Глав: 9 | Статей: 34
Оглавление
Эта книга написана десятками авторов, которые в СМИ и интернет-изданиях стремятся показать, что созданы и реально угрожают человечеству качественно новые виды вооружений. Некоторые из них кто-то, не лишенный юмора, назвал «нелетальными». Сергей Ионин предлагает новый термин — «параллельное оружие», то есть оружие, которое не рассматривается на международных конференциях и саммитах, не фиксируется в документах по ограничению различных вооружений, но это такое оружие, которое, пожалуй, будет пострашнее уже существующего.

Издание представляет интерес для самого широкого круга читателей: остро поставленный автором вопрос — чем и как нас будут убивать в XXI веке? — никого не оставит равнодушным.

«ПРОПАГАНДА ДЕЛОМ»

«ПРОПАГАНДА ДЕЛОМ»

Насаждение любой идеологии, религии связано с террором. Можно ли удивляться тому, что самыми ревностными католиками являются испанцы и португальцы, где в свое время свирепствовала самая жестокая инквизиция, или индейцы Латинской Америки, где религия насаждалась огнем и мечом? Древние боги не помогли индейцам, они даже себя не сумели защитить. Так кому же верить? Христу, слуги которого действовали самыми жестокими методами? Нет — защитнице Деве Марии… Арабы пронесли ислам по Востоку на концах своих сабель и копий, революция во Франции, в России — всюду террор.

Начало тысячелетия принесло миру новые вызовы, наиболее опасным из которых является глобальный терроризм.

Развал Советского Союза породил ударную волну которая эхом отразилась на жизни многих народов мира, достигнув всех уголков земного шара. «Падение тоталитаризма на Востоке и последовавшее за ним падение авторитарного национализма на Юге, — пишут Б. Эль Нади и А. Рифаат, — создало политический и идеологический вакуум, который старается заполнить фундаментализм. Там, где еще недавно религия притеснялась государством, сейчас она используется как орудие в борьбе с этим самым государством. Еще вчера государство исключало религию из политической сферы, а сегодня фундаменталисты призывают заполнить ею всю политическую арену. В ходе этого процесса происходит отказ от индивидуальных ценностей во имя общего, подавление свободы во имя догмы, принижение разума во имя веры». С фундаментализмом связан и религиозный фанатизм с его доведенной до предела приверженностью определенным религиозным доктринам, крайней нетерпимостью к инаковерию и инакомыслию, что представляет угрозу безопасности человека и общества.

Из нелинейного характера развития мироцелостности следует усиление религиозного фанатизма — это обусловлено целым рядом этнических, исторических, культурных и иных факторов. Он проявляется сейчас в некоторых нетрадиционных религиях и культах, а также в христианстве на Западе и в ряде религиозно-политических движений Востока, в том числе различных модификациях исламского фундаментализма. Мир так стремительно сползает к сакрализованному фанатизму, к инстинктивной, нерассуждающей вере, что требуются значительные усилия для защиты человека и общества от него. Религиозный фанатизм, как показывают не только история человечества, но и недавние события в Индии, Иране, Афганистане, Боснии и Герцеговине и других странах, играет в основном разрушительную роль, в нем проявляются деструктивные силы человека.

События последнего времени показывают значимость террора, особенно международного терроризма, как угрозы человеку и обществу, причем необходимо различать новые явления в этой сфере, отличающиеся от классического терроризма. Прежде всего следует отметить так называемый «исламский», священный террор, форме которого присущи следующие признаки. Во-первых, отвергаются все современные идеологии и выражается стремление к установлению исламского порядка во всем мире даже путем гибели с оружием в руках. Во-вторых, террор задуман и осуществляется как своеобразная форма Священной войны, которая может быть завершена только после достижения полной победы. В-третьих, террор выступает основой для целой теории индивидуального поведения и государственной политики: каждый должен принять ислам или погибнуть. Этот «исламский», священный террор нацелен на то, чтобы установить во всем мире исламский порядок, где будет господствовать мусульманский фундаментализм. Практика господства фундаментализма в некоторых странах Востока показывает, каким образом нарушаются права и свободы человека и всего общества.

Другой новой формой терроризма, появившейся в конце XX столетия, является так называемый «постмодернистский» терроризм — субъектом террора выступает отдельный индивид или небольшая группа, имеющие в своем распоряжении новейшие средства массового поражения.

В последние годы американские спецслужбы из года в год усиливали наблюдение за ближневосточными террористическими организациями, которые, по их мнению, представляли для США наибольшую опасность, их внимание было сосредоточено на обеспечении безопасности американских объектов и граждан за пределами США. Уроки, полученные в 1993 и 1995 годах, не пошли впрок. Взрыв в Оклахома-Сити в 1995 году был осуществлен не исламскими террористами, а гражданином США Тимоти Маквеем. По мнению заместителя председателя компании по обеспечению корпоративной безопасности «Кролл ассошиэйтс» Брайана Дженкинса, эта акция показала, что «угроза США исходит не столько от внешних, но от доморощенных экстремистов, не имеющих ничего общего с исламскими фундаменталистами, но испытывающих ненависть к федеральному правительству».

Ближневосточные боевики действительно традиционно выбирали мишенью своих акций американские объекты вне территории США. Вот как объяснял причины этого Брайан Дженкинс: «…Фундаменталисты избегали Америки по нескольким причинам: террористические группы делали разницу между политикой государства и американским народом, считали, что в Америке удобно жить и американцев не следует провоцировать, совершая теракты на их территории».

Недооценивая угрозу терроризма, американцы как будто не знали, что ни один исторический период, ни одну страну террор не миновал. Ведь история терроризма уходит в века.

Одно из первых упоминаний об этом явлении связано с терактами, совершенными в 73–66 годах до н. э. еврейской политической группировкой зелотов (буквально «ревнителей»), боровшихся методами террора против римлян за автономию Фессалонии. Примерно тогда же появилась и секта сикариев, которая действовала в Палестине в I веке н. э. и истребляла представителей еврейской знати, выступавших за мир с римлянами. В качестве оружия сикарии использовали кинжал или короткий меч — сику. Это были экстремистски настроенные националисты, возглавлявшие движение социального протеста и настраивавшие низы против верхов. В действиях сикариев прослеживается сочетание религиозного фанатизма и политического терроризма: в мученичестве они видели нечто, приносящее радость, и верили, что после свержения ненавистного режима Господь явится своему народу и избавит их от мук и страданий.

Той же идеологии придерживались и представители мусульманской секты ассошафинов, убивавшие халифов, префектов, губернаторов и даже правителей: ими был уничтожен иерусалимский король Конрад Монферратский. Убийство являлось для сектантов ритуалом, они приветствовали мученичество и смерть во имя идеи и твердо верили в наступление нового миропорядка. В эти же времена в Индии действовали различные тайные общества.

Члены секты «душителей» уничтожали своих жертв с помощью шелкового шнурка, считая этот способ убийства ритуальным жертвоприношением богине Кали. Один из членов этой секты сказал: «Если кто-нибудь хоть раз испытает сладость жертвоприношения, он уже наш, даже если он овладел разнообразными ремеслами и у него есть все золото мира. Я сам занимал достаточно высокую должность, работал хорошо и мог рассчитывать на повышение. Но становился самим собой, только когда возвращался в нашу секту».

В Китае тайные общества, Триады, были основаны в конце XVII века, когда маньчжуры захватили 2/3 территории Китая. Первоначально они были основаны как тайные общества для свержения господства манчжуров и восстановления династии Мин на имперском троне. Эти общества во время правления династии маньчжуров фактически превратились в инструмент местного самоуправления, взяли на себя многие административные и судебные функции. Многие Триады расширили философию сопротивления маньчжурским завоевателям и включили в число противников также «белых дьяволов», особенно, британцев, силой навязавших торговлю опиумом Китаю. Триады неоднократно предпринимали попытки народного восстания, которое жестоко подавлялось маньчжурами.

После Восстания красных тюрбанов в начале XIX века маньчжурами была проведена особо жестокая операция наказания, когда сотни тысяч китайцев были обезглавлены, закопаны живьем, медленно удушены, В результате многие члены Триад были вынуждены искать прибежище в Гонконге и США. По оценкам британских властей, более 2/3 населения Гонконга того времени состояло в различных Триадах. К началу XX века прежде легальная база существования Триад была подорвана репрессиями маньчжур, Триады постепенно перешли на использование криминальных методов обеспечения своей деятельности: к рэкету, контрабанде, пиратству, вымогательству.

В 1911 году деятельность Триад полностью превратилась из патриотической в криминальную. Впервые в истории образовалось государство, возглавляемое и управляемой членами тайных криминальных обществ, которые привлекали отряды боевиков Триад для расправы над своими политическими противниками.

Две наиболее известные доктрины, оправдывающие террор, — это «философия бомбы» и «пропаганда делом». «Философия бомбы» появилась в XIX столетии, ее ярым приверженцем и основоположником теории терроризма в его современном понимании считается немецкий радикал Карл Гейнцген. Он был убежден, что «высшие интересы человечества» стоят любых жертв, даже если речь идет о массовом уничтожении ни в чем не повинных людей.

Гейнцген считал, что силе реакционных войск нужно противопоставить такое оружие, с помощью которого небольшая группа людей может создать максимальный хаос, и призывал к поиску новых средств уничтожения. Систематические террористические акции начинаются во второй половине XIX века: в 1970-1990-е годы анархисты взяли на вооружение «пропаганду делом» (террористические акты, саботаж), а их основная идея состояла в отрицании всякой государственной власти и проповеди ничем не ограниченной свободы каждой отдельно взятой личности. Главными идеологами анархизма на различных этапах его развития были Прудон, Штирнер, Кропоткин.

Анархисты отвергают не только государственную, но любую власть вообще, отрицают общественную дисциплину, необходимость подчинения меньшинства большинству. Создание нового общества анархисты предлагают начать с уничтожения государства, они признают лишь одно действие — разрушение. В 1990-е годы анархисты повели «пропаганду делом» во Франции, Италии, Испании и Соединенных Штатах, запугав ничего не понявших граждан так, что те в конце концов стали полагать, что терроризм, экстремизм, национализм, социализм, нигилизм, радикализм и анархизм — это одно и то же. Этому предшествовало несколько взрывов в парижских домах, произведенные неким Равашолем, произнесшим следующий монолог: «Нас не любят. Но следует иметь в виду, что мы, в сущности, ничего, кроме счастья, человечеству не желаем. Путь революции кровав. Я вам точно скажу, чего я хочу. Прежде всего — терроризировать судей. Когда больше не будет тех, кто нас сможет судить, тогда мы начнем нападать на финансистов и политиков. У нас достаточно динамита, чтобы взорвать каждый дом, в котором проживает судья…». Правда, этот «идейный террорист» оказался на самом деле обыкновенным уголовником, промышлявшим воровством и контрабандой.

В 1887 году «Террористическая фракция» партии «Народная воля» совершает в Петербурге покушение на императора Александра III. В 1894 году итальянский анархист убивает президента Франции Карно. В 1897 анархисты совершают покушение на императрицу Австрии и убивают испанского премьер-министра Антонио Канова. В 1900 году жертвой анархистского нападения стал король Италии Умберто. В 1901 году американский анархист убивает президента США Уильяма Маккинли. В России анархистское движение 1917–1919 годов также свелось к экспроприациям и открытому террору причем зачастую под видом анархистов действовали бандиты и авантюристы. В Москве была создана «Всероссийская организация анархистов подполья», совершившая ряд террористических актов (взрыв здания МК РКП(б) и др.). В то же время радикальные националистические группировки — армянские, польские террористы, ирландские «динамитчики», турецкие бомбисты-одиночки, македонцы, сербы — пользовались террористическими методами в борьбе за национальную независимость.

Свое продолжение концепции «философии бомбы» и «пропаганды делом» получили в теории фашизма, возникшей в начале XX столетия в Италии и Германии. Это была террористическая диктатура самых реакционных сил, отличающаяся применением крайних форм насилия, шовинизмом, расизмом, антисемитизмом, идеями военной экспансии и всевластия государственного аппарата. Был обрушен кровавый террор на все демократические и либеральные движения, физически уничтожались все действительные и потенциальные противники нацистского режима. Созданный в фашистской Германии механизм диктатуры включал в себя отличавшийся крайней жестокостью террористический аппарат: СА, СС, Гестапо, «Народный трибунал» и др. Под влиянием Италии и Германии режимы фашистского типа были установлены в Испании, Венгрии, Австрии, Польше, Румынии.

Понятие же «террор», по мнению историков и специалистов, возникло во времена Французской буржуазной революции.

Сейчас наибольшую угрозу для мирового сообщества представляет международный терроризм. По данным журнала «Экономист», число жертв международного терроризма с 1968 года по 1995 год составило 9000 человек, а с 1996 по 2000–5000. Практически все вооруженные конфликты, возникшие в последние годы в Азии, Африке, на Ближнем Востоке, на территории СНГ, сопровождались всплеском диверсионно-террористической деятельности.

Дошло до того, что терроризм взят на вооружение целыми государствами. При этом государственный терроризм достиг таких размеров, что 39-я Генеральная Ассамблея ООН в 1984 году приняла специальную резолюцию «О недопустимости политики государственного терроризма и любых действий государств, направленных на подрыв общественно-политического строя в других суверенных государствах».

Однако социальное неравенство в обществе, национально-конфессиональные противоречия, отсутствие эффективного правового регулирования общественной и религиозной деятельности способствуют образованию значительного количества экстремистских организаций и фанатичных сект, рассматривающих терроризм как одно из основных средств борьбы со своими противниками.

Время подтвердило, что и США весьма уязвимы, поскольку являются открытым обществом, и время сняло все «табу» на организацию терактов непосредственно на территории Америки. Оказалось, что принципиально новые виды оружия и технологии войны, порожденные прошлым беспокойным и страшным столетием, может весьма эффективно использовать современный терроризм, чьи организации вполне способны образовать мировой террористический Интернационал. И подтверждением тому явились события 11 сентября 2001 года, когда были разрушены башни Всемирного торгового центра в Нью-Йорке и часть Пентагона в Вашингтоне. Рядовых американцев поразило, что осуществили этот взрыв мусульманские фундаменталисты, сами жившие в США.

Политологи считают, что последствиями этих террористических актов, войн в Чечне, Афганистане, Ираке являются изменение хода истории и мирового порядка и начало конца либеральной модели демократии и либеральной рыночной экономики. Кроме того, в системе ценностей на первое место выходит право общества на безопасность в ущерб правам и свободам человека, декларируемым западным обществом.

Сегодня смело можно говорить, что терроризм представляет собой не только и не столько радикальный метод политического давления (борьбы), сколько специфическую форму войны и выступает в качестве новой угрозы XXI столетия.

Оглавление книги


Генерация: 0.511. Запросов К БД/Cache: 3 / 1