Война в Афганистане (1979—89 гг.)

Война в Афганистане была одной из локальных войн конца XX века, и минной борьбе здесь были присущи типичные черты подобных войн. Здесь столкнулись, с одной стороны, регулярная армия западного образца, хорошо оснащенная самым современным оружием и боевой техникой, а с другой — иррегулярные вооруженные формирования, плохо обученные и вооруженные в основном стрелковым оружием, но обладавшие очень высоким моральным духом.

В то же время афганская война была достаточно специфичной, в том числе в области минной войны. Характерные ее особенности заключались в следующем:

1. Силы, противостоявшие Советской Армии (мы называем их не «душманами» /бандитами/, а «моджахедами» — «борцами за веру») в разных частях страны и в разные годы вели как «правильную войну» (широкомасштабные боевые действия с использованием тактики регулярной армии), так и партизанско-повстанческую войну.

2. Мины активно использовали обе стороны, а не только более слабая (моджахеды), как это чаще бывало в подобных войнах в других странах.

3. Со стороны моджахедов минная война носила в большей мере наступательный характер, а со стороны Советской Армии она чаще всего имела оборонительный характер.

4. Советская Армия в большей степени использовала противопехотные мины, тогда как моджахеды — противотанковые и противотранспортные мины.

* * *

Советская Армия использовала мины преимущественно для решения следующих задач:

а) Для защиты объектов (мест постоянной дислокации, аэродромов, застав, блок-постов, баз снабжения, туннелей, мостов, линий коммуникаций) от атак моджахедов и проникновения их диверсионных групп.

б) Для охранения в ходе боевых действий опорных пунктов, мест привалов, позиций артиллерии, узлов связи, полевых посадочных площадок вертолетов, полевых Пунктов обеспечения материальными средствами.

в) Для блокирования путей подхода моджахедов к коммуникациям (объектам) или для воспрепятствования отхода моджахедов после боевого столкновения.

г) Для изоляции районов базирования подразделений моджахедов.

д) Для блокирования караванных путей, по которым из-за рубежа к моджахедам поступало оружие, боеприпасы, продовольствие.

Операцию по блокированию минами караванного пути впервые осуществили в сентябре 1980 года в провинциях Герат и Фарах два батальона 371-го мотострелкового полка 5-й гвардейской мотострелковой дивизии. Каждому батальону было придано по одной роте инженерных заграждений. Успех был достигнут полный: поступление из Ирана военных грузов и пополнений модкахедам на данном участке границы прекратилось на длительный период.

Значительно позже командование решило заминировать пути из Пакистана. Для выполнения этой задачи в сентябре 1984 года на базе роты спецминирования 45-го инженерно-саперного полка был сформирован 1117-й отдельный инженерный батальон спецминирования. А к мае 1985 года 2088-й отдельный инженерно-саперный батальон был переформирован в 2088-й отдельный инженерный батальон спецминирования.

Успешные действия этих двух батальонов и необходимость усиления минирования границы, да и наращивание минирования вообще, побудили советское командование переформировать инженерно-саперные роты в роты спецминирования: в 68-м отдельном инженерносаперном батальоне (ОИСБ) 5-й гвардейской мотострелковой дивизии; в 271-м ОИСБ 108-й мотострелковой дивизии; в 541-м ОИСБ 201-й мотострелковой дивизии.

В декабре 1985 года во взводы спецминирования были переформированы инженерно-саперные взводы инженерно-саперных рот всех мотострелковых полков 5 гвардейской МСД, 108-й МСД, 66-й и 70-й отдельных мотострелковых бригад, 191-го и 860-го мотострелковых полков 201-й МСД; отряды спецназ ГРУ Генштаба получили по одной роте спецминирования.

Вследствие того, что моджахеды не располагали бронетехникой, имели весьма ограниченное количество автотранспорта, причем редко пользовались проезжими дорогами, всем этим подразделениям почти не требовались противотанковые мины.

В основном, использовались противопехотные мины: 1) фугасные нажимного действия ПМН и ПМН-2, изредка устаревшие ПМД-6, а в последний период войны и новейшие ПМН-3 и ПМН-4; осколочные натяжного действия ПОМЗ-2М, ОЗМ-72; 2) осколочные управляемые направленного действия МОН-50 и МОН-90, реже МОН-100 и МОН-200; 3) нередко использовались взрывные устройства НВУ-П с минами ОЗМ-72 (комплект «Охота-2»).

Ограниченно использовались ручные фанаты в качестве противопехотных мин (в звене отделение — взвод).

Стремление не допускать снятия моджахедами мин и повторного использования их против советских войск привело к очень широкому применению мин-ловушек МС-3, использовавшихся чаще всего в качестве элементов неизвлекаемости.

Из противотанковых мин изредка использовались мины ТМ-57 и вся серия мин ТМ-62.

В афганской войне Советская Армия впервые стала использовать системы дистанционного минирования — от простейшей ПКМ-1 до вертолетных ВСМ-1 и КМГУ, до снарядов реактивных систем залпового огня «Град» и «Ураган». При этом обычно использовались мины ПФМ-1, ПОМ-1, ПОМ-2.

В феврале — марте 1986 года, при ведении боевых действий в провинции Нангархар против районов базирования моджахедов, в качестве мин замедленного действия были использованы фугасные авиабомбы ФАБ-500 со взрывателями, имевшими срок замедления от 4 часов до 6 суток. Такие мины оказывали значительное психологическое воздействие и вынуждали моджахедов покидать свои базовые районы, бросая запасы боеприпасов, оружия и продуктов.

В целом, советское минирование характеризуется весьма большим расходом мин и относительно небольшими потерями моджахедов на минах. Мины не столько уничтожали, сколько отпугивали моджахедов, не позволяли им действовать свободно. В этом плане советские мины свою задачу выполняли вполне.

Впрочем, действительные потери моджахедов как от мин, так и от других видов оружия, не удастся установить никому и никогда. Это невозможно по ряду причин: учет личного состава у моджахедов отсутствовал; убитых и раненых они всегда старались выносить, уничтожая при этом все следы (кровь, бинты и т. п.); убитых хоронили скрытно, не обозначая могил, или же на кладбищах, среди обычных умерших.

По подсчетам командования 40-й армии, на одного убитого советского солдата приходилось, в среднем, от 30 до 140 убитых моджахедов. Подтвердить или опровергнуть эти цифры невозможно, но по оценкам западных специалистов Афганистан за 10 лет войны потерял от 1,5 до 2 млн. мужчин.

Контрминная борьба советских войск включала в себя следующие меры:

1. Использование катковых минных тралов, навешиваемых сначала на танки, позже на специально созданные машины БМР. Они представляли собой танк без башни с катковым тралом. Экипаж располагался в броневой рубке на крыше боевого отделения, которое заполнялось пластиковыми канистрами с водой. Днище было усилено дополнительной броней. Эти меры обеспечивали сравнительную безопасность экипажа даже при подрыве не катка, а самой машины на мощном фугасе.

2. Использование ручного поиска мин миноискателями типа ИМП, ИМП-2, ММП, РВМ, РВМ-2, щупами и собаками.

3. Разведка (поиск) мест складирования мин противника, перехват транспортов с минами.

О достоинствах и недостатках различных методов контрминной борьбы выше уже сказано немало. Ограничимся поэтому статистикой результатов контрминной борьбы советских войск:

Год

Уничтожено обнар. мин

Обезврежено мин у противника

Захвачено мин

1980

нет учета

69

380

1981

нет учета

574

4337

1982

нет учета

1590

5009

1983

нет учета

849

11977

1984

нет учета

5295

22303

1985

705

3422

42245

1986

7282

1289

29199

1987

7773

2879

36741

1988

4674

724

4992

1989

0

0

32

Всего

20434

16691

157212

Использование выкапывающих плужных тралов, которыми в изобилии были насыщены танковые и мотострелковые подразделения Советской Армии (танковый полк имел 27 плужных тралов типа КМТ-6 и 3 катковых трала типа КМТ-5М) в условиях каменистого грунта Афганистана оказалось невозможным. Цепные тралы в СССР никогда не разрабатывались и на вооружении не состояли.

Удлиненные заряды разминирования тоже оказались неэффективными в условиях горной местности и особенностей методов минирования, применявшихся моджахедами.

Моджахеды использовали мины в следующих целях:

а) Для нанесения потерь советским войскам, в первую очередь в бронетехнике, во вторую очередь в личном составе, причем, как правило, целью было не выведение из строя бронированной машины, а ее уничтожение вместе с экипажем и десантом.

б) Для затруднения движения механизированных колонн по дорогам, срыв снабжения. Во многих случаях душманам удавалось значительно снижать скорость движения колонн советских войск. Так, в 1986 году во время проведения операций в Кунаре, Алихейне и Кокари-Шаршери, скорость движения колонн из-за минной опасности упала до 15—5 км/час. На одном километре дорог встречалось от 5 до 250 мин.

в) Для прикрытия своих огневых позиций, опорных пунктов, путей, ведущих в районы базирования.

Примечание автора

Хотя общие цифры потерь советских войск в Афганистане за время войны, в том числе по годам давно обнародованы, трудно найти сведения о причинах потерь.

В этом плане автор располагает достоверными сведениями только за 1985 и 1986 годы. На минах в 1985 году погибли 87 человек, были ранены 193, выведено из строя 95 единиц техники, в том числе 45 безвозвратно. В 1986 году погибли 23 человека, что составило 6,9 % от всех безвозвратных потерь за этот год (334 человека).

Вместе с тем надо отметить, что большинства подрывов вполне можно было избежать. Анализ, проведенный инженерным отделом 40-й армии, показал, что 60 % случаев подрыва личного состава на минах являлись прямым результатом беспечности самих пострадавших, а еще 34 % — результатом неверных действий командного состава. Только 6 % случаев действительно можно считать боевыми потерями на минах.

По бронетехнике в 1980 году потери на минах составили 59 % от общих боевых потерь, в том числе безвозвратных 17 %.

Моджахеды использовали, в небольшом количестве, противотанковые мины советского производства ТМ-46 и ТМ-57, похищенные со складов афганской армии. Из-за рубежа они получали китайские мины Туре 72 (копия советской ТМ-46), египетские SH-55, пакистанские Р2Мk2 и Р2МkЗ, американские М19, английские Mk7. Но самыми распространенными были итальянские TS-2.5 и TS-6.1.

Кроме того, моджахеды широко импровизировали мины, придумывали нестандартные способы минирования. Например, они закапывали мину в дорожную колею на глубину до 70–80 см, что исключало обнаружение ее миноискателями и срабатывание после нескольких проездов техники. Взрыв происходил лишь тогда, когда колея углублялась настолько, что очередная машина воздействовала на датчик цели мины.

Иногда мину закапывали не так глубоко, но при этом сверху на нее укладывали большой камень либо кусок бревна. Это исключало обнаружение мины щупами и миноискателями, зато обеспечивало ее срабатывание под машиной (под танком, БТР, БМП, автомобилем).

Одним из способов противодействия катковым тралам была установка двух мин, соединенных детонирующим шнуром. При этом ближняя мина не имела взрывателя и взрывалась тогда, когда трал наезжал на дальнюю мину. Или же ставили мину с электродетонатором вместо взрывателя, а дальше по дороге через 4–5 метров в колею укладывали простейший замыкатель, наезд трала на который вызывал взрыв мины под танком. Иногда такие датчики соединялись не с миной на дороге, а с мощным зарядом ВВ, заложенным на откосе выше дороги. Взрыв этого заряда вызывал камнепад или оползень, что приводило к гибели машины и экипажа.

Впрочем, даже простой перечень всех импровизированных способов минирования, использовавшихся моджахедами, мог бы занять целую книгу. Рамки этой работы не позволяют описать их подробно.

В первый год войны моджахеды использовали мины без дополнительных зарядов, однако позже, решая задачи уничтожения, а не повреждения бронемашин, они едва ли не каждую мину усиливали 20–50 кг тротила (укладываемыми под мину), что как правило влекло полный вывод из строя любой бронемашины, часто с гибелью экипажа.

В целом расход мин на каждый уничтоженный танк был сравнительно невелик, т. к. моджахеды не устанавливали сплошных (протяженных) минных полей, ограничиваясь отдельными минами или группами мин. Если мина не срабатывала по цели, обычно они ее снимали и использовали повторно. Этот момент имел для советских войск и положительное значение, т. к. моджахеды очень редко ставили мины на неизвлекаемость.

Контрминная борьба моджахедов сводилась к трем приемам:

1. К наблюдению за минными постановками советских войск и фиксации минных полей с тем, чтобы просто избегать их. Использовалась при этом и агентурная разведка в местных органах власти, т. к. копии формуляров минных полей советские военные передавали местным властям ради исключения жертв среди мирного населения.

2. К прогону отар овец через подозрительные места. Метод, с точки зрения европейцев, «некрасивый», но чрезвычайно эффективный в отношении противопехотных мин.

3. К использование самодельных или импровизированных щупов.

Информации об эффективности этих методов контрминной борьбы не имеется.

* * *

Афганская война показала, что в локальных войнах системы дистанционного минирования хотя и могут находить применение, но не дают такого эффекта, как в широкомасштабной войне двух регулярных армий. Основным оружием минной борьбы для обеих сторон в условиях партизанской и полупартизанской войны остаются обычные (традиционные) мины ручной установки.

Следовательно, даже самая передовая в техническом плане регулярная армия должна иметь на вооружении такие мины и уметь ими пользоваться.

Похожие книги из библиотеки

Последняя крепость Сталина. Военные секреты Северной Кореи

В этой книге охвачен период с момента появления антияпонских вооруженных формирований корейских коммунистов в 1930-х гг. и до наших дней, включая последние столкновения с вооруженными силами Южной Кореи в Желтом море. Охарактеризованы эволюция военной машины Пхеньяна, военная доктрина, ракетно-ядерная и связанная с ней космическая программы, организационно-штатная структура соединений и частей, боевой состав и развертывание (эшелонирование) вооруженных сил КНДР, оперативно-тактические и тактические нормативы ведения общевойскового боя и марша общевойсковых частей, система подготовки личного состава и ополчения, военное образование, идеологическая обработка личного состава и пр.

Броненосцы типа «Канопус». 1896-1922 гг.

В первую неделю октября 1895 года младший конструктор Д. Дан написал письмо Контролеру флота адмиралу Д. Фишеру, в котором говорилось: “Я представляю на Ваше рассмотрение три варианта проекта нового броненосца. По каждому из них он вооружен 4 12-дм и не менее восьми 6-дм орудиями”. В варианте “А”, представленном на рассмотрение, 6-дм орудия находились в каземате за 6-дм броней, на главной палубе, между двумя двухэтажными казематами, 4 12-фунтовых орудия располагались палубой выше. Борта кораблей за исключением района казематов над главной палубой выполнялись из обычной тонкой стали. Вариант “В” отличался от варианта “А” тем, что борта кораблей от верхней до главной палубы, между казематами были защищены 4-дм гарвеевской броней, и за этими плитами стояло не по одному 6-дм орудию, а по два. Вариант “С” также был защищен 4-дм броней, но вместо 6-дм орудий планировалось установить 4-дм.

Р-39 «Аэрокобра» часть 1

Истребитель Р-39 Airacobra был первым серийным самолетом, созданным фирмой Bell Aircraft Corporation. В 1939 году, представляя истребитель военному министерству США. фирма провела широкую маркетинговую акцию. В результате возникло множество мифов. которые долгие годы окружали самолет. Большие надежды, инспирированные фирмой-изготовителем, вылились в представление о необычайных характеристиках машины, имевшей к тому же очень необычную конструкцию. Один из мифов, например, гласил, что Р-39 в действительности был не истребителем. а летающей пушкой, так как конструкторы создавали, прежде всего, летающий лафет для 37-мм орудия. Другой миф утверждает, что если бы с самолета не сняли турбонаддув, это был бы лучший самолет Второй Мировой войны. В каждой легенде содержится зерно правды, однако не следует эти мифы принимать на веру без малейшей попытки удостовериться в их истинности. Мы надеемся, что данное издание поможет Уважаемому Читателю самому составить мнение о «Аэрокобре» и последовавшей за ней «Кингкобре».

Прим.: Полный комплект иллюстраций, расположенных как в печатном издании, подписи к иллюстрациям текстом.

Самоходные установки на базе танка Т-34

Приложение к журналу «МОДЕЛИСТ-КОНСТРУКТОР»

Состоявшийся 15 апреля того же года пленум Артиллерийского комитета ГАУ с участием представителей от промышленности и войск, а также Народного комиссариата вооружения признал желательным создание как самоходно-артиллерийских установок поддержки пехоты с 76-мм пушкой ЗИС-З и 122-мм гаубицей М-30, так и самоходных истребителей дотов со 152-мм пушкой-гаубицей МЛ-20. Для борьбы с воздушными целями предлагалось сконструировать 37-мм зенитную автоматическую самоходную пушку. В основном решение пленума сводилось к созданию такой системы артиллерийского вооружения, которая обеспечила бы поддержку и сопровождение наступающей пехоты и танков огнем орудий, способных в любых условиях боя и на всех его этапах следовать в боевых порядках войск и непрерывно вести эффективный огонь. Решение пленума было одобрено Государственным Комитетом Обороны.