БОЕВОЕ ПРИМЕНЕНИЕ

«Пантерами» предполагалось заменить в боевых частях танки Pz III и Pz IV, однако темп серийного производства не соответствовал потребностям войск. В конце концов генеральный инспектор танковых войск вермахта генерал-полковник Г. Гудериан после консультаций с министром вооружения А. Шпеером постановил, что перевооружению новыми танками подлежит только один батальон в танковом полку.

В состав батальона входили четыре роты по 17 танков в каждой. При штабе состояло 8 танков, сапёрный взвод и взвод ПВО, вооружённый самоходными орудиями M?belwagen или Wirbelwind. Имелась в батальоне и техническая рота, укомплектованная эвакуационными тягачами и различными автомашинами. На практике же организация частей никогда не соответствовала штату. В частях панцерваффе насчитывалось в среднем 51–54 танка «Пантера», а в войсках СС (Waffen SS) 61–64.

Первыми воинскими частями, которые укомплектовали «пантерами», стали 51-й и 52-й танковые батальоны. Их формирование закончилось к 15 июня 1943 года. Они составили 10-ю танковую бригаду (Panther-Brigade 10). В составе войск СС также сформировали бригаду «пантер».

Всего же в середине 1943 года в эксплуатации находилось около 240 танков модификации D.

«Пантеры» Ausf D выдвигаются к рубежу атаки. Восточный фронт, операция «Цитадель», июль 1943 года.

«Пантеры» Ausf D выдвигаются к рубежу атаки. Восточный фронт, операция «Цитадель», июль 1943 года.

В операции «Цитадель» приняли участие 196 танков. Боевой дебют их не был удачным — только по техническим причинам из строя вышли 162 «пантеры». Из-за нехватки тягачей немцам удалось эвакуировать лишь небольшое число танков, 127 машин остались на территории, занятой Красной Армией, и оказались потерянными безвозвратно.

Перевооружение «пантерами» шло довольно интенсивно. Во многих случаях это совпадало с передислокацией танковых частей и соединений или отводом их в тыл для ремонта и пополнения материальной части. Так, например, 16-я танковая дивизия получила новые танки в октябре 1943 года, при переброске из Италии на Украину. До конца 1943 года было перевооружено по одному батальону во 2-й, 3-й, 4-й, 7-й и 19-й танковых дивизиях; 51-й батальон включили в состав 9-й танковой дивизии. В первую очередь «пантеры» поступали в элитные соединения: танковые дивизии СС Gro? Deutschland («Великая Германия»), Hermann G?ring («Герман Геринг») и другие. Небольшое число танков задействовали и в учебных целях, например, в 1-й танковой школе (1.PanzerSchule). В 1944 году процесс перевооружения продолжился.

Советские солдаты осматривают подбитую «Пантеру» Ausf D. Дымовые гранатомёты устанавливались только на машинах этой модификации. Лето 1943 года.

Советские солдаты осматривают подбитую «Пантеру» Ausf D. Дымовые гранатомёты устанавливались только на машинах этой модификации. Лето 1943 года.

Сведения о боевом применении «пантер» на Восточном фронте вызывают у исследователей противоречивые мнения. В приводимых в западной печати примерах боевых эпизодов наши танки и САУ горят сотнями, потери же немцев исчисляются единицами. Рассмотрим, скажем, эпизод, связанный с действиями тяжёлого танкового полка «B?ke» (Schwere Panzerregiment «B?ke»), описанный в книге польского автора Януша Ледвоха (куда он, без сомнения, перекочевал из западных источников).

Полк «B?ke», названный так по фамилии своего командира подполковника Франца Беке, состоял из 503-го тяжёлого танкового батальона «тигров» и батальона «пантер» модели D. В ходе многодневных боёв с двумя советскими танковыми корпусами полк уничтожил 267 танков, потеряв при этом один «Тигр» и четыре «пантеры».

Как видим, соотношение потерь чудовищное — 5:267! Возможно ли это? Попробуем разобраться.

В польском источнике, к сожалению, не указывается участок советско-германского фронта, где проходили упомянутые бои. Однако можно с высокой степенью достоверности предположить, что место действия — Украина, где в январе 1944 года войска 1-го Украинского фронта осуществляли Житомирско-Бердичевскую наступательную операцию. В ходе неё шли ожесточённые встречные бои между 1-й и 3-й гвардейскими танковыми армиями и несколькими отдельными танковыми и механизированными корпусами с нашей стороны и 1-й, 7-й, 8-й, 19-й, СС «Рейх» и СС «Адольф Гитлер» танковыми дивизиями — с немецкой. Боевые действия велись на широком пространстве при частом маневрировании танковых частей и соединений с обеих сторон. В связи с этим маловероятно, что танковый полк «В?ке» всё время в одиночку дрался с двумя одними и теми же танковыми корпусами. Немцам ничего не стоило записать на боевой счёт полка и результаты других частей. Во всяком случае из немецких же источников следует, что сообщения о подбитых советских танках, поступавшие из боевых частей панцерваффе, после их перепроверки уменьшались вдвое. Поскольку в условиях постоянных контрударов и маневрирования осуществить такую перепроверку было практически невозможно, то смело можно вышеприведённые цифры потерь с нашей стороны уменьшить вдвое.

«Пантера» Ausf D поздних выпусков — с новой командирской башенкой.

«Пантера» Ausf D поздних выпусков — с новой командирской башенкой.

Тем не менее и этот результат внушительный — всё-таки один полк против целых двух танковых корпусов! Здесь тоже нельзя обойтись без комментария. Как уже упоминалось, в танковом батальоне «пантер» имелось свыше 50 танков, в тяжёлых танковых батальонах — не меньше. Таким образом, в полку «В?ке» с учётом штабных машин насчитывалось 110–130 «тигров» и «пантер» и по количеству танков он был примерно равен советскому танковому корпусу. Согласитесь, корпус против двух корпусов — это уже немного другая картина.

Теперь несколько слов о немецких потерях — пять танков. Есть предположение, что немцы посчитали наши общие потери, а свои только безвозвратные, которые составляли, как правило, не более 30 % от общих боевых. В результате получается соотношение, близкое 1:5, что наиболее достоверно. Да, действительно потери советских танков были значительны — немецкие машины обладали более мощной броневой защитой и вооружением (по этим показателям Т-34-76 никак не «тянул» против «Тигра» и «Пантеры»), к тому же сказывался высокий уровень боевой подготовки немецких танкистов.

Командирские башенки танков: Ausf D — вверху, и Ausf А и G — внизу.

Командирские башенки танков: Ausf D — вверху, и Ausf А и G — внизу.

БОЕВОЕ ПРИМЕНЕНИЕ

Кроме всего прочего, следует учитывать, что «Пантера» появилась на Восточном фронте в тот период, когда Красная Армия наступала. А наступающий, как известно, всегда несёт большие потери, чем обороняющийся. Боевые действия быстро выявили преимущественно оборонительные качества «Пантеры» как танка, стрелявшего в основном с места. В тех же случаях, когда приходилось атаковать «пантерам», ситуация с потерями была иной.

С 27 марта 1944 года, например, в боях за Ковель участвовало 17 «пантер» 8-й роты 5-го полка 5-й танковой дивизии СС «Викинг» (Wiking). 30 марта рота предприняла атаку на город, при этом пять танков было уничтожено.

Танк варианта D, брошенный немцами на улицах Харькова. Осень 1943 года.

Танк варианта D, брошенный немцами на улицах Харькова. Осень 1943 года.

В зарубежной печати встречается и откровенно предвзятый подход. Так, например, всё тот же польский автор Януш Ледвох в своей книге «Panther», упоминая о тяжёлых боях к востоку от Варшавы летом 1944 года, пишет: «28 и 29 июля 2-й батальон 5-го танкового полка СС уничтожил 107 советских танков (Т- 34, „Шерман“ и „Валентайн“), потеряв при этом 6 боевых машин (Pz IV и пять „пантер“)». Сразу вслед за этим идёт речь о другом эпизоде, но уже в иной тональности: «Под Студзянками воевали не только „четыре танкиста и собака“, но и подразделения 27-го полка 19-й танковой дивизии, которые потеряли в этом бою 9 „пантер“. Было уничтожено также несколько „пантер“ из дивизии СС „Герман Геринг“. Подобный успех польских Т-34-76 из 1-й танковой бригады имени Героев Вестерплатте можно объяснить только тем, что польские танки занимали оборонительные позиции. При контратаках же Т-34 несли большие потери».

Интересно получается: при столкновениях «пантер» с советскими танками последние горят как спички, польские же, наоборот, добиваются успеха, хотя и с некоторыми оговорками. Ничего кроме улыбки подобная «объективность» вызвать не может. Поляки воевали на таких же танках, что и наши, и уровень их боевой подготовки был таким же. Ко всему прочему, не следует забывать, что более 50 % личного состава 1-й польской танковой бригады составляли советские танкисты, откомандированные в Войско Польское, причём это были наиболее квалифицированные специалисты — командиры машин (они же наводчики) и механики-водители.

Справедливости ради следует признать, что не страдает объективностью и наша мемуарная литература. В воспоминаниях танкистов «пантеры» (или же танки, принятые за «пантеры») горят десятками, о потерях же с нашей стороны обычно скромно умалчивается.

Вот какой эпизод, произошедший в ходе уже упоминавшейся Житомирско-Бердичевской операции в декабре 1943 года, описал в своих воспоминаниях Маршал Советского Союза И. И. Якубовский: «В этих боях отличились многие воины. Так, командир танка младший лейтенант И. П. Голуб из 13-й гвардейской танковой бригады полковника Л. И. Баукова в районе Высокой Печи уничтожил три „тигра“, две „пантеры“, пять орудий и до роты пехоты. Вырвавшись вперёд, его танк перерезал дорогу отступающим немцам. Было захвачено до сорока автомобилей и до полсотни подвод. В этом бою танк Голуба получил шесть пробоин».

«Пантеры» Ausf А к бою готовы. 1944 год.

«Пантеры» Ausf А к бою готовы. 1944 год.

Впрочем, как это следует из текста воспоминаний маршала, этот эпизод взят из наградного листа, в котором, дабы убедить командование, могли и слегка преувеличить, и кое-что приписать.

Тем более драгоценен каждый документально подтверждённый факт.

«19 февраля 1944 года в 11.00 танковая рота 13-го гвардейского тяжёлого танкового полка в составе пяти тяжёлых танков ИС-85 была выдвинута для поддержки 109-й танковой бригады, которая атаковала опорный пункт противника в д. Лисянке (Украина, р-н Житомира). К моменту ввода в бой тяжёлых танков участвовавшие в атаке Т-34 109-й бригады были подбиты огнём „пантер“, занимавших оборону на северо-восточной окраине Лисянки. Последнее обстоятельство позволило немцам сосредоточить огонь на ИС-85, подпустив их на 600–800 м. В результате два ИСа были сожжены, а три подбиты.

Подбитая «Пантера» модели А. У танка отсутствует первый опорный каток из наружного ряда. Навешивание на борта башни запасных траков для дополнительной защиты было обычным явлением. 1-й Украинский фронт, 1944 год.

Подбитая «Пантера» модели А. У танка отсутствует первый опорный каток из наружного ряда. Навешивание на борта башни запасных траков для дополнительной защиты было обычным явлением. 1-й Украинский фронт, 1944 год.

Весь день 19 февраля противник с боями удерживал свой передний край в Лисянке, а ночью отошёл, оставив 21 боевую машину (16 „пантер“, 3 Pz IV и 2 StuG III), частью подорванные, а частью совершенно исправные, но без топлива (во время боя немецкая авиация сбрасывала для танков горючее в бочках)».

Об этом эпизоде, заимствованном из «Отчёта о боевом применении танков ИС-85» (ЦАМО, фонд НИИБТПолигона), хотелось бы порассуждать. Огневой бой немцы выиграли, но в итоге танки свои бросили. Учитывать ли их в качестве боевых потерь? Безусловно, да!

Части Красной Армии захватили довольно много исправных «пантер».

На переднем плане командирский танк Sd.Kfz 267, сзади — «Пантера» Ausf G и бронеавтомобиль Sd.Kfz 234/3. 5-я танковая дивизия СС «Викинг», Восточный фронт, Польша, август 1944 года.

На переднем плане командирский танк Sd.Kfz 267, сзади — «Пантера» Ausf G и бронеавтомобиль Sd.Kfz 234/3. 5-я танковая дивизия СС «Викинг», Восточный фронт, Польша, август 1944 года.

По ним было даже выпущено руководство службы на русском языке. Трофейные «пантеры» вручались, как правило, лучшим экипажам и использовались преимущественно в качестве истребителей танков. В частности, в уже упомянутой 109-й танковой бригаде захваченные немецкие танки эксплуатировались вплоть до июля 1944 года!

Всего же с 1 декабря 1943 года по 30 ноября 1944 года, то есть за год, немцы потеряли на Восточном фронте 2116 «пантер».

На Западе к моменту высадки союзников в Нормандии 6 июня 1944 года в танковых соединениях вермахта и войск СС насчитывалось 663 «пантеры», которые оказались «твёрдым орешком» для союзнических войск.

Первыми в бой вступили две роты «пантер» из 12-й танковой дивизии СС «Гитлерюгенд» (Hitlerjugend). В 22 часа 8 июня 1944 года танки без затруднений преодолели открытую местность близ Ле Буржа и приблизились к Бреттевилю. Там они попали под прицельный огонь замаскированных противотанковых орудий. В свете пламени горящих домов «пантеры» стали лёгкой добычей для канадских артиллеристов, уничтоживших три танка. На следующий день 12 «пантер» вновь угодили в засаду. В результате на поле боя осталось 7 немецких танков. При этом один или два танка были подбиты, попав под огонь тяжёлой корабельной артиллерии (снаряды калибра 406 мм, выпущенные с английского линейного корабля «Нельсон»).

Совсем другой расклад потерь имел место в танковых боях, тем более что в 1944 году единственным танком союзников, который мог хоть как-то противостоять «Пантере», был британский «Шерман Файерфлай». 15 июля 1944 года, например, обер-юнкер СС Фриц Ланганке (2-я танковая дивизия СС «Рейх») на дороге близ Сен-Дени подбил пять «шерманов» из 3-й американской танковой дивизии. 27 июля унтершарфюрер СС Эрнст Баркман уничтожил 9 «шерманов», при этом его собственный танк оказался повреждённым.

БОЕВОЕ ПРИМЕНЕНИЕ

Убедившись, что на лёгкую победу в танковом бою с «пантерами» рассчитывать не приходится, союзники бросили против них авиацию, на долю которой и приходится большинство подбитых на Западном фронте немецких танков. С 1 сентября по 30 ноября 1944 года здесь было безвозвратно потеряно 613 «пантер».

В начале же ноября боеготовые «пантеры» распределялись по театрам военных действий следующим образом: Восток — 684, Запад — 371, Италия — 39.

Любопытный эпизод произошёл 17 января 1945 года в г. Херлисхайм. Его атаковали «пантеры» 10-й танковой дивизии СС «Фрундсберг» (Frundsberg). Американская артиллерия уничтожила несколько танков, так что на улицы города ворвались только две «пантеры». Стреляя в упор, они за считанные минуты подбили несколько «шерманов». Над остальными заполоскались белые флаги. Причём их выкинули экипажи танков, ещё не вступивших в бой! В результате немцам достались 12 исправных машин. Такое поведение американских танкистов объясняется категорической инструкцией командования, запрещавшей вести бой с «пантерами» на близких дистанциях.

Achtung! Scherman in Ziel! — Внимание! «Шерманы» в прицеле. Западный фронт, Франция, лето 1944 года.

Achtung! Scherman in Ziel! — Внимание! «Шерманы» в прицеле. Западный фронт, Франция, лето 1944 года.

Довольно необычную роль должны были сыграть во время наступления в Арденнах четыре «пантеры» 150-й танковой бригады СС. Эта бригада, которой командовал оберштурмбаннфюрер СС Отто Скорцени, предназначалась для ведения боевых и диверсионных действий в тылу союзных войск. В неё набирались солдаты, знающие английский язык, они вооружались трофейным оружием, оснащались трофейным автотранспортом и были одеты в американскую военную форму. «Пантеры» переоборудовали таким образом, что внешне они напоминали американские истребители танков М10. Однако хитроумный замысел немцев быстро провалился. Они не учли, как говорили англичане, «дурацкую привычку янки стрелять куда попало и по чему попало». 21 февраля 1945 года фальшивые М10 наткнулись на боевое охранение 120-й американской пехотной дивизии. Рядовой Френсис Куррей, нисколько не обращая внимания на белые звёзды на бортах боевых машин, выстрелом из базуки поджёг первый танк, а остальные обстрелял ружейными гранатами. Экипажи покинули повреждённые танки. Подошедшие вскоре «шерманы» добили этих «троянских коней». В результате рядовой Френсис Куррей был награждён медалью Героя.

Последним крупным сражением, в котором приняли участие «пантеры», стал контрудар немецких войск в Венгрии, в районе озера Балатон в марте 1945 года. В этих боях особенно отличились экипажи 130-го танкового полка учебной танковой дивизии вермахта (PanzerLehrDivision).

«Пантера», замаскированная под М10.

«Пантера», замаскированная под М10.

Ценой огромного напряжения сил промышленность в 1945 году смогла дать фронту 507 «пантер». На 1 марта 1945 года в распоряжении германских танковых частей находилось 1763 линейных танка «Пантера», 169 командирских машин и 256 БРЭМ. Однако стремительно ухудшавшаяся ситуация на фронтах свела на нет все усилия промышленности. На 28 апреля в войсках оставалось следующее количество боевых машин: Восточный фронт — 446 (из них только 288 боеготовых), Западный фронт — 29 (24 боеготовых), Италия — 24 (23 боеготовых). А вот как обстояло дело в различных танковых соединениях. В знаменитой учебной танковой дивизии, находившейся в тот момент на Западном фронте, осталось только семь «пантер». 26-я танковая дивизия в Италии располагала 24 танками этого типа. В 10-й танковой дивизии СС «Фрундсберг», действовавшей на центральном участке Восточного фронта, имелось 34 «пантеры», и она считалась одной из наиболее боеспособных. Значительно хуже обстояло дело на южном участке, где в составе трёх танковых дивизий СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер», «Рейх» и «Мёртвая голова» осталось только 23 «пантеры».

Всего же с 5 июля 1943 по 10 апреля 1945 года в боевых действиях было потеряно 5629 танков «Пантера». Более поздней статистики нет, но окончательное число уничтоженных машин этого типа несколько больше, поскольку бои с их участием шли в Чехии вплоть до 11 мая 1945 года.

На вооружении армий союзников Германии «пантеры» не состояли, хотя такие попытки предпринимались.

В феврале 1943 года в Риме прошли германо-итальянские переговоры по вопросу развёртывания лицензионного производства «пантер» в Италии. Их выпуск, а позже и выпуск «Пантеры II», предполагалось наладить на заводе фирмы FIAT с темпом сборки 50 машин в месяц. При этом танки должны были в основном поступать в итальянскую армию. Производственные трудности (нехватка в Италии стали и цветных металлов), а затем и капитуляция Италии в сентябре 1943 года похоронили эти планы.

«Пантера» Ausf G, подбитая на улицах Познани в январе 1945 года. Обратите внимание: в лобовой броне корпуса две сквозные пробоины.

«Пантера» Ausf G, подбитая на улицах Познани в январе 1945 года. Обратите внимание: в лобовой броне корпуса две сквозные пробоины.

В июле 1944 года пять танков Ausf G заказала Венгрия — наиболее стойкий союзник Германии. Однако заказ, по-видимому, так и не был выполнен.

Серьёзно интересовались «Пантерой» и японские военные. Один танк они даже закупили (как, впрочем, и «Тигр»). Правда, ни тот, ни другой в Японию так и не доставили.

В 1943 году одна «Пантера» модификации А была продана Швеции.

В послевоенное время «пантеры» состояли на вооружении в Чехословакии (около 70 единиц), Венгрии и Франции.

Во Франции до 1947 года 50 «пантерами» был вооружён 503-й танковый полк, дислоцировавшийся в Мурмелоне.

До наших дней сохранилось довольно много танков этого типа. Во Франции их четыре. В экспозиции танкового музея в Самюре (Saumur Musee des Blindes) имеются две «пантеры» модификации А — одна на ходу, другая стационарная. Два танка находятся в Париже как дар городу от 2-й бронетанковой дивизии генерала Леклерка.

Две «пантеры» модели G, собранные уже после войны, сохраняются в Великобритании. Одна в танковом музее в Бовингтоне (RAC Tank Museum), там же находится и «тесная башня» Schmalturm. Другая — в военном колледже в Шрайвенхеме (Shrivenham Military College), закрытом для посетителей.

В голландском городе Бреда можно увидеть «Пантеру» Ausf D — подарок городу от 1-й польской танковой дивизии генерала Мачека. Ещё один танк, но модели G, экспонируется в Национальном военном музее (National War and Resistance Museum).

На переднем плане командирская «Пантера» Sd.Kfz 267. Танковая дивизия «Герман Геринг», Италия, весна 1944 года.

На переднем плане командирская «Пантера» Sd.Kfz 267. Танковая дивизия «Герман Геринг», Италия, весна 1944 года.

В Германии, в музее при 2-й танковой школе бундесвера в Мюнстере имеется «Пантера» Ausf А.

В швейцарском танковом музее в г. Туне, закрытом для посетителей, хранится танк модификации D.

В США тоже четыре «пантеры». Две — моделей А и G — в музее Абердинского полигона (Aberdeen Proving Ground Museum). Две других — в Форт-Нокс, в музее кавалерии и бронетанковых войск (The Patton Museum for Cavalry and Armor); обе машины модели G, причём одна из них статичная, а другая, с экспериментальной ходовой частью — на ходу.

В канадском военном музее (Military Museum of Canada) экспонируется «Пантера» Ausf А.

И, наконец, ещё одну «Пантеру» модели А можно увидеть в Музее бронетанкового вооружения и техники в подмосковной Кубинке.

Похожие книги из библиотеки

Японская императорская воено-морская авиация 1937-1945н

Японская военно-морская авиация сыграла очень большую роль в войне на Тихом океане и внесла свой вклад в победы, достигнутые Японией в первый период Второй мировой войны. Книга Тагая подробно описывает, как отбирались, проходили обучение, а затем и вели боевые действия пилоты Императорской военно-морской авиации Японии. Текст с иллюстрациями, которые помогают представить все элементы формы и снаряжения японских летчиков, воинов. Книга адресована широкому кругу читателей, увлекающихся военной историей.

Оружие Победы.

Книга рассказывает о советском оружии периода Великой Отечественной войны, с помощью которого советский народ и его Вооруженные Силы разгромили фашистскую Германию.

Параллельное оружие, или Чем и как будут убивать в XXI веке

Эта книга написана десятками авторов, которые в СМИ и интернет-изданиях стремятся показать, что созданы и реально угрожают человечеству качественно новые виды вооружений. Некоторые из них кто-то, не лишенный юмора, назвал «нелетальными». Сергей Ионин предлагает новый термин — «параллельное оружие», то есть оружие, которое не рассматривается на международных конференциях и саммитах, не фиксируется в документах по ограничению различных вооружений, но это такое оружие, которое, пожалуй, будет пострашнее уже существующего.

Издание представляет интерес для самого широкого круга читателей: остро поставленный автором вопрос — чем и как нас будут убивать в XXI веке? — никого не оставит равнодушным.

Учебник выживания снайпера. «Стреляй редко, но метко!»

Как снайперу выжить и победить на поле боя? В чем секрет подготовки элитного стрелка? Какое оружие, какие навыки необходимы, чтобы исполнить заветы А.С. Суворова и защитников Сталинграда: «Стреляй редко, но метко!»; «Снайпер – это охотник. Противник – зверь. Выследи его и вымани под выстрел. Враг коварен – будь хитрее его. Он вынослив – будь упорнее его. Твоя профессия – это искусство. Ты можешь то, чего не могут другие. За тобой – Россия. Ты победишь, потому что ты обязан победить!».

Эта книга не только глубокое исследование снайперского дела на протяжении двух столетий, в обеих мировых войнах, многочисленных локальных конфликтах и тайных операциях спецслужб, но и энциклопедия снайперских винтовок военного, полицейского и специального назначения, а также боеприпасов к ним и оптических прицелов. Как сами снайперы являются элитой вооруженных сил, так и снайперские винтовки – «высшая лига» стрелковых вооружений. Насколько снайперская подготовка превосходит обычный «курс молодого бойца», настолько и снайперское оружие дороже, сложнее и взыскательнее массовых моделей. В этой книге вы найдете исчерпывающую информацию о вооружении и обучении стрелков, их тактике и боевом применении, снайперских дуэлях и контрснайперской борьбе, о прошлом, настоящем и будущем главного из воинских искусств.