Глав: 9 | Статей: 34
Оглавление
Эта книга написана десятками авторов, которые в СМИ и интернет-изданиях стремятся показать, что созданы и реально угрожают человечеству качественно новые виды вооружений. Некоторые из них кто-то, не лишенный юмора, назвал «нелетальными». Сергей Ионин предлагает новый термин — «параллельное оружие», то есть оружие, которое не рассматривается на международных конференциях и саммитах, не фиксируется в документах по ограничению различных вооружений, но это такое оружие, которое, пожалуй, будет пострашнее уже существующего.

Издание представляет интерес для самого широкого круга читателей: остро поставленный автором вопрос — чем и как нас будут убивать в XXI веке? — никого не оставит равнодушным.

ПОКЛОННИКИ ЗЕЛЬЯ

ПОКЛОННИКИ ЗЕЛЬЯ

Такой же террорист-одиночка или члены небольшой организации могут воспользоваться опытом древности, а именно — алкалоидами.

В исторических источниках встречается упоминание о неаполитанке Тоффане — ее зельем, так называемой Тоффановой водой, было умерщвлено около 600 человек. Причем в списке жертв Тоффаны были даже папы римские.

История императорского Рима донесла до нас рассказы о не менее «популярной» отравительнице Лукусте. Услугами Лукусты особенно часто пользовались Калигула и Нерон.

Да что там, легендарная Троянская война была выиграна благодаря отравленным стрелам — это одна из первых попыток ведения биохимической войны. Об этом говорится в книге известной американской писательницы Адрин Мэйор, изучившей историю и происхождение биотерроризма и химического оружия. Мэйор проанализировала труды 50 древних греческих и латинских авторов, обнаружив, что химическое и биологическое оружие имеет глубокие корни в человеческой истории. Стрелы и копья, отравленные ядом змей, насекомых или растений… Один из самых типичных примеров: Геркулес убил Гидру стрелой с ядом. Одиссей тоже пользовался отравленными стрелами. К биохимическим средствам уничтожения относятся ядовитый мед, вода, отравленная наркотиками, бомбы со скорпионами, различные газы, зажигательное оружие, подобное современному напалму, и т. п. — все это широко использовалось в исторических сражениях.

Об истории отравлений написано много, поскольку яды интересовали человечество с древности. Схемы отравлений были самые разные, в этом плане фантазия и преступная хитрость человека работали вовсю. Яд мог попасть в кровь через укол шипа, иглы и т. п. Иногда яд выделялся вместе с дымом свечи или лампады. Известны исторические факты, когда на кровать укладывали спать беспробудным сном неугодного гостя и удушливые испарения поднимались из простыни, нагреваемой теплом человеческого тела. Экзотическими были отравления через поцелуй наложниц, которые с детства приучались и адаптировались к яду до такой степени, что его концентрация в слюне была губительной для другого человека. Яды подсовывали традиционно — с едой, смешивали с кремом для кожи, шампунем, помадой, впускали в помещение через канализацию…

Известно, что Ганнибал, один из величайших полководцев, был отравлен; Клеопатра, царица Египта, по одной из версий, — тоже, а случай с Митридатом VI Евпатором, царем Понта и Босфора, приводится в науке о ядах — токсикологии — как классический пример привыкания к некоторым из них. Этот монарх из страха быть отравленным длительное время специально приучал себя к ядам. Когда же предательски оставленный своими детьми он на самом деле попытался отравиться, то ни один из принятых им ядов на него не подействовал.

От яда погиб учитель Платона Сократ, приговоренный к смерти.

«Когда Сократ увидел, — писал Платон, — тюремного служителя, то спросил его: „Ну, милый друг, что я должен делать с этим кубком?“ Тот ответил: „Ты должен только испить его, затем ходить взад и вперед до тех пор, пока у тебя не отяжелеют бедра, а потом лечь, и тогда яд уже будет продолжать свое действие“. Сократ бодро и без злобы опорожнил кубок. Он ходил взад и вперед, а когда заметил, что бедра отяжелели, лег прямо на спину, как велел ему тюремный служитель…

После этого служитель сильно сжал ему стопу и спросил, чувствует ли он что-нибудь при этом. Сократ ответил: „Нет“. Служитель подавил сначала его колено, затем надавливал все выше и показал нам, что тело становится холодным и оцепенелым. После этого он прикоснулся к нему еще раз и сказал, что как только действие яда дойдет до сердца, то наступит смерть. Когда живот сделался уже почти совершенно холодным, то Сократ… сказал: „Мы должны Асклепию принести в жертву петуха, сделайте это немедленно“. Это были его последние слова».

Платон вполне достоверно показал действие одного из растительных ядов — кониина. Алкалоид каниин, выделенный в чистом виде в 1881 году из корня болиголова, стал впоследствии первым алкалоидом, синтезированным в химической лаборатории.

Сильнейшим из растительных ядов считается яд кураре.

Первые сообщения о нем можно найти в книге монахов королевского двора Изабеллы Испанской (1516); затем в отчетах путешественников, участвовавших в экспедициях вверх по реке Амазонке в Гвиану и другие места американского континента.

Добывался яд из растений рода Стрихнос, произрастающих в Южной Америке. Индейцы смазывали им наконечники своих стрел, и поэтому кураре стали называть стрельным ядом. «Индеец, вложив стрелу в сарбакан, поднес его к губам. Набрав побольше воздуха в легкие, он, что было сил, дунул в трубу. Тапир продолжал пастись, не подозревая об опасности. Вдруг он вздрогнул, перестал есть, потом принялся рвать корни… затем зашатался и упал. Кураре оказало свое действие; тапир был мертв».

Из растений рода Стрихнос французскими химиками Пеллетье и Каванту еще в 1818 году были выделены два алкалоида: стрихнин и бруцин. И тот и другой оказались сильнейшими ядами. Но выяснилось: только южноамериканские растения рода Стрихнос содержат яд кураре. Растения того же рода, произрастающие на других континентах, этого яда не имели.

Но стрихнин и бруцин, выделенные из индонезийского растения, были также ядовиты. Они вызывали у раненых животных приступы мучительных, следующих один за другим судорог. Причиной смерти от этих ядов является паралич центральной нервной системы…

В джунглях Южной Америки, в бассейне реки Рио-Атрато, водится крошечная лягушка. Местные индейцы племени чоко называют ее «кокой».

Существо это так мало (длина взрослого самца — 2–3 см, а вес — всего 1 гр), что отыскать кокой в непроходимых зарослях джунглей далеко не легкая задача. Зато ядом одной такой лягушки можно убить 50 ягуаров. Яд кокой оказался самым сильным ядом животного происхождения из известных до сего времени. Яды кобры и других опаснейших змей не идут ни в какое сравнение с ним.

Казалось бы, времена отравителей давно прошли, но…

Несколько лет назад в Чечне был отравлен террорист Хаттаб. Курьер по имени Ибрагим доставил террористу послание важного содержания якобы от арабского шейха. При чтении письма яд вступил во взаимодействие с потом на руках Хаттаба, после чего террорист в течение двух суток тихо умер, даже не поняв, что его отравили. И вот заявление Басаева, сделанное в апреле 2004 года. В ответ на ликвидацию Яндарбиева он обещал, что «…в этом году на территории России будут пропадать без вести люди от 10 лет и старше, точно так же, как они пропадают на оккупированной и истерзанной чеченской земле. Официально заявляю, что против нас активно применяются боевые химические и отравляющие вещества, яды различных модификаций (последнее наши спецслужбы даже и не отрицают, ведь так был ликвидирован „черный араб“). Поэтому мы оставляем за собой право применять в этом году химические и отравляющие вещества и те же яды против России».

Доктор химических наук Лев Федоров заявил тогда в эфире радиостанции: «Я не думаю, что сейчас у них может быть химическое оружие, им неоткуда его взять.

Чтобы достать на складе химическое оружие, нужны деньги, причем сумма должна быть жирная, чтобы начальник склада, начальник хранилища и мелкий прапорщик получили то, что нужно, и вынесли то, что нужно».

Мы уважаем мнение маститого ученого. Но давайте еще раз вернемся к истории отравителей и отравлений.

После революции тайные отравления были с успехом взяты на вооружение спецслужбами новой власти. В ЧК-ОГПУ-НКВД-КГБ для этих целей существовало целое подразделение (так называемый «специальный кабинет», «камера», «лаборатория X»), а ныне 12-й отдел управления «С» Службы внешней разведки России. Результат работы сотрудников «специального кабинета» не заставил себя долго ждать. В 1928 году одной из первых жертв сталинских агентов стал адмирал Врангель, который скончался в Голландии, выпив неизвестного яду. Руководителем «лаборатории X» в сталинские времена стал зловещий профессор Григорий Майрановский.

Именно под руководством этого «главного отравителя» был изготовлен целый арсенал средств для исполнения тихих внесудебных приговоров. При данной службе имелась также и спецкамера, где проводились эксперименты над обреченными людьми. Недавно при капитальном ремонте дома, где раньше находилась «лаборатория X», строителями под фундаментом были обнаружены завалы человеческих костей. Сотни людей стали жертвами смертельных инъекций доктора Майрановского и его коллег.

Иногда факты криминальных отравлений становились известными из-за предательств в самих спецслужбах. Например, долгое время считалось, что антисоветский писатель-эмигрант Лев Ребет умер от инфаркта в октябре 1957 года. Но четыре года спустя сотрудник КГБ Богдан Сташинский бежал за границу и рассказал, что он, встретившись с Ребетом на лестнице, прыснул ему в лицо ядовитый газ из специального баллончика. Другой небезызвестный «контрреволюционер», Степан Бандера, в 1959 году также был устранен Сташинским в Германии. Агент выстрелил в него капсулой с ядом из специального пистолета.

В 1958 году с помощью радиоактивного талька пытались убить советского перебежчика Николая Хохлова, которому КГБ поручило убить бывшего главу Временного правительства Александра Керенского. Хохлова с большим трудом спасли американские врачи, целый год он провел в больнице.

Еще одна известнейшая спецоперация тайных служб — ликвидация болгарского диссидента-перебежчика Георгия Маркова в 1978 году в Лондоне. Неизвестный словно бы случайно уколол болгарина зонтиком в ногу. На конце зонтика был рицин — чрезвычайно мощный яд растительного происхождения, смертельная доза которого в 80 раз меньше смертельной дозы цианистого калия. Марков умер спустя четыре часа. Жизнь другого болгарского политического эмигранта, Владимира Костова, получившего «укол зонтика» в парижском метро, была спасена врачами. Ядовитая капсула была извлечена из его тела вовремя. Воск, которым было заклеено отверстие в капсуле, не успел растаять, и рицин еще не проник в организм.

В 1970-е годы с помощью инъекции с ядом КГБ пытался «убрать» Александра Солженицына. Однако из- за технической ошибки (операцию проводили, когда Солженицын стоял в очереди в магазине) секретному сотруднику не удалось ввести весь яд в тело жертвы. Несколько дней писатель был между жизнью и смертью, но ему все же удалось выжить. В 1990-х годах сам агент, испытывая угрызения совести, публично выступил с покаянным признанием в прессе и попросил прощения у Нобелевского лауреата. Вышла осечка и с советским гражданином и двойным агентом ЦРУ Борисом Коржаком. Он почувствовал укус комара, но вначале не обратил на это внимания, а когда началось внутреннее кровотечение и аритмия сердца, поспешил к врачу. Доктор извлек из «комариного укуса» микрокапсулу с рицином.

С распадом СССР череда громких убийств с помощью ядов не прекратилась, а, наоборот, обрела новое качество. Первой ласточкой криминальных отравлений новейшей истории на пространстве бывшего СССР стала смерть банкира Ивана Кивелиди. Он не был слишком удачливым и крупным финансистом, зато пользовался большим авторитетом и был способен стать неформальным объединителем банкиров, его инициатива угрожала тем кругам, которые привыкли сосать государственную казну. Кивелиди надо было убрать. Характер и способ убийства, высочайший уровень подготовительных работ не оставляют сомнения: работали специалисты. Кивелиди был отравлен солями тяжелых металлов, которые нанесли в микроскопических количествах на телефонную трубку. Никаким ассасинам это и не снилось. После августа 1991-го, а особенно после реформ аппарата КГБ Ельциным, из спецслужб ушло столько людей, что криминальные структуры не должны испытывать недостатка в специалистах. Так неужели же Басаеву трудно найти пару исполнителей? А уж заставить их пойти на теракт — дело техники! Их можно купить, запугать, шантажировать и т. д. и т. п.

А о чем можно говорить после истории с отравлением диоксинами кандидата в президенты Украины Виктора Ющенко? Кто и зачем, мы не знаем, но то, что это отравление, не вызывает сомнений.

Оглавление книги


Генерация: 0.145. Запросов К БД/Cache: 3 / 1