Главная / Библиотека / Подводные лодки Его Величества /
/ Игрушки адмирала Фишера или фактор стратегического сдерживания? Предисловие переводчика

Глав: 27 | Статей: 27
Оглавление
Аннотация издательства: П. К. Кемп посвятил свою книгу истории подводного кораблестроения в Англии, особое внимание уделив британскому подводному флоту в годы Первой и Второй мировых войн. Книга содержит схемы и приложения и будет интересна как специалистам, так и всем любителям истории.

Игрушки адмирала Фишера или фактор стратегического сдерживания? Предисловие переводчика

Игрушки адмирала Фишера или фактор стратегического сдерживания?

Предисловие переводчика

Часть первая: кто в лес, кто по дрова

В свое время учитель Нельсона адмирал Джервис лорд Сент-Винсент прямо сказал, что подводная лодка совершенно не нужна стране, обладающей господством на море, потому что она (лодка) может эту страну упомянутого господства лишить. Складывается впечатление, что эти слова определили отношение британского Адмиралтейства к подводным лодкам на несколько веков вперед. Похоже, что британские адмиралы смотрели на эту проклятую подводную лодку как на неизбежное зло и мирились с ее существованием лишь потому, что не могли объявить ее «не имеющей быть в реальности».

И действительно, первые британские подводные лодки оказались не совсем британскими. Французский флот развернул массовое строительство подводных лодок, и закрывать на это глаза было и неразумно, и опасно. Первый инспектор подводного плавания Королевского Флота капитан 1 ранга Эдгар Лииз откровенно заявил: «Британскому флоту никогда не будут нужны подводные лодки, но мы были вынуждены их развивать под давлением других государств».

Летом 1900 года американская компания «Электрик Боут» предложила Адмиралтейству построить несколько лодок конструкции Холланда, и в ноябре того же года соглашение было подписано. Но пойти на окончательное унижение и согласиться, чтобы лодки строились на американских верфях, Их Лордства не могли, поэтому 5 первых подводных лодок Королевского Флота были построены на знаменитой верфи в Барроу. Интересно отметить, что расходы были проведены по секретным статьям бюджета.

История британского подводного флота, наверное, лучше, чем что-либо другое, отражает причудливые и извилистые пути развития военных кораблей. Кто-то довольно ехидно назвал французский флот конца XIX века военно-морским бардаком — на том резонном основании, что неорганизованные французы сумели построить 7 броненосцев 9 типов. Но даже это достижение меркнет перед тем, что натворило хваленое британское Адмиралтейство. В свое время адмирал Уилсон назвал подводную лодку подлым и чертовски не-английским оружием. Похоже, адмиралы флота владычицы морей так и остались при этом мнении. В основу конструкции лодок закладывались самые дикие идеи, и эскадренная лодка на этом фоне выглядит чуть ли не самым невинным из проектов.

Англичане развернули массовое строительство подводных лодок, не понимая, зачем они нужны. После Холландов были построены лодки типа А, которые фактически представляли собой чуть увеличенные Холланды, потом появились лодки типа В и крупная серия лодок типа С. Все они были маленькими прибрежными лодками. Между прочим, это по официальной британской классификации. Гордые островитяне и здесь пошли своим путем, разделив лодки на два класса: прибрежные и патрульные (coastalboats и patrolboats). Впрочем, Адмиралтейство довольно быстро вспомнило, что Британия — владычица морей, после чего было внесено уточнение: лодки заморского патрулирования (overseaspatrolboats). Ну, или Открытого Моря, если уж хотите.

Первыми патрульными лодками стали лодки типа D, а потом были построены лодки улучшенного типа D, переименованные в лодки типа Е. (D-9 и D-10 стали Е-1 и Е-2 соответственно.) Вот здесь-то и началось. Пол Кемп называет лодки типа Е чуть ли не самыми лучшими в мире, что вызывает легкую оторопь при знакомстве с их тактико-техническими данными. По своим мореходным характеристикам они не выделяются среди современных им лодок ни в лучшую, ни в худшую сторону. Обычная лодка, и только. Но вот вооружение… На этих лодках были установлены 4 торпедных аппарата: 1 носовой, 1 кормовой и 2 траверзных — по одному на каждый борт. В результате лодка могла стрелять в любой момент в любом направлении, что считалось важным в условиях плохой видимости в Северном море. Но «залп» из одной торпеды выглядит просто смехотворным, особенно если учесть постоянные нарекания на качество британских торпед. «Если хочешь быть сильным повсюду, ты не будешь сильным нигде». Эту старую военную мудрость британские адмиралы забыли начисто. Отговорки, что броненосцам начала века хватало и одной торпеды, выглядят не слишком серьезными. Ведь строительство лодок типа Е началось в 1912 году, в эпоху дредноутов. Это что же, Адмиралтейство рассчитывало потопить «Нассау» одной торпедой? Поэтому в конструкцию лодок было внесено «радикальное» изменение, и в носовом отсеке был установлен второй торпедный аппарат. Хотя, не будем слишком строги, ведь и на немецких лодках пока что имелись по 2 носовых и кормовых аппарата. На этом фоне русские лодки типа «Барс» при всех их многочисленных и серьезных недостатках выглядят пришельцами из будущего. Установка нескольких аппаратов Джевецкого резко повышала мощь торпедного залпа, пусть даже эти аппараты были не слишком эффективны. Но ведь гордые британцы, похоже, пока еще так и не поняли — главным, а точнее, единственным орудием подводной лодки является торпеда.

Желание установить траверзные аппараты привело к серьезному ухудшению прочности корпуса лодки. Обратите внимание на приводимый в приложениях разрез корпуса лодки типа Е. Если в годы Второй Мировой войны появились германские лодки XXI серии и японские I-405, которые можно назвать «двухкорпусными», но не в общепринятом плане (легкий корпус полностью закрывает прочный), а потому, что они имели прочный корпус из двух цилиндров, то лодки типа Е… Ну, даже и не знаю, как их назвать. Один плюс две половинки? Какова была прочность такого корпуса — решайте сами.

Но то, что началось дальше, затмевает собой эпопею лодок типа Е. Адмиралтейство вдруг ударилось в эксперименты, начав строить лодки по зарубежным проектам. Американские, итальянские, французские… Может быть, это служит косвенным подтверждением неудовлетворительности «лучших в мире»? Во всяком случае, Дон Эверитт в своей книге рисует совсем иную картину состояния британского подводного флота к началу Первой Мировой войны. И главным виновником всех неудач и провалов он называет знаменитого Роджера Кийза. Много лет спустя сам Кийз, вспоминая время на посту командующего подводными силами, откровенно написал: «Я не думаю, что мог заниматься вопросами материальной части». Похоже, я в одной из своих предыдущих книг несколько опрометчиво отнес коммодора Кийза к выдающимся фигурам. Судя по всему, граница между адмиралами-марсофлотами старой закалки и новым поколением проходила чуть ниже: не между контр-адмиралом и коммодором, а между коммодором и капитаном 1 ранга. Но мало того, что Кийз внес полный хаос в кораблестроительную политику, он еще подготовил и будущие катастрофы, фанатично отстаивая идею эскадренной лодки. Причем он сражался за нее даже после серии откровенных провалов, вроде боя в Гельголандской бухте в 1914 году.

Впрочем, за нелучшими лодками типа Е последовали откровенно плохие, что подтвердилось в 1916 году, когда Адмиралтейство избавилось от всех питомцев Кийза, сплавив лодки типов S, V, W, F союзникам-итальянцам.


Первая подводная лодка с паровым двигателем — «Нарвал», Франция, 1898 год

А потом началась гонка за скоростью. Сначала появились лодки типа J, которые иногда тоже относят к экспериментальным, как и знаменитые лодки типа К. Впрочем, слава турбинных лодок типа К оказалась весьма своеобразной. Несмотря на откровенный провал попытки использовать лодки совместно с надводными кораблями во время боя у Гельголанда в 1914 году, командование Гранд Флита не оставляло идеи таких операций. Поэтому весной 1915 года адмирал Джеллико потребовал создать лодку, имеющую надводную скорость 24 узла, что позволило бы ей действовать совместно с линкорами. Однако британские дизеля не позволяли лодкам развить такую скорость, поэтому Адмиралтейство предложило установить на лодках… паровые турбины! Сказано — сделано. Фирма «Виккерс» подготовила проект, и в июне были заказаны К-3 и К-4. Даже в этом данная серия была необычной — ведь К-1 была заказана только в августе.

Адмирал Фишер называл попытку поставить паровую машину на подводную лодку сущей глупостью (или еще более резко), однако британский флот ее сделал. Впервые паровая машина на настоящей подводной лодке появилась в конце прошлого века — французский «Нарвал». Англичане перед самой войной начали строить лодку «Суордфиш» (заказ был выдан в августе 1913 года), но провозились с ней до апреля 1916 года. Между прочим, на ней были опробованы скрывающиеся установки для 76-мм орудий. Эксперимент закончился полным провалом, «Суордфиш» в конце концов превратили в сторожевик (!), надстроив полубак, соорудив рулевую рубку и вооружив глубинными бомбами. Выводы из неудачи были сделаны правильные — началось массовое строительство турбинных лодок типа К.

Они оказались неудачными практически во всех отношениях. Лодки получились очень «мокрыми», и уже после постройки пришлось переделывать носовую часть и надстройку. Попытка расположить в надстройке поворотный спаренный торпедный аппарат тоже вызвала нарекания. Он находился слишком близко к ватерлинии, и использовать его было почти невозможно. Хотя конструктора добились того, что дымоходы двух котлов Ярроу перекрывались за 30 секунд, — самый маленький предмет, попавший под автоматическую захлопку, мог привести к гибели лодки при погружении. Кроме того, есть основания сомневаться в том, что лодкам удалось развить требуемую скорость. Установленные на палубе 102-мм орудия пришлось переставлять на надстройку. Во время ходовых испытаний К-13 села на мель, еще раз подтвердив дурную репутацию «чертовой дюжины». Поэтому Адмиралтейство, отремонтировав лодку, на всякий случай переименовало ее в К-22 и запретило впредь использовать номер «13». В 1918 году была заказана серия «улучшенных К», которые имели 6 носовых аппаратов 533 мм, вместо 4 аппаратов 457 мм на лодках первой группы. Существует сплетня, что одна из лодок типа К была вооружена 140-мм орудиями, но документального подтверждения этому найти не удалось. Точно так же все источники дружно говорят, что на одной из лодок типа Е стояла 190-мм гаубица, но никто не указывает номера этой лодки.

Еще более экстравагантными вышли подводные мониторы типа М. Довольно часто эти лодки называют переделанными лодками типа «К», но это совсем не так. Подводные мониторы не имеют ничего общего с турбинными лодками. В действительности заказ на строительство лодок К-18 — К-21 был аннулирован, и вместо них в феврале 1916 года были заказаны лодки М-1 — М-4. Предполагалось использовать эти лодки для обстрела германских батарей на побережье Фландрии. Утверждение, что их планировали для уничтожения кораблей сопровождения конвоев, выглядит несерьезным. Каких конвоев? Чьих? Еще более странным выглядит предложение использовать их против военных кораблей. Ну, а в качестве мониторов они просто никуда не годились, так как заряжать орудие можно было только в надводном положении.

Сначала обсуждалась перспектива вооружения лодок орудиями средних калибров, например, установить 2–190-мм орудия в бронированной башне (или каземате). Но потом появилась идея использовать старые 305/23 мм орудия, причем установить их на носу и корме лодки. Однако командующий подводными силами коммодор С. Хэлл предложил использовать более современные орудия с высокой начальной скоростью. Иногда встречается утверждение, что подводные мониторы были вооружены 305-мм орудиями, снятыми с разоруженных броненосцев типа «Маджестик». Это тоже ошибка, причем ее не избежал даже солидный журнал «Уоршип». В статье, посвященной этим лодкам, пишется, что на них были установлены 40-калиберные орудия Mk IX, снятые с «Маджестиков». Но «Маджестики» были вооружены 35-калиберными орудиями Mk VIII! Орудия Mk IX появились позднее на броненосцах типа «Формидебл». В свое время Адмиралтейство создало для них большой запас резервных 305/ 40 мм орудий модели Mk IX, и сейчас флот просто обратился к своим арсеналам. Орудие было установлено в герметичной рубке, его можно было заряжать и наводить на цель в подводном положении. Оно имело герметическую пробку на конце ствола, которая убиралась с помощью электропривода изнутри лодки. Проводились даже эксперименты по стрельбе с перископной глубины. Как обычно получалось у англичан, лодки оказались похожими, но не одинаковыми. М-1 и М-2 были вооружены 457-мм торпедами, но М-3 имела более длинный корпус, и за счет этого ее вооружили 533-мм торпедами. Позднее М-2 вместо орудия получила гидросамолет, а М-3 превратилась в подводный заградитель.

Заслуживает упоминания еще один проект, который слишком опередил свое время. Мы говорим об ударных лодках типа «R». Они сразу проектировались как специализированные противолодочные подводные лодки. Лодки имели веретенообразный корпус с одним винтом, очень напоминающий корпуса современных атомных лодок. Мощная электрическая батарея позволяла им развивать под водой скорость 15 узлов, что было выше, чем их надводная скорость. Лодки первыми в Англии получили 6 носовых торпедных аппаратов, хотя малые размеры вынудили ограничиться калибром 457 мм. В носовом отсеке этих лодок были установлены необычно мощные гидрофоны (гидролокаторов тогда еще не существовало). Лодки типа «R» имели рекордно малое время погружения. Кроме того, на них был установлен маломощный электромотор для бесшумного подкрадывания к цели. Можно лишь пожалеть, что им не удалось принять участие в боевых действиях. После войны они были достаточно быстро отправлены на слом из-за слабых торпед, ведь теперь стандартом стали 533 мм.

Лишь вдоволь намучившись с экспериментальными образцами, англичане перешли к строительству стандартных лодок типов Н и L. Причем и здесь не все обстояло гладко. В ноябре 1914 года британское Адмиралтейство разместило в США заказ на строительство 20 лодок проекта 602Е фирмы «Электрик Боут», назвав их лодками типа Н. Их должны были в разобранном виде поставить в Англию и собрать там под наблюдением американских инженеров. Британских адмиралов совсем не смутило то, что уже шла война, и по международным законам нейтральные США не имели права строить военные корабли для одной из воюющих держав. Разразился крупный скандал, и заказ был передан канадскому филиалу Виккерса, хотя детали все равно шли из Соединенных Штатов. Деньги не пахнут! Тем более, что лодки получились очень дорогими. Они были дороже современных им английских лодок типа Е, они получились дороже, чем те же самые лодки, построенные для американского флота. В 1911 году лодки этого типа обошлись американскому флоту по 400000 долларов, а в 1915 году те же лодки стоили англичанам уже 600000 долларов за каждую. Адмиралтейство затеяло финансовое расследование, испортило отношения с канадским правительством, но так ничего и не добилось. В конце концов дело предпочли замять.

И, наконец, следует сказать пару слов о лодках типа L, благо одна такая лодка попала в руки советских моряков. Разумеется, мы говорим о погибшей на мине L-55. Эти лодки стали развитием типа Е, и первая пара даже получила бортовые номера Е-57 и Е-58. Однако в их конструкцию было внесено столько изменений, что лодки были переименованы в L-1 и L-2. На первой серии этих лодок были еще сохранены траверзные аппараты, но на последующих сериях они были убраны. Кстати, попытка сохранить траверзные аппараты привела к появлению странного винегрета: носовые аппараты калибра 533 мм и траверзные калибра 457 мм. Интересны эти лодки и другим. Вы обращали внимание на 102-мм орудия, которые подняты аж на мостик? Все английские источники совершенно справедливо утверждают, что такое расположение артиллерии позволяло лодке вести огонь при любом волнении, даже в открытом океане. Но ведь лодки строились в 1918 году, для действий против немцев в Северном море! L-12 даже успела потопить германскую лодку UB-90 у побережья Норвегии. Однако напомню, что еще в 1915 году Адмиралтейство начало рассматривать планы войны против Франции; так, может быть, эти океанские лодки были материальным свидетельством вероломства британцев, которые уже ждали новой войны со своими бывшими союзниками? А с Францией или Соединенными Штатами — ответа на этот вопрос мы, скорее всего, так и не узнаем.

Впрочем, существует и другое объяснение такого странного расположения орудий. Дескать, лодка может вести артиллерийскую дуэль, находясь в полупогруженном положении, когда над водой видна только рубка, представляющая собой совсем незаметную цель. Остается лишь удивляться тому, что даже после 5 лет войны британские адмиралы упрямо продолжали считать подводную лодку «ныряющей пушкой»!

Часть вторая: старое вино в новой бутылке

Обзор лодок периода Второй Мировой писать и проще, и сложнее. Проще потому, что владычица морей обошлась всего тремя типами лодок: U, S и Т. Сложнее потому, что эти основные типы оказались разделенными на несколько подтипов и групп, границы между которыми провести просто невозможно. Точнее, провести-то можно, однако каждый из авторов делает это по-своему, и такое деление иногда принимает самые причудливые формы. Вот вам один пример. Куда отнести лодки «Ундина», «Юнити» и «Урсула»? Одни авторы с важным видом утверждают, что это первая группа типа U. Другие не менее уверенно называют их прототипами. Впрочем, мы до этого еще доберемся.

Видный британский историк, работавший ранее в Отделе кораблестроения Адмиралтейства, Дэвид Браун мрачно называет английские лодки периода Второй Мировой войны устаревшими во всех отношениях. Проекты относились к 30-м годам, если не к 20-м, а методы постройки вообще соответствовали началу века. Консерватизм британцев проявился здесь во всей красе. А чего еще от них ждать? В некоторых книгах пишется, что и в XX веке британская армия продолжала испытывать вооружение по старинке: горные пушки сбрасывали с колокольни, а пулеметы на месяц закапывали в болото. Почему флот должен вести себя иначе? Клепаный корпус и старые конструкторские идеи отличали британские лодки в нелучшую сторону. И если они добились неплохих результатов, это следует отнести исключительно на счет высочайшего уровня подготовки команд и особенно (!) командиров.

Итак, первой послевоенной лодкой стал подводный крейсер Х-1. (Тяжкое наследие прошлого в виде К-26 мы рассматривать не будем.) Здесь можно лишь тихо удивиться самой концепции океанского подводного крейсера. Еще раз задам риторический вопрос: на войну с каким противником была рассчитана эта лодка? Неужели, чтобы переловить французские торговые суда, мало прославленных британских надводных крейсеров? Следует отметить, что Лондонские морские договора позволяли англичанам построить пару лодок с орудиями калибра 155 мм (этот пункт появился, чтобы легализовать существование американских подводных крейсеров типа «Наутилус»), но от этого вполне резонно отказались. Как веселый анекдот, следует указать, что запасы пресной воды на Х-1 были рассчитаны на 19 дней, а запасы топлива — на 90 дней при экономической скорости. Какая автономность вам больше нравится, — ту и выбирайте.

Последующие лодки типов О, Р, R стали первыми действительно заморскими лодками. На «Рэйнбоу» появились сварные топливные баки, но и на это нововведение англичане пошли, скрепя сердце. Оказалось, что клепаные цистерны лодок типа О нещадно текут. На лодках типа R появились было 120-мм орудия, но в 1931 году их заменили на привычные британским подводникам 102-мм.

В кораблестроительной программе 1929 года появился первый из 3 основных типов военного времени — лодки S. Именно здесь окончательно решилась судьба убирающихся орудийных установок. «Суордфиш» и «Стёрджен» еще имели их, на «Сихорс» и «Старфиш» уже стояли обычные лафеты. Выяснилось, что убирающаяся установка не настолько снижает сопротивление, чтобы оправдать технические сложности и нарушение остойчивости лодки.

Именно с этих лодок и началась катавасия с подтипами и группами, когда изменения и модификации вносились чуть ли не в каждую следующую лодку. Хотя, справедливости ради, отметим, что и 9 лодок типа О были разделены на 3 группы. На лодках программы 1931 года — «Шарк» и «Сэмон» — появились топливные цистерны с системой замещения израсходованного топлива водой, зато исчезли внешние топливные цистерны. На этих лодках были установлены 2 спасательные камеры, усилены внутренние переборки, внесен ряд других изменений. На лодках программы 1932 года — «Снэппер» и «Сэмон» — были заменены электромоторы: вместо одного на каждом валу появилась пара. Это облегчало управление и вдвое ускоряло процесс зарядки батарей. Отдельный воздушный компрессор был заменен парой компрессоров, подсоединенных к валам, что позволило убрать вспомогательные электромоторы. А вы говорите, что все это один тип.

Минные заградители типа «Порпойз» были спроектированы с учетом опыта эксплуатации М-3. Выяснилось, что хранить мины внутри прочного корпуса проще и удобнее, хотя это ведет к резкому увеличению водоизмещения лодки. Кроме того, пришлось придать прочному корпусу несколько необычную форму «замочной скважины». Но с этим примирились.

Завершает линию предвоенных лодок «призрак прошлого» — эскадренные лодки типа «Ривер». К счастью, их никто не попытался использовать вместе с линкорами, и, чтобы замести следы, в конце концов, эти лодки переименовали в «быстроходные патрульные».

Первые лодки типа U были построены по программе 1936 года, но лишь 3 единицы вошли в состав флота до начала военных действий, поэтому их можно смело отнести к лодкам военного времени. На этих лодках, кроме 4 носовых торпедных аппаратов в прочном корпусе, были установлены 2 внешних носовых аппарата. Интересно отметить, что Адмиралтейство выступало против внешних минных шахт, но охотно соглашалось на внешние торпедные аппараты. Впрочем, это нововведение на малых лодках оказалось неудачным. Огромная наделка в носу заметно ухудшала управляемость лодки, снижала скорость, приводила к появлению большого буруна, что облегчало обнаружение лодки.

Всего за годы войны были построены 74 лодки типа U, которые предназначались для оборонительного патрулирования вблизи своих баз, в чем заключалось их отличие от лодок типа S, предназначенных для наступательного патрулирования. В конструкцию лодок типа U постоянно вносились изменения, как с учетом военного опыта, так и просто по ходу дела. Длина в несколько приемов возросла на 4 метра, были изменены очертания сначала носовой, а потом и кормовой части корпуса. Отдельного рассказа заслуживает история артиллерийского вооружения. На этих лодках планировалось установить 3-дюймовое орудие, хотя из первой троицы лишь «Урсула», кажется, получила его. Но этих орудий не хватало, и вместо них начали ставить 12-фунтовые. В сводных таблицах в конце книги вы увидите, что на всех лодках стоят 76-мм орудия. Это так. Нужно лишь помнить, что у 12-фунтового снаряд весил, естественно, 12 фунтов, а у 3-дюймового — 17 фунтов. Причем даже сами англичане по сей день не могут разобраться, какая лодка какое орудие имела. Зенитное вооружение этих лодок осталось более чем скромным — один пулемет «Льюис». Установить на мостике эрликон оказалось физически невозможно.

Примерно в 1942 году две цистерны быстрого погружения были приспособлены для хранения топлива, что повысило общий запас с 38,5 до 55 тонн. Учитывая плачевный опыт Х-1, были увеличены запасы пресной воды, что привело к увеличению автономности лодок. На 15 первых лодках офицеры размещались в носовой части корпуса, но военный опыт вынудил перенести кают-компанию ближе к центральному посту.

Наиболее серьезные изменения были внесены в лодки кораблестроительной программы 1942 года, которые числились то ли лодками типа U четвертой группы, то ли лодками типа V. Иногда их еще называют лодками программы 1941 года с длинным корпусом. Корма была серьезно переделана, чтобы устранить один из главных недостатков этих лодок — «поющие винты». Глубина погружения возросла с 200 до 300 футов, потому что толщину прочного корпуса увеличили с 12,7 до 15,8 мм, а сталь HTS заменили на сталь S. На этих лодках наконец-то появился сварной набор (но не обшивка!).

Предистория лодок типа Т стартовала с долгого обсуждения вопроса: следует ли строить лодки с классическим типом прочного корпуса в виде цилиндра или перейти к корпусу, который в сечении напоминает цифру 8? Дело в том, что Отдел кораблестроения Адмиралтейства стремился упрятать все топливо внутрь прочного корпуса, чтобы не допустить течи при атаке глубинными бомбами. Ведь предательский хвост нефти сразу показал бы противнику, где находится лодка. После долгих споров и испытаний восьмерка была отвергнута, так как стык верхнего и нижнего цилиндров был сочтен слишком слабым местом (как тут не вспомнить знаменитые лодки типа Е!). В результате остановились на одном цилиндре, упрятав в него все топливные цистерны, хотя для этого пришлось пожертвовать частью объема дифферентовочных цистерн.

Эти лодки предназначались для замены устаревших лодок типов О, Р и R, служившие в дальневосточных водах. Но история новых лодок началась с катастрофы. Во время испытаний в Ливерпульской бухте затонула лодка «Тетис». Неразбериха на борту привела к тому, что погибли почти все, спастись удалось лишь четверым морякам. Уже после начала войны лодка была поднята и снова вошла в строй, но уже под названием «Турбулент».

Вообще из лодок типа Т до войны в строй вошли тоже только 3 единицы, как и у лодок типа U. Хотя по кораблестроительным программам 1936, 1937 и 1938 годов были заложены 11 подводных лодок, до начала войны они в строй не вошли. При этом модернизации начались почти сразу. Как говорится, была бы лодка, а уж улучшить ее мы сумеем!

Лодки программы 1938 года — «Тетрарх», «Талисман», «Торбей» — были приспособлены для постановки мин, хотя могли нести всего 6 штук, при этом надводная скорость лодок снизилась на 1,5 узла. В результате от наружных шахт отказались, но было выставлено требование подготовить все лодки типов U, S и Т к постановке мин из носовых торпедных аппаратов.

Всего за время войны было построено 53 лодки типа Т, из которых лишь 12 имели сварные корпуса. При этом для улучшения мореходных качеств было предложено сдвинуть носовые внешние аппараты на 7 футов назад. Но на этом модернизации и улучшения не закончились. Сначала все лодки имели 10 торпедных аппаратов, стреляющих вперед: 6 носовых внутри прочного корпуса, 2 носовых наружных, 2 в районе миделя. Чтобы дать возможность лодкам стрелять торпедами назад, миделевые аппараты развернули назад. Этого не хватило, и с июня 1940 года все лодки получили наружный торпедный аппарат в кормовой оконечности надстройки. Чтобы увеличить глубину погружения, была увеличена толщина прочного корпуса — с 15,8 мм до 19 мм. Кстати, пусть вас не удивляют такие странные цифры. Иногда, читая довоенные книги, удивляешься, встречая диаметр пробоины 139,7 мм, и гадаешь: кто же ее так точно измерил? Но потом вспоминаешь, что это всего лишь 4,5 дюйма — и все становится на свои места. Точно так же британские кораблестроители любят мерить толщину тонких листов в фунтах, а не в дюймах или линиях на крайний случай. Толщина 40-фунтового листа равняется 1 дюйму, то есть столько весит лист площадью 1 кв. фут. Вот и считайте дальше сами. Разумеется, сталь HTS была заменена на сталь S. Но на этом модернизации не закончились. Снова пришлось устанавливать внешние топливные цистерны, что увеличило запас топлива со 134 до 215 тонн. Чтобы ликвидировать возможные утечки из внешних цистерн, был установлен особый насос, создающий подсос примерно 2 фунта на кв. дюйм, чего хватало, чтобы ликвидировать течь из трещин до полуметра длиной. Был внесен ряд других изменений, в результате которых модернизированные лодки типа Т выглядели даже лучше, чем спроектированные с учетом военного опыта лодки типа А.

В январе 1940 года состоялось заседание под председательством командующего подводными силами, которое рассмотрело вопрос о пригодности существующих типов подводных лодок для действий в Северном море. Правда, так и хочется задать ехидный вопрос: а в каких морях собирался воевать Королевский Флот? Ну ладно, не будем придираться к мелочам. Теперь дошло дело и до лодок типа S, так как лодки Т считались слишком большими, а лодки U, наоборот, слишком маленькими. Они тоже начали расти в размерах, увеличился запас топлива, появились сварные корпуса. 76-мм орудия начали постепенно заменять на 102-мм. Особое внимание было уделено перспективе действий на Дальнем Востоке. Для установки систем кондиционирования пришлось снимать часть вспомогательных механизмов, так как эти лодки были заметно меньше типа Т. В июле 1941 года на новых лодках начали ставить кормовой внешний торпедный аппарат. Но здесь пришлось выбирать между более тяжелым орудием и кормовым торпедным аппаратом. Для лодок, которые планировали отправить на восток, решение было в пользу орудия, для лодок, остающихся в Европе, — в пользу торпед. В начале 1942 года на лодках типа S начали ставить эрликон взамен маломощных зенитных пулеметов, для чего пришлось убрать цистерну-отстойник. Под новую, более мощную радиостанцию пожертвовали частью кают-компании.

После начала войны на первый план вышли такие факторы, как скорость строительства новых кораблей и их максимальное количество. В июне 1941 года командующий подводными силами потребовал от Отдела кораблестроения представить проект малой подводной лодки, предназначенной для борьбы с торговым судоходством. Строительство новых лодок не должно было вызвать перебоев в реализации уже принятых кораблестроительных программ. Предполагалось, что новая лодка будет чем-то вроде упрощенного и удешевленного варианта лодок типа S, причем количество торпедных аппаратов уменьшалось до 4. Инженеры послушно представили 3 эскизных проекта. В это же время контролер Адмиралтейства потребовал представить проект малой лодки, пригодной для борьбы с флотом вторжения. Хотя, о каком плане «Seelowe» могла идти речь в конце июня 1941 года, после нападения Германии на Советский Союз? Но на флоте рассуждать не принято, и были готовы еще 3 эскизных проекта уменьшенных лодок типа U. Проекты были рассмотрены и отвергнуты, потому что были откровенно плохи и не сулили никаких выгод по сравнению с уже существующими лодками. Дело тихо заглохло.

Однако в октябре 1942 года Совет Адмиралтейства потребовал подготовить проект лодки, способной действовать на дальневосточном театре, то есть обладающей повышенной дальностью плавания и улучшенной обитаемостью. Была также предусмотрена установка шноркеля, который англичане называли «снорт». Проект был подготовлен в неслыханно короткие сроки и в феврале 1943 года уже утвержден. Так как лодки должны были иметь цилиндрический прочный корпус, в нем удалось разместить только 4 носовых торпедных аппарата, и для усиления залпа пришлось добавить еще 2 внешних. Впервые особое внимание было уделено понижению шумности лодки. Сначала было заказано 56 единиц нового типа. В конце 1944 года изменение военной обстановки привело к тому, что Адмиралтейство решило заказать еще 20 таких лодок, но вовремя остановилось. Более того, были отменены заказы на 30 строящихся лодок, причем все оставшиеся 16 вошли в строй уже после окончания войны. Были также спущены 2 аннулированные лодки — «Ас» и «Акейтес», которые в состав флота не вошли, а были использованы для проведения испытаний.

В начале 1944 года британская разведка сообщила, что немцы готовят новые подводные лодки с обтекаемым корпусом, что позволяло развить подводную скорость до 16 узлов. Речь шла о лодках XXI серии. Такие лодки могли превратиться в серьезную угрозу. В качестве одного из пунктов противодействия требовалось начать подготовку экипажей противолодочных кораблей к охоте на такие лодки. Также нужно было проверить работу асдика на повышенных скоростях. В результате Отдел кораблестроения занялся подготовкой переоборудования какой-нибудь лодки в скоростную подводную мишень. Для этого следовало наглухо заделать торпедные аппараты, снять орудие, заменить рубку на новую, обтекаемой формы, установить аккумуляторные батареи повышенной емкости. После недолгого обсуждения для переоборудования была выбрана лодка типа S «Сераф». Ее отправили на верфь в Девенпорте, и к августу 1944 года перестройка завершилась. Во время испытаний в сентябре лодка развила скорость 12,52 узла на перископной глубине по сравнению с 8,82 узла у однотипной лодки «Сахиб». Надводная скорость увеличилась до 16,75 узла. Но, разумеется, никакой боевой ценности «Сераф» не имел, в отличие от лодок XXI серии. Позднее аналогичным образом были переделаны лодки «Скептр», «Сатир», «Стейтсмен», «Селена», «Солент» и «Слейс».

Часть третья: послесловие

К 1945 году Великобритания имела многочисленный и совершенно устаревший подводный флот. Впрочем, особых поводов для расстройства не было. Точно в таком же положении оказались все остальные державы-победительницы. Немецкие лодки XXI и XXIII серий показали, что в области подводного кораблестроения Германия опередила своих противников на десятилетия. Поэтому победителям не осталось ничего иного, как заняться учебой и плагиатом. Для начала были перестроены несколько лодок типов Т и А, что позволило увеличить их подводную скорость до 15–17 узлов. Для этого была изменена форма корпуса, заменены аккумуляторные батареи и электродвигатели, мощность которых увеличилась в 4 раза. Но это были полумеры.

В начале 50-х годов англичане построили 2 экспериментальные лодки типа «Эксплорер», взяв за основу немецкую лодку серии XVIIB «Метеорит» с турбинами Вальтера, работающими на перекиси водорода. Эксперименты позволили в середине 50-х годов начать строительство новых лодок типов «Порпойз» и «Оберон», которые оказались исключительно удачными. Последние вообще считались лучшими в мире дизельными подводными лодками. Но, увы, их время уже прошло, настала эпоха атомных субмарин. Добавим лишь, что последняя из этих лодок — «Опоссум» — прослужила до 1993 года.

Испытания американской атомной подводной лодки «Наутилус» в 1955 году завершились полным триумфом. Но англичане по какой-то непонятной причине протянули с разработкой реактора для подводных лодок, и работы начались только в 1957 году, хотя решение строить атомные лодки было принято гораздо раньше. Кстати, в этом же 1957 году были заложены первые лодки типа «Оберон». В результате Адмиралтейству пришлось покупать в Соединенных Штатах реактор для своей первой атомной подводной лодки «Дредноут». Такое вынужденное решение привело к появлению необычного гибрида. В британский корпус была вставлена секция американской лодки типа «Скипджек», в которой размещался реактор. Лишь на последующих лодках типа «Вэлиант» удалось поставить британский реактор, зато и лодки получились крупнее «Дредноута», потому что реактор был более громоздким.

Королевский Флот все больше и больше попадал в зависимость от заокеанского «Старшего брата», как ни горько было это признавать британским адмиралам, кичащимся вековыми традициями. В 1962 году было принято судьбоносное, как сказали бы у нас, решение — передать функции ядерного сдерживания от Королевских ВВС Королевскому Флоту. Но для этого требовалось строить лодки с баллистическими ракетами, которых у Англии тогда не было. Впрочем, их нет и сейчас. Пришлось обращаться за помощью к американцам, и в начале 60-х годов началось строительство 4 подводных ракетоносцев типа «Резолюшн». Хотя за основу проекта были взяты вооруженные ракетами «Поларис» подводные лодки «Лафайет», британские лодки во многом отличались от американского прототипа. При проектировании корпуса были учтены уроки эксплуатации «Вэлиантов». Главным внешним отличием стало отсутствие рулей глубины, установленных на рубке. Английские инженеры решили, что преимущества такой конструкции не перевешивают недостатки. Отметим также, что самый тяжелый удар программе ядерного сдерживания Великобритании нанес собственный министр обороны Денис Хили. Лейбористское правительство рвалось продемонстрировать свое миролюбие, что привело к отмене строительства пятой лодки этого типа — «Резолюшн». В результате под вопросом оказалось постоянное патрулирование в океане хотя бы одного ракетоносца. Правда, все равно остается без ответа вопрос: кого и как могут сдержать эти самые несчастные 4 лодки?

Ударные атомные лодки типа «Свифтшур» были просто улучшенными «Вэлиантами», хотя более острые носовые обводы позволили установить лишь 5 торпедных аппаратов вместо 6. Зато «Трафальгары», официально числящиеся улучшенными «Свифтшурами», на самом деле представляют собой чуть ли не полностью новый проект.

Строить атомные подводные лодки — занятие дорогое. Выяснилось, что бывшей владычице морей оно не совсем по карману, и в 80-х годах было решено заменить стареющие лодки «Оберон» дизельными подводными лодками нового поколения — проект 2400, он же тип «Апхолдер». Лодки представляли собой уменьшенную копию «Трафальгара» с обычной машинной установкой. Планировалось построить 18 лодок нового типа, но… Опять эти проклятые финансы! В 1993 году программа усохла до 4 единиц.

Несмотря на модернизацию «Поларисов» по программе «Шевалин» и установку на них разделяющихся боеголовок, и ракеты, и лодки типа «Резолюшн» старели. Поэтому в начале 90-х годов началось строительство подводных ракетоносцев типа «Вэнгард», вооруженных ракетами «Трайдент II» D5. Именно они сейчас составляют основу ядерных сил Великобритании.

В 90-х годах началась разработка ударных подводных лодок нового поколения «Эстьют». Закладка киля этой лодки состоялась 31 января 2001 года. На ней присутствовали отставной вице-адмирал Артур Хезлет, в годы Второй Мировой войны командовавший подводной лодкой «Тренчант», и кавалер Креста Виктории капитан-лейтенант Иэн Фрезер, командовавший одним из миджетов, потопивших японский тяжелый крейсер «Такао» в Сингапуре. Это произошло через 100 лет после закладки киля лодки «Холланд № 1». Планируется постройка 5 таких лодок, причем известны имена следующих Двух — «Артфул» и «Амбуш». Однако судьба шестой лодки типа «Эстьют» пока висит в воздухе по тем же финансовым причинам.

Ну и, разумеется, следует добавить, что лишь британские атомные подводные лодки участвовали в настоящей войне. Это произошло в Южной Атлантике в 1982 году, когда «Конкерор» под командованием капитан-лейтенанта Рефорд-Брауна потопил аргентинский крейсер «Генерал Бельграно». Участие американских лодок в «подвигах» натовских зондеркоманд на Балканах и в Индийском океане мы войной называть воздержимся. Каратели — они каратели и есть, что в батальоне «Нахтигаль», что в составе USNavy. Недаром же Адольфа Буша сами немцы сравнивают с Джорджем Гитлером-младшим. Или я что-то путаю?

Часть четвертая: советская историография по-английски

У меня недавно имел место довольно жаркий спор с одним из читателей, который попрекнул меня тем, что я нападаю на советскую историографию. Мол, зачем пинать дохлого осла, ведь сегодня это не имеет особого смысла. Только вот читаешь самые свежие книги и понимаешь, что никакой другой историографии у нас пока что нет. Была она советская, советской и осталась. В конце концов, существует же Краснознаменный, ордена Октябрьской Революции Андреевский флаг крейсера «Аврора» — и никого это не смущает. Так почему вам кажется нонсенсом советская историография в «демократической» России? Никуда ведь не делись авторы вроде Гареева и тому подобных. Они благополучно продолжают публиковаться, лишь вместо Сталинских премий получают Букеровские. Почитайте свеженькую историю действий Российского флота в Первой Мировой войне: сильно она отличается от вышедшего чуть не полвека назад первого тома «Флота в Первой Мировой войне»?

У каждой медали имеется оборотная сторона. После безудержных восхвалений кое-кто ударился в столь же безудержное шельмование нашего прошлого. Такие историки тоже вполне заслуживают быть отнесенными к категории советских. Ведь лозунг-то до боли знакомый: «До основанья, а затем…» Самым наглядным примером такого подхода являются книги В. Бешанова. Читаешь и не можешь понять, как мы все-таки войну выиграли, если проиграли все сражения до единого. Нужен трезвый, взвешенный анализ, но его нет и в помине. Все заменяют бьющие фонтаном эмоции и разоблачительный пыл.

Впрочем, только ли у нас существует советская историография? Когда вы прочитаете книгу Пола Кемпа, то убедитесь, что не только у нас пели сладкоголосые соловьи вроде Дмитриева. Помните сборник сказок «Атакуют подводники»? Так вот, в Англии умеют заливать ничуть не хуже, если не лучше. Из книги ясно и недвусмысленно следует, что Первую Мировую войну выиграли британские подводные лодки. Ведь они ухитрились одержать победы аж в двух стратегических кампаниях — в Дарданеллах и на Балтике. Правда, если все турецкие перевозки в Мраморном море были полностью парализованы, почему же союзникам пришлось с позором убираться с полуострова Галлиполи? Ведь турецкая армия полностью лишилась подвоза. А действия англичан на Балтике и вообще поставили кайзеровскую Германию на колени. Где уж там барону Мюнхгаузену!

Впрочем, шутки в сторону. Прежде всего следует сказать, что эта книга характерна для 50-х годов прошлого века. («Прошлого века» — уже и так приходится говорить!) В ней вы найдете массу технических пояснений не самого высокого уровня, но в то время автор почему-то неявно предполагал, что читателю абсолютно не известно, что из себя представляет балластная цистерна. Можно отметить и несколько упрощенный подход к анализу событий, хотя от популярной литературы иного ожидать было бы трудно.

Отдельной проблемой является статистика. Не буду повторять навязшую в зубах шутку про статистику и варианты лжи. Скажу лишь, что сложно говорить о причинах гибели подводной лодки, если она пропала без вести со всем экипажем. Именно поэтому я привел более современные данные о гибели британских лодок, а не те, которые дал автор. Если потопленную лодку обнаружили в 70-х годах, то и причина гибели выяснилась тогда же. В 1952 году, когда писалась книга, можно было лишь употребить сакраментальное «вероятно». Но даже сейчас море продолжает хранить свои тайны. Например, до сих пор нельзя точно сказать, какая именно лодка погибла в артиллерийской дуэли с итальянской лодкой «Энрико Тоти» 15 октября 1940 года. В одних источниках говорится, что это была «Рэйнбоу». Другие, не менее авторитетные, утверждают, что «Триад». А «Рэйнбоу», дескать, стала жертвой таранного удара итальянского транспорта «Антониэтта Коста». Причем и те, и другие уверенно цитируют документы (не все, разумеется, а только нужные) и ссылаются на показания свидетелей (старательно подобранных). Вам это ничего не напоминает?

Часть пятая: похвала глупости

«Я швырнул эту груду макулатуры в угол. Ну что за тоска! Дурака лелеют, дурака заботливо взращивают, дурака удобряют и не видно этому конца… Дурак стал нормой, еще немного — и дурак станет идеалом, и доктора философии заведут вокруг него восторженные хороводы. А газеты водят хороводы уже сейчас. Ах, какой ты у нас славный, дурак! Ах, какой ты бодрый и здоровый, дурак! Ах, какой ты оптимистичный, дурак, и какой ты, дурак, умный, какое у тебя тонкое чувство юмора, и как ловко ты решаешь кроссворды!.. Ты, главное, только не волнуйся, дурак, все так хорошо, все так отлично, и наука к твоим услугам, дурак, и литература, чтобы тебе было весело, дурак, и ни о чем не надо думать… А всяких там вредно влияющих хулиганов и скептиков мы с тобой, дурак, разнесем (с тобой, да не разнести!). Чего они, в самом деле? Больше других им надо, что ли?..»

В который раз книга оказалась умнее автора, пусть он даже гений. Я полагаю, что Стругацким и в кошмарном сне не могло привидеться, что «Хищные вещи века» дадут фотографически точное изображение сегодняшней России. Вы думаете, что я буду говорить о модных ныне ток-шоу на разнокалиберных телеканалах? Нет, ни в коем случае, хотя их-то эта цитата припечатывает, как каиново клеймо. Нет, ситуация много сложнее. Приходится констатировать тотальную деградацию интеллектуального уровня общества, причем деградацию, старательно насаждаемую и поддерживаемую сверху. И состояние исторической литературы — лишь один из признаков этого стремительно прогрессирующего упадка, причем далеко не самый заметный и отнюдь не самый важный. Просто мне он как-то ближе и понятнее остальных.

Поменялись многие ориентиры, растаял в тумане казавшийся незыблемым маяк «Краткого курса ВКП(б)». Вместо сухих академических работ на горизонте возникли лихие книжки Бунича и Суворова. Самое интересное, что я не стану безоговорочно осуждать их. «Книжки всякие важны, книжки всякие нужны». И если какие-нибудь «Корсары кайзера» помогут доселе равнодушному человеку заинтересоваться историей, — это ведь хорошо. Но, на всякое «хорошо» имеется свое «плохо». Плохо, когда на Буниче интерес и останавливается. И уж совсем никуда не годится, когда подобные книги начинают цитировать, когда на них принимаются ссылаться. Ведь никому в голову не придет в списке источников приводить журнал «Мурзилка». Зато на «Корабль его величества «Улисс» — запросто можно. Сначала это совершенно серьезно делает адмирал Головко в своих мемуарах. Но, лиха беда начало, и сейчас в Интернете вдруг разгорается обсуждение нюансов схватки «Улисса» и «Хиппера». Причем вот на таком уровне: «Раздолбали конвой PQ, а номер я не помню…» М-да, почему бы не обсудить тактические построения деревянных солдат Урфина Джюса? Тоже плодотворная тема. Уже два месяца эти «знатоки» с пеной у рта спорят о способах корректировки по знакам падения стрельбы на 250 кабельтовых. Господа морские артиллеристы, вы хоть понимаете, о чем идет речь?

Вообще-то, пока читаешь у Суворова комментарии к «трудам» лампасоносных историков, описывающих Великую Отечественную с точностью плюс-минус 5 армий, все нормально. Зато гипотезы (назовем это по возможности мягко) самого новоявленного Клаузевица вызывают определенное сомнение (мы же договорились быть мягкими и снисходительными). Однако приходится разбираться даже с такими книгами, и вот на сцене появляется критик. От несчастных авторов летят пух и перья, камня на камне не остается. Вот здесь у Суворова запятая криво поставлена. Вот тут Бунич немую h в транскрипции прочитал. Нет, шутки в сторону, к этим авторам можно — и нужно! — предъявлять самые серьезные претензии, благо они сами подставляются более чем часто. Но в этом случае критик должен быть, как жена Цезаря, выше всяких подозрений. А что, если он сам слегка того? Или даже не слегка?

Я позволю себе привести кое-что из трудов одного критика, чтобы вы могли более ясно представить уровень подобной литературы. «Они зажгли ратьерские фонари и начали стрелять через амбразурные зеркала башен до полного истощения снарядных бункеров». Жирным шрифтом выделены цитаты, которые я лишь увязал в единую осмысленную фразу. Вот таков уровень наших критиков. Причем я не говорю о случайных ошибках или опечатках. От этого не застрахован никто, даже я сам. Нет, речь идет о систематически повторяющихся, м-м, неточностях (мягче надо, мягче). Хотя придираться к российским авторам было бы несправедливо. Книги зарубежных историков подобными откровениями нашпигованы ничуть не менее густо. Или правильно писать: «историков»? Как вы полагаете?

Поместить залив Фёрт-оф-Морей за западное побережье Шотландии — чем плохо? Мы уже совершенно не удивляемся тому, что германская подводная лодка захватывает в Средиземном (!) море приз и благополучно конвоирует его в Гамбург. Как нечто нормальное воспринимаем опасения командира субмарины, как бы ему из пистолета не прострелили прочный корпус. (Господа критики, не цепляйтесь! Прочный корпус у субмарины, а не у командира!) Хотя отдельные перлы все равно заставляют вздрагивать. Вот читаешь историю наполеоновских войн и с ужасом видишь, что Висленский легион польского корпуса вдруг превращается в легион генерала Вистулы. А что? Ведь в оригинале черным по белому написано: Vistulalegion. Или какой-нибудь полк Шеволегера. Пес его знает, кто такой chevau-legers… А вдруг действительно генерал, да еще и барон. После такого начинаешь понимать редактора, который рекомендует объяснять, кто такой Форин Офис и когда поднимают Андреевский флаг. И все это — далеко не предел. Вот возьмите русскую версию компьютерной игры «Эпоха империй» и попытайтесь повторить подвиги Жанны д'Арк. Так вас сразу ошарашат сообщением, что французский историк Гия Йосселиани… Да, прямо-таки коренной парижанин, наш Гия.

И все-таки это здорово, что существует подобная литература. Узнаешь массу нового, да и посмеяться время от времени не мешает. Словом, читайте на здоровье!

А. Больных

Оглавление книги

Оглавление статьи/книги
Реклама

Генерация: 0.365. Запросов К БД/Cache: 3 / 1