Глав: 16 | Статей: 30
Оглавление
Это был стремительный и кровавый марш из юго-восточного Подмосковья через районы Тульской и Калужской областей до Смоленщины. Месяц упорных и яростных атак в ходе московского контрнаступления, а затем – почти два года позиционных боев в районе Кирова и Варшавского шоссе. И – новый рывок на северном фасе Курской дуги. Именно солдатам 10-й армии довелось брать знаменитую Безымянную высоту, ту самую, «у незнакомого поселка», о которой вскоре после войны сложат песню.

В книге известного историка и писателя, лауреата литературных премий «Сталинград» и «Прохоровское поле» Сергея Михеенкова на основе документов и свидетельств фронтовиков повествуется об этом трудном походе. Отдельной темой проходят события, связанные с секретными операциями ГРУ в так называемом «кировском коридоре», по которому наши разведывательно-диверсионные отряды и группы проникали в глубокий тыл немецких войск в районах Вязьмы, Спас-Деменска, Брянска и Рославля. Другая тема – судьба 11-го отдельного штрафного батальона в боях между Кировом и Рославлем.

Рассекреченные архивы и откровения участников тех событий легли в основу многих глав этой книги.
Сергей Михеенковi / Олег Власовi / Литагент «Центрполиграф»i

№ 5

№ 5

Из записок кировского краеведа С.И. Тришкина

В январе 1942 года воины Красной армии освободили часть населенных пунктов Кировского района от трехмесячной оккупации фашистскими захватчиками.

Для гитлеровцев, расположившихся в небольших гарнизонах некоторых сел Дубровского сельсовета, это было неожиданностью. Они приняли эти части за отряды партизан, имеющие связи с местными жителями.

В селе Дуброво в здании средней школы располагался небольшой гарнизон фашистов. Местные жители называли его почему-то штабом. Там же ими была организована небольшая швейная мастерская по шитью теплых вещей для своей армии. Работать в ней фашисты собрали портных из соседних деревень.

В день освобождения деревни Якимово 7 января дети двоих мужчин, работавших там, пришли в Дуброво и рассказали отцам о приходе советских воинов в Якимово. Слух об этом дошел до фашистов. Тогда один из офицеров собрал работающих в одну комнату, разложил на столе карту и пояснил, что линия фронта находится под Москвой и что в Якимово пришли не войска, а партизаны, которые связаны с местными жителями.

Об этом рассказали бежавшие в ту же ночь мужчины.

Позднее этот гарнизон пытался наступать на деревню Якимово, но его атака была отбита нашими бойцами. А еще через несколько дней фашисты пытались уйти на лыжах в сторону Кирова по дороге на Старую Слободу, но были обстреляны нашими воинами при подходе к Воскресенску. Понеся потери и имея раненых, они хотели возвратиться в Дуброво. Но в Дуброво тем временем вошли наши войска. И здесь немцы были уничтожены.

Это, по всей видимости, и послужило поводом для расправы с жителями деревень Липовка, Дмитровка, Михалёво и поселка Панский в третьей декаде января 1942 года, когда немцы получили подкрепление.

Видимо, немецкое командование в первое время скрывало от своих тыловых частей свое поражение под Москвой, либо отсутствовала связь с ними.

Липовка

В день прихода советских разведчиков в Липовку фашистов там не было.

Неожиданно со стороны Шайковки показались шесть подвод с немецкими солдатами, которые возвращались из Дуброва.

Наши воины решили дать им бой. Они установили пулеметы в сенях домов Акулины Федоткиной и Варвары Каманиной, подпустили немцев на расстояние 200–300 метров и открыли по ним перекрестный огонь. Многие были уничтожены, лишь некоторым удалось бежать.

После этого боя житель деревни Липовка Алексей Кузьмич Крычев, бежавший ранее из фашистского плена, предупредил односельчан о возможной расправе и посоветовал покинуть деревню, так как подобный случай он наблюдал при возвращении из плена на оккупированной территории. Многие тогда ушли в деревню Михалёво, а часть жителей остались в Липовке.

22 января 1942 года утром отряд карателей собрал оставшихся жителей Липовки в доме Воронцова Якова Арсентьевича. Продержали их под охраной до вечера, а потом через окна забросали гранатами и подожгли дом. Выбиравшихся из горящего дома расстреливали или закалывали штыками. Сгорело 60 человек. Только семерым под покровом ночи удалось спастись[131].

Останки погибших родственники потом захоронили на поляне через дорогу напротив сгоревшего дома. Там и сейчас находится могила.

Дмитровка

В поселке Дмитровка находился небольшой отряд оккупантов, охранявший подступы к аэродрому Шайковка. После освобождения деревни Якимово через поселок Панский советские воины повели наступление на Дмитровку и Шайковку. В результате короткого боя немцы отступили из Дмитровки в сторону Шайковки. Наши воины продолжали преследовать противника. Они прошли и больше в эти населенные пункты не возвращались.

22 января 1942 года немцы вновь вернулись в Дмитровку и жестоко расправились с оставшимися там жителями. К счастью, многие к этому времени покинули свои дома и ушли в соседние села.

Утром немцы согнали в дом Марии Николаевны Стреловой стариков, женщин, мужчин и детей, а вечером забросали дом гранатами и подожгли. Только нескольким людям удалось спастись, выбраться из горящего дома и укрыться. Тех, кто старался выползти из горящего дома, они добивали выстрелами из винтовок или прикалывали штыками.

Жители поселка Дарья Матвеевна Данилкина и ее дочери Прасковья и Степанида выбрались из горящего дома, но никуда не побежали, зарылись в снег. Так, зарывшись в снегу, дождались ухода фашистов. Мать и старшая дочь были ранены и не могли самостоятельно передвигаться. Младшая дочь Прасковья с трудом дотащила их до Панского (расстояние около 1,5 км), перетаскивала на некоторое расстояние одну и потом возвращалась за другой.

Они пришли в дом Феклы Андреевны Фомкиной.

В огне погибли 36 жителей. Все они захоронены на месте сгоревшего дома. Могила эта находится среди поля у одинокой березы к югу от памятника, установленного на месте бывшей деревни Дмитровка. Удалось спастись шестидесятилетней Пелагее Васильевне Якуниной и пятнадцатилетнему Владимиру Дырову.

Жители поселка Панский, узнав от Данилкиных о трагедии в Дмитровке, покинули поселок и ушли в поселок Андреевский.

Дарья Матвеевна Данилкина обессилела от полученной раны. Огна решила остаться в поселке, а младшей дочери Прасковье приказала уходить вместе с жителями Панского в поселок Алексеевский. Но та наотрез отказалась, побоявшись одних оставить мать и сестру.

На следующий день фашисты вошли в поселок Панский и обнаружили мать и дочерей. Всех троих закололи штыками.

Так рассказывали очевидцы, хоронившие их.

Михалёво

29 января 1942 года отряд карателей вошел в деревню Михалёво и приступил к ее уничтожению. Деревня была окружена лыжниками, кружившими возле нее.

Каратели отобрали у жителей коров. Собрали деревенских мужчин и приказали им гнать стадо в Шайковку. Их сопровождал конвой.

После этого стали обливать дома горючей жидкостью из канистр и поджигать. Народ был в панике. Одни старались вытащить из горящих домов имущество. Другие пытались тушить пожары. Третьи кинулись из деревни в соседние Дуброво, Якимово, Дегонку и Приют. Но лыжники, рассеявшиеся вокруг деревни, возвращали их в горящую деревню.

Потом каратели стали сгонять людей на лед речки Дегны. Приготовили гранаты для расправы с ними. Все были в ужасе, понимая, что с ними хотят сделать. Слышались крики, плач, стоны.

В этот момент со стороны Липовки показались три немецких всадника. Мчались они во весь опор, что-то кричали издали, размахивали руками. Они подскакали и начали разговаривать с карателями. Разговор вел всадник на добротном сером коне. Он что-то долго и горячо доказывал карателям.

После этого каратели прекратили свои действия и ушли из деревни. Люди разбежались в соседние деревни.

Мужчины догнали стадо до Дмитровки. Здесь конвоиры мужчин, шедших следом за стадом, отпустили, а шедших впереди погнали дальше. Потом их зверски убили.

Весной люди нашли их на месте сгоревшего сарая. Тела некоторых были обгоревшими. У многих были колотые раны в области спины и груди, проколоты ладони. Резаные раны тянулись по всему телу, как будто от ножей. Некоторых убитых опознали.

Похоронены убитые мужчины в двух могилах перед теперешним памятником жителям поселка Дмитровка.

Достоверность случившегося подтвердили Николай Егорович Логинов, шедший тогда впереди стада и побывавший потом в концлагерях врага, и Александра Михайловна Федоткина, находившаяся тогда в Михалёве и побывавшая весной на месте гибели мужчин.

Якимово

С 7 января по 23 февраля 1942 года (день, когда немцы вновь заняли Якимово) ежедневно над деревней летал вражеский самолет, который стрелял по каждому движущемуся по ней человеку и сбрасывал бомбы на дома, в которые заходили люди. Передвижение по деревне возможно было только в темное время суток. Жители скрывались в отрытых еще осенью окопах. Многие и вовсе покинули деревню и ушли в поселки Амур и Андреевский.

Даже часовые красноармейцы менялись на постах только ночью.

При втором взятии деревни немцы собрали всех оставшихся жителей и погнали в сторону домов Григория Кузьмича и Федора Леонтьевича Прусовых, где был установлен пулемет. Люди, увидев приготовившийся к стрельбе расчет, завопили от ужаса. Но стрелять не стали. Погнали назад и загнали в ветхий деревянный дом Семена Ефимовича Васютина. Дом на зиму снаружи был утеплен снопами соломы.

Когда людей уже начали загонять в дом, подъехал всадник – офицер на сером коне. Он начал разговаривать с немецкими солдатами. После их разговора людей отпустили.

Позднее молоденький переводчик, хорошо говоривший по-русски, сказал, что «кто-то из вас есть счастливый», так как расправа над жителями была приостановлена и запрещена.

Старожилы деревни утверждали, что на сером коне был сын бывшего помещика из Михалёва Виктор Шелепёнков. Подтверждают они это тем, что он спрашивал на русском языке у Соколова Григория Борисовича и Соколовой Евдокии Васильевне. Люди знают, что она до революции 1917 года работала служанкой в доме помещика в Михалёве. Ему сказали, что она перед войной ослепла и умерла.

Многие приводят его слова: «Я не позволю убивать людей на моей родине. Они хорошо работали у отца».

Виктор Шелепёнков служил в немецкой армии офицером. Квартировал в одном из домов в деревне Дегонка. Погиб в бою где-то под Ракитней. Так сказали хозяину дома вернувшиеся после боя немецкие солдаты.

С.И. Тришкин составил полный список убитых и сожженных немецкими оккупантами жителей деревень Кировского района Калужской области.

Оглавление книги


Генерация: 0.110. Запросов К БД/Cache: 0 / 1