Проведение операции

Танковая группа фон Клейста на день начала наступления, 10 мая 1940 года, состояла из 41-го танкового корпуса (командующий генерал Ганс Рейнгардт) справа и 19-го танкового корпуса (командующий генерал Гейнц Гудериан) слева в составе двух или трех танковых дивизий. Эта группа должна была продвинуться сквозь Люксембург и Южную Бельгию до устья Соммы, а затем, смотря по обстановке, наступать на северо-запад или же на юг.

За ней вплотную следовал 14-й моторизованный корпус (командующий генерал Густав фон Витерсгейм) в составе трех моторизованных дивизий, прикрывая все более удлиняющийся к югу фланг, тогда как северный фланг прикрывал двигающийся перед наступающей на Динан 4-й армией 15-й танковый корпус (командующий генерал Герман Гот). Это означало, что при группе армий «А» вдоль определенной приказом линии Динан — Седан будут двигаться десять мобильных (танковых и моторизованных) дивизий, образуя и здесь основное направление наступления.

Далее к северу при 6-й армии наступал 16-й танковый корпус (командующий генерал Эрих Гёпнер) и при 18-й армии — 9-я танковая дивизия, эти два соединения действовали больше из тактических соображений и для целей дезинформации противника. Для прогресса наступления все мобильные соединения были задействованы на находившемся южнее основном направлении танкового удара.

За танковыми и моторизованными соединениями в непосредственной близости к ним следовали пехотные дивизии, чтобы обеспечивать первым надежный тыл для дальнейшего продвижения в глубину вражеской территории.

Чтобы мобильные дивизии с их тысячами боевых машин и единиц транспортных средств без всяких затруднений могли пройти сквозь пока еще находившиеся впереди них пехотные дивизии, а также для последующего надежного снабжения и эвакуации в тыл раненых, по труднопроходимой гористой местности и через Маас были проложены три коридора, называвшиеся «трассами», которые постоянно или в определенные промежутки времени использовались только мобильными (танковыми и моторизованными) дивизиями. Западнее Мааса транспортные трудности уменьшились благодаря наличию широко разветвленной французско-бельгийской дорожной сети, которая, в противоположность польской дорожной системе, предоставляла значительно большие удобства для командования и войск; однако, естественно, также и для контрударов врага, которых, кстати, мы пока что не чувствовали.

В то время как передовые танковые дивизии несколько месяцев пребывали к западу от Рейна, будучи готовыми пойти в наступление или занять оборону, 14-й моторизованный корпус в составе трех дивизий находился глубоко в тылу, на западе Германии, в полной боевой готовности на рубеже Гисен — Марбург-ан-дер-Лан, чтобы в зависимости от развития ситуации двинуться с началом наступления. Моторизация корпуса делала возможной такую глубокую дислокацию нового типа, которая одновременно являлась и хорошей маскировкой запланированного оперативного направления главного удара. Подобное уже было апробировано в августе 1939 года в Силезии и Померании.

Наступление началось по всему фронту в 5:35 утра 10 мая в соответствии с оперативным планом. Кое-где значительные приграничные заграждения были быстро расчищены или преодолены с помощью заранее подготовленных мостков, вражеская кавалерия и пограничная стража отброшены мощным ударом, труднопроходимые горные дороги пройдены, довольно глубокая река Семуа форсирована, замаскированные мины-ловушки обезврежены.

Уже к вечеру 12 мая передовые отряды частей Гудериана вышли к Мёзу (Маасу) у Седана, в то время как последние маршевые части еще пылили далеко позади, двигаясь за 41-м танковым корпусом и моторизованными дивизиями. Громадный извивающийся червь пехотных частей полз на запад, по-видимому еще не узнав решающее значение французской обороны.

Для поддержки Бельгии генерал Гамелен[140] свою дислоцированную на бельгийской границе 1-ю группу армий (без 2-й армии, расположенной между Лонгюйоном и Седаном) бросил еще 10 мая на северо-восток, чтобы занять рубеж по рекам Маас — Диль, а правым (южным) ее флангом на Седан. Тем самым удар танковой группы фон Клейста пришелся именно по этому флангу, при дальнейшем движении на запад тыловые коммуникации этого фланга французов были перерезаны, а 10-я группа армий своим фронтом наткнулась на германскую группу армий «Б», связавшую ее действиями своего 16-го танкового корпуса.

В смысле выполнения германского плана операции ситуация развивалась просто идеально. Теперь все зависело от того, как удастся форсировать Мёз (Маас), оттеснить французский южный фланг и разбить его, чтобы затем, как уже несколько лет писал Лиддел Гарт, «с мощью бурного горного потока» хлынуть в глубь вражеской территории и тем самым ударить в тыл группы армий западных союзников по антигерманской коалиции. Такой подход соответствовал также замыслам Гудериана, который требовал для оперативных танковых соединений «билет до конечной станции», что для него означало всем разом без помех реализовать задуманный план. Под планом понимался прорыв танковых сил до самого Ла-Манша.

Дерзкий переход через Мёз (Маас) удалось совершить при мощной авиационной поддержке, несмотря на упорное сопротивление французской 9-й армии. Только под Седаном зенитчики из состава танковых дивизий сбили 66 британских и французских самолетов (по французским данным, 85 самолетов — 50 французских и 35 английских).

14 мая 7 танковых дивизий форсировали реку у Динана, Монтерме и Седана, за ними последовали 3 моторизованные дивизии. 16-й танковый корпус (генерала Гёпнера) из состава 6-й армии начал марш на сближение с 4-й армией (переправившейся у Динана), которой он был теперь подчинен, так же как и танковая группа фон Клейста. Оперативное соединение «танковых сил и авиации» было осуществлено и было в состоянии расколоть войска противника на два блока. Теперь нужно было как можно быстрее действовать дальше, чтобы имеющуюся оперативную и тактическую неожиданность удара по медленно, еще в темпе пешехода передвигающемуся и так же думающему противнику превратить в стратегическую внезапность наступления.

Французская 9-я армия, находившаяся между Седаном и Намюром, на южном фланге продвигавшейся на северо-восток 1-й группы армий союзников, была полностью разбита и в беспорядке отходила на запад. Французская 2-я армия попыталась было упорным контрнаступлением блокировать плацдарм под Седаном. На высотах под Стоном[141] произошли кровопролитные бои французов с 10-й танковой дивизией Гудериана и моторизованным полком «Великая Германия», последний позже сменила 16-я пехотная дивизия[142], чтобы вместе с Гудерианом завершить наступление на запад. Призыв французского главнокомандующего войсками союзников генерала Гамелена «Поток германских танков должен быть остановлен! Победить или умереть? Мы должны победить!» прозвучал впустую. Все меры, принимаемые французским командованием, также оставались безрезультатными; они безнадежно запаздывали перед лицом темпов германского наступления. 16 мая полковник де Голль тщетно пытался нанести удар с юга во фланг наступающих частей Гудериана силами только что сформированной 4-й танковой дивизии в районе около Лана[143]. Этот удар так и остался единственной французской попыткой подобного рода.

Несколько удачнее действовали британские бронетанковые силы под Аррасом с севера, где их удар вызвал 21 мая кризис, обусловленный превосходством их сил над германской 4-й армией, из которого лишь с большими потерями удалось выйти на следующий день.

20 мая танковые дивизии Гудериана взяли Амьен и Абвиль. Таким образом, передовые соединения группы армий «А» вышли на берег Ла-Манша. Соседи Гудериана справа, 6-я и 8-я танковые дивизии 41-го танкового корпуса под командованием генерала Рейнгардта, овладели 21 мая городком Сен-Поль[144], тогда как 14-й моторизованный корпус, следовавший за пехотными частями 12-й армии, обеспечивал фланговое прикрытие с юга.

21 мая главное командование приняло решение: развернуть сражавшуюся в связке с 4-й армией танковую группу фон Клейста в направлении на северо-северо-запад. Пово ротный пункт для расположенного справа 41-го танкового корпуса находился около городка Сен-Поль [сюр-Тернуаз]. При этом 19-й танковый корпус Гудериана — после повторного изменения задачи для группы — был вечером 22 мая нацелен на три крупных порта, Булонь, Кале и Дюнкерк, чтобы «затем со свободным тылом иметь возможность атаковать взятую в окружение вражескую основную армию на востоке», как это зафиксировано 22 мая 1940 года в журнале боевых действий 22-го моторизованного корпуса танковой группы фон Клейста. Немецкие армии наступали на зажатых во Фландрии союзников с запада, юга (группа армий «А») и востока (группа армий «Б»). Такое положение позволяло ожидать ошеломительного успеха обеих германских групп армий над ослабленными и уже окруженными франко-британскими силами во Фландрии. По всей видимости, сражение во Фландрии уже подходило к концу, так как воздушная разведка уже заметила эвакуацию частей союзников из трех упомянутых портов на берегу Ла-Манша.

Но уже 22 мая генерал Гудериан принял решение развернуть подчиненные ему танковые дивизии на север. «По мнению командования, быстрый удар в этом направлении мог застать противника еще только в ходе создания своего оборонительного рубежа», — зафиксировано в этот день в журнале боевых действий 19-го танкового корпуса. Поэтому командир корпуса, согласно записи в журнале боевых действий, «задействовал 2-ю танковую дивизию — не дожидаясь приказа вышестоящего командования — в направлении на Булонь. Уже к вечеру этого дня дивизия смогла ворваться в город», но овладеть им не удалось.

1-я танковая дивизия должна была захватить порт Кале, 10-я танковая дивизия наступала на Дюнкерк, причем нанося удар в тылы значительно поредевших войск западных союзников и отрезая им отход к последнему оставшемуся порту.

Но, как это уже случалось и раньше, 16 и 17 мая, расхождения во мнениях по поводу сложившейся ситуации между командованием танковой группы (Клейстом) и 19-го танкового корпуса (Гудерианом) задерживали осуществление этого важнейшего намерения. Генерал фон Клейст, несмотря на возражения Гудериана, придерживал в тылу 10-ю танковую дивизию в качестве мобильного резерва всей группы. Могло случиться так, что неясное положение 4-й армии под Аррасом вынудит танковую группу начать боевые действия на левом (западном) фланге группы армий.

Именно поэтому для достижения быстрого успеха 19-м танковым корпусом в ходе его наступления на три разнесенные друг от друга цели (Булонь, Кале, Дюнкерк) была необходима третья танковая дивизия.

Еще на 22 мая гавани Булонь и Кале представлялись более важными портами, чем Дюнкерк, поскольку разведка установила оживленное железнодорожное и морское сообщение с этими двумя портами. Это могла быть эвакуация, но также нельзя было исключить высадку новых сил союзников против флангов группы армий «Б», что могло невыгодно отразиться на положении этих войск. Опасность эту следовало устранить как можно быстрее. Дюнкерк лишь тогда обрел большее значение, когда в высоких инстанциях прознали про намерение эвакуировать союзнические силы через Дюнкерк.

Поэтому лишь 23 мая 1-я танковая дивизия с ее ядром — ударной группой Балька[145] — из района южнее Кале была развернута на Дюнкерк, тогда как ее части (боевая группа Крюгера[146]), еще связанные в сражении, последовали за ним только позднее.

В эти же дни штаб танковой группы фон Клейста отпустил стоявшую в тылу 10-ю танковую дивизию, которая стала теперь, по существу, лишь дополнением к 1-й танковой дивизии, наступавшей на Кале, который после ожесточенных боев был взят штурмом только 26 мая. За день до этого перед германской армией пала Булонь.

Обе эти приморские крепости получили задачу замедлить продвижение германских войск и успешно ее выполнили.

Тем временем 1-я танковая дивизия с приданным ей 1-м (мотопехотным) батальоном 1-го пехотного полка овладела переправами через канал к реке А[147] юго-западнее го рода Гравлин. Около полуночи она остановилась вместе с разведывательными подразделениями южнее и западнее городка Бурбур-Виль. С рассветом ее 4-й (моторизованный) разведбатальон захватил укрепление перед мостом через реку А около селения Олк. Затем, поступив в подчинение пехотному (моторизованному) полку «Великая Германия», обошел еще занимаемый неприятелем городок Одрюик и захватил расположенный несколько дальше переезд через А у Сен-Никола, который удерживал и мог расширить.

Усиленная 1-я танковая дивизия (генерала Кирхнера), таким образом, уже 24 мая, находясь в авангарде 19-го танкового корпуса Гудериана, овладела плацдармом, лежащим на расстоянии от 16 до 18 километров южнее Дюнкерка на берегу канала к реке А. При этом она уже во многих местах глубоко внедрилась, обойдя противотанковые препятствия вокруг и восточнее Дюнкерка, в левый фланг британского экспедиционного корпуса. 25 мая 1-я танковая дивизия должна была, если ничего чрезвычайного не помешает ее наступлению, овладеть Гравлином и Дюнкерком, тем более что ей будет подчинен учебный разведотряд на южном фланге, а также предполагался подход пехотной (моторизованной) бригады[148] «Лейбштандарт» и 11-й пехотной бригады. Части неприятеля, расположенные перед фронтом дивизии, несмотря на преимущество в авиации на отдельных участках, выглядели довольно ослабленными, хотя их подразделения на фронте вдоль реки А сражались весьма упорно. Имелись все возможности своевременно закрыть последнюю дверь западных союзников на морском побережье и воспрепятствовать эвакуации основного ядра вражеских частей из Фландрии.

Похожие книги из библиотеки

Эволюция вооружения Европы. От викингов до Наполеоновских войн

Книга известного ученого Джека Коггинса представляет подробнейший обзор эволюции вооружения Европы. Исследование включает историю развития оружия, обмундирования и классификацию военных чинов, характерных для ведущих мировых держав. Применение различных видов оружия рассматривается на примере ведения боя у викингов, испанцев, британцев, шведов и французов.

Перед читателем возникает целостная картина развития военного дела Европы, важным этапом которого стало появление огнестрельного оружия.

Оружие великих держав. От копья до атомной бомбы

Книга Джека Коггинса посвящена истории становления военного дела великих держав – США, Японии, Китая, – а также Монголии, Индии, африканских народов – эфиопов, зулусов – начиная с древних времен и завершая XX веком. Автор ставит акцент на исторической обусловленности появления оружия: от монгольского лука и самурайского меча до американского карабина Спенсера, гранатомета и межконтинентальной ракеты.

Коггинс определяет важнейшие этапы эволюции развития оружия каждой из стран, оказавшие значительное влияние на формирование тактических и стратегических принципов ведения боевых действий, рассказывает о разновидностях оружия и амуниции.

Книга представляет интерес как для специалистов, так и для широкого круга читателей и впечатляет широтой обзора.

Огнестрельное оружие XIX-XX веков. От митральезы до «Большой Берты»

Труд Джека Коггинса посвящен развитию военного дела ведущих мировых держав: Германии. Великобритании, Франции и России. В книге говорится о применении боевого вооружения во время Франко-прусского, Русско-японского, Крымского и других масштабных вооруженных конфликтов. Большое внимание уделено Первой мировой войне как катализатору кардинальных изменений в вооруженных силах Европы.

Коггинс определяет важнейшие этапы формирования тактических и стратегических принципов ведения боевых действий, рассказывает о роли авиации, артиллерии и разновидностях оружия второй половины XIX и первой половины XX века.