Главная / Библиотека / Краткая история военных сражений /
/ Глава 6 ВОЙНЫ РАННЕГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ

Глав: 22 | Статей: 22
Оглавление
Эта книга – увлекательный экскурс в мир величайших исторических сражений и хитроумных военных методик. Автор дает ответы на самые разные вопросы. Почему происходят войны? Является ли война следствием присущей человеку жестокости, или же она вечный арбитр? В книге описаны важнейшие военные события человечества, начиная с греко-персидских войн Античности, походов Цезаря, падения Рима, завоевания крестоносцев и заканчивая Второй мировой войной.
Бернард Монтгомериi / В. Михайловi / Denis Литагент «Центрполиграф»i

Глава 6 ВОЙНЫ РАННЕГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ

Глава 6

ВОЙНЫ РАННЕГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ

После распада Западной Римской империи ее восточный двойник в Византии продолжал существовать, и его борьба за выживание с арабами, а потом с турками и болгарами представляет собой захватывающую историю. В 622 г. Мухаммед повел своих сторонников из Мекки в Медину, положив начало аравийской и исламской экспансии. Первую военную победу одержал сам пророк, но виднейшими вождями исламского похода предстояло стать Халиду ибн аль-Валиду и Амру ибн аль-Асу. За сотню лет исламская империя распростерлась от Аральского моря до верховьев Нила и от рубежей Китая до Бискайского залива. Только одна держава, Византия, в том столетии могла противостоять арабам, но даже она утратила юго-восточную часть своей империи. Затем, когда арабское наступление, достигнув южной Франции, выдохлось, видное место снова заняли франки. И наконец, в VIII в. начались набеги викингов на Британию и Западную Европу. Заметным явлением в военной истории Западной Европы в VII – XI столетиях было неуклонное развитие конницы.

Арабы осуществляли свои завоевания благодаря умелому применению верблюжьих и конных войск на удобной местности, открытых просторах Северной Африки и Западной Азии. Но их боевые порядки и тактика боя были весьма примитивными, а средства защиты довольно скудными. Обычно они строились в один, иногда в два-три плотных ряда, части формировались из различных племен. Страх наводили численность арабов и их внешний вид. Как отмечал один византийский военачальник, «они весьма храбры, когда уверены в победе: твердо держат строй и смело противостоят самым яростным атакам. Почувствовав, что противник слабеет, они общими отчаянными усилиями наносят завершающий удар». Пешие войска большей частью были небоеспособны и плохо вооружены, силой арабов была конница. В начале VII в. конница была легковооруженной и чрезвычайно мобильной, но в последующие столетия арабы многому научились у своих самых упорных противников – византийцев и все больше полагались на верховых лучников и копьеносцев, защищенных кольчугами, шлемами, щитами и наголенниками.


Оборонительные сооружения Константинополя, практически сохранившиеся до захвата турками в 1453 г.

Но лучшие свойства армий ислама состояли не в оснащении и организации, а в порожденных религией моральных устоях, мобильности благодаря верблюжьему транспорту и выносливости, выработанной тяжелыми условиями жизни в пустыне. Верным последователям Мухаммеда была чрезвычайно близка идея «джихада», священной войны. Существовала и экономическая причина арабской агрессии, старая история перенаселенности Аравийского полуострова. С веками Южная Аравия становилась все засушливее и ее обитатели перемещались к северу. Арабский демографический взрыв в VII в. был четвертой, последней и самой крупной семитской миграцией. Как и раньше, мигранты, естественно, поначалу хлынули к благодатному полумесяцу Ближнего Востока с его плодородными землями, а уж потом выплеснулись за пределы долин Евфрата и Нила. Они вышли далеко за пределы территорий, которые они завоевывали в античные времена, не только благодаря своей многочисленности, но также потому, что практически везде покоренные народы встречали их как избавителей. Их терпимость, гуманность и впечатляющая цивилизация обращали в их веру почти столько же народов, сколько они покоряли силой. За исключением Испании, завоеванные ими в VII в. области сохранили исламскую религию и культуру по сей день.

Первыми препятствием для арабов стала Византия. В VIII – XI вв. византийские армия и флот, по существу, были самой боеспособной силой на европейском и средиземноморском пространстве. В 668-м, а затем ежегодно с 672-го по 677 г. арабы в разных пунктах нападали на Византийскую империю. Они вторгались в ее пределы, но каждый раз византийский флот в конце концов наносил захватчикам поражение. Арабские и византийские галеры были более или менее идентичны. Большой боевой дромон имел сотню гребцов, размещенных на двух рядах скамей. Гребцы в верхнем ряду были вооружены, экипаж дополнялся морскими пехотинцами. Но корабли византийцев были лучше оснащены, имели на вооружении «греческий огонь» – зажигательную смесь, которая выстреливалась через трубу на носу или забрасывалась в горшках баллистами.

Высшей точкой и поворотным пунктом в войне арабов с византийцами стала осада Константинополя в 717 – 718 гг. Когда арабы захватили Малую Азию, император Феодосий III ушел в монастырь, но в этот критический момент руководство взял на себя профессиональный военный Лев Исавр (Сириец). Он быстро восстановил и укрепил внушительные фортификационные сооружения Константинополя – до применения пороха такие стены были неприступны для штурмуюших и город можно было взять только осадой. Поскольку Константинополь был с трех сторон окружен водой, казалось, все зависело от соотношения сил противостоявших флотов, а арабы имели здесь огромное численное превосходство. Однако Лев смело и изобретательно руководил двенадцатимесячной обороной города, и, когда осаду сняли, византийский флот преследовал противника до Геллеспонта, там арабы попали в шторм и от их сил уцелела малая доля. Для арабов это оказалось незабываемым бедствием. Благодаря последовавшей затем в 739 г. победе при Акроине Лев вынудил арабов окончательно оставить западную часть Малой Азии.

Успехи Льва Исавра были достигнуты благодаря наращивавшейся на протяжении долгого времени боеспособности армии и флота. Со времен Велизария главную силу византийских войск составляла тяжелая конница. Воина защищали длинная, от шеи до бедер, кольчуга, круглый щит средних размеров, стальной шлем, латные рукавицы и стальные башмаки. Кони переднего ряда также были защищены стальными нагрудниками. Все кони были под большими удобными седлами с железными стременами. Вооружение состояло из широкого меча, кинжала, небольшого лука с колчаном стрел, а также длинного копья. Иногда к седлу прикреплялся боевой топор. Как их римские предшественники и в отличие от других западных армий, до XVI в. византийские войска носили установленную форму одежды: накидка поверх доспехов, вымпел на конце копья и плюмаж шлема были определенного цвета, отличавшего конкретную воинскую часть. Чтобы позволить себе такое оснащение, конник должен был обладать значительным состоянием. Всем командирам и на каждых четверых-пятерых воинов полагался денщик. Это тоже обходилось дорого, но имело смысл, дабы воины могли сосредоточиться на чисто военных обязанностях и благодаря хорошему питанию поддерживать хорошую физическую форму. История богатой Византийской империи свидетельствует, что немного комфорта не вредит требованиям боеспособности.

Функции пеших войск ограничивались обороной гористой местности и гарнизонной службой в крепостях и важных городах. Большую часть легкой пехоты составляли лучники, тяжеловооруженные пехотинцы имели копье, меч и боевой топор. Каждому подразделению из 16 человек полагались две повозки для перевозки оружия, продовольствия, кухонных принадлежностей и шанцевого инструмента. Византийцы сохранили классическую римскую практику строительства через регулярные промежутки укрепленных лагерей, и в авангарде армии неизменно находились инженерные войска. На каждое подразделение в 400 человек приходился офицер медицинской службы и шесть-восемь санитаров-носильщиков. За каждого вынесенного с поля боя носильщики получали вознаграждение – не столько из гуманитарных соображений, а скорее из-за того, что государство было заинтересовано в скорейшем восстановлении боеспособности раненых.

Краеугольным камнем византийской военной системы была оперативно-тактическая подготовка: византийцы брали хитростью и умением. Они справедливо считали, что способы ведения боя должны варьироваться в зависимости от тактики противника, и тщательно изучали приемы потенциального врага. Важнейшими военными трудами того времени являются «Стратегикон» Маврикия (ок. 580 г.), «Тактика» Льва Мудрого (ок. 900 г.) и наставление по ведению пограничной войны Никифора Фоки (отвоевавшего у арабов Крит и Киликию, в 963 – 969 гг. бывшего императором).

Маврикий реорганизовал устройство и систему комплектования армии. Он разработал иерархию подразделений и частей от простейшего подразделения из 16 воинов до «мерос», дивизии в составе 6 – 8 тысяч воинов. Существовала соответствующая иерархия командиров, причем назначение всех военачальников рангом выше центуриона находилось в руках центрального правительства. После Юстиниановых войн численность тевтонских наемников в византийской армии сильно сократилась. В империи не было всеобщей воинской повинности мужчин, но существовала система, требовавшая от областей в случае необходимости посылать определенное количество людей для военной подготовки и действительной службы. Пограничные области подразделялись на округа, называвшиеся «клиссурами», которые, например, могли состоять из горного перевала и крепости. Командование клиссурой часто служило ступенькой к успешной военной карьере. В поэме X в. «Дигенес Акритас» описывается жизнь на границе Каппадокии, где властвовавшие в стране воинственные феодалы совершали бесконечные набеги на арабские территории Киликию и Месопотамию.

Тактика византийцев основывалась на нанесении серии ударов тяжелой конницы. Согласно Льву Мудрому, конницу надо было поделить на первый, сражающийся эшелон, второй эшелон поддержки и небольшой резерв позади второго, а также на обоих флангах выдвинутые далеко вперед подразделения, с задачей опрокинуть противостоящий фланг противника или же защитить собственный. До половины имеющихся сил выделялось в первый эшелон, остальные в зависимости от тактической обстановки распределялись в глубине и на флангах.

Естественно, существовало большое разнообразие тактических боевых порядков. Против славян и франков, а также во время крупных арабских вторжений пешие и конные войска зачастую действовали совместно. В таких случаях пешие войска размещались в центре, а конница находилась на флангах или в резерве. Если ожидалось, что противник начнет бой атакой конницы, легкие войска скрывались позади тяжелой пехоты, «точно так же, – замечает Оман, – как тысячу лет спустя мушкетеры XVI и XVII столетий скрывались позади своих копейщиков». В гористой местности и в ущельях пешие войска располагались в форме полумесяца, тяжеловооруженные части блокировали противника в центре, а легкая пехота осыпала противника стрелами и копьями на флангах.

Византийцы были самыми лучшими воинами раннего Средневековья в Европе, но меньше всего бросались в глаза. Это потому, что их стратегия была в основном оборонительной и они предпочитали полагаться больше на голову, чем на мускулы. Они никогда не вступали в бой, пока обстоятельства не складывались явно в их пользу, и часто прибегали к таким хитростям и уловкам, как распространение ложных сведений или подстрекательство к измене в рядах противника. Им постоянно приходилось прибегать к оборонительным действиям: то не пускать арабов в Малую Азию, то удерживать ломбардов и франков от вторжения в итальянские провинции, а славян, болгар, аваров, мадьяр и печенегов не пускать в Грецию и на Балканы. Благодаря постоянной боеготовности и бдительности им удавалось успешно удерживать границы, это было их главной задачей, и лишь очень редко Византия выступала как агрессивная держава.

Самыми грозными врагами Византии были арабы. Но арабы никогда не ценили по достоинству организацию и дисциплину. Хотя их армий нужно было опасаться в силу их многочисленности и мобильности, в основном они представляли собой сборища агрессивных и напористых дикарей, которые не могли устоять перед систематичными атаками стройных рядов дисциплинированных византийских воинов. Начальники византийских провинций также создали действенную систему безопасности границ. Как только поступали сообщения о передвижении арабов, они собирали свои силы. Пешие войска блокировали пути, а конница, собравшсь в центре, должна была не упускать вторгшиеся силы, непрерывно атакуя их. Если командир видел, что уступает в силе, он должен был избегать открытого боя, но создавать противнику препятствия всеми другими средствами – при возможности беспокоить его мелкими налетами, оборонять переправы и горные проходы, засорять колодцы и ставить заграждения на дорогах. В этих случаях набирались войска в отдаленных провинциях, и со временем против арабов выступала хорошо подготовленная армия, скажем, в 30 тысяч конников. После своего поражения при Акроине в 739 г. арабы скорее причиняли беспокойство, чем представляли угрозу безопасности Византийской империи.

После 950 г. византийские императоры Никифор Фока и Василий II предприняли наступление на арабов и болгар. В 1014 г. Василий полностью уничтожил болгарскую армию, получив звание Болгаробойца. Он ослепил 15 тысяч пленных, оставив из каждой сотни по одному одноглазому, чтобы те отвели их к своему царю.

В 1045 г. была аннексирована Армения. Однако в середине XI в. на границы стал оказывать нажим новый противник – турки-сельджуки. Турки на западе Азии считались прирожденными конниками. Они составляли многочисленные банды, вооруженные главным образом луками, но зачастую также копьями и ятаганами. Нападая, они носились перед фронтом неприятеля, осыпая его тучами стрел и нанося короткие болезненные удары. Весной 1071 г. император Роман Диоген с 60 тысячами воинов двинулся на Армению, где его встретили 100 тысяч турок под командованием Алп-Арслана. Роман опрометчиво отбросил традиционную византийскую осмотрительность и обстоятельность. У Манцикерта был уничтожен цвет византийской армии, а сам император попал в плен. Турки хлынули в Малую Азию и за десять лет превратили ее в пустыню.

В Западной Европе история франков развивалась по образцу, мало отличавшемуся от византийского. Имея армию, в которой все более преобладающее положение занимала конница, они успешно остановили арабское продвижение, но затем, вслед за периодом военного и культурного превосходства, ослабели под нажимом варварских племен викингов.

На протяжении двух столетий после победы Хлодвига при Вугле в 507 г., установившей их господство над Галлией, франки не меняли свою военную организацию. Агафий следующим образом описывает средства ведения войны франков в период династии Меровингов (ок. 450 – 750):

«Оснащение франков очень грубое, они не имеют ни кольчуг, ни наголенников, ноги защищены только полосками холста или кожи. Почти нет конников, но пешие воины храбры и умеют воевать. У них есть мечи и щиты, но они никогда не пользуются луками. Метают боевые топоры и копья. Копья не очень длинные, их метают или просто наносят ими удары».

Метательные топоры франков подобно томагавкам краснокожих индейцев тщательно вывешивали, с тем чтобы метать их с высокой точностью или же использовать в ближнем бою. Армии франков в течение двух столетий воевали именно таким оружием, нападая нестройными рядами пеших воинов. Большинство сражений происходило между ними самими. Правда, когда пришлось чаще иметь дело с различными другими армиями, стали применяться и другие средства. В конце VI в. зажиточные воины стали пользоваться металлическими доспехами.

В 732 г. Абд-аль-Рахман с арабской армией продвинулся на севере до Тура. Карл Мартелл собрал силы франков и двинулся на отходивших с добычей арабов. Когда Абд-аль-Рахман нападал, «северяне стояли стеной, они словно смерзлись воедино и поражали арабов мечами. В гуще сражения находились могучие австразы, это они разыскали и сразили сарацинского царя».

Это было оборонительное сражение, выигранное пехотой. Преследовать противника не стали. Нельзя утверждать, что франки, как византийцы, остановили арабов. Просто арабы продвинулись так далеко, насколько позволяли их ресурсы.

В 768 г. на трон короля франков взошел внук Карла Мартелла, известный как Карл Великий. Поначалу в королевстве было много опасных беспорядков, и, если агрессивные соседи не отзывались на мягкое обращение, единственной линией поведения было полное покорение. Карл Великий считал себя мировым правителем, назначенным Богом управлять на земле светскими делами. Его миссионеры продвигались вместе с войсками, зачастую прямо выступая в качестве психологической ударной силы. Он писал папе: «Наша задача состоит в том, чтобы при помощи святого благочестия защищать силой оружия Святую Христову церковь. Ваша, святейший отец, задача – воздев длани к небу, подобно Моисею, молить о содействии нашим войскам». Благодаря высокой боеспособности войск Карла Великого и его неутомимой деятельности на западе Европы наступили мир и спокойствие, каких она не видала со времен династии Антонинов. Военные успехи явились условием достижений в экономике, правосудии и культуре.

Однако Карл Великий зачастую прибегал к крайне жестоким мерам, таким, как убийство в 782 г. в Вердене за один день четырех с половиной тысяч непокорных саксонских язычников. С 768-го по 814 г. Карл Великий почти ежегодно предпринимал военные кампании. Его Священная Римская империя со временем охватывала территорию, которую ныне занимают Франция, Бельгия, Голландия, Швейцария, Западная Германия, большая часть Италии, северная Испания и Корсика.

Армия Карла Великого сильно отличалась от армии его деда, главным отличием было превращение тяжелой конницы в ударную силу. Конница была необходима в далеких масштабных кампаниях против таких врагов, как конные лучники у аваров или тяжеловооруженные копьеносцы в Ломбардии. Важность конницы была признана давно, но расходы на ее содержание были франкам не по силам. Кроме дорогих доспехов рыцарь должен был содержать соответствующего коня, достаточно сильного, чтобы нести рыцаря в полном вооружении, достаточно выдрессированного, чтобы не испугаться и не понести в бою, и достаточно резвого для стремительной атаки. Таких коней специально выводили и готовили. Даже расходы на содержание и прокорм в зимнее время были весьма значительными. А самому рыцарю требовались по крайней мере двое служителей: один – чтобы держать в порядке вооружение, другой – ухаживать за конем; более того, рыцарю требовалось много времени для подготовки и самой службы. При династии Меровингов ни один правитель франков не был достаточно богат, чтобы содержать армию из тяжелой конницы.

Эта и другие проблемы были решены с развитием феодализма. Особенность этого строя состояла в том, что сеньор, будь то король или могущественное лицо, давал землю или покровительство вассалу, получая в ответ клятвенное обязательство оказывать особые услуги, зачастую военные. Карл Великий в значительной мере феодализировал свое королевство. Такое устройство привлекало тех, кто был богат, и тех, кто искал защиты в эти беспокойные времена. При последовавшем после смерти в 814 г. Карла Великого разброде, когда империя распалась на части, а Европу донимали нападения мадьяр и викингов, общество превратилось в подобие пчелиных сот, в систему ячеек, державшихся на взаимных обязательствах: защите и службе. Воздействие феодализма на военное дело было двояким. С одной стороны, обладавшие значительными земельными угодьями вассалы могли позволить себе, и это от них требовалось, оснастить рыцарство. С другой стороны, узы верности и взаимная заинтересованность способствовали повышению дисциплины в армии.

Ядро армии франков составляла тяжелая конница. Не особенно многочисленная, она отличалась высоким профессионализмом. У всех рыцарей имелись кольчуги, шлемы, щиты, копья и боевые топоры. Старое франкское «народное ополчение» исчезло не полностью, но численность пеших войск сократилась, а боеспособность повысилась благодаря лучшим вооружениям. На «марсовом поле», ежегодных сборах франкской армии, не позволялось появляться с одной палицей – надо было иметь и лук. Карл Великий добился такого уровня подготовки, дисциплины и общей организации, какого не видели на Западе после варваризации римских легионов. Сохранился интересный документ, которым Карл Великий в 806 г. призывает в королевскую армию одного из важных вассалов:

«Ты явишься в Стасфурт на Боде к 20 мая со своими людьми, будучи готовым нести военную службу в любой части нашего королевства, на какую мы укажем. Это означает, что ты явишься с оружием и снаряжением, полным обмундированием и запасом продовольствия. У каждого всадника должны быть щит, копье, меч, кинжал, лук и колчан. В повозках должны быть лопаты, топоры, кирки, колья с железными наконечниками и все необходимое для войска. Провианта взять на три месяца. В пути не причинять ущерба нашим подданным, ничего не трогать, кроме воды, дерева и травы. Позаботься, чтобы не было никаких упущений, поскольку ценишь нашу благосклонность».

О боевых порядках франков мало что известно с определенностью. Вероятно, прощупывание противника и первые стычки возлагались на пеших лучников, а решающий удар наносила всеми силами конница. Возможно, успеху скорее сопутствовали хорошая подготовка и вооружение войск и стратегическая проницательность Карла Великого, нежели тактическое мастерство. Основательность его завоеваний прежде всего обеспечивалась созданием системы укрепленных точек вдоль границ и в беспокойных районах, обычно на возвышенностях вблизи рек.

В IX в. в отсутствие знающих военное дело королей армия франков теряет свои положительные качества. Лев Мудрый следующим образом описывает особенности и слабости франков.

«Франки и ломбарды чрезмерно бесстрашны и дерзки. Самый незначительный отход назад считается позорным, и они будут драться, когда бы вы ни навязали им бой. Когда их рыцари оказываются вынужденными спешиться, они не бегут, а становятся спиной к спине и сражаются с намного превосходящими их силами противника. Атаки конницы до того страшны, что, если нет полной уверенности в своем превосходстве, лучше всего уклониться от решительного сражения. Следует воспользоваться отсутствием у них дисциплины и организованности. И в пешем строю, и верхом они нападают плотной неповоротливой массой, неспособной маневрировать, потому что не организованы и не обучены. Они быстро приходят в замешательство, если их неожиданно атакуют с тыла или с флангов – этого легко достичь, поскольку они чрезвычайно беспечны и не заботятся выставлять дозоры и проводить надлежащую разведку местности. К тому же они становятся лагерем как придется и не делают укреплений, так что ночью их можно без труда перебить. Они не переносят голода и жажды и через несколько дней лишений покидают строй. У них нет уважения к своим командирам, а их начальники не могут устоять перед соблазном взяток. Поэтому в целом легче и дешевле изматывать франкскую армию мелкими стычками, затяжными операциями в безлюдных местностях, перерезая линии снабжения, нежели пытаться покончить с ними одним ударом».

Империя Карла Великого начала распадаться вскоре после его смерти из-за слабости власти и набегов сразу с трех направлений на протяжении IX и X вв. – арабов, мадьяр и викингов. Самая большая угроза для Европы теперь исходила от скандинавских викингов.

Вторжения викингов, или скандинавов, начались в конце VIII в. Поначалу набеги, которые имели место по всей Европе, совершались, как представляется, главным образом с целью разграбления, но позднее многие завоеватели оседали на захваченных ими землях. В 911 г. король франков уступил им землю, которую позднее назвали Нормандией, а в конечном счете частью Скандинавской империи датского короля Кнуда (995 – 1035) стала вся Англия. Тем временем викинги также вторгались в Исландию, Гренландию и Америку, в Испанию, Марокко и Италию, в Новгород, Киев и Византию.

Сила викингов заключалась в их мореходном искусстве. Их суда находились на уровне самых высоких технических достижений и были предметом их величайшей гордости, а сами они были весьма искусными и выносливыми мореходами. Найденный в раскопках «гокстадский корабль» 70 футов длиной и 16 футов шириной построен из дуба и весит 20 тонн. Конструкция его самая совершенная. При дальних переходах викинги шли под парусом, но в бою пользовались веслами. Вдоль бортов вперемежку вывешивались желтые и черные щиты. К X в. суда стали значительно больше в размерах, некоторые из них вмещали до двухсот человек и могли за день пройти под парусом 150 миль. Провиант сохранялся с помощью соли и льда.

Морские сражения викинги всегда вели вблизи берегов. Обычно они состояли из трех этапов. Сначала командир проводил рекогносцировку и выбирал позицию для начала атаки, затем, маневрируя, начинал сближение. Во время боя капитан всегда стоял за рулем. Когда флотилии сходились, начинался обстрел, обычно противника осыпали градом стрел, но иногда просто забрасывали кусками железа и камнями. И наконец, викинги шли на абордаж, и исход боя решался рукопашной схваткой.

После этого флот оставался оперативной базой набегов в глубь территории. Обычно викинги продвигались вверх по течению важных водных путей, минуя сельскую местность и разграбляя монастыри и города по обоим берегам. Они продвигались вверх, пока река оставалась судоходной или пока не встречали фортификационных сооружений, препятствующих дальнейшему продвижению. Тогда они вставали на якорь или выволакивали суда на берег, огораживали частоколом и оставляли охрану, после чего принимались грабить окрестности. Поначалу при появлении неприятельских войск они возвращались на суда и спускались вниз по течению. Позже стали смелее. Но поскольку их силы были немногочисленными и главной целью были грабежи, они избегали крупных сражений. Со временем они стали строить укрепленные пункты, куда часто возвращались. Эти обнесенные частоколом и рвами прибрежные, а то и плавучие лагеря, защищавшиеся вооружейными боевыми топорами викингов, было крайне трудно захватить.

Начиная вторжения, викинги, вероятно, были плохо вооружены. Одной из главных целей их грабежей была добыча оружия и доспехов, и к середине IX в. они захватили множество того и другого, и к тому же сами освоили их производство. Почти у всех викингов имелись кольчуги, в других отношениях их доспехи походили на франкские. Сначала деревянные щиты были круглыми, но позднее приобрели форму бумажных змеев и часто раскрашивались в яркие цвета. Могучим наступательным оружием был боевой топор. Это не был легкий томагавк франков, он представлял собой мощное боевое средство – тяжелый обух и лопасть из одного куска железа, насаженные на топорище длиною в пять футов. Иногда на лопасти наносили отрывки из рун. Кроме того, викинги пользовались короткими и длинными мечами, копьями, большими луками и стрелами.

Викинги были главным образом пешими воинами – предпочитали применять свои большие топоры в пешем строю. Подвижность на суше достигалась благодаря использованию в транспортных целях захваченных в округе лошадей. Самым излюбленным боевым порядком была сплошная стена из щитов, такая тактика по необходимости была оборонительной, потому что им в пешем строю приходилось противостоять коннице. Обычно местом боя они избирали свой лагерь, противоположный берег реки или крутой склон холма. Будучи профессиональными воинами, чувствующими плечо товарища по оружию, они всегда брали верх над противостоящими им набранными в спешке сельскими жителями. Все викинги отличались ростом и обладали исключительной физической силой. В их рядах было два особенно устрашающих вида воинов. К первому относились берсерки, которые, как ни удивительно, по-видимому, принадлежали к разряду особо отобранных безумцев, отличающихся необыкновенной силой и свирепостью. Другими, что в равной мере удивительно, были «девы со щитом»; к ним принадлежала Вебьйорг, которая «сразилась с чемпионом Сокнарсоти. Она нанесла ему мощные удары, дав пощечину, раскроила челюсть. Тот, чтобы уберечься, забрал в рот бороду. Вебьйорг совершила множество великих подвигов, (но) в конце концов пала, покрытая множеством ран».

К концу IX столетия франки и англичане начали приспосабливаться к тактике викингов. В предшествовавшие годы хаоса феодализм развивался быстрыми темпами, и франки теперь могли собрать крупные силы боеспособной конницы. В 885 – 886 гг. Париж успешно выдержал крупную осаду викингов. А в Англии Альфред Великий (умер в 899 г.), чтобы остановить датских викингов, создал систему мощных укреплений. Однако вместо конницы он полагался на элитные войска тяжелой пехоты, которая проявила себя победами в Эшдауне и Эдингтоне. Он также в отличие от франков предпринял шаги к созданию мощного флота по образцу кораблей своих врагов – викингов. Со времен Альфреда и до середины XX в. Англия постоянно обладала могучими военно-морскими силами, на которые можно было положиться.

А аннексия Англии Кнудом в 1016 г. была событием политического, а не военного свойства. К тому времени в Западной Европе, наконец свободной от продолжавшихся 750 лет непрестанных варварских набегов, уже дышалось легче.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.153. Запросов К БД/Cache: 3 / 1