Глав: 9 | Статей: 54
Оглавление
Книга посвящена истории автобронетанковых войск Красной Армии. Особое внимание автор уделяет действиям механизированный корпусов РККА и период трагических событий лета 1941 г., когда происходило танковое сражение в районе Дубно, «Лепельский контрудар» 5-го и 7-го мехкорпусов. В предлагаемой книге впервые подробно описывается боевой путь каждого механизированного корпуса, проведена обширная информация по оргструктуре, комсоставу, формированию механизированных частей, наличию техники и вооружения.

Книга снабжена приложениями и будет интересна как специалистом, так и любителям военной истории.

empty-line

3

Дальний Восток

Дальний Восток

58-я танковая дивизия[169]

В июле — августе 1941 года после расформирования 30-го мехкорпуса 58-я танковая дивизия находилась в составе 1-й армии и прошла переформирование по сокращенным штатам июля 1941 года. Высвободившаяся техника была обращена на формирование Уссурийской танковой дивизии, впоследствии 2-й танковой.

В связи с тяжелым положением действующей армии осенью 1941 года было решено перебросить ряд кадровых дивизий Дальнего Востока на фронт. 58-я танковая дивизия, согласно директиве Ставки ВГК от 12 октября 1941 года, должна быть отправлена в общем направлении на Москву — начиная с 19 октября, с темпом 12 эшелонов в сутки.

Прибыла на Западный фронт в конце октября — начале ноября. Разгружалась в Клину, затем была отправлена под Волоколамск, где заняла оборону на случай прорыва противника. Боев дивизия не вела. В середине ноября дивизия передана в состав 16-й армии.

16-я армия, выполняя приказ командующего Западным фронтом генерала армии Жукова, в ночь с 15 на 16 ноября произвела частичную перегруппировку и с 10:00 16 ноября 1941 года перешла в общее наступление с задачей уничтожения Волоколамской группировки противника (106-я и 35-я пд, 2-я тд) и овладения рубежом Волоколамск, станция Волоколамск. Одновременно немцы также перешли в наступление в полосе 16-й армии, но на других направлениях.

В наступлении 16-й армии участвовала и 58-я танковая дивизия. К полудню 16 ноября она овладела районом Блудни, Бортники. 17 ноября дивизия продолжала наступать; в результате упорного боя 58-й мотострелковый и 117-й танковый полк овладели Хрулево и Спасом, 116-й танковый полк вел бой на подступах к Масленниково.

В этих боях дивизия понесла значительные потери. Только за два дня наступления, 16 и 17 ноября, было потеряно 139 танков из 198 имевшихся[170].

После этих событий командир дивизии генерал-майор танковых войск Александр Андреевич Котляров застрелился. Командование дивизией принял на себя ее комиссар — полковой комиссар Говоруненко. Личному составу было объявлено, что командир погиб от прямого попадания снаряда в блиндаж.

В ночь на 18 ноября дивизия была передана в состав 30-й армии, которая сама вошла в состав Западного фронта только 17-го числа. Дивизия, как вспоминает бывший начальник штаба армии генерал-майор Хетагуров «…действовавшая ранее на правом фланге 16-й армии. В боях с 4-й танковой группой эта дивизия понесла большие потери и имела всего 15 танков, 5 орудий и не более 1000 человек личного состава».

После неудачного наступления 58-я танковая дивизия начала отход в направлении Клина. К 14:30 18 ноября она сосредоточилась в районе Головково.

20 — 21 ноября часть сил дивизии совместно с 18-й кавалерийской дивизией (генерал-майор П. С. Иванов) вела бои в районе Завидово, Шестаково. Остальные подразделения 58-й дивизии совместно с частями 107-й мотострелковой дивизии сдерживали противника, прорывавшегося в районы Спас-Заулок и Решетниково.

22 ноября дивизия в составе 15 танков, 5 орудий и 350 штыков вела бой в районе Селявино. В этот день 6 танков, приданных 107-й моторизованной дивизии полковника Чанчибадзе, были потеряны в районе Большого и Малого Бирево в боях с германской 14-й моторизованной дивизией. Захватив Бирево, Минино и Березино, немцы угрожали разорвать левый фланг 30-й армии. Для обороны рубежа Боршево, Клин и для недопущения прорыва противника через Ямугу был организован левый боевой участок 30-й армии в составе 58-й танковой, 24-й и 12-й кавалерийских, 107-й мотострелковой дивизий. Участок возглавил полковник Чанчибадзе. В районе Ямугн и Клина сосредотачивалась 25-я танковая бригада.

Сама Ямуга была захвачена вечером 22 ноября 7-й танковой дивизий 56-го моторизованного корпуса вермахта. После оставления этого района 58-я и 107-я дивизии отошли на рубеж Майданово, Маланино, к утру 24 ноября — к Воронино (12 км северо-восточнее Клина). Захватившая плацдарм на реке Лутосня в районе Воронино 14-я моторизованная дивизия немцев отбила все контратаки наших частей, командование дивизии сообщило о 8 подбитых советских танках.

К 6 утра 25 июня противник, встретив упорное сопротивление частей 8-й танковой бригады, 58-й танковой и 107-й мотострелковых дивизий на рубеже Красильня, Гафидово, Русино, Спас-Коркодинино, начал обходить части армии в юго-восточном направлении. Прорвав оборону правого фланга 16-й армии, к 15 часам немцы вышли к Чумичеву и Чайникову, а к исходу дня они овладели Бортниково, Красильней, Русино, Спас-Коркодино, развивая наступление на Рогачево. Остатки 58-й танковой дивизии с 8-й танковой бригадой, 107-й мотострелковой и 24-й кавалерийской дивизиями отошли и заняли оборону на рубеже Починок, Чернеево, Петровка, Покровское, Поповское.

Из журнала боевых действий 24-й кавалерийской дивизии: «В районе Дорошево 58 ТД, почти не оказывая сопротивления противнику, вышла из боя и отходила в направлении Покровская, Михалево, оголяя левый фланг 24 КД, чем и достойно заслужила оценку командарма-30, как позорно покинувшая фронт и оставившая без боя Дорошево, Покровская, Чумичево. 4 танка ее, приданные 18 КП, при овладении Петровка также действовали бесславно. Один из них, зайдя на минное поле, усеянное противопехотными минами, взорвал себе гусеницу и ведущее колесо (о существовании поля был предупрежден). Второй был подбит артиллерией противника, оставшиеся два, на одном из которых командовал начальник штаба 58 ТД, бросили 18 КП под Петровка и самостоятельно ушли с поля боя в неизвестном направлении».

К исходу 26 ноября 58-я дивизия вела бой западнее Михалево (юго-восточнее Рогачево). Оставив Рогачево, остатки 58-й, 107-й и 24-й дивизий отошли в район Синьково, Юрьево, Пулиха.

Разрозненные части 58-й танковой, 107-й мотострелковой, 17-й кавалерийской дивизий 30-й армии выходили к своим с 27 ноября в полосе 29-й стрелковой бригады 1-й ударной армии на рубеже Дмитров, Яхрома. Вышедшие подразделения 58-й танковой дивизии сосредотачивались на восточном берегу канала Москва — Волга. K 5 декабря остатки дивизии переброшены в район Глебово.

В декабре 1941 года на базе дивизии была сформирована 58-я танковая бригада, которую возглавил бывший комбат из 107-й мотодивизии подполковник Н. В. Моргунов. 116-й танковый полк был переформирован в 116-й танковый батальон бригады, 117-й танковый полк — в 117-й танковый батальон.

60-я танковая дивизия[171]

В июле — августе 1941 года после расформирования 30-го мехкорпуса 60-я танковая дивизия в составе 15-й армии прошла переформирование по сокращенным штатам. Высвободившаяся техника была обращена на формирование Амурской танковой дивизии, впоследствии 1-й танковой.

12 октября 1941 года 60-я танковая дивизия получила приказ об отправке соединения в действующую армию. Погрузка в эшелоны назначалась на 14 октября, при темпе отправления 12 эшелонов в сутки. Станцией назначения была Москва. В пути следования, эшелоны с дивизией были перенацелены на северо-запад — в состав 4-й отдельной армии.

60-я танковая дивизия прибыла на станцию Тихвин 29 октября 1941 года. В процессе выгрузки часть подразделений дивизии попала под авиационную бомбардировку. Поэтому сразу после выгрузки соединение направили в лес юго-западнее Тихвина (район Мелегежской Горки).

В соответствии с приказом Ставки о восстановлении фронта по линии реки Волхов и ликвидации прорвавшегося противника, командующий 4-й армией 29 октября 1941 года решил создать на своем левом фланге ударную группу в составе 4-й гвардейской, 191-й, 44-й и 92-й стрелковых, 27-й кавалерийской дивизий и 60-й танковой дивизии. Группа должна была выйти на рубеж станция Пчевжа, Будогощь, Зеленщина и в дальнейшем, развивая удар, овладеть переправами через Волхов у населенного пункта Грузино. В центр боевого порядка группы выделялась 4-я гвардейская стрелковая и 60-я танковая дивизии.

Роль 60-й танковой дивизии в боях на подступах к Тихвину и в разгроме противника на правобережье Волхова в советской историографии весьма искажена. Принято упоминать это соединение мимоходом, добавляя: «с незначительным количеством танков». Делалось это многими авторами для одной-единственной причины — оправдать захват немцами Тихвина слабостью советских войск, их малочисленностью.

Между тем, это не соответствовало действительности. Ставка ВГК направила под Тихвин достаточно мощные силы, предназначенные для предотвращения прорыва немцев к Свири, навстречу финнам, и создания второго кольца вокруг Ленинграда.

60-я танковая дивизия после выгрузки из железнодорожных эшелонов по списку на 1 ноября 1941 года имела 6044 человека личного состава и 179 танков (БТ-7 — 13, Т-26 — 139, ХТ — 25, Т-37 — 2), а также 31 бронеавтомобиль. Кроме того, в состав 4-й отдельной армии прибыла 92-я стрелковая дивизия со штатными 50-м разведывательным и 388-м танковым батальонами, имевшими 78 танков (в том числе 15 Т-37) и 5 бронемашин. В период напряженных боев на ближайших подступах к Москве для резервов Ставки это была большая жертва.

Намеченное командующим 4-й армией генерал-лейтенантом Яковлевым контрнаступление предусматривало переход в атаку ударной группы 3 ноября 1941 года. 2 ноября Ставка утвердила время начала наступления. Но штаб 4-й армии не смог оперативно организовать взаимодействие войск к этому сроку. Были неверно определены силы противника (в сторону их завышения), в связи с чем командование не сумело правильно распределить силы армии. Вместо массированного применения танкового соединения на главном направлении для развития успеха и быстрого выполнения задачи, генерал Яковлев передал в состав 191-й и 4-й гвардейской стрелковых дивизий по танковому батальону из состава 60-й танковой дивизии, оставив ее основные силы в районе Тихвина. А 92-я дивизия со своими танками к этому времен и еще не успела сосредоточиться и предназначенном ей районе[172].

Таким образом, наступление армии началось одной пехотой, при слабой артиллерийской поддержке. Несмотря на это, стрелковые дивизии добились заметного успеха. Как вспоминает командующий артиллерией 4-й армии полковник Дегтярев, советские войска были весьма близки к перелому ситуации в свою пользу, однако 60-я танковая дивизия продолжала стоять в бездействии.

Командующий 4-й армией решился на боевое использование своего танкового соединения только 4 ноября 1941 года, когда основные силы дивизии (120-й танковый, 60-й мотострелковый и 60-й гаубичный полки) выступили из района Мелегежской Горки маршем в район Крестцы — Будогощь, в полосу действий 92-й стрелковой дивизии. В соответствии с замыслом командующего, 60-я дивизия должна была наступать во взаимодействии с 92-й стрелковой дивизией. Обеим дивизиям предстояло действовать в узком (6–8 километров) дефиле между огромными болотами — хотя это могло привести к большому «скучиванию» войск и, как следствие, весь район дефиле мог стать отличной мишенью для авиации противника, которая господствовала в воздухе.

Марш протяженностью около сотни километров проходил в исключительно сложных условиях. Единственная на этом направлении дорога оказалась забитой тылами и войсками, причем объездные пути как таковые отсутствовали — сразу за обочинами дороги начинались леса и болота, непроходимые для техники. Командованию армии приходилось вмешиваться в ускорение продвижения дивизии приказным порядком. Например, в полосе 92-й стрелковой дивизии к утру 6 ноября 1941 года единственная для соединения дорога Тальцы — Шарья — Красная Горка была очищена от различных машин и тылов для «беспрепятственного прохождения полков 60-й танковой дивизии».

Однако никакими приказами невозможно было исправить состояние совершенно разбитых дорог после прохождения по ним большого количества техники. По этим причинам 60-я танковая дивизия смогла выйти головой колонны в район Колпино только 7 ноября. Даже 8 ноября 1941 года, когда 92-я стрелковая дивизия создала предпосылки для ввода в бой танков, генерал-майор Попов информировал командира 92-й дивизии полковника Ларичева, что танкисты не смогут сосредоточиться в Смолино 9 ноября, как того требовала обстановка. Дальнейшее продвижение 60-й танковой дивизии было невоэможно из-за застревания в грязи машин, а также отсутствия горючих и смазочных материалов.

В период с 1 на 9 ноября 1941 года, когда советское танковое соединение сначала бездействовало, а затем совершало длительный — и, как оказалось, бесполезный — марш на левый фланг 4-й армии, противник смог справиться с кризисом на тихвинском направлении, вызванным контрударом советских войск, подтянуть дополнительные танковые силы и овладеть городом Тихвином.

Тем временем на дорогах от Верхнего Заозерья до Колпино растянулись без горючего основные силы 60-й танковой дивизии. Более 10 суток, в самое тяжелое для 4-й армии время, эти части не принимали участия в боях. Исключение составляли 20 танков из 121-го танкового полка, действовавшие на подступах к Тихвину в составе 44-й стрелковой дивизии.

9 ноября Ставка приказала повернуть главные силы 92-й стрелкового и 60-й танковой дивизий на тихвинское направление, оставив восточнее Будогощи заслон «достаточной силы». Атаки 92-й стрелковой дивизии на Будогошь были прекращены, а подразделения 60-й танковой дивизии на дороге повернуты на 180 градусов.

10 ноября 1941 года в связи со сменой командования 4-й армии произошла реорганизация ее войск. Были образованы три оперативные группы, объединившее войска на разных операционных направлениях. Обстановка к 10 ноября сложилась таким образом, что дорога, на которой встали машины 60-й дивизии, стала прифронтовой. Поэтому части 60-й танковой дивизии были переданы в подчинение тех частей и соединений, в полосе которых они оказались. Примерно 20 танков 120-го танкового полка, а также 60-й мотострелковый полк стали действовать с 4-й гвардейской дивизией в районе Нижнего Заозерья. Некоторые подразделения танковой дивизии оказались в зоне действий остатков 27-й кавалерийской дивизии.

В дальнейшем эти подразделения 60-й танковой дивизии дробились еще больше. Например, 19 ноября 7 танков Т-26 из 120-го танкового полка были переданы в качестве средства непосредственной поддержки пехоты в 317-й стрелковый полк 92-й стрелковой дивизии. В итоге к 20 ноября непосредственно под руководством штаба соединения остались 38 боеспособных танков (БТ — 9, Т-26 — 12, ХТ — 16, Т-37 — 1). С такими силами дивизия в этот день перешла в наступление из района Городища на Тихвин.

Несмотря на тяжелые бои по преодолению сопротивления противника, части дивизии смогли выйти на тылы немецкой тихвинской группировки. Последний бой 60-я танковая дивизия провела 21 декабря 1941 года, когда ее танки с посаженной в качестве десанта пехотой 542-го полка 4-й гвардейской дивизии приняли участие в освобождении железнодорожного узла Будогощь. После этого дивизия была выведена в резерв 4-й армии для отдыха и укомплектования.

120-й и 121-й танковые полки снова оказались под единым командованием штаба 60-й танковой дивизии. Поэтому, несмотря на потери, состав дивизии не уменьшился. Напротив, благодаря постоянному ремонту подбитой материальной части, количество танков в соединении несколько повысилось. К 31 декабря 1941 года дивизия все еще имела 57 танков (БТ-7 — 9, Т-26 — 39, ХТ — 9); кроме того, 37 танков требовали среднего ремонта.

В конце 1941 года еще имелись планы развития наступления Волховского фронта и в том число 4-й армии на Красногвардейцы и Ропшу, где 60-я танковая дивизия должна была сыграть не последнюю роль. Однако продвижение советских войск застопорилось на линии реки Волхов.

В январе 1942 года дивизия была выведена из состава действующей армии и передислоцирована в Подмосковье — в Кузьминки, где 15 февраля 1942 года переформирована в 60-ю танковую бригаду. Вероятнее всего, оставшаяся от дивизии техника была передана на доукомплектование отдельных танковых батальонов непосредственной поддержки пехоты Волховского фронта.

В целом боевое использование 60-й танковой дивизии на тихвинском направлении характеризовалось обычными для командования Красной Армии того периода методами дробления танковых соединении на мелкие подразделения танков поддержки пехоты в бою, отказ от массированного применения танков для решения широких наступательных задач. Выбор места и времени использования подобных соединений оставался, как правило, неудачным, а вопросы, связанные с обеспечением войск всем необходимым для боя — не решенными.

112-я танковая дивизия

Командир — полковник Андрей Лаврентьевич Гетман.

Военный комиссар — полковой комиссар Ефим Викторович Безносов.

Заместитель по строевой части — подполковник Платон Юрьевич Михайлов.

Начальник штаба — подполковник Михаил Трофимович Леонов.

Начальник политотдела — старший батальонный комиссар В. М. Шалунов.

124-й танковый полк

Командир — подполковник Иван Дмитриевич Меньшов.

125-й танковый полк

Командир — подполковник Максим Клементьевич Скуба.

112-й мотострелковый полк

Командир — майор Салах Галеевич Галеев.

112-й артиллерийский полк

Командир — майор Лифшиц.

112-й разведывательный батальон

Командир — майор Александр Васильевич Пальцев.

112-й отдельный зенитно-артиллерийский дивизион

112-й автотранспортный батальон

112-я ремонтно-восстановительная рота

112-я отдельная рота управления

302-я полевая касса Госбанка

Дивизия формировалась в августе 1941 года на Дальнем Востоке на базе 122-го танкового полка 239-й моторизованной дивизии 30-го мехкорпуса и некоторых других частей. 124-й танковый полк формировался на базе 1-го и 2-го танковых батальонов, 125-й танковый полк — 3-го и 4-ro батальонов 122-го танкового полка. Дивизия дислоцировалась в Ворошилове и находилась в составе 1-й Краснознаменной армии.

Осенью дивизия перебрасывается на Западный фронт, в начале ноября 1941 года она прибыла в район Подольска (закончила разгрузку вечером 7 ноября).

14 ноября дивизия вошла в состав группы войск 49-й армии генерал-майора П. А. Белова, предназначенной для контрудара во фланг 4-й армии противника в районе Серпухова. 16 ноября 112-я танковая дивизия совместно с 5-й кавалерийской дивизией (генерал-майор В. К. Баранов) нанесла удар в направлении Малеево, Вязовка, Высокиничи. Несмотря на упорное сопротивление противника, дивизия медленно продвигалась вперед и к 12 часам 18 ноября вышла на шоссе Воронцовка — Троицкое западнее Серпухова, где была остановлена.

Сами немцы невысоко оценили действия советских войск; так, в оперативном донесении группы армий «Центр» от 21 ноября указывалось: «Уже два дня на фронте по реке Ока между городами Алексин и Серпухов заметно оживились действия раэведгрупп противника. Мероприятия по подготовке наступления не обнаружены».

В это время 24-й танковый корпус 2-й танковой армии вермахта, обойдя Тулу с юго-востока, двинулся на Каширу. Продвижение противника с юга в этом направлении грозило выходом его танков на тылы наших войск. Захватив Венев и Мордвес, немцы продолжили наступление на Каширу. 25 ноября передовой отряд 17-й танковой дивизии достиг южной окраины города. Одновременно частью сил противник начал наступать из района Мордвеса на Лаптево, Кострово. В полосе 50-й армии восточнее и северо-восточнее Тулы сложилась критическая обстановка: на этом участке советских войск, способных противостоять немецкой ударной группировке, не было. Передовой отряд 17-й танковой дивизии противника был остановлен огнем зенитного дивизиона, прикрывавшего Каширскую электростанцию и мост через Оку[173].

Советское командование срочно предпринимает меры для защиты Каширы. 25 ноября 112-я танковая дивизия (без 124-го танкового полка, переданного 50-й армии) была выведена из боя и направлена под Каширу для обороны города. Туда же перебрасывался кавалерийский корпус П. А. Белова. Из состава 43-й армии в Каширу отправляется 9-я танковая бригада.

Уже к утру 26 ноября дивизия, продвигаясь по южному берегу Оки, подошла к Иваньково, расположенному в 15 км юго-западнее Каширы. С севера к городу подошли и части генерала Белова. Задача 112-й дивизии состояла в срыве возможных попыток противника обойти Каширу с юго-запада. В ночь на 27 ноября отдельные передовые подразделения немцев начали появляться в районах Весьма, Тепловка, Воскресенка. С утра 27 ноября противник начал наступление в полосе 112-й дивизии.

Встретив упорное сопротивление частей полковника Гетмана, немцы остановились. Более суток продолжался бой, после чего 112-я танковая дивизия начала теснить противника. 29 ноября 112-я танковая овладела районом Тепловки, 30 ноября — вышла на рубеж Щепилово, Жижельна, 1 декабря совместно с 35-м танковым батальоном она овладела Павловским и Одинцово. Немцы явно выдыхались, их атаки становились все слабее и в конце концов прекратились. После двухдневных боев Гудериан был отброшен к Мордвесу.

В это время обострилась обстановка на левом фланге 49-й армии. Противник прорвал ее оборону, овладел Алексиным и оттуда продвигался на восток, угрожая перерезать шоссейную и железную дороги, связывающие Москву и Тулу.

В контрударе по прорвавшемуся противнику в районе Клешня, Маньшино участвовали 124-й танковый полк (действовавший отдельно от дивизии) и 999-й стрелковый полк (подполковник А. Я. Веденин) из 258-й стрелковой дивизии.

2 декабря 3-я и 4-я танковые дивизии XXIV танкового корпуса противника, обходившие Тулу с востока, прорвали позиции 50-й армии. На следующий день 3-я танковая дивизия подошла к железной дороге Тула — Москва и захватила станцию Ревякино, а затем перерезала и шоссе, шедшее параллельно железной дороге.

Утром того же дня 112-я танковая дивизия получила задачу выдвигаться в район Шульгино и ударом на Кострово уничтожить противника, соединившись с наступающими навстречу частями 50-й армии (999-й стрелковый полк 258-й стрелковой дивизии), и обеспечить свободное движение транспорта между Москвой и Тулой. В 6:00 3 декабря дивизия выступила из района Башана в направлении Руднево.

В сложных погодных условиях дивизия, преодолев около 30 км, несколькими маршрутами вышла к Шульгино и с севера атаковала противника в районе Клейменово, Кострово, Николо-Выкунь (16–18 км юго-западнее станции Шульгино). Бой длился почти сутки. Атакуемый с севера частями 112-й танковой дивизии, а с юга — пехотой 50-й армии, противник вынужден был отойти и очистить шоссе.

К исходу 5 декабря 112-я танковая дивизия во взаимодействии с 340-й стрелковой дивизией полковника С. С. Мартиросяна вышла к Руднево, на следующий день она завязала бой за станции Ревякино и Грызлово (16 км севернее Тулы).

7 декабря 112-я танковая и 340-я стрелковая дивизии выбили противника из Ревякино и Грызлово, очистив таким образом железную дорогу Москва — Тула. К 4 часам утра 8 ноября дивизия сосредоточилась в районе совхоза Ревякинский.

8 декабря 112-я танковая дивизия была передана из 49-й в 50-ю армию, к утру 10 декабря она сосредоточилась в Туле. Командарм-50 генерал-лейтенант И. В. Болдин поставил дивизии задачу — совместно с 217-й стрелковой дивизией (комбриг К. П. Трубников), 32-й танковой бригадой и приданными артиллерийскими подразделениями нанести удар в направлении Струково, Ясная Поляна, Щекино, с ближайшей задачей овладеть Ясной Поляной, а к исходу 11 ноября — Щекино.

Хотя достигнуть ожидаемых результатов в указанные сроки и не удалось, наступление, начавшейся 11 декабря, развивалось успешно. В 14 часов 12 декабря было освобождено Струково, 13 декабря — Горюшино, 14 декабря — Ясная Поляна.

17 декабря командование 50-й армии создало подвижную группу войск генерал-майора В. С. Попова для содействия войскам 49-й армии в освобождении Калуги и разгроме алексинской группировки противника (части 4-й армии вермахта). В состав группы вошла и 112-я танковая дивизия.

20 декабря части группы вышли на подступы к Калуге, а с утра 21 декабря начался штурм города, превращенного немцами в сильно укрепленный узел обороны. После упорных боев 30 декабря войска группы (112-я тд, 31-я кд, 154-я и 290-я сд, часть сил 258-й сд) полностью очистили город от противника.

2 января 1942 года дивизия реорганизована в 112-ю танковую бригаду (подполковник М. Т. Леонов).

Оглавление книги


Генерация: 0.290. Запросов К БД/Cache: 3 / 0