Женщина-воин Томоэ-годзэн

Томоэ-годзэн предположительно родилась в 1157 году, и она стала прекрасным примером настоящей профессиональной воительницы из числа самураев ранней эпохи, образ которой навсегда вошел в японский фольклор. Она была дочерью самурая Канэтоо из глухого горного края Кисо.

Следует отметить, что «годзэн» – это не фамилия Томоэ, а уважительная приставка к имени, чаще всего используемая по отношению к женщинам, но иногда употребляемая и по отношению к мужчинам.

Томоэ принимала участие в войне Гэмпэй (1180–1185) в качестве в старшего офицера на стороне Минамото-но Ёсинаки, двоюродного брата Минамото-но Ёритомо и Минамото-но Ёсицунэ. При этом, по разным версиям, Томоэ была либо наложницей, либо женой Ёсинаки. В любом случае она сопровождала Ёсинаку практически во всех сражениях.

Томоэ была белолица и длинноволоса. Она по праву считалась искусным стрелком из лука. Верхом ли, в пешем ли строю – с оружием в руках «не страшилась она ни демонов, ни богов, отважно скакала на самом резвом коне, спускалась в любую пропасть, а когда начиналась битва, надевала тяжелый боевой панцирь, опоясывалась мечом, брала в руки мощный лук и вступала в бой в числе первых, как самый храбрый, доблестный воин».

Томоэ, кстати, являет собой редчайший пример женщины-самурая, которая брала в руки оружие, чтобы сражаться наравне с мужчинами, а не только для самозащиты. Слава о ее подвигах гремела, и никто не мог сравниться с ней в отваге.

После поражения Хэйкэ и оттеснения их в западные провинции, Минамото-но Ёсинака захватил Киото и начал претендовать на лидерство в клане Минамото.

Его амбиции возобладали над рассудком: прославленный Ёсинака стал предаваться разврату и нещадно разграбил древнюю столицу Японии. Казни, убийства, грабежи и пожары охватили Киото, а сам Ёсинака уже мнил себя чуть ли не единоличным правителем страны. Однако этому воспротивился Минамото-но Ёритомо, и он послал Минамото-но Ёсицунэ и Минамото-но Нориёри убить Ёсинаку.

21 февраля 1184 года состоялась решающая битва при Авадзу. Хотя войска Ёсинаки храбро сражались, они были разбиты превосходящими силами противника. Самому Ёсинака чудом удалось сбежать вместе с преданной Томоэ-годзэн и тремя сотнями воинов, однако они попали в засаду, организованную Ёритомо. Самураи доблестно сражались за своего господина, дав ему возможность выбраться из битвы с 50 последователями и возлюбленной. Они тоже храбро сражались, но большая часть воинов пала от вражеских мечей, в живых остался лишь Ёсинака и четыре его вассала. Вместе они добрались до сосновой рощи, где Ёсинака решил покончить с собой, чтобы не попасть в руки врагов. А до этого он приказал Томоэ-годзэн спасаться бегством, поскольку хотел встретить смерть вместе со своим сводным братом Имаи-но Сира Канэхира и заявил, что ему не хочется, чтобы его недруги злословили, что на пороге смерти он пытался спрятаться за женщину.

Томоэ-годзэн. Гравюра XVIII в.

Томоэ-годзэн. Гравюра XVIII в.

– Ты – женщина, беги же прочь отсюда, беги скорей куда глаза глядят! А я намерен пасть в бою. Но если будет грозить мне плен, я сам покончу с жизнью и не хочу, чтоб люди смеялись надо мной: мол, Ёсинака в последний бой тащил с собою бабу! – так говорил он, а Томоэ все не решалась покинуть Ёсинаку, но он был непреклонен.

Томоэ, однако, не хотела оставлять его и осталась поджидать врагов.

«О, если бы мне встретился сейчас какой-нибудь достойный противник! – подумала Томоэ. – Пусть господин в последний раз увидит, как я умею биться!»

И с этой мыслью, остановив коня, она стала поджидать врагов. В это время внезапно появился прославленный силач Моросигэ Онда, уроженец земли Мусаси, и с ним дружина из тридцати вассалов. Томоэ на скаку вклинилась в их ряды, поравняла коня с конем Онды, крепко с ним схватилась, стащила с коня, намертво прижала к передней луке своего седла, единым махом срубила голову и швырнула ее на землю. Потом она сбросила боевые доспехи и пустила коня на восток.

По одной версии, ей удалось скрыться, по другой – она погибла в битве. Если предположить, что Томоэ удалось сбежать, то и тут мнения историков расходятся: одни считают, что Томоэ сложила оружие, другие – что она скрылась с места побоища с головой мужа или любовника, третьи – что она потерпела поражение от Вады Ёсимори и стала его женой, а после его смерти удалилась монахиней в Этидзэн.

Возможно, она умерла в 1247 году. Некоторые историки утверждают, будто она поклялась никогда больше не брать в руки оружия, которое не помогло ей спасти от гибели своего любимого. Якобы она приняла монашеский постриг и остаток жизни провела в буддийском храме.

Д.В. Журавлев в книге «Загадки истории. Страна восходящего солнца» делает следующий вывод:

«Конечно, Томоэ (по сути, профессиональную воительницу) следует рассматривать как единичное, яркое исключение из правил, да и в данном случае рассказ о ее доблестях оказался лишь неким дополнением к истории о Кисо Ёсинака. Так же как редким явлением были воительницы-профессионалки, подобные Томоэ, немногие женщины из самурайских семей посвящали себя искусству, ритуальному или светскому».

Похожие книги из библиотеки

Бронеколлекция 1996 № 03 (6) Советские тяжелые послевоенные танки

Доля тяжелых боевых машин в танковых войсках в течение второй мировой войны  постоянно возрастала и достигла в 1944 году 37,5%. При этом по численности лидером по-прежнему оставался Советский Союз, в котором с 1939 по 1945 год было выпущено 8258 тяжелых танков, за это же время в Германии — всего 1839!

Количественное превосходство напрямую сказалось как на организации тяжелых танковых частей, так и на тактике применения боевых машин этого класса. Если немцы не пошли дальше тяжелых танковых батальонов, то в Красной Армии, начав с танковых полков прорыва в 1942 году, спустя два года пришли к сосредоточению тяжелых танков в составе тяжелых танковых бригад. Тактика их применения была соответственной — можно по пальцам пересчитать случаи, когда немецкие «тигры» использовались в качестве ударного кулака наступающих танковых частей. Самые известные из них — Курская битва и сражение у озера Балатон в Венгрии. В основном же уделом немецких тяжелых танков на завершающем этапе войны стали действия из засад, стрельба с места. Советские же КВ, и еще в большей степени ИС-2 использовались как главная ударная сила значительно чаще.

Hawker Hurricane. Часть 1

В момент своего появления истребитель Хоукер «Харрикейн» был хорошей машиной, но имевшей довольно архаичную конструкцию. В конечном счете именно это обстоятельство привело к тому, что потенциал развития самолета быстро исчерпался и самолет устарел. С появлением более современных самолетов «Харрикейн» отошел на вторую линию и на второстепенные ТВД. Конец войны поставил точку на карьере «Харрикейна».

Прим.OCR: К сожалению не найден оригинал издания. В имеющемся первоисточнике все иллюстрации собраны после текста.

Подводные авианосцы японского флота

…созданием подводных авианосцев занимались флоты многих стран мира, однако наибольших успехов добились корабелы Америки, Великобритании, Франции и Японии. Но если американцы, французы и англичане сумели сделать лишь единичные авианесущие субмарины, то Японии, островному государству, удалось создать несколько серий подводных авианосцев, с помощью которых ей удалось немыслимое — осуществить в августе 1942 года бомбардировку территории Соединенных Штатов Америки…

Рассказ о японских подводных авианосцах и их авиационном вооружении — в этом выпуске журнала.

Чкалов. Взлет и падение великого пилота

«Он был не менее знаменит, чем Юрий Гагарин, – и погиб в том же возрасте, не дожив до 35 лет. Он стал национальным героем после легендарного трансполярного перелета, его считали «гордостью СССР» и «любимцем Сталина», предпочитая не вспоминать, что ВАЛЕРИЙ ЧКАЛОВ дважды побывал под судом и дважды увольнялся из вооруженных сил. О нем снят классический советский фильм и новый телесериал – но до сих пор не было ни одной профессиональной биографии, если не считать апологетических воспоминаний его родных, соратников и друзей. Эта книга – первая.

Наперекор официозу и негласным табу, отделяя мифы от правды, а пропаганду от фактов, это исследование рисует подлинный портрет великого пилота – не «иконы», а живого человека, едва ли не самой противоречивой личности в истории отечественной авиации. С одной стороны – гениальный летчик, постоянно находившийся в поиске революционных приемов воздушного боя, новых методик испытания авиатехники. С другой – не признающий никаких уставов и правил «воздушный хулиган», заплативший за недисциплинированность собственной жизнью и своим примером доказавший, что все авиационные наставления написаны кровью, а нарушение полетного задания может обернуться катастрофой…

Восстанавливая подлинную биографию Валерия Чкалова, от взлета до падения, от рождения легенды до трагического финала, эта книга воздает должное прославленному летчику, чье имя вписано в историю авиации золотом по граниту.»