Вместо введения

МИР ПОСЛЕ ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ

В течение 40 лет, прошедших после окончания Второй мировой войны, внешне мир выглядел так же просто, как известный символ восточной философии «инь-ян». По одну сторону «железного занавеса» находился блок НАТО, по другую — Организация Варшавского Договора. «Холодная война» заставляла обе стороны напрягать все силы в попытках добиться военного превосходства и превратить патовое положение на мировой шахматной доске в победу одной из систем.

На решение такой грандиозной задачи с обеих сторон выделялись огромные ресурсы, и развитие военной техники двигалось в период после второй мировой войны быстрыми темпами. В вечном споре, что сильнее — снаряд или броня, оружие или защита от него, — постоянно создавались новые, все более изощренные образцы творческого гения военных специалистов разных стран.

Варшавский Договор имел численный, но не качественный перевес фактически во всех видах вооружений. НАТО обладал преимуществом в военных технологиях, которое в ряде областей могло быть существенно сокращено. По оценкам министерства обороны США к концу 80-х годов военно-технологический «разрыв» между Соединенными Штатами и СССР существовал в 9 важных областях фундаментальных технологий из 20 исследовавшихся, был сведен на нет — в 6, отсутствовал (как и прежде) — в 5. К началу перестройки два военно-политических блока так и не смогли добиться значительного превосходства друг перед другом в области вооружений, несмотря на всю разницу политических систем. Но, как обычно, хотя перед лицом внешнего врага мы только крепчаем, самым страшным остается враг внутренний. Внутренние противоречия развалили некогда монолитный восточноевропейский блок во главе с распавшимся в свою очередь Советским Союзом, и баланс сил на планете серьезно нарушился.

Взамен простой и достаточно ясной расстановки сил мир получил с окончанием «холодной войны» ситуацию крайне сложную и непредсказуемую, и это положение дел может таить в себе еще большую опасность, чем глобальное противостояние.

В наиболее законченном виде модель конфликтов XXI века была представлена в 1993 году директором Института стратегических исследований при Гарвардском университете профессором Сэмюэлем Хантингтоном, и на сегодняшний день она не имеет серьезных конкурентов. По утверждению профессора Хангтингтона, в нарождающемся мире основными источниками конфликтов будут уже не экономика, как в первой половине XX века, не идеология, как во второй, а наиболее значимые противоречия глобальной политики между нациями и группами, принадлежащими к разным цивилизациям.

Столкновение цивилизаций станет доминирующим фактором мировой политики. Линия разлома между цивилизациями — это и есть линия будущих фронтов.

Цивилизация определяется социальной наукой как культурная общность наивысшего порядка, как самый широкий уровень культурной идентичности людей и характеризуется наличием общих черт объективного порядка, таких как язык, история, религия, обычаи, институты, а также субъективной самоидентификацией людей.

История человечества знала 21 цивилизацию, 8 из которых — западная, конфуцианская, японская, индуистская, православно-славянская, исламская, латиноамериканская и африканская — существуют в современном мире.

Люди разных цивилизаций по-разному смотрят на отношения между Богом и человеком, индивидом и группой, гражданином и государством, родителями и детьми, мужем и женой, имеют разные представления о соотносительной значимости прав и обязанностей, свободы и принуждения, равенства и иерархии. Эти различия складывались столетиями. Они более фундаментальны, чем различия между идеологиями и режимами.

По мнению Хантингтона, раздел между цивилизациями пролегает: на востоке Европы — вдоль нынешней границы Российской Федерации и Финляндии, России и прибалтийских государств, рассекает Беларусь и Украину, сворачивает западнее, отделяя Трансильванию от остальной части Румынии, а затем совпадает с линией, отделяющей Хорватию и Словению от остальной Югославии. На юге европейской и востоке азиатской частей Россия граничит с исламской, конфуцианской и японской цивилизациями.

Последние вооруженные конфликты в Югославии, Чечне, Таджикистане, Приднестровье, Грузии, территориальные споры Японии с Россией достаточно красноречиво свидетельствуют в пользу цивилизационной модели конфликтов Хантингтона, хотя проводимые им линии раздела цивилизаций не бесспорны.

Безусловно, в целом напряженность в мире значительно ослабла, и люди не ждут больше со дня на день начала третьей мировой войны. Крушение социалистического строя в странах Восточной Европы дало их народам некоторую видимость политической свободы западного образца. Основные цели, которые ставили перед собой американцы, тоже достигнуты: США могут по праву считать себя теперь единственной сверхдержавой, вокруг которой, как вокруг оси, вращается вся мировая политика. В настоящее время это единственная развитая держава, всегда готовая применить военную силу и неоднократно делавшая это даже в 90-е годы. Теперь никто не может помешать США навязать свое мнение всему миру. Это становится еще сложнее с дальнейшим расширением блока НАТО на восток и внутренними конфликтами, раздирающими Российскую Федерацию.

Несмотря на общее снижение уровня международной напряженности в Европе и распадом Варшавского блока, НАТО не только не был распущен, а еще больше усилил свои позиции. Если считать альтернативой НАТО весьма несовершенный Договор о коллективной безопасности (ДКБ), подписанный странами СНГ, то в настоящее время НАТО имеет над государствами ДКБ более чем 3-кратное превосходство в обычных наступательных вооружениях. После принятия в члены Североатлантического блока Чехии, Венгрии и Польши вместе с отводимыми им квотами НАТО получает уже 5-кратное преимущество, что, согласно военной науке, полностью обеспечивает наступательные боевые действия в случае вооруженного конфликта. Кроме чисто количественных преимуществ в вооружении и военной технике, НАТО приближает инфраструктуру своей военной организации вплотную к границам стран СНГ. Все это может способствовать соблазну к переходу на политику угроз в случае, если политика стран СНГ не будет соответствовать интересам НАТО. Весьма показательно в этом плане высказывание президента Соединенных Штатов Клинтона: «Сила есть основа успешной дипломатии, а военная мощь всегда имела фундаментальное значение в международных отношениях». Бывший госсекретарь США У. Кристофер также весьма прямолинеен: «Осторожное и осмотрительное использование силы в некоторых обстоятельствах и реальная угроза ее использования будут иметь решающе важное значение для успеха нашей дипломатии и внешней политики».

Американцы всегда славились своим навязчивым стремлением делиться со всеми остальными народами мира своей «великой» культурой и американским образом жизни, попутно не забывая свои политические и особенно экономические интересы.

Да, наверно, Соединенные Штаты могут считать себя победителями в той сложнейшей шахматной игре, какой являлась вся история XX столетия. Но что получила Америка в результате этой исторической победы?

Военные, во всяком случае, только потеряли. Ушли в прошлое грандиозные ассигнования Пентагону, свернуто около 20 основных военных программ, и i Тайны новейших военных разработок американцы не желают больше расставаться со своими деньгами для зашиты от не существующей больше угрозы со стороны Советского Союза. Продолжается сокращение вооруженных сил США, а реальной работы приходится теперь выполнять даже больше, чем раньше, что связано с обострением напряженности во многих локальных зонах.

Что же касается безопасности, здесь для Соединенных Штатов тоже не все просто. Хотя сейчас в мире имеется только 5 официально признанных атомных держав: США, Россия, Великобритания, Франция, Китай, — ученые считают, что уже 50 стран располагают техническими возможностями по созданию ядерного оружия, 80 стран — химического, 100 стран — бактериологического. И далеко не все из этих государств хорошо относятся к США, а некоторые просто испытывают ненависть. Теперь, когда даже взрыв ядерного устройства совсем не обязательно послужит сигналом к началу третьей мировой войны, слишком многие могут пойти на такой шаг. Эта опасность грозит, кстати, не только американцам.

Поэтому ни Соединенные Штаты, ни какая-либо другая страна не может позволить себе расслабиться и прекратить исследования в области создания новых вооружений. И хотя напряженность этой работы и выделяемые на нее средства в последнее время несколько снизились, прогресс в военной области движется вперед семимильными шагами. Многие образцы вооружений, которые военные относят к категории «обычных», еще совсем недавно можно было увидеть только в фантастических боевиках из разряда «Звездных войн» или «Универсального солдата».

К примеру, в войне против Ирака (которая, по сути, являлась лишь реализацией классической доктрины итальянского генерала Дуэ о решающей роли авиации на поле боя, сформулированной в… 1909 году) США использовали следующие виды новейших вооружений: «невидимые» истребители-бомбардировщики F-117A «стелс», противоракетные системы «Пэтриот», самолеты Е-8А для радарного обнаружения наземных целей, систему целеуказания по точкам привязки и атаки, крылатые ракеты воздушного и морского базирования, высокоточные бомбы с лазерным наведением на цель, радиоэлектронные средства для создания помех в системах связи противника, газотурбинные танки с активной защитой и компьютерным комплексом управления «Абрамс» Ml, средства космической связи, систему космического обнаружения, беспилотные летательные аппараты, методы информационной войны и т. д. Причем деньги налогоплательщиков, потраченные на разработку и внедрение этих чрезвычайно дорогостоящих «игрушек для генералов», окупились сторицей — в ходе операций «Щит в пустыне» и «Буря в пустыне» безвозвратные людские потери стран антииракской коалиции составили чуть больше 100 человек. Согласитесь, что на фоне так бесславно завершившейся военной авантюры в Чечне, это просто потрясающий показатель. А ведь Россия всегда умела производить самое совершенное оружие, пользующееся устойчивым спросом на мировом рынке и успешно конкурирующее с американским, французским, английским, израильским.

Так что же понимать под «оружием завтрашнего дня», оружием будущего? Строго засекреченные разработки, существующие только в чертежах или концепциях? Опытные образцы, проходящие испытания? Или реальные танки, самолеты, пушки, которые стоят на вооружении ведущих армий мира уже много лет, но говорить и писать о которых стало можно только сегодня? Наверное, ответ на этот вопрос не может быть однозначным. В данной книге читатель найдет описание и первого, и второго, и третьего. Для энтузиастов военного дела многое окажется не в диковинку. Для людей, далеких от истории оружия, эта книга может стать открытием. Автор будет рад, если, прочитав эту книгу, некоторые читатели вслед за ним осознают, что окружающий нас в данный момент мир — это во многом мир будущего, а наши обыденные представления о настоящем принадлежат уже вчерашнему дню.

Еще одно замечание. В этой книге не описываются средства ведения войны планетарного уровня, и вы не найдете здесь сведений о ядерном, химическом, биологическом оружии и тому подобном. Угроза глобальной войны, к счастью, осталась в прошлом, а для локальных конфликтов, какими, будем надеяться, ограничатся военные действия в будущем, решающее значение имеют обычные виды вооружений и военной техники. Итак…

Похожие книги из библиотеки

Танковый меч страны Советов

Книга посвящена величайшей в истории танковой армаде — бронетанковым войскам СССР. Во всех странах мира, вместе взятых, танков было меньше, чем в Советской Армии. Эти полчища стальных чудовищ, предназначенных для победоносного рывка к Ла-Маншу, погибли вместе со страной, их создавшей. Впервые в отечественной и зарубежной литературе представлена реальная, а не парадная история развития и упадка советских танковых войск послевоенной эпохи.

Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Субмарины США «Gato»

ВМФ США стал одним из первых флотов, получивших субмарины. Несколько экспериментальных подводных лодок построил для флота Джон Холланд в конце XIX века. Но сохранить свой приоритет янки не смогли. К концу Первой Мировой войны ни для кого не было секретом, что американские подлодки меньше, медленнее, хуже вооружены и имеют ограниченный радиус действия по сравнению с подлодками любой другой страны, участвовавшей в войне. После завершения Первой Мировой войны резко изменилась стратегическая ситуация в мире. США превратились в одну из мировых сверхдержав. Вместе с тем всем было очевидно, что Версальский договор долго не просуществует. В будущей войне Соединенные Штаты могли столкнуться лишь с несколькими серьезными противниками. Но Великобритания была надежным союзником, Советская Россия была слишком ослаблена революцией и гражданской войной, ее флот оказался практически уничтожен. Оставался один серьезный противник — Япония. Японская империя была молодым и динамично развивающимся государством, агрессивным в отношении к соседям. Казалось, что Япония старается стремительно наверстать упущенное за прежние столетия время. Неизбежно, такая политика приводила к конфликтам со старыми империями, господствовавшими в Азии: Францией, Голландией, Великобританией и, наконец, США. Соединенные Штаты были особенно уязвимы, поскольку их владения на Тихом океане лежали в направлении японской экспансии. Филиппины, Гуам, Уэйк и Гавайи были главными препятствиями для Японии. Соединенные Штаты поспешили обзавестись флотом, который смог бы противостоять растущей морской мощи Японии.

Прим.: Полный комплект иллюстраций, расположенных как в печатном издании, подписи к иллюстрациям текстом.

Линейные корабли типа "Баерн". Последние дредноуты империи кайзера Вильгельма II.

Линейные корабли типа «Баерн» безусловно представляли собой самые мощные и боеспособные в мире дредноуты «доютландской» эпохи и великолепный образец самой передовой кораблестроительной технологии второго десятилетия минувшего века.

Но в силу целого ряда причин «Баерн» и «Баден» оказались все же «штучным товаром» (англичане за годы первой мировой войны пополнили свой флот десятью подобными кораблями!) и наивысшим достижением немецкой судостроительной промышленности эпохи кайзеровской империи. По своим боевым возможностям они находились на уровне лучших английских кораблей своего класса, строившихся с ними в одно и то же время — линкоров типов «Куин Элизабет» и «Роял Соверен», а в части обеспечения живучести — далеко опережали своих английских оппонентов.

Неизвестная трагедия С-117

Море неохотно расстаётся со своими сокровенными тайнами. Иногда на это уходят долгие годы, однако чаще всего тайны так и остаются тайнами. Кто может сказать, сколько загадок и трагедий сокрыто под толщей океанов? Сколько человеческих жизней отдано во имя завоевания морей? Сколько кораблекрушений было и сколько их ещё будет?

Сегодня почти никто уже и не помнит давнюю загадочную и трагическую историю советской подводной лодки С-117. Время стёрло из памяти многое. И все же, думается, настала пора рассказать правду о том далёком от нас событии.