Морская пехота в царствование императрицы Елизаветы Петровны

1741–1761 гг.

25 ноября 1741 г. на престол взошла дочь Петра I — императрица Елизавета Петровна, которая обратила внимание на бедственное состояние морских полков. Для их пополнения 5 февраля 1743 г. она назначила солдат Бакинского, Дербентского, Дагестанского и Сальянского пехотных полков «по способности их к морской службе, для того, что оные в Персидском корпусе, а потом в Турецкую войну в Азовской экспедиции служили и по нескольку кампаний на тамошних морях бывали, почему уже к оной морской службе частию приобыкли». Однако, несмотря на это пополнение, дни морских полков были уже сочтены.

Идеологической основой правления императрицы Елизаветы стала преемственность деяний Петра I.

Императрица Елизавета Петровна. Портрет кисти К. Ванлоо. 1760 г. <emphasis>(ГМЗ «Петергоф»).

Императрица Елизавета Петровна. Портрет кисти К. Ванлоо. 1760 г. <emphasis>(ГМЗ «Петергоф»).

Поэтому, приступая к реформам, она именным указом 2 апреля 1743 г. объявила свое намерение «флот содержать во всем на основании, учиненном Ее Императорского Величества от Государя родителя блаженной и вечной славы достойной памяти Государя Императора Петра Великого»[24]. В соответствии с этим Адмиралтейская коллегия 10 марта 1744 г. представила новое флотское расписание, по которому морские полки упразднили и возродили «петровску» систему, существовавшую до 1733 года. Морская пехота снова стала состоять из Адмиралтейского батальона, трехротного Галерного батальона и корабельной солдатской команды общей штатной численностью 5735 человек Нельзя сказать, чтобы эта реформа являлась серьезно продуманной. Политические устремления оказались сильнее разумных доводов, изложенных в докладе Воинской морской комиссии 1733 года. Решениями 1744 года в развитии морской пехоты был сделан скорее шаг назад, нежели вперед. Тем не менее, эта система просуществовала 20 лет.

К сожалению, петровская суть в преобразовании морских солдат оказалась только внешней. Вместе с прежней структурой солдатская команда и батальоны не получили от императрицы должной заботы. К постоянной нехватке нижних чинов добавился еще острый некомплект офицеров. С 1743 года чинопроизводство на флоте было приостановлено. В результате к 1748 году в солдатской команде не хватало более половины офицеров. Тогда Адмиралтейская коллегия решила до утверждения императрицей самостоятельно назначить 50 лучших унтер-офицеров на должности прапорщиков. Этот необходимый шаг вместо поощрения вызвал осуждение верховной власти. В 1750 году Сенат отменил решение коллегии и велел наказать виновных в самочинном производстве. Не удивительно, что дальнейшее комплектование «солдатской команды» офицерами испытывало большие трудности. Впрочем, это была общая проблема морской службы. Как отмечалось в одном из докладов, «кроме бедных дворян, по большей части поневоле записанных, и детей во флоте служащих офицеров, нет никого, кто бы в оную вступить отважился».

В таком состоянии Балтийский флот встретил Семилетнюю войну 1756–1763 гг. Несмотря на все проблемы, русские корабли совершали боевые походы к берегам Швеции, Дании, Померании. Но для морских солдат главными стали действия под крепостью Кольберг, прикрывавшей с северо-востока подступы к внутренним областям Прусского королевства. Долгое время российским войскам не удавалось взять этот важный пункт. 15 августа 1760 г. к крепости подошла эскадра адмирала З.Д. Мишукова и 17 августа высадила десант — 700 морских солдат при 5 пушках и 2 единорогах под общим командованием капитана А. Секерина. Десант закрепился на берегу, и 19 августа Мишуков велел свезти с кораблей всех морских солдат. Операция развивалась успешно. Построив лагерь, десант 28 августа атаковал прибрежную прусскую батарею в устье реки Перзанте и штурмом взял ее. Но 7 сентября небольшой отряд противника внезапно контратаковал батарею, застал русские войска врасплох и захватил ее сходу. Распространился слух, что к пруссакам подошли большие подкрепления. В войсках началась паника: «солдаты, пришед единожды в робость и заметание, ружья свои кидали и на корабли бросались». Хотя к вечеру батарею отбили, Мишуков решил срочно эвакуировать десант. В неоправданной спешке оставшееся на берегу имущество, палатки и провиант сожгли, а пороховой погреб взорвали. Уже 9 сентября эскадра отплыла в Кронштадт. После этого сухопутная армия вынуждена была также отойти на зимние квартиры.

Фрагмент плана действии эскадры адмирала З.Д. Мишукова под Кольбергом в августе — сентябре 1760 г. (РГА ВМФ). На плане изображена прусская батарея в устье реки Перзанте, захваченная десантам 28 августа 1760 г.

Фрагмент плана действии эскадры адмирала З.Д. Мишукова под Кольбергом в августе — сентябре 1760 г. (РГА ВМФ). На плане изображена прусская батарея в устье реки Перзанте, захваченная десантам 28 августа 1760 г.

Подполковник Морского кадетского корпуса Софрон Борисович Шубин. Портрет кисти Г. Сердюкова. 1774 г. (ГРМ). В 1760 г. С.Б. Шубин в чине капитан-лейтенанта участвовал в Кольбергском десанте.

Подполковник Морского кадетского корпуса Софрон Борисович Шубин. Портрет кисти Г. Сердюкова. 1774 г. (ГРМ). В 1760 г. С.Б. Шубин в чине капитан-лейтенанта участвовал в Кольбергском десанте.

Действия Мишукова вызвали осуждение в Петербурге, где его признавали главным виновником того, что «предприятие наше на Кольберг желанного успеха не имело, но обратилось паче к некоторому предосуждению победоносного нашего оружия». Также отмечалось, что «солдаты и матросы достойны были б жесточайшего наказания». Императрица велела «объявить, что они действительно смертной казни достойны, но что из милосердия нашего ныне только прощаются с тем, чтоб при другом случае лучше то заслужить старались». Государыня простила и Мишукова, полагая, что «адмирал Мишуков справедливое наше неудовольствие уже довольно чувствует». Но в следующем году командование эскадрой поручили уже вице-адмиралу А.И. Полянскому. В конце концов, по решению Военной коллегии от 18 декабря 1763 г. за провал операции под Кольбергом был наложен штраф на командовавшего арьергардом флота вице-адмирала С.И. Мордвинова, обер-цейхместера И. Демидова и капитана 2 ранга А.Е. Шельтинга.

В августе 1761 г. осаду Кольберга возглавил генерал-поручик граф П.А. Румянцев. Как и в предыдущую кампанию, российская эскадра подошла к крепости и 22 августа свезла на берег десант из 2012 морских солдат и матросов с офицерами при 19 пушках и 51 мортирке. Солдаты высаживались у деревни Инкенаген в полном боевом снаряжении. Из матросов половина имела ружья со штыками и соответствующей амуницией, вторая же часть была вооружена пиками и пистолетами. Каждому солдату и матросу отпускалось 50 патронов. Кроме того, десант снабжался лопатами и топорами «для случающихся на берегу работ». Общее командование морским отрядом осуществлял капитан 1 ранга Г.А. Спиридов, считаясь «за полковника». Подполковником значился капитан 2 ранга М.Б. Лебедяников. Высадившись у деревни Инкенгаген, десант поступил в подкрепление отряда бригадира А.И. Неведомского (Углицкий пехотный полк, батальоны Миллера и Игельстрома) на правом фланге русской позиции. Г.А. Спиридов приложил немало усилий, чтобы организовать солдатскую команду на берегу. По традиции была составлена гренадерская рота под командованием лейтенанта П.И. Пущина, а также по примеру войск Румянцева выбрана сотня матросов и солдат в стрелки. Вместе с сухопутными частями стрелки и гренадеры ежедневно вели бой в большом Боденхагенском лесу, выгнав из него пруссаков. Остальные десантники активно использовались для выгрузки провианта и строительства укреплений. Матросы построили и обнесли палисадом двойной редут на 32 орудия («штерн-шанц»).

6 сентября русский правый фланг предпринял атаку на приморскую батарею врага. Спиридов находился вместе с Неведомским и руководил своими войсками. 600 морских солдат (в том числе гренадерская рота Пущина), 300 матросов и 30 канониров с мортирками вместе с пехотой взяли укрепление штурмом, захватив 7 пушек, 3 прусских офицеров и 190 нижних чинов. После удачного штурма Неведомский заболел, и его сменил бригадир С.Д. Дурново. Чтобы закрепить успех, между захваченной батареей и следующим вражеским укреплением матросы и солдаты построили новую русскую батарею.

Между тем погода начала стремительно портится, и 15 сентября вице-адмирал А.И. Полянский стал сажать десант обратно на корабли. 19 сентября Румянцев велел Дурново отпустить всех морских солдат и матросов с артиллерией.

Генерал-фельдмаршал граф Петр Александрович Румянцев-Задунайский. <emphasis>Портрет кисти неизвестного художника 1770-е гг. (ГИМ). Выдающийся русский военачальник. В 1761 г. в чине генерал-поручика успешно руководил осадой Кольберга.

Генерал-фельдмаршал граф Петр Александрович Румянцев-Задунайский. <emphasis>Портрет кисти неизвестного художника 1770-е гг. (ГИМ). Выдающийся русский военачальник. В 1761 г. в чине генерал-поручика успешно руководил осадой Кольберга.

Адмирал Григорий Андреевич Спиридов. Портрет кисти неизвестного художника 1770-е гг. (ГИМ). В августе-сентябре 1761 г. в чине капитана 1 ранга возглавлял морской десант под Кольбергом. 6 сентября лично руководил атакой прусской береговой батареи и отличился при ее взятии штурмом.

Адмирал Григорий Андреевич Спиридов. Портрет кисти неизвестного художника 1770-е гг. (ГИМ). В августе-сентябре 1761 г. в чине капитана 1 ранга возглавлял морской десант под Кольбергом. 6 сентября лично руководил атакой прусской береговой батареи и отличился при ее взятии штурмом.

План атаки крепости Кольберг эскадрой вице-адмирала А.И. Полянского. 1761 г. (РГАДА).

План атаки крепости Кольберг эскадрой вице-адмирала А.И. Полянского. 1761 г. (РГАДА).

Большая часть десанта вместе с Г.А. Спиридовым погрузилась на суда эскадры, отправившейся 27 сентября в Россию. По просьбе Румянцева у Кольберга остались 618 морских солдат с офицерами под прикрытием кораблей «Варахаил», «Нептунус» и фрегата «Святой Михаил». Последние десантники сели на корабли 7 октября 1761 г. и 28-го числа того же месяца прибыли в Кронштадт.

За месяц боев морские солдаты внесли существенный вклад в осаду Кольберга. Операции десанта серьезно помогли правому русскому крылу, а взаимодействие морских и сухопутных частей заслужило высокую оценку. За отличные действия морских команд под Кольбергом граф Румянцев выдал капитану Спиридову особый аттестат. В итоге совместных усилий 5 декабря 1761 г. крепость капитулировала. Русским достались 2929 пленных солдат и офицеров, 45 знамен, 3 штандарта, 146 крепостных орудий и много имущества. Дорога в Пруссию была открыта. Но известие об этой победе пришло в Петербург слишком поздно. 25 декабря 1761 г. императрица Елизавета Петровна скончалась.

Вступивший на престол внук Петра I — Петр III — почитал не своего великого предка, а прусского короля Фридриха II. Новый император тут же прекратил военные действия в Пруссии. Снова была создана комиссия «для приведения в лучшее состояние флотов». Император желал, «чтобы сделать и во всегдашней исправности содержать такой флот, который бы надежно превосходил флоты прочих на Балтийском море владычествующих держав». Но и в этот раз благим начинаниям не суждено было сбыться. В результате дворцового переворота 28 июня 1762 г. Петр III оказался низложен, и на престол вступила его жена — императрица Екатерина. В истории России и флота начиналась новая эпоха — «золотой век Екатерины».

Похожие книги из библиотеки

Асы люфтваффе пилоты Fw 190 на Западном фронте

Первую информацию о появлении в воздухе немецкого истребителя нового типа командование RAF почерпнуло из рапортов своих летчиков-истребителей. В сентябре 1941 г. многие пилоты стали докладывать о столкновениях с одномоторными самолетами, оснащенными двигателями воздушного охлаждения. Летчики ошибочно идентифицировали их как французские истребители Блок-151 или американские Кертисс «Хок-75». Привыкнув к преимуществу своих истребителей, англичане не могли поверить, что на вооружении люфтваффе может появится самолет лучший, чем истребители RAF.

Сомнения окончательно рассеялись 13 октября 1941 г. В этот день летчик «Спитфайра» из 129-й эскадрильи RAF заснял фотокинопулеметом таинственный самолет. В разведотделе британских ВВС установили: это — новейший истребитель Фокке-Вульф Fw-190.

Прим.: Полный комплект иллюстраций, расположенных как в печатном издании, подписи к иллюстрациям текстом.

Отечественные противотанковые комплексы

Аннотация издательства: В данном издании широкому кругу читателей впервые представлена полная история отечественного противотанкового ракетного оружия за период с конца 40-х годов и до наших дней. Книга богато иллюстрирована уникальными фотографиями и оригинальными схемами, ранее не публиковавшимися в печати. Материал подготовлен на основе открытых публикаций и архивных данных, собранных автором.

Прим. OCR: Известная серия популярных справочников.

Палубный истребитель Грумман F4F «Уайлдкэт»

Выпуск № 2 за 2011 г. журнала «Авиаколлекция» — приложения к журналу «МОДЕЛИСТ-КОНСТРУКТОР» — знакомит с американским палубным истребителем Грумман F4F «Уайлдкэт», активно использовавшимся в период Второй мировой войны.

Линейные корабли типа "Курбэ". 1909-1945 гг.

Серия книг "Линейные корабли Франции" посвящена истории создания, строительства и службы линейных кораблей французского флота XX века. В книге, являющейся первой частью серии, рассказывается об истории первых французских дредноутов – линейных кораблей типа "Курбэ".

Корабли этого типа явились логическим завершением эволюции развития французских эскадренных броненосцев. В проекте "Курбэ" слились и концепция All big gun ship, и идеи национальной конструкторской школы Эмиля Бертена, и жесткие строительные ограничения.

За свою долгую службу линкоры типа "Курбэ" подвергались многочисленным модернизациям, участвовали во второй мировой войне. Одному из кораблей этого типа – "Парижу" удалось дожить до 50-х годов XX века. А "Франс" и "Жан Бар" дважды побывали в России: в союзной, императорской – в 1914 г. и охваченной огнем гражданской войны – в 1919 г.

Прим. OCR: Врезки текста выделены жирным шрифтом.