Проведение операции

Было доверено группе армий «Центр» (под командованием фельдмаршала фон Бока). Ее должны были осуществлять значительные силы: 2, 4 и 9-я полевые армии, а также 2, 3 и 4-я танковые группы в составе 13 танковых дивизий и 9 моторизованных дивизий. С воздуха наступление поддерживали два воздушных флота. Верховное командование сухопутных сил сделало все возможное, чтобы подготовить воистину решающий удар. При этом следовало иметь в виду, что мобильные (танковые и моторизованные) войска не располагали всей своей ударной силой, имея в распоряжении лишь 30–40 % от нормы. У пехоты и авиации дела обстояли примерно таким же образом[222].

Переброска подвижных соединений группы армий «Север» потребовала значительных перемещений и тем самым вызвала новые потери вооружения и снаряжения. С севера в разгар боев за Ленинград был переброшен 41-й моторизованный [танковый] корпус, а также 57-й моторизованный [танковый] корпус с Валдайской возвышенности и 56-й моторизованный [танковый] корпус из района озера Ильмень. Штаб 3-й танковой группы (Гот) руководил северной ударной группой, в то время как штаб 4-й танковой группы (Гепнер) переместился в район Рославля.

Группа армий «Юг» передала 2-ю танковую группу (Гудериан), как только обозначилось окончание сражения за Киев. Этой танковой группе пришлось развернуться на поле боя и выстроить свой фронт, ранее направленный на юг, теперь, под давлением неприятеля, на северо-восток.

Все это были трудные передвижения в неблагоприятных условиях и при постоянно меняющемся командовании. Лишь благодаря значительной подвижности мобильных войск и их самоотверженной работе удалось обеспечить то, что эта импровизированная подготовка была завершена в кратчайшее время, и отдельные оперативные объединения уже 30 сентября (2-я танковая группа), а в основной своей массе 2 октября были готовы начать наступление на Москву.

Группа армий «Центр» вела свое наступление восточнее Смоленска на Вязьму, намереваясь широким охватом окружить и уничтожить мощный район вражеской обороны[223] по обе стороны ведущего на Москву шоссе. С этой целью 4-я танковая группа нанесла удар из района Рославля на северо-восток, на Вязьму, тогда как 3-я танковая группа была задействована для той же цели севернее шоссе, двигаясь через Холм[224], при этом обе танковые группы находились в тесном взаимодействии с 4-й и 9-й армиями.

Но так как 2-я танковая группа находилась на удалении примерно в 450 километров от места этой операции к югу, она получила задание: из-за недостатка времени продвигаться из района Глухова на Орел в тыл неприятеля. Это неизбежно привело к тому, что прервалось взаимодействие между всеми тремя танковыми группами и не удалось организовать единый фронт превосходящих танковых сил по линии Калуга — Вязьма, нацеленный на Бородино и Москву. Этот отрицательный момент также был следствием давнишнего поворота на Киев. 5 танковых дивизий и 4 моторизованные дивизии тем самым не принимали непосредственного участия в ударе на Москву по центру наступательных действий и действовали в качестве флангового оборонительного прикрытия, для чего они были не слишком пригодны.

Вместо этого 2-я танковая группа, с непониманием протяженности района действий и сил неприятеля, была с 10 октября даже задействована в направлении на Тулу, в результате чего сосредоточенный удар был еще больше ослаблен, не достигнув желаемой цели. Здесь не «плелись», но пытались играть с мечтами об оперативном двойном окружении противника мобильными войсками, для которого эти войска были уже слабы и вряд ли могли прорвать весьма активную и сильную оборону неприятеля.

Прорыв 2-й танковой армии (с 6 октября получившей такое название)[225] произошел благодаря сухой погоде весьма быстро. Уже 5 октября ее левый фланг подошел к Карачеву (здесь наступала 18-я танковая дивизия под командованием автора книги) и Брянску, тогда как 48-й танковый корпус (под командованием генерала Кемпфа) справа уступами приближался к Фатежу.

7 октября 3-я и 4-я танковые группы образовали котел в районе Вязьма — Холм-Жирковский.

И снова части различных родов войск, но прежде всего мобильные соединения добились крупного успеха. Под Вязьмой русские потеряли 45 крупных соединений, а под Брянском — Карачевом к 20 октября еще 15 дивизий.

Тем самым во вражеском фронте на подступах к Москве была пробита запланированная крупная брешь. Германские танковые части вновь обрели свободу оперативных действий.

Однако 6 октября по фронту германских войск от Орла до Карачева и Вязьмы и далее к северу прошло предупреждение о предстоящем снегопаде и значительном похолодании, особенно опасное для всех моторизованных средств вермахта. Уже ранним утром 7 октября все окрестности были покрыты слоем снега[226]; а у войск не имелось никаких защитных средств для техники, ни зимних масел для вооружения и транспортных средств, ни зимнего обмундирования в достаточном количестве. Холод пока еще был довольно умеренным, еще имелось время для перехода к обороне, чтобы лишить русских преимуществ зимнего наступления. Подобные мысли приходили в головы многих командиров.

Но Гитлер никак не хотел отказаться от своих желаний. Точно так же, как раньше он недооценивал русское политическое и военное руководство, а затем неисчерпаемые резервы этой страны, подобным же образом он переоценивал теперь достигнутые неимоверным напряжением сил успехи германской армии и боеспособность войск, с 22 июня непрерывно сражавшихся в кровопролитных боях и теперь в значительной степени измотанных.

Главное командование сухопутных сил и целый ряд высших военных руководителей разделяли эту точку зрения Гитлера, согласно которой было необходимо испробовать все возможности, чтобы добиться победы. Все они помнили Марнское сражение[227] 1914 года, в ходе которого германское военное командование сдалось слишком рано.

В результате всего этого наступление было продолжено.

Похожие книги из библиотеки

Эволюция вооружения Европы. От викингов до Наполеоновских войн

Книга известного ученого Джека Коггинса представляет подробнейший обзор эволюции вооружения Европы. Исследование включает историю развития оружия, обмундирования и классификацию военных чинов, характерных для ведущих мировых держав. Применение различных видов оружия рассматривается на примере ведения боя у викингов, испанцев, британцев, шведов и французов.

Перед читателем возникает целостная картина развития военного дела Европы, важным этапом которого стало появление огнестрельного оружия.

Оружие великих держав. От копья до атомной бомбы

Книга Джека Коггинса посвящена истории становления военного дела великих держав – США, Японии, Китая, – а также Монголии, Индии, африканских народов – эфиопов, зулусов – начиная с древних времен и завершая XX веком. Автор ставит акцент на исторической обусловленности появления оружия: от монгольского лука и самурайского меча до американского карабина Спенсера, гранатомета и межконтинентальной ракеты.

Коггинс определяет важнейшие этапы эволюции развития оружия каждой из стран, оказавшие значительное влияние на формирование тактических и стратегических принципов ведения боевых действий, рассказывает о разновидностях оружия и амуниции.

Книга представляет интерес как для специалистов, так и для широкого круга читателей и впечатляет широтой обзора.

Огнестрельное оружие XIX-XX веков. От митральезы до «Большой Берты»

Труд Джека Коггинса посвящен развитию военного дела ведущих мировых держав: Германии. Великобритании, Франции и России. В книге говорится о применении боевого вооружения во время Франко-прусского, Русско-японского, Крымского и других масштабных вооруженных конфликтов. Большое внимание уделено Первой мировой войне как катализатору кардинальных изменений в вооруженных силах Европы.

Коггинс определяет важнейшие этапы формирования тактических и стратегических принципов ведения боевых действий, рассказывает о роли авиации, артиллерии и разновидностях оружия второй половины XIX и первой половины XX века.