«Гарфорд» и «Ланчестер»

Как уж говорилось, при формировании автомобильных пулеметных взводов было принято решение о введении в их состав броневиков, вооруженных пушкой. Разработку такой машины взял на себя начальник Офицерской стрелковой школы генерал-майор Н. М. Филатов. И если с типом шасси определились достаточно быстро — предполагалось использовать для этой цели 3 или 5-тонный грузовик — то с вооружением решить вопрос сразу не удалось. Для определения типа орудия для нового броневика 8 ноября 1914 года на полигоне Офицерской стрелковой школы в Ораниенбауме прошли испытания различных артсистем, «пригодных для вооружения броневого автомобиля». В своем заключении об этом Филатов писал:

«1. 37-мм автоматическая пушка стреляющая неразрывным снарядом-ядром — представляет тот же пулемет

Максима, но имеет достоинство в том, что легко пробивает дюймовую броню на расстоянии 2000 шагов (1400 м). Недостатки:

1). снаряд не разрывной;

2). большой вес сравнительно с весом пулемета (вес с установкой 22 пуда (352 кг);

3). необходимость возить огромный запас снарядов, так как пушка выпускает их в минуту 200 штук при весе снаряда в 3 фунта (1,2 кг).

Погрузка грузовика „Гарфорд“ СОЕ на железнодорожную платформу. Архангельск, ноябрь 1914 года (АСКМ).

Погрузка грузовика „Гарфорд“ СОЕ на железнодорожную платформу. Архангельск, ноябрь 1914 года (АСКМ).

5-тонный грузовик „Гарфорд“ на платформе. Архангельск, ноябрь 1914 года (АСКМ).

5-тонный грузовик „Гарфорд“ на платформе. Архангельск, ноябрь 1914 года (АСКМ).

Таким образом, свойства 37-мм автоматической пушки сводятся к заданиям специальным, редко встречающимся заданиям стрельбы по бронеавтомобилям. Поддерживать свои атакующие войска такой автомобиль не может.

2. 47-мм скорострельная пушка Гочкиса более подходит, имеет снаряд — разрывную гранату, дающую до 20–25 осколков, хорошо пробивает броню, но при разрыве снаряда осколки летят вверх, следовательно, имеют малую поражаемость.

3. 57-мм скорострельное орудие морского образца (речь идет скорее всего о пушке Норденфельда. — Прим. автора) ввиду незначительного его отката слишком разрушительно действует на автомобиль. Кроме того, снаряд ее мало отличается по действию от снаряда 47-мм.

4. Наиболее подходит 3-дм. противоштурмовая пушка системы Путиловского завода. Само название показывает, что орудие предназначается для стрельбы по пехоте с близких расстояний, и ее назначение тождественно назначению пушки, устанавливаемой на автомобиле.

Снаряд этой пушки аналогичен снаряду полевого 3-дм. орудия, о действии его говорить не приходится. Что касается бронепробиваемости, то оно находится в лучших условиях, чем снаряды упоминаемых пушек, так как осколки

3-дм. тротиловой гранаты легко пробьют любую употребляемую на Театре Военных Действий броню…

Еще одно преимущество — 3-дм. противоштурмовой пушки при установке на автомобиль в том, что она стреляет 3-дм. снарядами, одинаковыми со снарядами полевой артиллерии, следовательно возможно пополнение боезапаса пушечными патронами».

Итак, выбор был сделан в пользу 76,2-мм противоштурмового орудия образца 1910 года. Для того чтобы установить эту довольно мощную пушку, Филатову пришлось решить целый ряд технических проблем. В качестве базового шасси решили использовать 5-тонные американские грузовые автомобили «Гарфорд». Причина такого выбора была проста — к этому времени из новых грузовых машин, закупленных комиссией генерала Секретева прибыли только они — к середине декабря 1914 года в гараже Военной автомобильной школы в Петрограде их имелось 33 штуки.

Фирма «Гарфорд» (Garford Motor Truck Со) была основана в 1903 году Артуром Гарфордом и первоначально работала в кооперации с компанией «Студебеккер». В 1910 году она стала самостоятельной и переехала из Нью-Йорка в город Лима (штат Огайо), где в 1913 году начала производство 5-тонных грузовиков «Гарфорд» СОЕ. В 1914 году комиссия Секретева закупила у этой фирмы 50 5-тонных и 90 3-тонных грузовиков (последние имели карданную передачу), которые поступили в Россию в конце 1914 — начале 1915 года. Грузовик имел кабину, расположенную над двигателем (фирма «Гарфорд» начала это делать первой в мире), цепную передачу и деревянные колеса артиллерийского типа с грузошинами. Двигатель «Буда» мощностью 30 л.с. позволял машине с 5-тонной нагрузкой развивать максимальную скорость до 20 км/ч по хорошему шоссе, а при движении задним ходом — до 3 км/ч. Любопытно, что практически во всех документах, касающихся «гарфордов» в России, речь идет о грузовике грузоподъемностью в 4 тонны. Однако это не соответствует действительности — фирма «Гарфорд» производила только 5, 3 и 2-тонные машины, причем с цепной передачей была лишь первая[6].

Перед бронировкой шасси грузовика подвергалось некоторым переделкам. Так, внутрь кабины шофера переставлялись рычаги переключения скоростей и ручного тормоза, а для обеспечения движения вперед и назад с максимальной скоростью коробка перемены передач оборудовалась реверсом — специальной «переводной муфтой», управляемой рычагом с места водителя. С ее помощью все четыре передние скорости становились задними, а задняя скорость — передней. Кроме того, двигатель оборудовался дополнительной системой пневматического запуска с места шофера. Машина имела электрическое освещение напряжением 12 В, а также имела запасное керосиновое. Масса шасси со снятой грузовой платформой и кабиной составляла 240 пудов (3931 кг).

Грузовик «Гарфорд» перед отправкой в Петроград. Архангельск, ноябрь 1914 года.

Грузовик «Гарфорд» перед отправкой в Петроград. Архангельск, ноябрь 1914 года.

В кузове лежат три крыши для кабины (АСКМ).

Бронекорпус, разработанный Филатовым, имел довольно сложную форму и склепывался из броневых листов толщиной 6,5 мм на металлическом каркасе, который крепился к раме шасси. Вся броня предварительно отстреливалась из 7,62-мм русской винтовки образца 1891 года и 7,92-мм немецкого «Маузера» образца 1898 года, при этом пулестойкость гарантировалась на дистанции 75 шагов (примерно 53 м). Последующие бои показали, что броня выдерживала обстрелы и с более близких дистанций.

В передней части корпуса размещался двигатель, а над ним кабина водителя и его помощника, здесь же имелись все органы управления броневиком, а под сиденьем — бензобак «емкостью в 6 пудов (98 кг)». Справа находилась бронированная коробка «зеркального смотрового прибора» шофера, который предназначался для обеспечения возможности движения машины задним ходом. Это приспособление было устроено по принципу перископа и на деле оказалось малоэффективным.

Общий вид броневого автомобиля «Гарфорд» постройки Путиловского завода, 1915 год (АСКМ).

Общий вид броневого автомобиля «Гарфорд» постройки Путиловского завода, 1915 год (АСКМ).

В центре корпуса находились два 7,62-мм пулемета Максима, установленные в спонсонах левого и правого бортов. Здесь же размещалась большая часть боекомплекта — снарядный ящик на 32 пушечных выстрела, а также 4500 патронов к пулеметам (18 коробок с лентами), а также запасные части и инструмент. Пулеметное отделение отделялось от шоферского подвесными холщовыми матами или брезентовой шторой.

В задней части машины размещалось его основное вооружение — 76,2-мм пушка в довольно массивной вращающейся броневой башне. Тело орудия заимствовалось у противоштурмовой пушки образца 1910 года с переделкой веретена и усилением крепления между стволом и люлькой. Пушка устанавливалась на тумбе специальной конструкции, которая крепилась к полу над задней частью грузовика. Башня четырьмя болтами прикручивалась к плоскому фланцу в передней части нижнего станка орудия, а также опиралась тремя роликами на круговой броневой погон. Таким образом, поворот башни осуществлялся одновременно с поворотом орудия. Нижний срез башни не доходил до пола — эта открытая часть защищалась броневым погоном. Ствол пушки закрывался довольно массивным броневым кожухом, который одновременно уравновешивал башню и служил опорой для одного из роликов. Помимо орудия, в башне находился пулемет Максима, 1000 патронов (две коробки) и укладка на 12 артиллерийский выстрелов. Ее крепление по-походному осуществлялось двумя штырями специальной конструкции к полу. Артиллерийское отделение сообщалось с пулеметным проходом над полом в нижней части корпуса. Для вентиляции при стрельбе задняя часть крыши корпуса и башни отсутствовали, наблюдение за полем боя велось через круглые отверстия, закрывавшиеся заслонками. Изнутри корпус обшивался войлоком и холстом для предотвращения ранения команды осколками брони при обстреле.

Боевая масса броневика с экипажем из 7 человек, 44 пушечными выстрелами, 5000 патронами, запасами бензина керосина, тавота, масла, запасными частями и инструментом составляла 525 пудов (8600 кг). Таким образом, броневик весил столько же, сколько полностью груженный 5-тонный грузовик, что, естественно, сказалось на проходимости и скоростных данных — по шоссе он не мог «выжать» более 17 км/ч, а для движения даже по мокрой проселочной дороге на задние колеса приходилось надевать цепи.

Бронировку «гарфордов» поручили Путиловскому заводу в Петрограде — заказ был выдан в начале январе 1915 года, а первый готовый бронеавтомобиль сдали Запасную бронероту 16 апреля 1915 года. После подготовки экипажа и формирования пушечного отделения, 3 мая «Гарфорд» отправили на Юго-Западный фронт, в состав 5-го автопулеметного взвода. По состоянию на 20 августа 1915 года были сданы заказчику 19 броневиков этой марки и еще 11 находились в бронировке, а 28 сентября сдали последнюю машину.

Офицеры у «Гарфорда» «Громобой» 20-го автопулеметного взвода.

Офицеры у «Гарфорда» «Громобой» 20-го автопулеметного взвода.

Офицерская стрелковая школа, весна 1915 года (АСКМ).

«Гарфорды» поступили на вооружение следующих автопулеметных взводов: с 5 по 24-й, с 26-го по 28-й и с 30-го по 36-й включительно. По решению командиров взводов многим бронемашинам присваивались названия. К настоящему времени автору известны названия 18 «Гарфорд»: 5-й взвод — «Бессмертный», 6-й — «Сибиряк», 12-й — «Святогор», 14-й — «Добрыня», 15-й — «Грозный», 16-й — «Забайкалец», 17 — «Колыванец», 18 — «Рокот», 19-й — «Пушкарь», 20-й — «Громобой», 24-й — «Граф Румянцев», 26-й — «Чудовище», 28-й — «Решительный», 32-й — «Забавный», 34-й — «Дракон», 36-й — «Баян», без привязки к взводам — «Михайловец» и «Лев».

Несмотря на громоздкость и малую подвижность, «гарфорды», что называется, «пришлись ко двору», что показали первые же бои. Об этом свидетельствует доклад, направленный автором проекта этого броневика, начальником офицерской стрелковой школы генерал-майором Филатовым председателю комиссии по осмотру броневых автомобилей генерал-майору Свидзинмскому 7 января 1916 года:

«Пушечные автомобили, входящие ныне в состав пулеметных автомобильных взводов, являются автомобилями типа „Гарфорд“. Автомобили эти оборудовались на Путиловском заводе по моим указаниям в числе 30, были закончены в октябре 1915 года. Хотя вес этих автомобилей является большим — 525 пудов, — однако, по моему мнению и мнению многих боевых офицеров, работавших на „гарфордах“, машины эти пригодны для боевых действий, а 3 дм противоштурмовая пушка является по общим отзывам превосходной по своему могущественному действию.

„Громобой“ во время испытаний. Офицерская стрелковая школа, весна 1915 года (АСКМ).

„Громобой“ во время испытаний. Офицерская стрелковая школа, весна 1915 года (АСКМ).

Выписки из донесений

а), командира 13-го автопулеметного взвода капитана Цветковского:

Пушка в броневых частях необходима. Существующая 3-дм пушка по своим баллистическим качествам незаменима. Несмотря на большую обузу автомобиля „Гарфорд“, благодаря его малой мощности и тихоходности, по сравнению с остальной боевой частью взвода, приходится, отдавая предпочтение тактической стороне вопроса, прийти к заключению о необходимости продолжать выдавать во взводы бронеавтомобили „Гарфорд“ при непременном условии постановки заднего рулевого управления.

б), командира пушечного отделения 20-го автопулеметного взвода поручика Краснопольского:

„Громобою“ пришлось пройти около 70 верст, причем он шел молодцом, беря крутые подъемы шутя, например уд. Подгорица. Этот подъем раза в два сильнее Пулковского.

Бронеавтомобиль „Гарфорд“ „Громобой“, вид спереди.

Бронеавтомобиль „Гарфорд“ „Громобой“, вид спереди.

Офицерская стрелковая школа, весна 1915 года (АСКМ).

в), командира 19-го автопулеметного взвода штабс-капитана Шульца:

С занятием д. Теофиполки прибыл на западную окраину ее автомобиль „Пушкарь“ под командой штабс-капитана Шульца и поручика Плешкова. „Пушкарь“ обстрелял наблюдательный артиллерийский пункт противника у д. Викторовка, после чего огонь вражеской артиллерии прекратился. Заметив колонну конницы с конной батареей, двигающуюся со стороны д. Хеленков на юг, „Пушкарь“ открыл по ней огонь, после чего колонна свернула назад и на карьере ушла в д. Козово. Следующим огнем „Пушкаря“ был разогнан окапывающийся противник на гребне северо-восточнее Викторовки».

«Громобой» во время стрельбы. На фото хорошо виден перекос машины при выстреле на борт. Офицерская стрелковая школа, весна 1915 года (АСКМ).

«Громобой» во время стрельбы. На фото хорошо виден перекос машины при выстреле на борт. Офицерская стрелковая школа, весна 1915 года (АСКМ).

Необходимость установки поста управления для движения задним ходом выявили первые же бои, в которых приняли участие «гарфорды». Выяснилось, что управление машиной при движении задним ходом с переднего шоферского места с помощью зеркала на деле оказалось почти невозможным. Поэтому уже осенью 1915 года в четырех взводах, по инициативе их командиров, «гарфорды» оборудовались кормовыми постами управления различной конструкции.

«Громобой» на стрельбище. Офицерская стрелковая школа, весна 1915 года.

«Громобой» на стрельбище. Офицерская стрелковая школа, весна 1915 года.

Башня развернута для стрельбы по правому борту (АСКМ).

Получив информацию об этом, Комиссия по броневым автомобилям при ГВТУ выдала Путиловскому заводу заказ на разработку и изготовление заднего рулевого управления для бронеавтомобилей «Гарфорд». Опытный экземпляр (в документах того времени назывался «образцовым») был готов к 26 января 1916 года осмотрен комиссией, которая затем провела его испытание. В журнале Броневой комиссии от 28 января об этом говорилось следующее:

«I…Задний шофер сидит у руля боком, прижимая глаз к щели в задней стенке броневого корпуса автомобиля, таким образом при малой щели получается хороший обзор местности. Руль сделан съемным, для шофера должно быть устроено особое кресло, которое пока заводом не выполнено. Для передачи команд, изменения скорости, действия на конус (сцепление. — Прим. автора), тормоз и акселератор от заднего шофера к переднему имеется переговорная трубка с рупором. Автомобиль прошел задним ходом вокруг палисадника Михайловской площади.

Комиссия признала приспособление для заднего управления автомобилем системы „Гарфорд“ удовлетворяющим своему назначению.

II. Рассмотреть вопрос о заказе 30 задних рулевых управлений для всех автомобилей, имеющихся в Действующей Армии несмотря на то, что у четырех автомобилей системы „Гарфорд“ уже устроены задние управления самими взводами.

…Задние рулевые управления по изготовлению Путиловским заводом будут посланы в Действующую Армию вместе с инструкторами Запасной броневой роты, которые установят их на месте и обучат личный состав».

По состоянию на 21 сентября 1916 года заднее рулевое управление Путиловского завода было поставлено на броневики «Гарфорд» следующих взводов: Северный фронт — 10, 11, 12, 13 и 38-й, Западный фронт — 6, 7, 8, 14, 16, 31, 24 и 30-й, Юго-Западный фронт — 15 и 20-й. Вместе с четырьмя уже имевшимися количество машин с двумя постами управления составило 19 штук. Автор не располагает сведениями о том, была ли работа завершена, но косвенные данные свидетельствуют о том, что часть машин заднее управление не получила.

Как уже говорилось выше, «гарфорды» оказались тяжелы и малоподвижны, но все это компенсировалось огневой мощью — в этом русский броневик превосходил даже английские и французские танки того времени (за исключением, может быть, «Сен-Шамона» с 75-мм полевой пушкой образца 1898 года). Кроме того, 76,2-мм пушка «Гарфорда» размещалась в башне с углом обстрела 270 градусов, что обеспечивало больший маневр огнем. Именно за огневую мощь эти броневики любили в войсках, подтверждением чего может служить доклад, датированный 20 августа 1916 года и обобщающий опыт боевой работы «гарфордов» за год:

«1. 3-дм пушка отличная;

2. граната и шрапнель отличная;

3. необходимо облегчить систему (до 400 пудов);

4. необходимо иметь сильный мотор (более 40 л.с.);

5. необходимо дать скорость до 40 верст;

6. необходимо мотор сделать легкодоступным для исправления и осмотра.

В боях бывают необходимы граната и шрапнель, так как в каждом бою бывает комбинированная стрельба.

Участвовавшие в боях „гарфорды“ все изранены (попадания пуль, разрывных пуль и осколков), но пробоин нет. Бывали случаи в боях, что „гарфорды“ подъезжали на 200 и менее шагов. Пулеметный огонь с „Гарфорда“ бывает в каждый его выезд».

Справедливости ради следует отметить, что бывали случаи неграмотной или небрежной эксплуатации этих боевых машин. Чаще всего это было в тех случаях, когда автопулеметные взводы мало использовались в боях. Так, «Доклад об осмотре прибывших с фронтов и из армий поврежденных бронеавтомобилей», датированный 6 ноября 1916 года, содержал следующую информацию о машинах, поступивших в Запасной броневой дивизион:

«…3. Бронированный автомобиль „Забайкалец“ 16-го броневого отделения на шасси „Гарфорд“, прибыл в Петроград 27 октября с.г. В бою не был, и все повреждения его надо отнести к небрежному уходу. Грязные и ржавые части машины указывают, что он долго стоял в бездействии безо всякого ухода.

4. Бронеавтомобиль пушечный, название закрашено, 17-го броневого отделения („Гарфорд“ „Колыванец“. — Прим. автора), прибыл в Петроград 27 октября с.г. В бою не был, в сильно запущенном виде и небрежного содержания. Мотор не работает».

Справедливости ради следует сказать, что такие случаи были скорее исключением.

К концу сентября 1917 года боевые потери «гарфордов» составили 4–5 машин (в отчете ГВТУ от 9 октября сказано, что «в настоящее время 15 % выведено из строя»). В целом, эти бронеавтомобили, несмотря на большую массу и маломощный двигатель, отличались добротностью изготовления, надежностью в эксплуатации и эффективностью в бою.

Броневик «Громобой» 20-го автопулеметного взвода после ремонта.

Броневик «Громобой» 20-го автопулеметного взвода после ремонта.

Осень 1916 года. На задних колесах одеты цепи противоскольжения, установлена бронезащита у пулеметов (АСКМ).

К осени 1915 года, когда заканчивалось изготовление броневиков «Гарфорд», встал вопрос о выпуске дополнительного числа пушечных машин для новых автопулеметных взводов. Еще 12 октября 1915 года были утверждены «Технические условия на поставку бронированных пушечных автомобилей облегченного образца», в которых постарались учесть опыт эксплуатации «гарфордов». В этом документе, который разработала группа офицеров под руководством военного инженера капитана Макаревского, говорилось:

«Автомобиль должен обладать техническим совершенством всех деталей, полной надежностью действия и обращения во всякое время года, при всякой погоде, и должен быть изготовлен из материалов лучшего качества».

Предполагалось, что масса броневика в боевом положении не должна превышать 420 пудов (6720 кг), а в качестве базы должно использоваться 3,5–4-тонное грузовое шасси со всеми ведущими колесами. Вооружение машины состояло из 76,2-мм противоштурмовой пушки в башне с круговым обстрелом и 4 ручных пулеметов «Мадсена», а броня должна быть «не пробиваемой остроконечной ружейной пулей русского образца с расстояния 200 шагов, и не должна быть толще 5 мм». Кроме того, «Технические условия» определяли еще множество характеристик будущей боевой машины — боекомплект, скорость, запас хода, тип колес, шин, рессор, тормозов и многого другого, включая список шанцевого инструмента: «Топор, лопата, домкрат, пять сажен веревки диам. 3/4 дюйма и цепи на колеса, инструмент для снимания шин. Необходимо иметь доски для перехода через небольшие канавы и другие препятствия». В общем, этот документ, который мы сегодня назвали бы тактико-техническими требованиями, говорит о высоком уровне знаний и профессионализме русских офицеров того времени.

Грузовик «Ланчестер» 18В грузоподъемностью 0,75 т. Шасси этой машины использовалось для производства <a href='https://arsenal-info.ru/b/book/3284703281/8' target='_self'>бронемашин</a> (АСКМ).

Грузовик «Ланчестер» 18В грузоподъемностью 0,75 т. Шасси этой машины использовалось для производства бронемашин (АСКМ).

Однако при проектировании возникла проблема с шасси — к осени 1915 года в России имелись только 2-тонные полноприводные грузовики американской фирмы «Джеффери» (Jeffery), которые при проверке оказались слабоваты для пушечного броневика. Для решения проблемы Комиссия по бронеавтомобилям предложила забронировать небольшое количество «шасси 1,5–2-тонных грузовиков с четырьмя ведущими колесами 6 мм броней без башен и установить на них за щитами по одной 37-мм автоматической пушке». Эскизное проектирование такой машины провели в начале января 1916 года, но вскоре от этого варианта отказались.

Проблема с пушечными бронемашинами решилась с прибытием из Англии партии броневиков «Ланчестер». История их появления такова.

В сентябре 1914 года служивший во Франции английский капитан Никерсон (Nickerson) предложил проект бронемашины, вооруженной пулеметом в одной большой башне. Вскоре в Дюнкерке по такому проекту изготовили три бронеавтомобиля на шасси «Делоне-Бельвиль». После доработки в британском Адмиралтействе (точнее, в его Департаменте морской авиации — Royal Naval Air Servce или RN AS, — которому в то время подчинялись бронечасти) однобашенный корпус такой конструкции приняли в качестве типового для установки на различные шасси: «Роллс-Ройс», «Талбот», «Делоне-Бельвиль», причем наиболее массовым стали «Роллс-Ройсы».

Кроме упомянутых, для изготовления бронемашин использовали автомобили фирмы «Ланчестер» (Lanchester Motor Со.) в Ковентри, основанной в 1895 году двумя братьями Фредериком и Джорджем Ланчестерами. В качестве базы для бронирования выбрали легкий грузовик «Ланчестер» 19В грузоподъемностью 0,75 т, изготовленный на усиленном легковом «туристском» шасси. Грузовичок имел 38-сильный 6-цилиндровый двигатель и планетарную коробку перемены передач (три скорости вперед и одна назад). Двигатель машины был сильно смещен назад и располагался около шофера, колеса велосипедного типа, со спицами, подвеска передних на спиральных пружинах, а задних (двойных) — на сдвоенных рессорах.

Бронеавтомобиль «Ланчестер» 5-го эскадрона британского Адмиралтейства.

Бронеавтомобиль «Ланчестер» 5-го эскадрона британского Адмиралтейства.

Весна 1915 года (RAS TANK MUSEUM).

«Ланчестер» «Туркестанец» 46-го автопулеметного отделения.

«Ланчестер» «Туркестанец» 46-го автопулеметного отделения.

Юго-Западный фронт, ноябрь 1916 года. Помимо 37-мм пушки в коме башни установлен пулемет Максима (РГАКФД).

Первый прототип бронеавтомобиля «Ланчестер» построили в декабре 1914 года. Бронекорпус был подобен бронеавтомобилям «Роллс-Ройс», однако из-за сдвинутого назад двигателя передний и верхний листы капота установили под большими углами наклона к вертикали, что повышало их пулестойкость. К марту 1915 года изготовили 36 бронемашин «Ланчестер». Они имели усиленную раму шасси и подвеску, а также сдвоенные колеса заднего моста, толщина брони корпуса составляла 8 мм, вооружение 7,71-мм пулемет «Виккерс», экипаж 4 человека. При боевой массе в 3,4 т броневик развивал по хорошему шоссе скорость до 60 км/ч.

«Ланчестеры» поступили на вооружение трех эскадронов RNAS — № 2, 6 и 15, которые в апреле — мае 1915 года отправили во Францию. Но из-за стабилизации фронта на Западе часть машин передали бельгийской армии, а большинство летом того же года вернули обратно в Англию, где часть из них была приобретена командиром 15-го эскадрона командором О. Локкер-Ломпсоном для формируемого им броневого отряда.

В августе 1915 года русский военный агент в Англии генерал Тимченко-Рубан купил у Ломпсона 20 «ланчестеров», причем цена на машины была снижена продавцом почти в два раза. Не совсем понятно, почему и на каком основании выбор генерала остановился на этих машинах — ни в одном документе Комиссии по броневым автомобилям и ГВТУ «ланчестеры» вообще не рассматривались. Не фигурируют они и среди предложений различных иностранных фирм на поставку броневиков в Россию — а таких предложений был не один десяток. Не исключено, что Тимченко-Рубан решил «подзаработать» на этой покупке, получив процент от сделки. Косвенным подтверждением этого служит запрос ГВТУ о приобретении «ланчестеров», направленный в Лондон в последних числах августа. В ответ на него 9 сентября 1915 года Тимченко-Рубан направил следующую телеграмму:

«20 автомобилей „Ланчестер“ куплены мною у командора Локера и его друзей по таким соображениям:

Сообщение об острой нужде в броневых автомобилях, а заготовка их требует много времени;

Завод „Ланчестер“ из самых лучших, и приобретение его изделий рекомендовано депешей № 23671. Такие автомобили признаны на практике наиболее удачными английской, французской и бельгийской армиями, кои нашего типа не придерживаются по его громоздкости и недостаточной подвижности.

Конструкция частей автомобиля проста и доступна как для осмотра, так и для ремонта, но его нужно изучить, для чего высылаются инструктор и механик. Автомобили отвечают всем нашим заданиям, кроме числа башен, но на них можно установить вторую башню, причем только свобода их передвижения несколько утратится и приблизится к таковой у „остинов“. Эта переделка тут обходится в 150 фунтов за штуку.

„Ланчестер“ „Туркестанец“ 46-го автопулеметного отделения, вид спереди. Юго-Западный фронт, ноябрь 1916 года. На крыше башни виден установленный в России вентиляционный колпак, на радиаторе бело-сине-красный русский флаг (РГАКФД).

„Ланчестер“ „Туркестанец“ 46-го автопулеметного отделения, вид спереди. Юго-Западный фронт, ноябрь 1916 года. На крыше башни виден установленный в России вентиляционный колпак, на радиаторе бело-сине-красный русский флаг (РГАКФД).

Автомобили эти изготовлены этой весною, их видели в работе на заводе наши приемщики и дали прекрасные отзывы, а затем находились в резерве и вскоре были разоружены по крайнему недостатку в пулеметах, в коих явилась большая нужда для траншей.

Половинная цена их не результат подержанное™, а того, что Локер, сколько я понял, отказался взять с нас часть издержек на их заготовку, падавшую лично на его долю».

Как бы там ни было, но оказалось, что покупка сделана вовремя — к моменту доставки «ланчестеров» в Россию, к 28 ноября 1915 года, все 20 броневиков находились в Петрограде — здесь остро встал вопрос об изготовлении пушечных машин. Броневик с одной башней пришелся как нельзя кстати, несмотря на то, что для установки и 76,2-мм противоштурмовой, и 37-мм автоматической пушек машина оказалась слабовата. Выход был найден в вооружении «ланчестеров» 37-мм морской пушкой Гочкиса. Впрочем, были и другие варианты. Например, начальник Офицерской стрелковой школы генерал-майор Филатов предлагал следующее:

«…Кроме того, полагал бы усилить боевые свойства этих бронеавтомобилей придачей им двух бомбометов, из числа принятых в настоящее время. Бомбометы эти могли бы стрелять снарядами с удушливыми газами. Кроме того, прошу разрешения не ставить на эти автомобили пулеметов, а для целей самообороны вооружить их ружьем-пулеметом (речь идет о ручном пулемете „Мадсен“. — Прим. автора). Подобная система вооружения позволит:

1. Бороться с бронированными автомобилями противника (пушка Гочкиса), иначе служить конвоиром своих броневиков — задача, которую в настоящее время выполняют пушечные броневики.

2. Развивать сильнейшее моральное действие, стреляя из бомбометов снарядами с удушливыми газами.

3. Развивать сильное картечное действие, стреляя из бомбометов соответствующими снарядами».

Однако столь экзотический проект вооружения реализован не был, а 12 декабря 1915 года броневому отделу Военной автошколы совместно со штабс-капитаном Мещериновым поручили установить в одном из броневиков 37-мм пушку Гочкиса. Спустя семь дней Комиссия осмотрела броневой автомобиль «Ланчестер», вооруженный таким орудием. При этом отмечалось:

«1. Полный круговой обстрел из 37-мм пушки возможен с незначительным стеснением шофера.

2. Стрельба под углами склонения также возможна при всяком положении башни».

Затем был произведен примерный сравнительный подсчет увеличения нагрузки автомобиля при вооружении пушкой Гочкиса взамен пулемета. Оказалось, что в первом случае «нагрузка получается 50 пудов, а во втором случае — около 48,5 пудов, то есть установкой пушки автомобиль утяжеляется на 1,5 пуда».

Кроме того, Комиссия отметила, что нет необходимости в установке специального приспособления для вентиляции при стрельбе — для этого оказалось достаточно приоткрыть откидную крышку башни, которую снабдили устройством фиксации в открытом положении. Кроме того, Комиссия поручила броневому отделу Военной автошколы разработать «помещение для хранения снарядов».

Этот проект был выполнен под руководством штабс-капитана Бажанова и представлен на рассмотрение 22 декабря: «Над имеющимся полом, сзади броневого корпуса машины на высоте подошвы верхней части дверец устраивается второй пол из 3-мм брони; в полученное между этими двумя полами пространство укладывается 6 ящиков с патронами для 37-мм пушки Гочкиса, которые можно будет, открывая нижнюю часть дверец, доставать не выходя из башни. Это помещение для патронов закрывается с боков и сзади также броней; существующие деревянные ящики для патронов (сзади и сбоку броневого корпуса машины) становятся ненужными и их, в целях уменьшения веса, следует снять».

12 января 1916 года провели испытания стрельбой первого перевооруженного «Ланчестера». При этом выяснилось, «что имеющееся в автомобиле приспособление не может быть использовано для установки пушки, так как оно прикреплено к башне, которая соединяется с корпусом только с помощью 4 роликов и при выстреле возможен ее сдвиг».

Бронеавтомобиль «Ланчестер». Юго-Западный фронт, 1916 год (РГАКФД).

Бронеавтомобиль «Ланчестер». Юго-Западный фронт, 1916 год (РГАКФД).

Однако специалист по орудийным установкам генерал-майор Соколов сообщил, что такая установка возможна при соответствующем усилении приспособлений и закреплении башни в момент выстрела и взялся за изготовление чертежей. На него возложили разработку подъемного механизма пушки, так как от использования штатных прикладов отказались.

К началу апреля 1916 года были перевооружены 37-мм пушками Гочкиса 19 «ланчестеров» (один остался пулеметным). При установке изнутри башни на каждую пушку надевался небольшой щит, а по обеим сторонам амбразуры устанавливались броневые щеки. Найти необходимое количество орудий оказалось не так-то просто — Небезинтересно отметить, что 10 пушек Гочкиса были получены с Центрального воздухоплавательного склада — ими предполагалось вооружать бомбардировщики «Илья Муромец», но орудия оказались тяжелы даже для этих самолетов. Еще 9 орудий дал Обуховский завод из числа планировавшихся к установке на подводные лодки. В качестве вспомогательного вооружения на большинстве «ланчестеров» использовали пулемет Максима в амбразуре задней дверцы башни.

«Ланчестеры» поступили на вооружение пушечных отделений последних десяти пулеметных автомобильных взводов № 37–47 (отправлены на фронт в марте — августе 1916 года), а при перевооружении стандартной матчастью их получили 25 и 29-й взвода. Кроме того, «ланчестерами» заменяли выбывающие из строя «гарфорды». Пулеметный «Ланчестер» поступил на вооружение 29-го взвода, причем как четвертый, сверхштатный броневик. Всего, по имеющимся в распоряжении автора данным, в 1916–1917 годах на фронт ушло не менее 15 «ланчестеров». Остальные находились в Петрограде, в Запасном броневом дивизионе.

Эти бронеавтомобили проявили себя на фронтах в целом неплохо. Правда, снаряды 37-мм пушки имели слабое фугасное действие, во многом уступающее 76,2-мм орудию «Гарфорда», а поэтому «ланчестеры» не могли решать все боевые задачи, стоящие перед пушечным броневиком. Среди недостатков конструкции отмечался малый дорожный просвет, большое количество алюминиевых петель, разбиваемых даже пулями, а также неудачную систему крепления боковых листов, защищавших радиатор.

Один из «ланчестеров» послужил базой для установки приспособления для преодоления проволочных заграждений, разработанного в мастерских броневого отдела Военной автошколы. Что оно собой представляло, неизвестно, есть лишь документ об отправки этой машины на фронт. Так, в журнале Броневой комиссии от 11 августа 1916 года отмечалось:

«По наведенным справкам броневой автомобиль „Ланчестер“ с приспособлением для резки проволоки уже ушел в армию, так что испытать это приспособление не представляется возможным».

Никакими сведениями о судьбе этой машины автор не располагает.

Общие виды бронеавтомобиля «Гарфорд» Путиловского завода.

Общие виды бронеавтомобиля «Гарфорд» Путиловского завода.

Похожие книги из библиотеки

Сухопутные линкоры Сталина

Их величали «сухопутными линкорами Сталина». В 1930-х годах они были главными символами советской танковой мощи, «визитной карточкой» Красной Армии, украшением всех военных парадов, патриотических плакатов и газетных передовиц. Именно пятибашенный Т-35 изображен на самой почетной советской медали – «За отвагу».

И никто, кроме военных профессионалов, не осознавал, что к началу Второй мировой не только неповоротливые монстры Т-35, но и гораздо более совершенные Т-28 уже безнадежно устарели и абсолютно не соответствовали требованиям современной войны, будучи практически непригодны для модернизации. Почти все много-башенные танки были потеряны в первые месяцы Великой Отечественной, не оказав сколько-нибудь заметного влияния на ход боевых действий. К лету 1944 года чудом уцелели несколько Т-28 и всего один Т-35…

Эта фундаментальная работа – лучшее на сегодняшний день, самое полное, подробное и достоверное исследование истории создания и боевого применения советских многобашенных танков, грозных на вид, но обреченных на быстрое «вымирание» и не оправдавших надежд, которые возлагало на них советское командование.

Танк № 1 «Рено ФТ-17». Первый, легендарный

Этот легендарный танк совершил настоящую революцию в военном деле, став «законодателем мод» и образцом для подражания, определив классическую танковую компоновку с вращающейся башней. Именно с этой машины был скопирован первенец советского танкостроения «Борец за свободу товарищ Ленин». За четверть века боевой службы «Рено ФТ-17» участвовал во множестве войн и вооруженных конфликтов — от Первой до Второй Мировой, от Франции до Африки и Индокитая, от России до Южной Америки, — а в последний раз пошел в бой в августе 1945 года против японцев у крепости Ханой. И если оценивать бронетехнику XX века по вкладу в развитие танкостроения, то не знаменитые «тридцатьчетверки», «тигры», «абрамсы» и «меркавы», а именно «Renault FT-17» следует признать ТАНКОМ № 1.

Новая книга ведущего специалиста по историка бронетехники — лучшее отечественное исследование создания, службы и боевого применения легендарного танка.

Бои у озера Балатон. Январь–март 1945 г.

Вашему вниманию предлагается иллюстрированное издание, посвященное отражению последнего крупного немецкого танкового наступления в Венгрии в январе-марте 1945 г.

В данной публикации рассматриваются действия наземных войск, преимущественно танковых соединений и противотанковой артиллерии. При описании хода сражений авторы использовали в основном отечественные документы военных лет: отчеты о боевых действиях различных соединений; донесения о потерях и протоколы работы комиссий, изучавших в феврале — апреле 1945 г. подбитую немецкую технику.

Альбом адресуется, в первую очередь, многочисленным почитателям «непобедимых» панцерваффе.

Советский тяжелый танк Т-35

Советский тяжелый танк Т-35 являлся символом мощи Красной армии в 1930-е годы. Эти многобашенные боевые машины гордо шествовали во главе колонны боевой техники во время парадов на Красной площади в Москве и Крещатике в Киеве. Более того, танк Т-35 изображен на советской (а сегодня российской) медали «За отвагу» — самой почетной солдатской медали, вручаемой только за боевые заслуги.

Т-35 являлся единственным в мире пятибашенным танком, выпускаемым серийно, хотя и в ограниченном количестве. Машина предназначалась для усиления танковых и стрелковых соединений при прорыве сильно укрепленных позиций противника. Мощное вооружение: три пушки и пять пулеметов, размещенные в пяти башнях, обеспечивало «тридцать пятому» возможность ведения огня из двух орудий и трех пулеметов вперед, назад или на любой борт, обеспечивая круговой обстрел.

Танки Т-35 участвовали в боях на Западной Украине в июне — начале июля 1941 года, где все были потеряны. Четыре «тридцать пятых» использовались в обороне Харькова в октябре 1941 года. До сегодняшнего дня сохранился единственный экземпляр Т-35, находящийся в экспозиции Военно-исторического музея бронетанкового вооружения и техники, являющегося филиалом Военно-патриотического парка культуры и отдыха ВС РФ «Патриот».

Данная книга рассказывает об истории создания, устройстве, модификациях и боевом применении танков Т-35 и боевых машин, созданных на его базе. Впервые представлено значительное количество уникальных новых данных и архивных документов, а также включено большое количество фотографий.