среднего и тяжелого машиностроения был введен мобилизационный план второго полугодия 1941 г., который предусматривал значительное увеличение выпуска основной продукции военного времени и переход на суточный режим работы.

Так, завод № 37 им. С. Орджоникидзе и завод № 183 им. Коминтерна отрапортовали о переходе на суточный график работ по выпуску танков 27 июня, СТЗ, ЧТЗ и завод № 174 им. К.Е. Ворошилова перешли на суточный график работ 28-29 июня.

Двигательный завод № 75 увеличил выпуск дизелей на четверть к 15 июля, Мариупольский завод им. Жданова 10 июля доложил о готовности к удвоению выпуска бронепроката толщиной 12, 20, 35 и 45 мм. В июле на выпуск танков был сориентирован и Горьковский завод № 112 "Красное Сормово", прежде относившийся к Наркомсудпрому.

Но было очевидно, что довоенные планы расширения производства не соответствуют сложившейся ситуации. Отвечавший за выпуск танков нарком среднего машиностроения В.А. Малышев так писал в своем дневнике:

"28 июля 1941 г. Прочел в газетах сообщение с фронтов о том, что происходят гигантские танковые сражения. Участвует от 4 000 танков одновременно. Хотя мы вступили в войну с порядочным запасом танков, но если так дело пойдет, то этих запасов будет мало. Очевидно, наши расчеты по потребности танков оказались заниженными. Надо раздувать дело с выпуском танков вовсю.

Написал записку т. Сталину, в которой предлагаю ряд крупных машиностроительных заводов срочно перестроить на производство танков. Сегодня вызвал т. Сталин, говорил по моей записке. В общем одобрил, сказал подготовить конкретные предложения.

3 августа 1941г. Часть моих предложений по переводу заводов на производство танков приняты. Вышли решения Государственного комитета обороны. Характерно то, что постановления… № 1 и № 2 вышли по танкам. История когда-нибудь отметит этот факт".

Разумеется, никаких сражений с участием до 4000 танков одновременно не происходило, но В.А. Малышев, черпавший информацию о событиях с фронта из периодической печати, не мог знать об этом. Зато его прогноз о том, что запасенных в СССР перед войной танков будет недостаточно, полностью подтвердился в ближайшее время. Уже в августе 1941 г. практически все предвоенные запасы отечественных танков растаяли, как первый снег во время оттепели.

Брошеный танк БТ-7А. Лето 1941 г.

Немецкий танк буксирует подбитый КВ-1. Лето 1941 г.

Немецкий танк буксирует подбитый КВ-1. Лето 1941 г.

5.1. Начало

В июле командованию Красной Армии стало ясно, что вследствие больших потерь материальной части формировать новые и пополнять имеющиеся мехкорпуса больше не из чего. В соответствии с директивным письмом Ставки Верховного Командования от 15 июля 1941 г. началось упразднение механизированных корпусов, продолжавшееся до начала сентября 1941 г. При их расформировании танковые дивизии передавались в подчинение командующих армиями, а моторизованные дивизии переформировывались в стрелковые. Из механизированных корпусов внутренних округов в соответствии с директивой Генерального штаба от 8 июля 1941 г. было создано 10 танковых дивизий.

Но и дивизионная организация бронетанковых войск требовала наличия обширных развернутых тылов, и потому приказом № 063 от 12 августа советские танковые войска перешли от дивизионной организации к бригадной. Всего к 1 января 1942 г. должно было быть сформировано 120 отдельных танковых бригад по 7 танков КВ, 20 танков Т-34 или Т-50 (в июле-августе 1941-го они считались очень близкими по своим возможностям) и по 64 танка Т-60 в каждой. Но в сентябре ввиду дальнейших потерь территории и прекращения работ двух танковых заводов стало ясно, что данный план излишне оптимистичен, и началось создание отдельных танковых батальонов различной штатной численности, от 29 до 36 танков в каждом.

12 сентября 1941 г. решением Государственного комитета обороны (ГКО) для спешного разворачивания производства и ремонта танков под руководством бывшего наркома среднего машиностроения В. Малышева был создан Наркомат танковой промышленности СССР (НКТП), куда вошли предприятия Наркомата среднего машиностроения (НКСМ) и Наркомата тяжелого машиностроения (НКТМ) и ряда предприятий Наркомата судостроительной промышленности (НКСП).

В состав НКТП вошли следующие предприятия: завод № 183, ХПЗ (танки Т-34) и завод № 75 (дизельмоторы В-2, В-4 и В-5) в Харькове; Кировский завод (танки КВ), завод № 174 (танки Т-26 и Т-50), Ижорский завод (броня для КВ и Т-50) в Ленинграде; завод № 37 (легкие плавающие танки Т-40) в Москве ; Мариупольский завод им. Ильича (корпуса и башни для Т-34) и Подольский завод им. Орджоникидзе (бронекорпуса и башни танка Т-40). Главной задачей нового наркомата было резкое увеличение объемов выпуска танков.

Но еще до создания наркомата стало ясно, что многие его предприятия находятся под угрозой разрушения или же захвата немцами. Поэтому в состав НКТП автоматически вошли и те предприятия, в которые перебазировалось танковое производство, отправляющееся в эвакуацию.

Таким образом, НКТП дополнился Челябинским тракторным заводом (ЧТЗ), куда перебазировался Ленинградский Кировский завод, Уралвагонзаводом (УВЗ), куда эвакуировался завод № 183 из Харькова, Уралтурбозаводом, куда перемещался завод № 75, Уральским заводом тяжелого машиностроения (УЗТМ), где уже размещались подразделения Ижорского завода.

Кроме того, в состав НКТП вошел Сталинградский тракторный завод (СТЗ), уже ведущий плановый выпуск танков Т-34, и два предприятия, переданных из Наркомсудпрома – завод № 112 ("Красное Сормово"), осваивающий выпуск Т-34, и завод № 264 ("Сталинградская судоверфь"), обеспечивающий выпуск брони для Т-34 и готовящий оснастку для производства бронекорпусов легких танков .

Позже в состав НКТП были переданы еще ряд предприятий, мало связанных ранее с выпуском танков. Харьковский тракторный завод (ХТЗ), Выксунский завод ДРО №177, Кулебакский металлургический завод № 178, Московский Автозавод им. Коминтерна, Коломенский, Муромский и Саратовский и Чкаловский паровозоремонтные заводы. Это была большая сила, но она числилась таковой только на бумаге, и ни о какой ее эффективной работе осенью-зимой 1941 г. говорить не приходилось. Положение усугублялось начавшейся эвакуацией на Восток, и потому 1 декабря 1941 г. в составе Красной Армии имелось не планировавшиеся 83, а всего лишь 68 танковых бригад и 37 отдельных танковых батальонов.

Похожие книги из библиотеки

Бои у озера Балатон. Январь–март 1945 г.

Вашему вниманию предлагается иллюстрированное издание, посвященное отражению последнего крупного немецкого танкового наступления в Венгрии в январе-марте 1945 г.

В данной публикации рассматриваются действия наземных войск, преимущественно танковых соединений и противотанковой артиллерии. При описании хода сражений авторы использовали в основном отечественные документы военных лет: отчеты о боевых действиях различных соединений; донесения о потерях и протоколы работы комиссий, изучавших в феврале — апреле 1945 г. подбитую немецкую технику.

Альбом адресуется, в первую очередь, многочисленным почитателям «непобедимых» панцерваффе.

Танковая мощь СССР часть I Увертюра

Полная история создания, совершенствования и боевого применения советского танка – с 1919 года, когда было принято решение о производстве первого из них, и до смерти Сталина. Первое издание 3-томной «Истории советского танка» Михаила Свирина стало настоящим событием в военно-исторической литературе, одним из главных бестселлеров жанра. Для нового, расширенного и исправленного и окончательного издания, фактически закрывающего тему, автор радикально переработал и дополнил свой труд эксклюзивными материалами и фотографиями из только что рассекреченных архивов.

Тяжелое штурмовое орудие «Фердинанд»

Созданный как штурмовое орудие, этот самоходный истребитель танков оказался наиболее известным и результативным среди всех танков и САУ времен Второй Мировой войны. Имя «Фердинанд» стало нарицательным. Так именовали практически все немецкие самоходно-артиллерийские установки и даже в некоторых официальных документах Советской Армии 1943-1949 гг. вы нередко встретите «75-мм «Фердинанд»; 105-мм «Фердинанд»; и даже ... «150-мм «Фердинанд». Fro боялись и уважали. Ому противопоставляли проекты новых танков и САУ (часто остававшихся, впрочем, незавершенными). Его подвеска и силовой агрегат изучались всеми заинтересованными сторонами.

Нс случайно вокруг истории создания этой уникальной САУ, се устройства и боевого применения «навернуто» сегодня столько легенд и домыслов, мирно кочующих из издания в издание, что рассказ о нем, основанный на отечественных и трофейных документах, вряд ли покажется лишним.

Броневой щит Сталина. История советского танка (1937-1943)

Война 1939-1945 гг стала наиболее тяжелым испытанием для всего человечества, так как в нее были вовлечены почти все страны мира. Это была битва титанов – ют самый уникальный период, о котором спорили теоретики в начале 1930-х и в ходе которого танки применялись в больших количествах практически всеми воюющими сторонами. В это время проходила "проверка на вшивость" и глубокое реформирование первых теорий применения танковых войск. И именно советские танковые войска все это затронуто в наибольшей степени.Большинство немецких солдат, воевавших на Восточном фронте, неизменно называли три вещи, запомнившиеся им в ходе войны, – русские просторы, лютый мороз и массы советских танков. О танке Т-34 вспоминают и многие немецкие генералы, называя его "шедевром мирового танкостроения".Как, когда и почему родились те самые танки, что стали символом прошедшей войны, становым хребтом советских бронетанковых войск? Кто и в каких условиях создавал их? Каким образом СССР, потерявший большую часть своих европейских территорий и с трудом набиравший танки для обороны Москвы, смог уже в 1943 г выпустить на поля боев мощные танковые соединения?На эти вопросы призвана дать ответ эта книга, повествующая о развитии советских танков "в дни испытаний", с 1937-го по начало 1943 г. При написании книги использованы материалы архивов России и частных коллекций танкостроителей.