Скорбный лист Окинавы

88 эсминцев и 30 эскортных миноносцев были повреждены во время битвы за Окинаву. Эта цифра составляет почти треть всех кораблей, поврежденных за время операции «Айсберг».

Не все пострадавшие эсминцы и эскортные миноносцы стали жертвами камикадзэ. Несколько получили попадания реактивных снарядов «Бака», несколько были подорваны катерами-самоубийцами. Кое-кто пострадал от своего же зенитного огня. Пара кораблей попала под огонь береговых батарей. Имелись и жертвы шторма. Произошло несколько столкновений. Но повреждения от атак камикадзэ составляли подавляющее большинство и были самыми тяжелыми. Некоторые эсминцы и эскортные миноносцы, пережившие такие атаки, понесли потери в личном составе даже более тяжелые, чем на погибших кораблях. Например, эсминец «Уильям Д. Порет» затонул, не потеряв ни одного человека. Зато на эсминце «Хейзлвуд», выведенном из строя попаданием камикадзэ, погибли 46 человек, в том числе командир и старпом. Эсминец «Брейн» отправился на ремонт, имея 50 убитых и 78 раненых. На эскортном миноносце «Боуэрс», в который врезался самоубийца, половина команды погибла или получила ранения. В целом на затонувших кораблях потери были, конечно, выше, но на многих кораблях, переживших атаки камикадзэ, потери были исключительно высокими.

Можно написать целую книгу, посвященную умелым действиям офицеров и матросов, которые вывели свои избитые и обгорелые корабли из окинавского кошмара. В другой книге можно было бы рассказать об умелых действиях аварийных партий. Целая книга получилась бы, вздумай мы писать о проявлениях индивидуального героизма.

Но мы вынуждены ограничиться кратким рассказом о нескольких эпизодах. Далее мы приведем краткий список эсминцев и эскортных миноносцев, пострадавших в боях за Окинаву, просто укажем, когда корабль был поврежден и сколько человек потерял. При этом мы упомянем только те случаи, когда корабль выходил из боя, пусть даже и не был окончательно выведен из строя.

Эсминец «Фрэнкс» стал первым кораблем, серьезно пострадавшим при столкновении. 2 апреля он действовал в составе Быстроходного авианосного соединения, которое находилось в 100 милях к востоку от Окинавы. Поздно вечером «Фрэнкс» должен был занять свое место в охранении, так как днем исполнял обязанности спасательного корабля и держался позади соединения. В темноте «Фрэнкс» столкнулся с линкором «Айова». При столкновении было снесено левое крыло мостика эсминца, несколько постов управления 40-мм автоматами, помята надстройка, согнута вторая труба. Стоявший на мостике командир эсминца капитан 2 ранга Д.Р. Стефен был раздавлен и скончался на следующий день. Старший помощник лейтенант Г.Ф. Кейс увел пострадавший эсминец на Улити.

Поврежденные «Ньюкомб», «Лейтце», «Маллэни», «Хаймен», «Ховорт», «Моррис», «Хэйнсуорт», «Харрисон» и «Фиберлинг» открыли длинный список потерь у Окинавы. Настигнутые 6 апреля смерчем «Божественного ветра», они все стали жертвами камикадзэ.

Эсминцы «Ньюкомб» и «Лейтце» в этот день находились на соседних позициях в охранении Оперативного Соединения 54. Во второй половине дня в небе появились эскадрильи самоубийц. На них бросились истребители прикрытия. Бой раскололся на десятки отдельных поединков и самоубийственных атак. В 17.59 радар «Ньюкомба» обнаружил приближающийся самолет. В следующий момент наблюдатели эсминца увидели, как он скользит над самой водой. Загремели зенитные орудия. От самолета начали отлетать куски металла, но остановить его уже было нельзя. Он врезался во вторую трубу эсминца. Корабль стал терять ход, из поврежденных котлов со свистом бил пар. В верхнем перегрузочном отделении 127-мм орудий возник пожар.

Экипаж «Ньюкомба» бросился на борьбу с огнем, но в этот момент справа по носу появился второй японский самолет. Его удалось сбить на расстоянии 600 ярдов. Затем с запада появился третий самолет, который врезался в среднюю часть эсминца возле торпедной мастерской. После этого взрыва корабль потерял ход. Оба машинных отделения и кормовое котельное были разрушены. Задняя труба, оба торпедных аппарата, вся средняя часть надстройки, 400-мм установки исчезли в пламени взрыва. В этот критический момент четвертый камикадзэ ударил в первую трубу, вылив струю бензина на пылающие обломки.

В течение 11 минут «Ньюкомб» превратился из прекрасного корабля в плавучий погребальный костер. Но его командир капитан 2 ранга И.Э. МакМиллан и экипаж были крепко скроены. Они сумели спасти корабль.

Эсминец «Лейтце» (лейтенант Л. Грабовский) немедленно пошел на помощь «Ньюкомбу», отважно подойдя к борту пылающей развалины. На полубак были поданы пожарные рукава, моряки уже готовились подать их и на корму, когда с неба ринулся пятый камикадзэ. Взрыв снаряда с дистанционным взрывателем опрокинул самолет, однако он все-таки скользнул по корме «Лейтце» и взорвался там со страшным грохотом. Корабль немедленно потерял управление и начал погружаться кормой. «Лейтце» кое-как сумел отползти от «Ньюкомба», держа скорость 5 узлов, и остановился, чтобы заняться собственными повреждениями. Все грузы с верхней палубы полетели в воду, но в 18.30 корма «Лейтце» погрузилась до планширя. Тогда командир передал на «Ньюкомб»: «Я могу затонуть, поэтому постараюсь отойти». Торпеды ушли в воду, туда же отправились глубинные бомбы. Началась откачка топлива. И к 19.00 экипаж выиграл битву за плавучесть. Тральщик «Дифенс» отбуксировал «Лейтце» на Керама Ретто. Смерть отступила, находясь в последнем дюйме от «Лейтце».

Пока «Лейтце» уползал прочь, эсминец «Бил» (капитан 2 ранга Д.М. Коффи) подошел к борту пылающего «Ньюкомба». «Бил» передал 6 пожарных рукавов, и менее чем через 30 минут огонь удалось взять под контроль. Очаги пожара были потушены, и в 19.30 непосредственная опасность уже не угрожала «Ньюкомбу». Буксир «Текеста» в сумерках отвел его на Керама Ретто.

В своем рапорте капитан 2 ранга МакМиллан очень высоко оценил действия экипажа. «Ни у кого не возникло даже мысли, чтобы покинуть корабль. Все офицеры и матросы страдали от шока, который усугублял вид мертвых товарищей, валявшихся по всему кораблю, и крики раненных и обгоревших».

«Ньюкомб» и «Лейтце» надолго отправились на ремонт, однако они оправились от своих ран. Так же, как и многие другие эсминцы, пострадавшие от безумных атак камикадзэ у Окинавы.

Эсминец «Маллэни» (капитан 2 ранга Э.О. Момм) получил попадание почти одновременно с «Ньюкомбом». «Маллэни» в тот черный апрельский день патрулировал во внешнем противолодочном охранении у мыса Цампа. Около 17.45 появились камикадзэ. Яростный зенитный огонь поджег один из самолетов. К несчастью, пилот удержал управление. Он чуть отвернул влево и врезался в кормовую надстройку эсминца. В месте взрыва самолета сразу возник пожар. Глубинные бомбы на стеллажах раскалились докрасна, и их не удалось остудить огнетушителями. В 18.09 некоторые из них взорвались, изрешетив надстройку. Затем еще 2 камикадзэ атаковали горящий эсминец. Оба самолета были сбиты отчаянными артиллеристами «Маллэни». К нему приблизились эсминец-тральщик «Герарди» и несколько мелких кораблей, но подойти вплотную они не смогли, так как в воде плавали люди. Когда капитан 2 ранга Момм получил доклад, что переборки погребов раскалились докрасна и в любой момент может последовать взрыв, он приказал команде покинуть корабль.

Вечером эсминец «Парди» (капитан 2 ранга Ф.Л. Джонсон) подошел, чтобы потушить пожары. Уточнив положение, капитан 2 ранга Момм с аварийной партией вернулся на борт дымящегося эсминца. Каждый человек, спустившийся в нижние отсеки, рисковал жизнью, но 7 апреля в 00.30 начала работать вахта в носовом котельном и носовом машинном отделениях. Были введены в действие котлы № 1 и № 2, в 01.45 корабль дал ход. Действовала только правая машина, управлять рулем приходилось вручную, но эсминец все-таки двинулся на юг. В 09.36 «Маллэни» бросил якорь на стоянке Керама Ретто.

Флагман командира ЭЭМ-63 капитана 1 ранга Ч.Э. Бьюкенена эсминец «Хаймен» (капитан 2 ранга Р.Н. Норгаард) оказался более везучим, чем «Ньюкомб», «Лейтце» и «Маллэни». Его черед настал, когда он направлялся на дозорную позицию к северо-востоку от Иэсимы, где должен был патрулировать и перехватывать мелкие корабли противника. Атакованный камикадзэ, он сбил 4 самолета, а с помощью оказавшихся рядом эсминцев «Стеретт» и «Рукс» уничтожил еще 3.

Но один японский самолет прорвался сквозь огневую завесу. Хотя снаряд оторвал ему крыло, самолет удержался на курсе. «На честном слове и одном крыле» он дотянул до переднего торпедного аппарата «Хаймена». Последовал удар, вспышка, пожар и взрыв торпед, разворотивший надстройку корабля.

Изуродованный «Хаймен» повернул обратно. Большая часть надстройки превратилась в обломки. Мотор японского самолета пробил палубу и разрушил носовое машинное отделение. Но корабль следовал своим ходом. После временного ремонта у плавбазы «Океанус» 14 апреля он ушел на Сайпан.

Эсминец «Ховорт» (капитан 2 ранга Э.С. Барнс) получил попадание камикадзэ тем же вечером, когда следовал в одиночку к плацдарму в Хагуши. Подойдя с севера и востока, группа японских самолетов появилась над плацдармом. «Ховорт» сумел сбить камикадзэ, который пикировал на крейсер «Сен-Луи». Через несколько минут по УКВ пришло сообщение, что получил попадание «Хаймен», и «Ховорт» был передвинут на его позицию. Развив скорость 25 узлов, он сбил подвернувшийся некстати «Вэл». Этот самолет заставил всех замереть, затаив дыхание, так как пролетел между трубами эсминца, снеся радиоантенну, и рухнул недалеко от борта. Заняв дозорную позицию в 17.00, «Ховорт» немедленно вступил в бой и сбил атаковавший его «Зеро». В 17.03 он сбил второй «Зеро». Самолет царапнул по корме эсминца, сорвал несколько лееров и нырнул в воду.

Через 2 минуты «Ховорт» обстрелял третий «Зеро», который пикировал на стоящий неподалеку тральщик. Камикадзэ начали появляться так часто, что заряжающие «Ховорта» просто не успевали подавать снаряды к орудиям. Но очередной «Зеро» в пологом пике прорвался к эсминцу и врезался в него. Самолет попал прямо в командно-дальномерный пост над мостиком «Ховорта». На мостик обрушился каскад горящего бензина, и корабль потерял управление. Аварийная партия быстро погасила пожар, управление было перенесено на кормовой пост. Затем еще один «Зеро» был сбит очередью 40-мм автомата. Как заметил командир, «корабль быстро вернулся к пушкам». Впрочем, орудия и машины «Ховорта» не прекращали действовать. Получив информацию, что «Ховорт» поврежден, командир оперативной группы отправил ему на помощь эскортный миноносец. Командир миноносца сообщил, что никак не может догнать «Ховорт», так как скорость «подранка» превышает полный ход его собственного корабля.

Эсминец «Моррис» (капитан 2 ранга Р.В. Уилер) под брейд-вымпелом командира ЭЭМ-2 капитана 1 ранга Дж. Б. МакЛина патрулировал на противолодочной позиции А-11, сектор С, когда в 18.15 был вынужден открыть огонь по атакующему камикадзэ. Когда самолет приблизился, эсминец дал все свои 30 узлов, чтобы увернуться. Артиллеристы встретили японца шквалом раскаленной стали. За самолетом вырос пушистый хвост дыма. На фюзеляже замелькали язычки пламени. Крылья самолета отлетели, брюхо было вспорото прямым попаданием, но каким-то чудом камикадзэ продолжал лететь. Скорее всего, просто по инерции. И вот этот обломок в 18.17 врезался в «Моррис» между 127-мм орудиями № 1 и № 2.

Взрыв! Вспышка! Пожар! Аварийная партия принялась за работу. В 18.37 к правому борту подошел эсминец-транспорт «Гриффин» и передал пожарные рукава. Эсминец «Р.П. Лири» стоял слева. Затем на помощь «Моррису» пришел эсминец-транспорт «Бейтс». Когда прибыли первые помощники, «Моррис» пылал вовсю, но к 20.30 пожары были потушены. Раненых передали на «Бейтс» и «Р.П. Лири». Так как машинная установка «Морриса» не пострадала, эсминец сам ушел на Керама Ретто.

6 апреля от атаки самоубийцы пострадал еще один эсминец — «Хейнсуорт» (капитан 2 ранга С.Н. Такни). Он попался около полудня, когда действовал в охранении Оперативной Группы 58.3, крейсирующей в районе Окинавы. В небе появился «Джуди», за которым гнались 2 «Корсара». Японский самолет сначала пошел от эсминца, затем сделал иммельман и спикировал прямо на корабль. Такни круто повернул эсминец влево, автоматы открыли бешеный огонь по самолету. Но «Джуди» врезался в радиорубку. Вверх взметнулось облако пламени, затем второе, после чего надстройка «Хэйнсуорта» запылала. Вся верхняя часть корабля превратилась в пекло. Однако с помощью воды и углекислотных огнетушителей огонь был подавлен всего за 10 минут. Но радиостанция «Хэйнсуорта» была уничтожена, его БИЦ разрушен, часть орудий покорежена. Увы, эсминцу предстояла дорога на ремонт.

Двое других «маленьких мальчишек», пострадавших 6 апреля, — эсминец «Харрисон» и эскортный миноносец «Фиберлинг» — отделались незначительными царапинами и не вышли из боя. «Харрисон» слегка пострадал, когда один из трех «Зеро», сбитых во время атаки, взорвался недалеко от борта эсминца. Экран орудийной установки был изрешечен осколками. «Фиберлинг» был поврежден, когда обстреливал камикадзэ, атакующих «Ньюкомб» и «Лейтце». Пытаясь врезаться в мостик миноносца, самоубийца промахнулся и снес антенну радара SA. Зато снесенная антенна опрокинула самолет в море, где он и взорвался.

Как становится ясно из примеров 6 апреля, попадания камикадзэ вызывали самые разнообразные повреждения, но в основном это были повреждения верхней части корпуса. Однако вслед за попаданием самолета возникали пожары, которые были гораздо опаснее, чем сам удар. Повреждения накладывались одно на другое, пока корабль, как «Ньюкомб», не оказывался парализованным.

Не все камикадзэ взрывались при попадании. Некоторые мирно превращались в груду хлама на полубаке или корме корабля. Другие попадали в корабль, отскакивали и летели за борт. Иногда попадания давали совершенно фантастический результат: самолет торчал из дымовой трубы или сидел на крыше надстройки, как диковинная птица. Иногда он стоял на носу среди груды обломков. В нескольких случаях тело мертвого пилота выбрасывало из кабины на радость охотникам за сувенирами.

Самолет, взорвавшийся в воде у самого борта или попавший в ватерлинию, мог причинить особенно тяжелые повреждения. 8 апреля эсминец «Грегори» (капитан 2 ранга Б. МакКандлесс), сменив «Кэссин Янг» на дозорной позиции № 3, получил как раз такой удар. В этот момент истребительное прикрытие отсутствовало, и эсминец был предоставлен самому себе. Как только вечером истребители улетели, на экране радара «Грегори» появилась троица «призраков». МакКандлесс приготовился отразить атаку. Первый же самолет попал под жестокий обстрел.

Ничто не могло остановить самоубийцу. От крыльев и фюзеляжа отлетали куски обшивки, но горящий самолет врезался в левый борт «Грегори» возле ватерлинии. Часть удара приняла на себя висящая в этом месте шлюпка. Однако оставшейся силы удара хватило, чтобы вызвать течи, через которые было затоплено носовое котельное и носовое машинное отделения. Вода стояла на высоте 3 фута над палубой. Пока аварийная партия заделывала трещины в обшивке и откачивала воду, артиллеристы «Грегори» сбили 2 остальных самолета. Один из них, промчавшись над кораблем, снес радиоантенну. Но «Грегори» не собирался звать на помощь, извещать наследников требовалось только японским пилотам.

На следующий день, утром 9 апреля эсминец «Чарльз Э. Бэджер» (капитан 2 ранга Дж. Г. Коттен) получил тяжелые повреждения после попадания самоубийцы. Эсминец, обстреляв ночью берег возле Кецу Саки, стоял на якоре. Утренняя вахта готовилась заступить на дежурство, когда справа по борту раздался рев мощных моторов. И через 7 секунд сильный подводный взрыв встряхнул эсминец. Очевидно, неизвестный корабль сбросил глубинную бомбу. Противник скрылся, прежде чем артиллеристы «Бэджера» успели сделать хоть один выстрел. Эсминец получил серьезные повреждения. Было затоплено кормовое котельное отделение, через поврежденную переборку вода начала заливать машинное отделение. Из разорванных трубопроводов хлестал пар. Сместился правый вал, поэтому правая машина вышла из строя, и корабль не мог дать ход. Его радар, сонар, гирокомпас не действовали. Все помпы в кормовом котельном отделении были повреждены, поэтому пришлось пустить в ход переносные помпы и пожарные насосы. Это позволило кое-как остановить затопление.

Когда рассвело, буксир «Тавакони» подошел к неподвижному эсминцу, и начались спасательные работы. В 07.15 «Бэджер» на буксире двинулся на Керама Ретто. Один из немногих эсминцев, поврежденных взрывающимися катерами, он вышел из строя до конца войны. Кое в чем ему повезло больше, чем эсминцу «Хатчинс», также подорванному катером в предрассветных сумерках 27 мая. «Хатчинс» сумел приползти на стоянку Керама Ретто своим ходом. Корабль получил тяжелые повреждения, вдобавок были ранены 18 человек команды.

Как показывает список потерь, 11, 12 и 16 апреля стали самыми тяжелыми днями для дозорных эсминцев у Окинавы. Во второй половине дня 11 апреля эсминец «Кидд» получил сокрушительный удар от камикадзэ, который врезался на уровне ватерлинии и взорвался в носовом машинном отделении. Командир эсминца капитан 2 ранга Г.Г. Мур был ранен. Командование принял лейтенант Б.Г. Бриттин, хотя сам тоже получил ранение, но держался, пока на следующее утро его не сменил лейтенант Р.Л. Кенни. Несмотря на пожар и тяжелые потери, «Кидд» прибыл на Улити своим ходом.

Во второй половине дня 12 апреля эскортный миноносец «Уайтхерст» стал мишенью маленькой, но ядовитой бомбы, сброшенной «Вэлом», который вслед за этим сам врезался в корабль. Самолет пробил корпус до самого БИЦ, и весь мостик миноносца оказался охвачен пламенем. Все люди в БИЦ и штурманской рубке погибли. Личный состав в радиорубке, большая часть расчетов носовых орудий либо погибли, либо были ранены. Несмотря на то, что для корабля это был первый бой, командир и экипаж сражались с огнем, исправляли повреждения и отбивали новые атаки с хладнокровием и мастерством закаленных ветеранов.

А дальше следует рассказ об атаке реактивной бомбы «Ока» — один из немногих случаев, когда этот болван попал в цель. Мишенью для этого безумного оружия стал эсминец «Стэнли» (капитан 2 ранга Р.С. Харлан). Вместе с ним дежурил эсминец «Лэнг» (капитан-лейтенант Дж. Т. Блэнд), на котором находился командир ДЭМ-4 капитан 2 ранга У.Т. МакГарри.

Во второй половине дня 12 апреля эти эсминцы отбивали сильную атаку камикадзэ, нацеленную на эсминец «Кэссин Янг», находившийся на дозорной позиции № 1. «Стэнли» и «Лэнг» сбили «Вэл» и уже навели орудия на следующий самолет, как из гущи воздушного боя вынырнул «Бака» и с воем спикировал на «Стэнли». Артиллеристы эсминца обстреляли ракету, но с таким же успехом они могли пытаться остановить метеор. Ударив в правую скулу «Стэнли», «Бака» взорвался, как гигантская граната. Куски ракеты разлетелись по всему кораблю. К счастью, боеголовка взорвалась, лишь когда вылетела сквозь левый борт эсминца. Позднее пилот «Баки» был найден в одном из разрушенных носовых отсеков.

Вскоре после этой атаки второй «Бака» бросился на «Стэнли». Меткие артиллеристы отстрелили ракете одно крыло, и она промахнулась по кораблю, скользнув по надстройке позади второй трубы и слегка зацепив одного энсайна. Затем «Бака» ударился о воду в 2500 ярдах по левому траверзу и взорвался.

Эсминцы «Кэссин Янг» (капитан 2 ранга Дж. У. Эйлз) и «Парди» (капитан 2 ранга Ф.Л. Джонсон) 12 апреля получили попадания пилотов-самоубийц, однако выдержали и вместе с другими помятыми кораблями отправились на якорную стоянку Керама Ретто. Каждый корабль уже имел боевой опыт, который вполне достоин называться уникальным, а их последние действия против камикадзэ могут считаться выдающимися. Не менее замечательно действовал эскортный миноносец «Ралль» (капитан-лейтенант Ч.Б. Тэйлор), шестой корабль, пострадавший в этот день. Он сбил 3 самолета в течение безумной 3-минутной битвы, но четвертый самолет врезался в миноносец. Корпус миноносца был пробит 2 бомбами, кроме того, имелось около 300 осколочных пробоин, но «Ралль» вышел из боя, не спустив флага.

16 апреля стало черным днем для эсминцев «Лэффи», «Боуэрс» и «Брайан». Все трое попали под шквал «Божественного ветра», и каждый противостоял этому урагану с незаурядной отвагой. Бой «Лэффи» заслуживает отдельного описания, и мы расскажем о нем чуть дальше.

В тот же день эсминец «МакДермотт» получил два 127-мм снаряда и несколько 40-мм и 20-мм со своих же кораблей. Ему крупно повезло! Степень везения в полной мере выяснилась позднее, когда стало ясно, что по «МакДермотту» стрелял линкор «Миссури». Огромный линкор отбивал атаку низколетящих самолетов, и маленький эсминец оказался прямо на линии огня. Ему оставалось утешаться тем, что не каждый корабль выдержал бы обстрел могучего корабля.

С каждым новым днем список потерь рос и рос. Апрель сменился маем, но конца этому кошмару не было видно. «Эммен» получил пробоину, когда камикадзэ взорвался у него под бортом. «Ишервуд» выведен из строя прямым попаданием. «Хатчинс» был подорван взрывающимся катером. «Ральф Тэлбот», «Твиггс» и «Дэли» были подбиты самолетами-самоубийцами. «Хаггард» получил тяжелые повреждения. «Хейзлвуд» едва не сгорел дотла. «Хадсон» поврежден близким разрывом, а позднее обгорел, подходя к борту пылающего авианосца «Сэнгамон». Эскортный миноносец «Ингленд» тяжело поврежден. «Эванс» чуть не разнесли на куски 4 попавших в него камикадзэ. «Хью У. Хедли» получил попадания бомбы, «Баки» и 2 камикадзэ. Эскортный миноносец «Джон К. Батлер» поврежден 2 камикадзэ. «Бейч», «Дуглас Г. Фокс» серьезно пострадали. «Коуэлл» получил снаряд со своего же корабля. В «Стормс» врезался самолет-самоубийца. В «Брейн» врезались 2 самолета. «Энтони» пострадал от близкого разрыва. В «Шубрик» врезался камикадзэ, и эсминец вышел из строя.

Одним из эскортных миноносцев, тяжело поврежденных у берегов Окинавы, стал рекордсмен по уничтожению подводных лодок «Ингленд», которым теперь командовал лейтенант Дж. Э. Уильямсон. 27 марта он попал в объятия камикадзэ, который рухнул прямо у него под бортом. Но черную метку миноносцу прислали 9 мая. На закате, когда миноносец патрулировали между Керама Ретто и Тонатисима, в него взрезался камикадзэ на «Вэле». Радар обнаружил самолет на расстоянии 7 миль, когда три точки выпали из кутерьмы воздушного боя. 2 японских самолета были сбиты истребителями, но роковой «Вэл» спикировал прямо на «Ингленд». Миноносец маневрировал на полном ходу, чтобы уклониться от него, 127-мм, 20-мм и 28-мм орудия вели непрерывный огонь по приближающемуся самоубийце. От самолета отлетело колесо, из кабины показалось пламя, пилот был убит. Самолет направлялся прямо на мостик «Ингленда». В последний момент, когда уже начало казаться, что он промахнется, левое крыло «Вэла» зацепило шлюп-балку, самолет развернуло и он врезался в надстройку.

Треск! Взрыв! Пожар! «Ингленд» получил свое. После взрыва запылала вся надстройка, корабль окутался дымом. Кают-компания, капитанская каюта, корабельная канцелярия, штурманская рубка и БИЦ превратились в топки. Пламя бушевало вокруг ходового и сигнального мостиков. Морякам пришлось прыгать прямо с мостиков за борт. На главной палубе матросы поспешно раскатывали пожарные рукава, чтобы потушить пылающую одежду на тех, кто выбрался из нижних отсеков. Через 20 секунд после попадания камикадзэ корабль превратился в сплошной костер. Пожар удалось потушить примерно через час, но некоторые очаги в нижних отсеках тлели до глубокой ночи.

Эсминец-минный заградитель «Герарди», тральщик «Виджиленс», буксир «Гиэр» пришли на помощь «Ингленду». Моряков подобрали из воды, раненым оказали помощь. Когда пожары были потушены, «Гиэр» повел обугленный миноносец на Керама Ретто. Там его немного залатали, отвели на Лейте, где тоже подремонтировали. В июне «Ингленд» отправился домой. 15 октября 1945 года он был исключен из состава флота, а 1 ноября вычеркнут из списков. Однако его имя навсегда останется в анналах войны на море.

Неслыханные усилия, чтобы спасти корабль, приложила команда эсминца «Хейзлвуд». Когда адмирал Тисдейл осматривал эсминец на верфи Мэр-Айленд, то заметил: «Он был одним из великих, которые сумели вернуться с Окинавы. Корабль получил адский удар от камикадзэ. При этом погибла четверть экипажа, в том числе командир и старпом. Мостик и большая часть надстройки превратились в кучу рваного железа. Командование принял молодой лейтенант-резервист, который управлял миноносцем, словно Фаррагат. На Улити, а потом и домой его привел другой резервист, тоже лейтенант. С такими офицерами, как на «Хейзлвуде», флоту не о чем беспокоиться».

Роковой час для «Хейзлвуда» настал во второй половине дня 29 апреля, когда корабль шел в охранении Оперативной Группы 58.2. Ее атаковали 3 камикадзэ, и в 17.10 «Хейзлвуд» повернул на помощь поврежденному эсминцу «Хаггард». Меткая стрельба и умелое маневрирование спасли его от «Зеро», который попытался подкрасться с кормы. Сбитый с курса разрывом 127-мм снаряда, самолет царапнул по 127-мм установке № 4 и шлепнулся в воду рядом с кораблем. Через несколько минут другой «Зеро» выскочил из низкого облака и вошел в пологое пике с кормы. Командир эсминца капитан 2 ранга В.П. Доув приказал положить лево руля, и корабельные 40-мм и 20-мм автоматы обрушились на самолет. Хотя «Зеро» был изрешечен вдоль и поперек, он проскочил над надстройкой, и его правое крыло зацепило вторую трубу. Самолет развернулся, врезался в первую трубу и рухнул на главную палубу, где и взорвался. Бомба «Зеро» взорвалась у основания мостика, загоревшийся бензин разлился по всей надстройке. Мачта сломалась, как спичка. Носовые орудия засыпало горящими обломками, и они вышли из строя. 10 офицеров и 26 матросов погибли, в том числе капитан 2 ранга Доув и старший помощник лейтенант Дж. П. Данбар.

Так как связь с мостиком прервалась, старший механик лейтенант Ч.М. Локи принял командование на себя и начал руководить борьбой с пожарами и исправлением повреждений. Эсминцы «МакГован», «Мелвин» и «Колахен» пришли на помощь «Хейзлвуду». За ними последовали крейсера «Сан Диего» и «Флинт». «МакГован» и «Мелвин» помогали тушить пожары, пока остальные корабли подбирали выброшенных за борт моряков. Поздно вечером «МакГован» начал буксировку «Хейзлвуда».

Примерно в полночь «Мелвин» подал электроэнергию, с помощью которой запустили питательный насос. Механикам «Хейзлвуда» удалось ввести в действие котел № 4. 30 апреля в 05.00 поврежденный эсминец повернул на юг в сопровождении «Флинта», «МакГована» и «Мелвина». 1 мая лейтенант Д.Н. Мори, бывший старпом эсминца «Бьюкенен», поднялся на мостик «Хейзлвуда». Собственно говоря, мостика не было, и лейтенант Мори командовал, стоя среди кучи обломков. После временного ремонта на Улити «Хейзлвуд» отправился через весь Тихий океан в Калифорнию. Те, кто видел его на верфи, говорили, что он спасся просто чудом. Но это был очередной эсминец, выдержавший опаляющее дыхание «Божественного ветра».

Ни одно описание борьбы эсминцев против камикадзэ во время боев за Окинаву не будет полным без упоминания кораблей, которые не получили ни единой царапины, а также сравнения потерь эсминцев и камикадзэ.

Прежде всего следует сказать, что почти все из 98 эсминцев и 50 миноносцев, участвовавших в операции «Айсберг», оказывались под атаками камикадзэ. Очень высокий процент погибших и поврежденных кораблей стал результатом именно атак камикадзэ. Однако имеются несколько эсминцев и эскортных миноносцев, находившихся у Окинавы, которые совершенно не пострадали.

Некоторые из этих кораблей долгое время находились на линии огня и заслуживают специального упоминания. С 21 марта по 28 июля в операции «Айсберг» участвовал эсминец «Хейвуд Л. Эдвардс» (капитан 2 ранга Э.Л. Шеферд) и не получил ни царапины. Флагман командира ЭЭМ-58 капитана 1 ранга Э.Д. Чандлера «Ван Валкенсбург» невредимым вышел из битвы. Несколько недель на линии дозоров у Окинавы провели «Браун» (капитан 2 ранга Р.Р. Крэгхилл) и «Брэдфорд» (капитан 2 ранга У.У. Армстронг), но вернулись совершенно целыми. «Уодсворт» (капитан 2 ранга Р.Д. Фуззелман) находился в боях с апреля до 24 июня, сражался, как миниатюрный дредноут, и заслужил благодарность президента. «Бартон» (капитаны 2 ранга Э.Б. Декстер и Г.Р.МакИнтайр) под брейд-вымпелом командира ЭЭМ-60 капитана 1 ранга Б.Р. Харрисона прошел сквозь пламя самых жестоких боев апреля и мая, но не получил даже крошечного осколка. Он прибыл к Окинаве 25 марта, когда 60-й эскадрой командовал еще капитан 1 ранга У.Л. Фреземан, и одним из первых вступил в бой. С 25 марта по 30 июня «Бартон» выпустил 26789 снарядов из своих 127-мм орудий, что составляет в среднем 4465 снарядов на ствол. С 26 марта по 21 июня он расстрелял 22057 снарядов без всяких повреждений и поломок. На нем пострадал только один человек, сломавший себе руку. Ни одно орудие не прекращало огонь более чем на час. Эти цифры говорят сами за себя. Или за команду «Бартона».

Достижения «Бартона» особенно эффектно смотрятся, если начать говорить о потерях японцев. Часто нельзя точно сказать, какое попадание уничтожило самоубийцу. Самолеты, сбитые зенитками, нередко уже имели повреждения после воздушного боя. Стреляя группами и в одиночку, эсминцы истребили огромное количество камикадзэ. Сотни пилотов-самоубийц погибли от поломок самолетов и ошибок пилотов. Поэтому назвать точное количество самолетов, уничтоженных эсминцами и эскортными миноносцами у Окинавы, невозможно. Разумеется, каждый разбившийся камикадзэ, даже если он попал в цель, был потерянным для Японии самолетом. Всего за время боев японцы потеряли 7830 самолетов. По оценкам, около 3000 из них сбили истребители флота и морской пехоты. Примерно 410 самолетов были сбиты зенитными орудиями кораблей. Вероятно, две трети этих удачливых орудий стояли на эсминцах и миноносцах.

Еще один нюанс. Эсминцы выполняли роль кораблей наведения истребителей. Они направляли истребительные эскадрильи в нужное место, что помогло погасить многие дуновения «Божественного ветра». Такие действия можно с полным основанием считать помощью в уничтожении самолетов. Возьмем эсминец «Беннион». С 26 марта он дежурил в дозорах у Окинавы. Корабль под командованием капитана 2 ранга Р.Г. Холмса получил следующую радиограмму от адмирала Тэрнера:

«Благодарю вас за вашу работу. Вы заслужили репутацию лучшего или почти лучшего корабля наведения истребителей».

Другой офицер назвал этот эсминец «вероятно, самым успешным кораблем РЛД и наведения истребителей у Окинавы». Его орудия уничтожили 13 японских самолетов, помогли уничтожить еще 4. И с его помощью истребители расстреляли еще десятки самоубийц.

Вероятно, чемпионами по уничтожению камикадзэ во время смертельной борьбы у Окинавы стали эсминцы «Эванс» и «Хью У. Хедли». 10 мая эта пара дежурила на дозорной станции № 15. Хотя командир «Эванса» капитан 2 ранга Р.Дж. Арчер был старше, он передал тактическое командование командиру «Хедли» капитану 2 ранга Б.Дж. Маллэни, так как «Хедли» был кораблем наведения истребителей. Эсминцы находились на одной из многочисленных дозорных позиций вокруг зоны стоянки транспортов у Окинавы. Их задачей было обнаружить и доложить о приближении вражеских самолетов, навести на них истребители прикрытия, помешать японским самолетам прорваться к транспортам. Истребительный патруль состоял из 12 машин.

Утром 11 мая камикадзэ появились в огромных количествах. Примерно в 07.40 в дымке на северо-востоке появились целые стаи «призраков». Через 5 минут японская летающая лодка выскочила из мглы и спикировала на «Хедли». Оба эсминца открыли огонь, и камикадзэ рухнул в море.

Это было только начало боя, который в миниатюре повторил всю кампанию у Окинавы. В течение следующих полутора часов японские самолеты появлялись несколькими волнами, подобно тому, как прибой накатывает на берег. Первая волна состояла из 36 самолетов, вторая — из 50, третья — из 20, четвертая — из 25, последняя — из 20. «Эванс», «Хедли» и истребители были вынуждены принять бой более чем со 150 японскими самолетами.

Приведем выдержки из боевого донесения «Хедли»:

«Примерно в 07.55 всему воздушному патрулю было приказано несколькими группами атаковать приближающуюся орду вражеских самолетов. Вскоре мы получили сообщение, что летчики уничтожили 12 машин. Потом они оказались настолько заняты, что посылать какие-то сообщения просто не было времени. Но из перехваченных переговоров мы поняли, что было сбито от 40 до 50 японских самолетов. Потом БИЦ сообщил, что на 10 миль вокруг своих самолетов не осталось.

С этого момента «Хедли» и «Эванс» подвергались постоянным атакам многочисленных вражеских самолетов, которые бросились группами по 4–6 машин на каждый из кораблей. Сначала обнаруженные вражеские самолеты пытались прорваться к Окинаве. Они летели на малой высоте, совершенно игнорируя нас. «Хедли» сбил четверых из них.

Но накал боя и маневры двух эсминцев привели к тому, что «Хедли» и «Эванс» разделились. Теперь между ними было около 3 миль. В результате каждый корабль сражался самостоятельно. С 08.30 до 09.00 «Хедли» был атакован самолетами, заходившими с носа и кормы. Артиллеристы эсминца сбили 12 вражеских самолетов, стреляя буквально по всему горизонту. «Эванс», находившийся севернее, отбивался от многочисленных противников. Но в 09.00 он получил попадание и вышел из боя.

Время от времени «Хедли» подвергался новым атакам и отстреливался из всех орудий от самолетов, несущихся на корабль с разных сторон. В течение 20 минут «Хедли» отбивался в одиночку, так как «Эванс» был выведен из строя, а 4 десантных корабля поддержки находились слишком далеко. Наконец в 09.20 «Хедли» атаковали 10 вражеских самолетов, которые буквально окружили эсминец. 4 зашли с левого крамбола, 2 с кормы, 4 с правого траверза. Все 10 самолетов были уничтожены, причем гибель каждого из них была достоверно зафиксирована».

Такое невероятное искусство артиллеристы продемонстрировали в тяжелейших обстоятельствах. В начале боя «Хедли» получил попадание бомбы. Затем низколетящий «Бетти» сбросил «Баку», который врезался в корабль. Потом в корму эсминца врезался камикадзэ. Потом в корабль попал еще один камикадзэ. Изрешеченный, с затопленными машинными и котельными отделениями, корабль получил сильный крен и начал быстро тонуть. На палубе взрывались боеприпасы, эсминец был весь охвачен огнем и густым черным дымом. Но расчеты орудий уцелели, сами орудия были исправны, и японские самолеты сыпались с неба один за другим.

Тем временем «Эванс» поставил красивую точку в конце своей боевой карьеры. Когда «бандиты» окружили эсминец, он начал отстреливаться от камикадзэ так же метко, как «Хедли». Большинство японских самолетов пыталось совершить самоубийственное пике, но «Эванс» пресек их попытки. И все-таки 4 японца сумели врезаться в корабль. Первый пробил дыру в левой скуле. Второй врезался ниже ватерлинии, его бомба или торпеда взорвалась в кормовой кочегарке. До этого момента «Эванс» сбил 15 камикадзэ, а сам потерь не имел. Но этот удар привел к тому, что корабль потерял ход. Третий камикадзэ врезался в камбуз, и тут же четвертый камикадзэ ударил в противоположный борт. Его бомба пробила главную палубу и взорвалась в носовой кочегарке. Следом за ней взорвались оба котла. Чудовищное сотрясение подбросило «Эванс». Освещение отказало, пропала электроэнергия, встали турбины, пропало давление в пожарных магистралях, системы связи были уничтожены. Беспомощный эсминец слабо покачивался на волнах.

Мало какие корабли у Окинавы получили такие же повреждения, как «Эванс» и «Хедли». Аварийная партия «Хедли» сделала невозможное, так как корабль грозил опрокинуться, и командир уже отдал приказ: «Приготовиться покинуть корабль!» Спасательные плотики и буйки были сброшены в воду, все раненые и лишние моряки покинули эсминец. На корабле остались около 50 офицеров и матросов, чтобы бороться с огнем, взрывами и затоплением. Горящие боеприпасы полетели за борт. Были выброшены торпеды, грузы частично были отправлены в море, частично перетащены так, чтобы выправить крен на правый борт. Пожары и поступление воды в конце концов удалось взять под контроль, и «Хью У. Хедли» остался на плаву. Потом его отбуксировали на безопасную стоянку к Иэсима. Экипаж «Эванса» вел такую же битву за спасение своего корабля. Чтобы тушить пожары, были организованы бригады с ведрами. Но когда люди метались среди огня и дыма, корабль был атакован новым камикадзэ. 2 истребителя погнались за самоубийцей, когда тот пикировал на «Эванс» спереди. От хвоста японского самолета отлетали клочья, выдранные их пулеметными очередями, пылающий эсминец тоже встретил его интенсивным огнем. Изрешеченный камикадзэ проскользнул мимо левого борта «Эванса» и рухнул в море. Как и в случае с «Хедли», на помощь эсминцу пришли соседние корабли, и во второй половине дня «Эванс» пополз на буксире к Иэсима.

Но самым удивительным в драматической истории боя «Хедли» и «Эванса» является потрясающий счет этой команды. Включая попадания 3 самоубийц, эсминец «Хью У. Хедли» за полтора часа уничтожил 23 японских самолета. Если учесть 4 попадания самоубийц, 23 сбитых совместно с «Хедли» и 1 с помощью истребителей, артиллеристы «Эванса» также сбили 23 самолета! Короче говоря, эти 2 эсминца уничтожили 46 японских самолетов. Такое побоище ставило под сомнение тактику Корпуса специальных атак. По словам командира «Хедли»: «Наша задача была выполнена. Якорная стоянка транспортов возле Окинавы не подверглась атаке».

Если «Хедли» и «Эванс» отличились, уничтожая вражеские самолеты, команда «Лэффи», другого дозорного эсминца, совершила чудеса героизма, спасая корабль, который одной ногой уже ступил в Долину Теней. Ни один корабль у Окинавы не получал более тяжелых повреждений, чем этот маленький стойкий эсминец. Его спасение можно рассматривать как невероятное чудо. Кто-то может подумать, что ему помог дух предшественника, эсминца «Лэффи», погибшего 13 ноября 1942 года у острова Саво. Как и его предшественник, второй «Лэффи» удостоился благодарности президента.

16 апреля 1945 года стал одним из самых мрачных дней у Окинавы. «Лэффи» (капитан 2 ранга Дж. Ф. Бектон) имел на борту команду наведения истребителей и патрулировал на дозорной позиции № 1. В 07.44 он отогнал «Вэл», который сбросил бомбу в миле от корабля и улетел. Но вскоре появилось множество японских самолетов. Сначала они прилетали малыми группами, а потом на экране радара поднялась жуткая метель.

Вместе с «Лэффи» дежурили 2 баржи LCS — стойкие корабли, однако они не могли остановить надвигающийся вал. С севера, северо-востока, северо-запада приближалось около 50 «бандитов». В таких обстоятельствах даже истребительный патруль не мог перехватить хорошо рассредоточенные японские самолеты. К тому же в этот момент сменялись 2 группы истребителей прикрытия. Вынужденные перехватывать японские самолеты вблизи от «Лэффи», истребители бросались следом за врагом прямо под огонь американских зениток.

Сначала 2 «Джуди» совместно атаковали эсминец. Оба были сбиты огнем 40-мм и 20-мм автоматов справа и слева от эсминца. Левый самолет взорвался совсем рядом с «Лэффи», и взрыв вывел из строя артиллерийский радар. Затем на корабль бросился «Вэл», который взорвался в море в нескольких ярдах от кормы эсминца. Еще один «Джуди» был сбит рядом с кораблем. А потом «Лэффи» получил попадание.

В 08.45 «Джуди» пошел на корабль с левого крамбола, проскочил над моторным вельботом и врезался в 20-мм установку. Пылающий бензин хлынул из разорванных баков надломленного крыла. Затем «Вэл» подпрыгнул и врезался носом в 127-мм орудие № 3, разворотив установку. В следующий момент другой камикадзэ проскочил над правой раковиной корабля и сбросил бомбу за полсекунды до того, как врезался в уже разбитую орудийную установку. Пламя понеслось по надстройке «Лэффи», и над кораблем поднялся столб дыма. Прямо в этот погребальный костер нырнул еще один самоубийца, зайдя со стороны солнца. В последний момент он выровнялся, чтобы сбросить бомбу, которая попала в левую раковину корабля. От взрыва сдетонировал погреб 20-мм патронов. Взрыв разбил рулевую машину и заклинил руль в положении «лево на борт».

Смерть буквально взяла «Лэффи» за горло. Надстройки пылали, все кормовые орудия, начиная от второй трубы, были уничтожены. Корабль описывал круги, словно пьяный, под небом, в котором кишели японские самолеты.

Несколько японцев бросились вниз, как стервятники, норовящие покончить с раненным зверем. Часть из них сбили истребители, которые отважно гнались за врагом до самой воды. Несколько разнесли на куски носовые орудия «Лэффи». И все-таки еще 2 камикадзэ врезались в корабль. Удары пришлись один за другим в кормовую надстройку. Пламя разбушевалось еще сильнее, получив новую порцию бензина.

Едва «Лэффи» опомнился от этих ударов, как истребитель «Оскар» вывалился из кипящей в небе схватки и спикировал на полубак эсминца. За ним погнался «Корсар». Оба самолета вели бешеный огонь, и пули щелкали по надстройкам эсминца. И японский, и американский истребители зацепили мачту эсминца. Была снесена антенна радара SC, срублена левая часть рея, снесен фидер радара. Японский самолет шлепнулся в воду справа по борту, подняв огромный столб воды. Пилот «Корсара» сумел поднять поврежденный самолет повыше и выпрыгнул с парашютом.

Тем временем «Джуди» врезался в воду у самого левого борта эсминца, засыпав «Лэффи» горящими ошметками. Еще один «Джуди» спикировал с правой раковины, но был сбит в 800 ярдах от корабля. Попадание 127-мм снаряда разнесло на куски «Оскар» в 500 ярдах от эсминца. Еще один «Оскар», пикировавший спереди, поймал очередь зенитного автомата и разбился в 500 ярдах впереди «Лэффи». Затем в эсминец попала бомба, сброшенная «Вэлом», который был уничтожен 20-мм автоматами. Этот самолет был изрешечен осколками 127-мм снарядов и 40-мм очередями, потрепан американскими истребителями и врезался в море на левой раковине «Лэффи». Последний удар нанес «Джуди», который появился по левому траверзу, за ним гнался американский истребитель, который вел непрерывный огонь из пулеметов. 40-мм и 20-мм автоматы левого борта открыли бешеный огонь по самолету, который взорвался недалеко от борта. Атака завершилась.

Невероятно, однако «Лэффи» остался на плаву. Его надстройки превратились в пылающий ад, часть кормовых отсеков была затоплена. Но немногие уцелевшие орудия продолжали стрелять, а вся машинная установка действовала исправно. За 80 минут боя эсминец был атакован 22 самолетами, из которых 9 были сбиты его артиллеристами.

Но настоящая история «Лэффи» еще только начиналась. В корабль попали 8 вражеских самолетов — семь были настоящими самоубийцами, а восьмой («Вэл», срубивший мачту) врезался случайно. Последствия взрывов были ужасными. Кроме этих попаданий, «Лэффи» получил еще 4 обычных бомбы. Можно смело сказать, что ни один эсминец за годы войны не пережил ничего подобного.

Накапливающиеся последствия повреждений привели к тому, что «Лэффи» все-таки потерял ход. Корабль, или то, что от него сохранилось, остановился, чтобы попытаться справиться с огнем и водой. В конце концов его отвели на якорную стоянку. В это трудно поверить, но уже через 6 дней «Лэффи» своим ходом отправился на Сайпан. Он вошел в историю миноносных сил как один из самых выдающихся кораблей.

В громе и молниях, в пламени и дыму выковывались наилучшие методы борьбы с воздушными самоубийцами. Было рекомендовано несколько новых устройств для тушения пожаров, экипажи эсминцев сразу отмечали наиболее эффективные из них. Было рекомендовано применять специальную тактику: открывать огонь с большой дистанции — начинать маневрирование, когда самолет пикирует, — продолжать стрелять до самой последней секунды, пока самолет не врежется в корабль, — и так далее. Постоянные учения по оказанию первой помощи тоже дали свои плоды. Но из всех этих многочисленных предложений и советов следовал один неизбежный вывод: учиться, учиться и учиться. Кроме того, как никогда более актуальным стал мудрый совет знаменитого Дэвида Фаррагата: «Самая лучшая защита — меткий огонь собственных орудий».

Интересно привести выдержку из рапорта командира эсминца «Энтони» капитана 2 ранга Ч.Дж. Ван Арсдаля:

«Командир прекрасно понимает, что высшее командование отмечает действия эсминцев на дозорных позициях. Однако он сомневается, чтобы хоть кто-то, кто сам не исполнял регулярно эти обязанности, в полной мере сознавал воздействие этой работы на офицеров и матросов. Особенно это действовало на те корабли, которые видели успешные атаки камикадзэ против соседних кораблей и сами получали прямые попадания. Напряжение постепенно нарастает, и это видно на множестве примеров, причем оно не ослабевает даже в период пополнения запасов между дежурствами, в основном потому, что люди понимают: их снова ждет то же самое. Начинаются истерические припадки, люди требуют перевода на другие корабли, хотя таких немного. Как долго остальные смогут выносить эту нагрузку — точно не известно. Спустя некоторое время никакие средства уже не могут поднять пошатнувшийся дух экипажа. Парни знают, что их ждет, и не поддаются ни на какие уловки.

Мы обнаружили, что можем выдержать это, хотя такое не нравится решительно никому. Все знают, что такое дежурство — рискованная работа, но необходимая. Они понимают, что любой японский самолет ударит «либо нас, либо их». К чести людей следует заметить, что никто не заявил, что боится, потому что никто не желал стать посмешищем для своих товарищей. Страх не выражается в истериках. Он приводит к нарастанию внутреннего напряжения, которое немного ослабевает, лишь когда начинают грохотать орудия. Все моряки чувствуют себя гораздо увереннее на боевых постах, чем на отдыхе. Командиру не остается ничего иного, кроме как молиться за каждого своего офицера и матроса, так как корабль не может действовать более эффективно в подобных обстоятельствах».

Похожие книги из библиотеки

В схватке с «волчьими стаями». Эсминцы США: война в Атлантике

Первая книга масштабной дилогии Теодора Роско, посвященная боевым действиям американских эсминцев в Атлантике в годы Второй Мировой войны. Несмотря на заметный "звездно-полосатый уклон" книга написана живым красочным языком и читается намного интереснее иных "казенных" изданий. Будет интересна всем любителям военной истории и флота.

Подводные лодки Его Величества

Аннотация издательства: П. К. Кемп посвятил свою книгу истории подводного кораблестроения в Англии, особое внимание уделив британскому подводному флоту в годы Первой и Второй мировых войн. Книга содержит схемы и приложения и будет интересна как специалистам, так и всем любителям истории.

Флаг Святого Георгия: Английский флот во Второй мировой войне

Аннотация издательства: Труд Стефена Уэнтворта Роскилла — одного из крупнейших военных историков — готовился по заказу Военно-морского института Аннаполиса (USNI) для серии «Действия флотов во Второй мировой войне» — самого авторитетного издания по этой тематике. «Охота за Бисмарком» и битва за Средиземное море, полярные конвои и борьба с немецкими подводными лодками, боевые действия на Тихом океане и десантные операции — все фазы войны нашли отражение в этой книге. Боевые действия одного из крупнейших флотов Второй мировой войны, описанные с великолепным знанием предмета, не оставят равнодушными любителей военной истории.

Боевой путь Императорского японского флота

Аннотация издательства: Книга посвящена наиболее интересному и трагичному периоду в истории Императорского Японского флота — его участию во Второй Мировой войне. Являясь одной из лучших работ обзорного характера, она может быть рекомендована самому широкому кругу читателей.

Карты и схемы приведены из различных источников